Когда Аселла и Каликс прибыли в город, то сразу же ощутили острое предвкушение праздника. Миновав узкий переулок, они оказались на широкой улице, по которой во время фестиваля праздничная процессия будет двигаться до самой Площади Торжеств. Но и сейчас здесь было довольно многолюдно. Аселла поглубже натянула капюшон мантии. Она надела ее для того, чтобы защититься от прохладного ночного воздуха, и еще, чтобы не быть замеченной другими людьми. Серебряные волосы и кожа, мерцающая как лунный свет, были редкостью даже в пределах Империи.

— Давай помогу, — Каликс затянул пряжку на ее груди, — так удобно?

Хозяин княжества также был одет в темный дорожный плащ с глубоким капюшоном.

— Все нормально. Правда, она немного широковата…

Но не это было причиной ее покрасневших щек. Сейчас Аселла была так взволнована:

— Идем скорее!

— … да.

Девушка крепко держалась за руку своего мужа, и ее глаза были круглыми, как у ребенка, которого впервые вывели на городской рынок. Она с восхищением рассматривала улицу. Все городские улицы, вплоть до самых глухих переулков, были прекрасно освещены. Несмотря на то, что солнце уже давно скрылось за горизонтом, вокруг было светло, как днем. Повсюду кипела жизнь. Столько людей, столько движения. Сердце Аселлы колотилось от переполняющей кипучей энергии города, залитого ярким фонарным светом, не в силах поверить, что вокруг давно уже поздний вечер.

Оживленные лица людей, вечерний шум улиц. И приятные хлопоты в преддверии предстоящего праздника. В этом не было ничего удивительного. Но только не для Аселлы. Для нее все здесь было в новинку. Столько всего заманчивого и красочного, что девушка не знала, куда смотреть в первую очередь. Она волновалась, словно щенок, попавший в лавку игрушек, чем доставляла непередаваемое удовольствие своему мужу, не сводящему с нее ласковых глаз.

Каждый магазин имел красиво оформленные уличные прилавки.

«Вы только посмотрите сюда! Он прибыл сегодня утром!» — призывно кричали торговцы, вовсю расхваливая товар, и добавляя красок в оживленную атмосферу.

Аселла, с любопытством разглядывая все подряд, вдруг замерла пред прилавком с музыкальными шкатулками. Она протянула руку и осторожно взяла одну размером с ладонь.

— Может быть, эта?

— Может быть, — это был ничего не значащий односложный ответ.

— А что насчет вот этой?

— Тоже неплохо.

Ее глаза сузились:

— Тебе не нравиться?

— Ну что ты! Очень даже красиво!

Однако Аселла скептически отнеслась к такому наигранному участию. И снова перевела взгляд на шкатулку в своей руке.

На самом деле Каликс намеренно не хотел вмешиваться. Ведь у его жены было так мало подобного опыта. На протяжении многих лет она совсем была лишена возможности выбирать.

— Ну что же мне взять? А вдруг эта форма не нравиться Мариэль.

Однако Каликс по-прежнему держал рот на замке и молча наблюдал из-под капюшона. Ее нерешительность, и то, как она размышляла, касаясь указательным пальцем кончика носа, казались ему чрезвычайно милыми.

— Я возьму это! – вскоре Аселла все же сделала выбор.

На диске серебряной музыкальной шкатулки под изящную мелодию медленно вращались различные животные: кролики, цыплята, щенки. У каждой фигурки на голове красовалась корона, символизировавшая удачу.

— Это действительно красиво. Думаю, твоей сестре очень понравится.

— Правда?

— Поверь, юная мисс запрыгает от восторга.

Обеспокоенное лицо Аселлы наконец просветлело. Мгновение спустя она уже держала в руках маленькую коробочку, перевязанную ярким бантом.

Очень скоро ее внимание привлекла веселая захватывающая мелодия.

— Каликс, пойдем скорее! – потянула она его руку, навострив уши как маленький любопытный кролик.

Спустя какое-то время Аселла, не успев опомниться, оказалась в окружении толпы из красиво одетых людей. Однако Каликс уверенно вел жену к первым рядам.

Толпа расступалась, будто море, от одного только взгляда его красных глаз. Мало того, между этой парой и другими людьми возникала граница, непреодолимая, будто пропасть. Это было естественно для Каликса. А Аселла совсем ничего не замечала. Сейчас она видела только оркестр и множество нарядных людей, задорно танцующих прямо на городской площади.

Девушка не могла оторвать взгляд от их свободных, никогда невиданных ею движений. Очень скоро ее плечи начали подергиваться в такт музыке. И Аселла незаметно для себя принялась приплясывать, стараясь освоить незатейливые танцевальные па. Бледные щеки раскраснелись от возбуждения, а из полуоткрытых губ срывались тихие звуки, когда она старалась запомнить мелодию.

Однако мужчина рядом с ней совсем не интересовался окружающим зрелищем. Он был всецело сосредоточен на своей жене.

— Прошу прощения, господин, — все же отвлек его робкий голос.

Каликс недовольно поднял бровь и нехотя оторвался от своего увлекательного занятия.

Перед ним робко стоял юноша лет пятнадцати. С огромным букетом алых роз.

Мальчик, вздрогнув от гневного взгляда холодных глаз, мгновенно пожалел, что из множества пар выбрал именно эту. Но отступать уже было поздно.

Это мой последний шанс. Если не продам цветы, мне нечего будет есть. Подумал он про себя.

Несмотря на то, что фестиваль традиционно украшали множеством цветов, он не мог продать ни цветочка. Юноша был слишком застенчив. В последний момент звуки будто застревали у него в горле, и бедолага не мог вымолвить ни слова.

Ну же. Приказал себе мальчик, сухо сглотнул и зашевелил губами:

— Господин, купите даме цветы, — почти прошептал он, но тут же пожалел об этом.

В кроваво-красных глазах мужчины вспыхнул опасный свет. От этого взгляда у несчастного резко заныл живот и задрожали колени.

— Ты предложил мне цветы? – в низком холодном голосе сквозило высокомерие, свойственное человеку, облеченному властью.

Юноша сразу догадался по их внешности и поведению, что это была очень богатая пара. Но скоро понял свою ошибку.

Перед ним стоял субъект, способный контролировать публику, одним только взглядом.

Аристократ! Только теперь юноша осознал, что выбрал не того человека. Однако дело было сделано, и нужно было как-то выкручиваться.

— Такая красивая дама! Хорошо… Если подарить розу любимой…, то ваши отношения …. Благосклонность. — Он даже не мог понять собственных слов. Ему просто нужно было хоть как-то выбраться из этой опасной ситуации. – Навсегда, не расставаясь… Привязанность между ними становится крепче… — юноша, нервничая все сильнее, понес полную околесицу:

— Сколько?

— Что? – испуганные глаза распахнулись от неожиданного вопроса.

— Я спросил, сколько это стоит.

Мужчина бросил быстрый взгляд на женщину рядом с ним, всецело захваченную уличным зрелищем.

Но когда угрожающий взгляд снова упал на его лицо, юноша быстро выдохнул.

— Всего одна монета, милорд. Только одна медная монета. Сколько вы хотите…

— Давай все!

— Все это...?

Букет был огромным - около ста роз. Но бедняге не удалось продать еще ни одного цветка. Сто роз одна серебряная монета.

Однако в его дрожащей ладони уже лежали пять монет серебром.

— Считай это платой за добрый совет, — ответил мужчина вконец ошеломленному юноше.

***

Музыка стихла под громкие аплодисменты публики, и Аселла, внимательно наблюдавшая за действиями людей, тоже бросила горсть монет в шляпы спустившихся в толпу музыкантов.

— Это удивительно! – воскликнула она с радостно раскрасневшимся лицом.

Любуясь ее волнением, вызванным таким простым и незатейливым зрелищем, Каликс вдруг почувствовал себя очень счастливым.

Он впервые видел Аселлу такой. Яркая, как весеннее солнце, улыбка от которой у мужчины нежно сжималось сердце. Это было удивительно приятное чувство. Стараясь скрыть свои мысли, Каликс учтиво преподнес ей букет, что прятал за широкой спиной. И задохнулся. От ее невероятных эмоций.

Глаза девушки восхищенно расширились, а зрачки задрожали от восторга.

— Это все мне? Это же розы? Мне! Да!

— Да. Это для моей драгоценной жены.

— Аселла вдруг нерешительно замерла, затем медленно протянула руки. Осторожно, словно это была самая важная ценность на свете. Она приняла букет. Затем обняла аккуратно подрезанные, лишенные шипов стебли и склонила голову, вдыхая умопомрачительный аромат.

Каликс никогда бы не подумал, что женщина может быть так тронута, если ей просто подарить букет цветов.

— Но, когда ты успел их купить?

— Тебе нравиться?

— Очень! – она знала, что значат алые розы. Но все же боялась поверить в такое.

Тем временем мужчина был очень доволен.

— Каликс, это правда?

— …?

— Ну, они красные. Красные розы?

Князь вдруг почувствовал крайнюю благодарность незнакомому мальчишке, который несколько раз поклонился и выпалил спасибо, все еще не веря в свою удачу. Что тогда он сказал? «Алые розы — символ любви».

— Если тебе так нравиться, я велю разбить розарий в оранжерее. Чтобы моя жена могла видеть их каждый раз, когда совершает прогулку, — он осторожно поправил несколько серебристых прядей, выбившихся из-под капюшона.