Императрица Летиция приближалась к ним быстрыми шагами.

— Мама, — выражение лица Вероники сразу же прояснилось.

Императрица ласково взглянула на дочь, но как только повернула голову к Дункану, ее лицо сразу же потеряло всякую улыбку и стало холодным как лед:

— Я кажется, предупреждала, чтобы вы не смели приближаться к моей дочери. Вы думаете, я шучу?

—… нет, — Дункан хорошо помнил это предупреждение, однако он действовал по приказу Императора, а значит, выполнить требование Ее Величества было невозможно. — Прошу прощения. Мы встретились случайно, когда я шел в покои Вашего Величества, чтобы передать …

— Это не оправдание!

Взгляд Летиции стал острым и проницательным, и сердце Дункана забилось быстрее. Эти глаза — все еще были такими же яркими, как и в юности, но, по всей видимости, она совсем не верила в его искренность.

Императрица, некоторое время с подозрением изучавшая его лицо, наконец произнесла:

— Хорошо.

На что Вероника, вежливо попрощавшись, поспешила покинуть ее покои.

Убедившись, что дверь в гостиную плотно закрыта, женщина недоверчиво взглянула на Дункана:

— Что это у вас в руках?

— Ах, это! Ароматный чай из региона Метен…

— Вы думаете, я спрашиваю, потому что не знаю?

Дункан осекся и опустил голову. Глупец, — подумал он про себя, — кто еще может быть более жалким чем я? Цепляться за прошлое; за давнюю привязанность, проскользнувшую так мимолетно?

Как он ни старался, не жалеть человека, который разрушил свою жизнь, во многом ради него, но старые чувства всплывали сами собой; не подчиняясь его воле.

— Простите меня, Ваше Величество.

— … Не нужно этого делать. Вы понимаете?

Он снова поднял голову, и темный мертвый взгляд все же заставил дрогнуть ее сердце; она смягчилась и велела принести вскипячённой воды.

Оставшись одна, Летиция налила полную чашку, заваривая свой любимый чай и, наблюдая как по поверхности медленно кружатся желтые лепестки.

— Дункан, а ты знаешь, что означают бархатцы на языке цветов?

— Да. Это значит счастье. Счастье, которое непременно придет.

Как же это было давно… Было время, когда я мечтала о будущем; она взяла чашку, поднесла к губам — неповторимый, знакомый с юности вкус. «Счастье, которое обязательно придет». Такая наивная…

Глаза Императрицы холодно блеснули, и стук чашки, поставленной на блюдце эхом, разнесся в тишине комнаты.

***

На день рождения Мариэль явились званые гости — Ее Святейшество Джудит и отец Рошан.

Для мероприятия было подготовлено место на открытом воздухе. Слугам пришлось не спать всю ночь, чтобы сад выглядел безупречно, однако к утру все было готово.

Аселла тепло приветствовала гостей, втайне благодаря предупредительность своего мужа. Мариэль же была просто на седьмом небе от счастья.

Тем не менее глаза Джудит были больше устремлены на «этих двоих». Ее Святейшество сильно удивила перемена в их отношениях. В отличие от последнего визита, когда князь был не в состоянии нормально контролировать выражение своего лица, сейчас между парой сквозили доверие и нежная привязанность.

— Аселла, здесь скользко, будь осторожна, держи меня под руку, — было заметно, как Его Высочество не мог ни на мгновение оторвать глаз от своей жены.

— Хорошо, Каликс.

Джудит быстро поняла, что имела в виду Мариэль, сообщая ей по секрету, что сестра и Великий Князь теперь настоящая пара.

В отличие от скромной Аселлы, мягкий характер, которой порой доходил до скрытности, по мужчине было видно; он относится к жене очень бережно, словно боится, что она улетит при малейшем дуновении ветерка или сломается от малейшего прикосновения. Каждое его слово, каждое движение было предупредительным и сладким, точно мед. Даже естественное движение, которым мужчина порой заправлял серебряный локон за аккуратное розовое ушко, казалось милым до невозможности. Между тем застенчивая Аселла больше не уклонялась от прикосновений мужа, а принимала их просто и с улыбкой; счастливое лицо девушки излучало неповторимое сияние человека, получавшего много любви.

Вот и отлично. Сердце Джудит, наконец, успокоилось, наполняясь радостью, когда она наблюдала за «этими двумя». Все прошедшее время, она искренне беспокоилась, что чрезмерный напор Каликса, может отпугнуть неокрепшие чувства Аселлы, прежде чем девушка проникнется настоящей привязанностью к своему мужу. Но теперь убедившись, что ее опасения были напрасны, святая, которая больше, чем кто бы то ни было желала счастья Аселле, преисполнилась чувством облегчения.

— Знаете, Джудит. Моя сестра по-прежнему считает, что Эрцгерцог хорошо к ней относится из-за чувства ответственности супруга.

— Думаешь, стоит ей сказать…

— Не думаю. Она все равно не поверит.

— Что? Ты вправду так считаешь?

Джудит, вспомнив их недавний разговор с Мариэль, еще раз взглянула на Великого Князя и его жену. Все же это странно. Каликс и Аселла. Порой казалось, что эти двое больше не замечают никого вокруг. Это было видно всем, кроме них самих.

Нет, ну как можно быть настолько невнимательным? Ну ладно Аселла. Но Каликс. Это же совсем ни в какие ворота. Разве этот человек не был проницательнее чем кто-либо другой?

Джудит с сомнением посмотрела на князя. Совсем же не похож на человека, который нуждается в помощи. И все же...

— А вот и наша именинница, — Аселла счастливо обняла Мариэль. – С днем рождения, родная!

— Спасибо, сестра.

— Имениннице сегодня самое почетное место.

Это был непродолжительный, но весьма увлекательный праздник по случаю дня рождения ребенка. Красиво накрытый стол, со всевозможными закусками и десертами.

После настала очередь подарков. И вот перед Мариэль уже стояли пять закрытых коробок.

— Могу ли я открыть? — Мариэль, в предвкушении протянула руки к коробке с подарком от Джудит.

— Конечно. Это же твои подарки.

Мариэль радостно захлопала в ладоши и принялась разворачивать коробки: Джудит подарила красивый браслет с божественным благословением; Отец Рошан письменные принадлежности; Лорд Магической Башни очень редкую волшебную книгу. Каждый раз, когда глазам Мариэль открывался новый подарок, девочка ахала и счастливое детское лицо озаряла восторженная улыбка.

Следующим был подарок Великого Князя — простая плоская коробка; трудно было даже предположить, что же в ней может находиться.

— …. Эм-м-м?

Пока Мариэль сосредоточенно склонив головку на бок, старалась открыть застежку, все как один заинтригованно уставились на Каликса; но князь лишь лукаво приложил указательный палец к губам.

— Контракт на продажу? – наконец, справившись с застёжкой, медленно прочитала Мариэль.

— Что? – Аселла торопливо подскочила к сестре, заглядывая в документы.

Там говорилось, что участок, само задние и права на продажу в Магазине Десертов теперь принадлежат Мариэль Локтрин. Как ни странно, название магазина показалось Аселле знакомым.

— Я слышал; тебе очень нравятся десерты в этом кафе.

— Клубничный мильфей? – воскликнула девочка, которая было уже загрустила при виде странной кипы разочаровывающих бумаг.

— Да. С этого момента можешь наслаждаться им сколько захочешь.

— Спасибо!

Великий Князь тайком поджал губы, стараясь скрыть довольную улыбку, и только тогда до Аселлы дошло:

— Каликс это…

— Слишком? Это ты хочешь сказать? Я так не думаю. Разве этот ее день рожденья не является чем-то особенным. Девочке исполнилось десять лет — первый юбилей. А еще, в этом году Мариэль пробудила свои способности.

Аселле стало еще более неловко. Однако! На нас же смотрят гости. Мой муж так старался ради меня и моей сестры. Могу ли я вот так пренебрегать его искренностью и продолжать ворчать. Она постаралась тщательно подобрать слова:

— Каликс спасибо тебе за заботу. Просто я…

— Аселла, — князь встал, подошел ближе; обнял жену за талию. – Разве я не говорил, что хочу сделать твоей сестре достойный подарок, — прошептал он ей на ухо.

Этот человек... пред другими людьми… Аселла смутилась, покраснев до самых ушей:

— Да, но Мариэль еще совсем ребенок.

Все же это был слишком серьезный подарок для десятилетнего ребенка. Несмотря на заверения мужа, Аселла по-прежнему выглядела обеспокоенной.

— Ну и что с того? Она уже глава семьи Локтрин. На самом деле я хотел сделать нечто большее, но сдержался, решив, что ты почувствуешь себя слишком обремененной.

— Хорошо, Каликс, сп-спасибо… — тихонько вздохнула, Аселла вдруг осознав, что лучше сдаться сейчас.

Мужчина, довольно усмехнувшись, вернул Аселлу на свое место, а по дороге как бы невзначай напомнил маленькой Мариэль:

— Осталось открыть последний подарок.

Вот тут Аселла начала нервничать по-настоящему; по сравнению с остальными ее подарок был настолько незначительным, что девушке стало не по себе. А что, если Мариэль будет разочарована?..

— Ух ты!

Оказалось, что это было напрасное беспокойство; девочка несколько раз заводила шкатулку завороженно глядя на проплывающий хоровод из фигурок зверей.

— Это так здорово! Спасибо, сестра, — поблагодарила она, поцеловав Аселлу в щеку и вдруг стала очень серьезной. – А как насчет моей просьбы?

Аселла замялась и, неуверенно посмотрела на мужа.

— Мы обязательно поедем в столицу все вместе, — заверил Каликс и ласково погладил Аселлу по голове.

— Правда? – запрыгала от радости Мариэль.

— Да, но вы должны мне пообещать, юная леди. Быть особенно осторожной. И никогда не ходить одной. С вами всегда должна быть охрана.

— Конечно! Я обещаю быть очень острожной, — просияла от счастья Мариэль.

И только Аселла, наконец, успокоилась, почувствовав мир и гармонию, как следующее заявление Мариэль стало для нее эффектом разорвавшейся бомбы.