Работяга зарабатывал на жизнь, таская грузы на рынке. Он всегда получал оплату уже после того, как все лавки закрывались, и медленно тащился в свою убогую хижину на окраине. Он был идеальной мишенью для ёкаев.

Неужели я, наконец, увижу рожу этого мерзавца.

Возможно, он сначала нацелится на того, кого охраняет Елан, но Ашита считал, что этот человек — более вероятная цель. Особенно сегодня, когда энергия инь достигала своего пика. Ёкай просто не мог не проявиться.

Как и ожидалось, когда работяга приблизился к хижине, Ашита почувствовал зловещую энергию. Он сразу же перешёл в боевую готовность.

Сзади, к ничего не подозревающему мужчине, шатавшемуся по дороге, медленно подкралась чёрная тень.

Как только тварь пересекла границу заранее установленного барьера, Ашита активировал его. Со всех сторон вспыхнуло пламя, и силуэт ёкая, скрывавшийся во тьме, полностью проявился.

Крук-йо-кай, вороновидный?

Тощий, с острым лицом, прикрытым тонкой личиной, — но Ашите не составило труда разглядеть его суть.

Жрецы, находившиеся в засаде, начали читать заклинания.

Ёкай завопил от боли и начал корчиться. Личина лопнула, и из его плеч вырвались чёрные крылья.

Работяга, испуганный внезапным нападением, упал на землю, увидел происходящее — и, закричав, обмочился.

Ашита схватил его, отбросил назад и начал читать заклинание.

Из его рукавов вылетели сотни талисманов, опутавших ёкая, который пытался вырваться из барьера, словно пойманный олень.

Ёкай, попавший под чары, моментально принял свою истинную форму: четыре гигантских крыла, пять алых глаз, чёрный клюв, внутри которого — густо насаженные, словно шипы, зубы.

— Как и думал, Иам.

Хотя это довольно сильный ёкай, но его силы недостаточно, чтобы командовать сотнями подчинённых духов.

Ашита щёлкнул языком.

Значит, он — всего лишь пешка.

— Гребаный человечишка!

Ёкай бешено захлопал крыльями и завопил.

Талисманы, сдерживающие его, отреагировали на его магическую силу и вспыхнули синим пламенем.

Испуганный крук затрепыхал крыльями.

— Если не будешь вести себя спокойно, всё тело сгорит дотла.

Ёкай злобно сверкнул красными глазами.

Ашита усмехнулся и добавил:

— Если хочешь стать жареной птицей — я не против.

— С-стой!

Ашита снова начал читать заклинание. Пламя вспыхнуло ярче и полностью охватило чёрное тело ёкая.

Крук закричал от боли и начал корчиться.

— Буду спокоен! Буду послушен!

Ашита взмахнул рукой. Пламя погасло, будто его и не было.

Ёкай, решивший, что всё его тело сгорит дотла, ошарашенно моргал всеми пятью глазами.

Похоже, страх сжал его до предела — его тело сжалось до половины прежнего размера.

Ашита без труда подцепил эту жалкую тушку пальцами.

— Если не будешь слушаться, я обращу тебя в пепел.

Его лицо при этих словах было таким мрачным и злобным, что ёкай задрожал всем телом.

Ашита ухмыльнулся, схватил его за крылья и потащил волоком, подмигнув другим жрецам.

— Поймали — пора возвращаться.

－Ты не можешь назвать, кто он. Не можешь сказать, где он скрывается. Не можешь рассказать, как он подчинил вас своей воле.

Что ты вообще можешь сказать?

— Если ты бесполезен, придётся тебя убить.

Говоря это нарочито холодным голосом, Ашита наблюдал, как чёрные крылья ёкая задрожали от страха.

— Я могу сказать... только одно: он хочет стать человеком.

－Зачем ему становиться человеком?

Совсем недавно Ашита убеждал себя, что причина неважна, но всё же не сдержался и задал этот вопрос.

Ворон-ёкай, будто впервые услышав такой странный интерес, наклонил голову и зажмурил кроваво-красные глаза.

— Разве это не естественно? Мы жаждем мира людей. Мы стремимся обрести плоть. Таковы мы — существа, рожденные из желания.

－Я это знаю. Но… такое навязчивое, болезненное стремление — мне не доводилось чувствовать ни от одного другого ёкая.

Ёкай, подчинивший себе множество собратьев, пожирающий людей без разбора, чтобы заполучить человеческое тело…

Это был не просто один из тех, кто по наитию мечется между мирами. Это было нечто иное.

— Почему он так жаждет стать человеком?

— Этого я не знаю...

Ашита нахмурился. Ёкай, которого он с таким трудом поймал, оказался почти бесполезен. Он разочарованно опустил плечи.

－Как вы его называете? Хотя бы прозвище. Это ведь ты сказать можешь?

Он пристально посмотрел на ёкая, вынуждая его говорить. Тот нерешительно, но всё же раскрыл рот.

— ...Мы зовём его Ато.

Что теперь делать?

Ашита повторил это имя про себя. Он посмотрел на ворона-ёкая. От него, похоже, больше ничего не добьёшься.

Неужели придётся его убить? — размышлял он, но в этот момент снаружи послышались встревоженные голоса. Ашита повернул голову.

Трое младших жрецов, следовавших за мальчиком, с шумом вбежали в помещение. Их взволнованный вид заставил Ашиту насторожиться.

— Что случилось?

— Сюда, скорее!

Один из них схватил его за руку и потянул за собой. Ашита, ничего не понимая, бросился вслед за ними, спускаясь по лестнице, предназначенной для детей. Он приподнял полу своей ритуальной одежды и последовал за ними.

Тем временем небо уже начало светлеть от рассвета. Видимо, начинался новый день — улицы были полны людей. Пробиваясь сквозь толпу, мальчик повёл Ашиту к широкой центральной улице, вдоль которой стояли лавки.

— Что за неотложное дело? — хотел спросить Ашита, но, увидев открывшуюся перед ним картину, он онемел.

Широкая улица, по которой с трудом проехали бы три-четыре повозки рядом, была залита кровью, словно покрыта алым ковром.

Он с отвращением отвернул голову. По всей округе витал густой запах крови. На глаз — больше сотни тел, выстроенных по обеим сторонам улицы. А над мостовой висело тело, подвешенное, как туша мяса в мясной лавке.

Один из старших жрецов, вышедший было сказать что-то, не выдержал и принялся яростно блевать прямо на камни.

Ашита медленно шагал по мостовой, запятнанной засохшей кровью.

Кровь погибших, словно упрёк, пропитала дорогу.

Словно кинжал, он почувствовал, как безмолвный крик убиенных пронзает его душу.

Он крепко сжал кулаки.

Никогда прежде он не решался убить какого-либо ёкая с такой решимостью.

Его челюсть скрипела от ярости — он так сильно сжал зубы.

Что бы это ни стоило, он найдет виновного и заставит его заплатить за это злодеяние.

Глаза Ашиты запылали свирепым гневом.

Огромная благодарность моим вдохновителям!

Спасибо Вере Сергеевой, ,Анастасии Петровой, Лисе Лисенок,Ксении Балабиной и Марине Ефременко за вашу поддержку! ✨Ваш вклад помогает создавать ещё больше глав, полных эмоций, страсти и неожиданных поворотов!

Вы — настоящие вдохновители!