Глава 32.

– Если вам больше нечего сказать, то я пойду.

Причина, по которой Касио не помешал ей произнести эти слова, заключалась в том, что это был день похорон.

Наверное, «эта» реакция такая, потому что это день похорон Офелии. Невозможно. Она останется в особняке Маркиза, и мы встретимся снова……

Если подумать, даже чувство утраты Офелии было на мгновение развеяно в Касио этой пустой реакцией Эмилии.

Когда позже мужчины пришли в себя, то услышали новость о том, что Эмилия покинула особняк маркиза Виндроуз рано утром и исчезла.

Касио до сих пор помнил, словно это было вчера, огромную тревогу, которую невозможно передать словами на обычно непоколебимом лице Лэотиса Хоп.

Оказалось, что Эмилия попрощалась с маркизом Виндроуз, но когда тот попытался убедить её остаться, девушка сказала, что уйдёт, как только взойдёт солнце, поскольку у всех, включая её, множество мыслей на уме и необходимо медленно разобраться с ними, поэтому не стоит принуждать её.

Последним подтверждённым фактом стало то, что дворецкий вызвал Эмилии карету, когда та собралась уходить.

И в лучшем случае она забрала с собой столько вещей, что могли бы заполнить лишь чемодан, а после исчезла, оставив одной из своих приближённых горничных любимую ленту, подаренную Офелией.

А когда наступило утро особняк Виндроуз перевернулся с ног на голову.

В особенности, маркиза вновь потеряла сознание от шока.

Никто даже подумать не мог, что Эмилия вот так уйдёт.

У неё не было другого дома, кроме особняка Виндроуз и не было никакого, на кого она могла положиться или довериться.

И тем не мене всё было именно так.

Поэтому Касио Брамантоф ощутил смесь восторга и недоумения, когда увидел, как настороженно нахмурилась Эмилия, увидев его у дверей небольшого кафе.

Серьёзно, никогда не думал, что она будет работать среди простолюдинов.

Всякий раз, когда Касио слышал о том, что девушка ушла почти ни с чем, даже если и сказала что-то вроде «у меня достаточно денег», он подсознательно успокаивал своё встревоженное сердце мыслью о том, что она не могла встретить свой конец и что это просто его зловещее воображение.

На самом деле, именно поэтому все и искали Эмилию.

После дня похорон Офелии Эмилия исчезла, не сказав никому, куда направляется, взяв с собой лишь несколько самых ценных подарков от Офелии и свой скромный багаж.

Должны были поступать новости от каких-либо дворян, с которыми у неё были связи, но никаких новостей ниоткуда не было слышно. Слишком идеальное исчезновение.

Даже если Эмилия не жила как обычная аристократка, она жила рядом с Офелией и никогда не поднимала ничего тяжелее чайника.

Откуда у неё такой склад ума, чтобы, чёрт побери, скрывать свою личность и жить среди простых людей?

Одежда, которую носила Эмилия также была сшита из грубой ткани. И всё же, несмотря на то, что её одежда была простой, лишённой каких-либо аксессуаров, глаза девушки спокойные и чёрные как смоль были такими же, как и раньше.

Касио был шокирован.

Пусть они и перепирались чаще из-за Офелии, чем обменивались приветствиями, Эмилия была знакома с наследниками семей Брамантоф и Глосто.

Даже если они хотела открыть кафе в качестве хобби, она могла сразу же открыть его в хорошем месте, просто попросив об этом маркиза Виндроуз.

Конечно, для того, чтобы оставаться в аристократическом обществе, необходимо иметь связи в дворянских семьях, чтобы кто-то мог выступить в качестве её опекуна. И всё же это……

Да. Эмилия ведёт себя так, словно ей больше некому доверять в этом мире, кроме себя.

Не желает ни на кого полагаться. Не желает просить никого о помощи.

Не возмущается и не показывает свою жадность.

Почему. Почему, чёрт побери?

Когда Касио снова подумал об этом, то понял, что именно рядом с Офелией эта равнодушная девушка лучше всего проявляла эмоции на своём лице.

В отличии от других, она не поддавалась очарованию Офелии и вела себя спокойно, словно Офелия Виндроуз, что была рядом с ней, была обычным человеком.

Да. Сейчас, думая об этом, этой девушки было всё равно поклонники Офелии, сама Офелия или кто-то ещё. Она смотрела на всех одинаково.

Касио Брамантоф ошибочно считал, что Офелия – та, кто даже не осознаёт своё место.

На самом же деле, для этой девушки ничего не имеет значения.

Верно? Ни собственные опасения, ни любовь?

В это трудно было поверить. Касио Брамантоф знал человеческие желания лучше, чем кто-либо другой.

Он гордился тем, что лучше, чем другие люди, знает личности власть имущих. Особенно аристократов.

Те, у кого было хоть немного больше жадности, проявляли ещё большую жадность. Независимо от того, хорошо они воспитывались или нет, никто не мог легко отказаться от чего-то, что однажды попало в его руки.

Более того, Эмилия росла, постоянно видя рядом с собой Офелию, которую все любили и которой восхищались.

Это была малоприятная обстановка, в которой даже у самого набожного священника развился бы комплекс неполноценности.

А Эмилия сбежала, хотя могла получить почти всё, что оставила «эта» Офелия.

Если бы мне не удалось вот так найти её следы, я бы, возможно, никогда в жизни не услышал больше о ней.

В любом случае, Касио Брамантоф редко упускал возможность получить то, что желал.

И сейчас Эмилию могло удержать лишь одно.

Касио Брамантоф в прошлом никогда бы не подумал, что будет использовать это против Эмилии.

– Это же слишком. Как я могу носить это, если я даже не Офелия?

Офелия Виндроуз.

Это было странное упоминание.

Настолько странное, что казалось, Эмилия желала сдержать кого-то, кто раньше считался поклонником Офелии, просто произнеся её имя.

Касио смотрел на бледное лицо девушки, на котором отражалась неподдельная усталость.

Даже маркиз и маркиза Виндроуз не могли общаться со своей дочерью как с обычным ребёнком. Вокруг Офелии всегда была какая-то таинственная аура.

Даже Лэотис Хоп, с которым она росла как с родным братом и сестрой, никогда не относился к Офелии небрежно.

До прихода Эмилии все дети, посещающие особняк Виндроуз, вели себя с Офелией прилично, плакали или умоляли, но не смели противостоять ей.

Слышал, что единственной, кто схватилась за те прекрасные серебристые волосы и закричала так, словно на кону была либо её смерть, либо Офелии, была маленькая Эмилия.

– Эта мисс и правда очень красивая, и добрая.

Тогда почему она не отреагировала также на леди Элоди? – Касио посмотрел на Эмилию, которая качала головой, сверля её своим острым взглядом.

Её не встревожило то, что она увидела Эдмонда Глосто и леди Элоди вместе.

Выслушав слова горничной, Касио узнал, что Эмилия с огромным самообладанием спросила, где её карета, а затем молча покинула бутик.

Пусть она уже сталкивалась с леди Элоди и Лэотисом ранее, её отношение всё равно слишком…… естественно.

Обычно люди задаются вопросом, как они могут быть настолько похожи и не является ли леди Элоди родственницей маркиза Виндроуз.

Разве Эмилия не была настолько тронута одним единственным письмом от «той» Офелии, что начала притоптывать ногой?

И всё же она.

– Мне это не нужно.

Крайне холодно провела черту.

Будто заранее знала, что это не произойдёт.

Несмотря на то, что эти леди Эмилия настолько похожа, что любой может принять её за Офелию и при том, что Эдмунт Глосто открыто демонстрирует своё отношение, которое показывает его абсолютно влюблённым.

Касио находил это невероятно Интересным.

В любом случае, Эмилия…… да, – Касио Брамантоф признал это.

Она не похожа ни на одну женщину, которую я когда-либо видел.

Каждый раз, когда он думал об этом, в его сознании появлялся иллюзорный профиль Богини, с насмешкой смотревшей на него.

– Это не слишком. Мода в светском мире меняется невероятно быстро. У вас должно быть минимум 2 комплекта платьев любого стиля.

– Разве перебор не также плох, как и недостаток?

– Вы знаете, что обычно гардероба леди за один светский сезон достаточно для того, чтобы заполнить 3 особняка.

– Нет, это действительно слишком.

– Вам беспокоит размер бюджета семьи Брамантоф?

– Даже если у меня будет 10 тел, я не смогу относить все этим платья в этом сезоне, не так ли?

– Что за грустные слова. Если бы тётушка это услышала, то пришла бы в ярость. Она сказала бы, что если следовать тому, что часто называют «женской добродетелью», то в светский сезон будет недостаточно и трёх комплектов одежды: на завтрак, обед и ужин.

– ……

– Ещё не было времени, чтобы подогнать их по размеру, верно? Позже всё будет доставлено домой, а также прибудут портнихи, чтобы внести изменения, но я подумал, что будет полезно увидеть их хотя бы один раз.

– …… – Эмилия лишь покачала головой, будто у неё больше не было сил спорить.

Её нежные чёрные волосы мягко покачались в воздухе от этого движения.

Платье, против которого так яростно выступала Эмилия, утверждая, что оно «не идёт ей», представляло собой платье, сшитое из нескольких слоёв тонких слоёв ткани, слегка подчёркивающий силуэт тела, а низ платья был украшена кружевом, похожее на бутон колокольчика.

Касио это казалось неплохим стилем.

Нет, скорее, это его вполне устраивало.

Верхняя часть платья была ярко-персикового цвета, а нижняя насыщенного фиолетового. На талии девушки сверкал пояс, расшитый нитью и жемчугом.

Эмилия вела себя так, словно была не слишком уверена в своей внешности, но даже если она всю свою жизнь пробыла рядом с Офелией, нельзя было сказать, что её внешность была в чём-то неидеальна.

Пусть у Эмилии не было той же ауры, какая была у Офелии, из-за которой никто не мог отвести взгляда, даже если человек просто проходил мимо, девушку всё равно окружала странная атмосфера.

Аккуратное белое лицо. Тело с изящными, как у оленёнка, изгибами. Насыщенно чёрные волосы, которые привлекали всеобщее внимание даже без каких-либо украшений.

Если Офелия казалась живой и дышащей Богиней, то Эмилия имела странный облик принцессы павшей страны.

Это особенно подходило к её глазам, по которым ничего невозможно было прочесть, словно они молча хранили тайны, о которых никто не знал.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –