– Здравствуй, Мирко, - оглушил меня свистящий шепот. – Как дела?

Голос издал жуткий смешок, из-за которого я рухнула на колени, прикрыв уши. Вот черт, кажется, у меня лопнули перепонки...

Чувствуя, как сквозь пальцы идет кровь, я попыталась открыть глаза, но они словно слиплись. Я напрягалась как могла, но веки не пожелали раскрываться. Лишь кровь, кажется, пошла сильнее.

– Ну, ну, – этот шепот убивал меня. – Не тужься ты так… У тебя ведь нет глаз, Мирко.

– Спасите! – попыталась крикнуть я, но не смогла – рот не открылся.

– И рот твой зашит… -– пропел голос, и я почувствовала, что кровь пошла из носа.

– Ты молчишь, Мирко… Почему же ты молчишь? – снова смешок, из-за которого вдоль спины проступил холодный пот, а ужас мешал рационально мыслить.

Я пыталась кричать, но рот не открывался. Я силилась двинуться, но тело не слушалось. Тьма была со всех сторон, нет не так - я была темнотой. Безликой, всеобъемлющей и беззащитной. Пугающей, но неопасной. Жуткой и завораживающей.

– Ах, Мирко, Мирко, – сочувственно прошептал голос. – Ты так красива, и так хрупка, – левое ухо обожгло дыханием, и я открыла глаза.

Передо мной улыбался кактус. Он нежно погладил меня по щеке и бархатным голосом сказал:

– Меня зовут Бенедикт, а вас Вас?

Ответить я не успела. Подомной вдруг разверзлась почва и я рухнула вниз, но испугаться даже не успела – полет был короткий и окончился на кровати, с каким-то невообразимым количеством матрасов.

На меня зашикали зайцы-вампиры, сидящие вокруг – я помешала смотреть им «Сумерки». Смущенно попросив прощения, попыталась устроится на постели. Но лежать, несмотря на четыре мягких матраса, было дискомфортно, словно что-то постоянно упиралось в спину. Не выдержав, под неодобрительное сопение зайцев, я спрыгнула, решив проверить, что мешает. Под самым нижним матрасом оказалась небольшая горошина, которая тут же начала верещать про какую-то дискриминацию прав бобовых и что она подаст на меня в суд за причинение тяжкого вреда здоровью. В дверь кто-то постучал. Я обернулась и открыла ее.

– Йо! – махнул рукой в белой перчатке, какой-то парень в желтых очках и красном плаще с широкополой шляпой. – Здесь зайцы обитают?

– Мы кролики!!! – возмущенно крикнул один, встав на задние лапы.

– Неважно! – парень вошел, вежливо отодвинув меня. – Потусуем? – в его руках появились огромные пистолеты.

– По любому, – хором ответили кролики, достав дробовики.

– Сюда! – кто-то дернул меня за руку, и я провалилась в зеркало. – Последишь за моим псом? – высокий мужчина, с бородкой передал мне поводок.

Молча взяла его и увидела, как мужчина достал откуда-то простые карандаши и прыгнул с самолета на щите с белой звездой.

– Эй! – позвал кто-то, я обернулась и увидела парня в странном костюме. – Щит мой не видела?

Отрицательно качаю головой.

– Опять этот! – негодующе кричит он, доставая часовою стрелку и произнеся: «Урэтама», исчезает.

Я перегнулась с пофигистично выглядящим псом. Вдруг откуда ни возьмись появляется странный человек в плаще с чудным автоматом в руках.

– Аномалия не пробегала? – спрашивает он пса.

Тот кивнув, рванулся в тоннель, вырвав поводок. А меня кидает в противоположную сторону.

– Стикс никого не прощает! – проорал мне в лицо какой-то полуголый азиат в трико, пока я летела по космической станции.

– Моя принцесса! Гвардеец Стэн готов выполнить ваш приказ!

– Чимбик опять шалит…

– За Криг!

– За Древо!

– Ща бы пельменей бахнуть нормально.

– Опять работа…

Голоса вертелись вокруг меня, норовя запрыгнуть на плечи, залезть в уши и побегать по моей голове. А я все летела и летела по серым коридорам, пока вдруг не пробила стену вылетев в открытый космос.

«Мирико не была предателем» - всплыло у меня перед глазами, и я вдруг рухнула на стул, упав на спину.

– Я пришла договорится! –закричала я, вскакивая.

– Да с кем? – раздался голос в правом ухе. – Все пошли из пушки стрелять.

Я побежала вперед, по крышам домов ночного города. Рядом скакала и смеялась черная пантера, крича что-то про наследника парда и возрождения былого величия оборотней. Я кивнула и рассмеялась, наслаждаясь свободной и прыгнула вперед с небоскреба раскинув руки и закрыв глаза. Короткий миг полета и я приземляюсь в повозку с сеном. Ее хозяин, увидев это, пришел в ярость стукнув меня тростью по голове.

– Ты это сено собирал, чтоб в него прыгать?! – рядом с ним стояли странного вида худой старик в треснутом пенсне и огромный кот, которые согласно ему кивали, осуждающе на меня смотря.

– Простите, – повинно опустила голову я, и вдруг оказалась на носу огромного корабля. А чьи-то сильные руки подхватили меня и подняли.

– Красиво! – закричала весело я.

– Да… – голос Лео…

Оборачиваюсь. Он стоит в паре метров от меня, в порванной окровавленной рубашке, белые волосы слиплись, мертвые глаза опущены.

– Я убил его…

Лео! Крикнуть не получилось – тело перестало словно слушаться. Я попыталась бежать, ноги подкосились и я рухнула на землю.

Лео…

– Ах, милая, милая Мирико, ты так красива, так беззащитна…

– Нет!!! – вскрикивает девушка, вскакивая на мокрой от пота кровати. Грудь высоко вздымается, руки до бледных костяшек сжимают одеяло, глаза расширены. Посидев немого и отойдя от пробуждения, она потерла лоб, силясь вспомнить, что же так напугало ее. В памяти остались лишь какие неясные образы и тот ужас, что она испытывала.

Встав с кровати, она прошла в ванную и умылась, посмотрев на себя в зеркало.

Бледная, с растрепанными волосами и с глазами, в глубине которых спряталось нечто, что вряд ли позволит уснуть.

– Вот черт, – прошептала она, смотря на себя. – Что же мне снилось?

Постояв немного и не найдя ответа на этот вопрос, она вернулась обратно в спальню.

– Надо позвонить Лео.

***

Лео стоял, слегка склонив голову перед мужчиной. От Самуила веяло Силой, а эфир, расплескавшийся вокруг, пробирал до костей даже такого прожжённого стихийника, как Лео. Отец Вероники сидел на коленях опустив руки и подняв голову вверх, наблюдая за облачным небом. От глыбы перед ним исходил холодный пар, замораживающий траву ипокрывавший инеем землю.– Ты знаешь, кто?.. – тихо спросил Самуил, не шелохнувшись.– Нет, но обязательно выясню, – Лео сделал небольшой шаг назад, не выдержав чужеродного эфира. – Мне передали это дело.– Решил вспомнить старые деньки? – ухмыльнулся мужчина, повернув голову к брату зятя. – Удачи. И, Лео…– Я сообщу вам, если узнаю что-нибудь, - кивнул мужчина.– Спасибо, - прикрыл глаза Самуил. – Как ты думаешь, кто смог это сделать?– Тот, кому очень сильно перешли дорогу лучшие агенты магполов. Кто-то очень влиятельный, раз смог организовать покушение, убившее их.– Они долго играли в игру, где правила менялись, с сменой игроков. Доигрались.– Вы что-то знаете об этом?– Нет, дочь никогда не рассказывала о работе. А уж твой брат, - усмехнулся Самуил. – Просто я знаю, как это все происходит. Правила в этом мире гибкая вещь – их можно примерять на что угодно. Их легко обходить, их легко истолковывать по-своему. И тот, кто достиг в этом мастерства – на вершине мира.Помолчали, думая о своем. Потом Самуил встал, хлопнул в ладоши, и глыба перед ним словно лопнула, разнесшись холодной волной снежинок.– Пойду я живность кормить, – произнес Самуил, ссутулившись. – А то совсем забеспокоились, бедные. Пока и удачи, Лео.– Вам тоже, до свидания, – Мужчина слегка поклонился и пошел прочь. Не нужно сейчас его беспокоить.Уже около машины телефон в кармане завибрировал.– Слушаю, Мирико. Что? Сон? Погоди, я сейчас подъеду, и ты все расскажешь, хорошо?Положив телефон во внутренний карман пиджака, Лео вздохнул. Впервые за много лет он снова ввязывается в игру высших стихийников. В прошлый раз, заигравшись, он чудом остался жив. Но тогда он пытался играть по чужим правилам. Сейчас же…Мужчина поднял руку и на ней заискрился небольшой белый шарик.Он будет писать свои.