Глава 342

Чигецу, с другой стороны, не слишком задумывался об этом, поскольку он просто относился к этому бою, как к любому другому спаррингу. Хотя ему пришлось сосредоточиться, так как в настоящее время большая часть его сил все еще была запечатана Гентей Рейен, и, во-вторых, он все еще не мог использовать свой Банкай в течении года.

Он оттолкнулся от земли, и в Шунпо оказался рядом с противником, нанося удар в грудь.

"- Гх..." - Ишин хмыкнул, едва сумев блокировать атаку, и был мысленно потрясен и встревожен тем, что скорость парня могла сравниться с его скоростью, даже не смотря на Гентей Рейен.

Даже Йоруичи, стоявшая рядом, не могла не впечатлиться. Каждое столкновение их клинков вызывало в воздухе красные и синие искры, поскольку давление ветра, создаваемое схваткой, заставляло окружающее пространство дрожать. Ишину потребовалось мгновение, чтобы упереться ногами в землю, и выровнять свое тело, прежде чем сделать выпад в попытке нанести удар в грудь Кишина, однако тот умело отразил атаку, сделав шаг вправо и парируя.

Его длинное черное лезвие скользнуло вниз по пылающему жару Занпакто, издав неприятный скрежет, когда два куска металла царапнули друг о друга. Голубое пламя, которое струилось вокруг катаны Ишина, освещало малиновый цвет, который окаймлял край клинка аловолосого, подчеркивая его жажду пролить кровь.

Прежде чем меч Чигецу смог вонзиться в плоть мужчины, бывший Капитан быстро произнес: "- Гецуга Тоуто Каен!"

Синий огонь на его мече моментально вспыхнул пламени, заставив Кишина остановиться в своей атаке и броситься в сторону, чтобы не обжечься от жара, однако атака на этом не остановилась, когда Ишин взмахнул клинком вперед, вызвав вспышку огня, похожую на гигантский огнемет. Когда голубое пламя приблизилось к Чигецу, он добавил немного крови и рейацу в клинок и нанес ответный удар. Лезвие кровавого полумесяца пронзило пламя, и полетело дальше совершенно не замедляясь.

"- Что?!" - воскликнул несколько шокировано Ишин и быстро выставил перед собой Занпакто, чтобы блокировать атаку.

КРЕАААК!

Яростные искры полетели во все стороны, когда он изо всех сил пытался остановить импульс удара. Хотя техника была похожа на Гецугу Теншо, дополнительный компонент объединения с кровью делал эту способность экспоненциально более опасной. Пока он пытался защититься, Кишин не унимался: "- Бакудо № 75: Гочутеккан".

"- Гах!" - мужчине, наконец, удалось отразить атаку и с трудом уйти в Шунпо, избегая Бакудо.

БУМ!

Пять железных столбов заклинания врезались в землю, в то время как Ишин катился по песку из-за своей поспешной попытки избежать атаки. Но он сумел быстро подняться и встать в оборонительную стойку, глядя на оппонента, хотя на этот раз жгучий гнев и разочарование внутри него начали остывать.

"- Почему ты стоишь у меня на пути?"

Кишин просто указал на Сенну. "- Я думал, что уже объяснил. Нам нужен Урахара, чтобы отделить воспоминания от синенджу".

"- Даже несмотря на это, у тебя есть Куроцучи Маюри для этого. Мне все еще нужно разобраться с Урахарой."

"- Ты все еще зациклен на том, чтобы Карин стала Шинигами?"

"- Конечно, это так!"

Кишин только растерянно посмотрел на него. «- Почему? Не похоже, что ты можешь изменить то, что уже произошло. Кроме того, ты отчасти сам виноват в случившимся, не так ли?"

"- А? Я?"

Чигецу усмехнулся над его растерянной реакцией. "- Я думал, это очевидно. Ты бывший капитан десятого отряда. Могущественный Шинигами, но ты оставил своих дочерей совершенно беззащитными. Не может быть, чтобы кто-то твоего уровня и мастерства не заметил, что они начали испускать реяцу в окружающую среду и должен был знать, что это привлечет к ним Пустых. Итак, что ты сделал?"

Ишин был ошеломлен. У него не было подходящего ответа.

"- Я...я..."

Аловолосый видел, как жгучее желание битвы в глазах мужчины начало быстро угасать, поэтому он опустил Занпакто. "- Тебе следует немного поразмыслить о том, как твоё отсутствие и небрежность привели к тому, что дети стали такими, какими есть. Я имею в виду, ты же не можешь на самом деле сказать, что не хотел, чтобы это произошло, верно? В конце концов, ты позволил Ичиго стать Шинигами. Если бы ты не хотел, чтобы это произошло, то принял бы больше мер предосторожности. И теперь, то же самое касается твоих дочерей".

"- Но я... мы говорим о Карин. Моя драгоценная маленькая девочка..." - Ишин изо всех сил пытался примириться с реальностью, так как знал, что означает становление Карин в Шинигами. Теперь она столкнется с опасностями, угрожающими миру, и будет вынуждена сражаться с ними на передовой. Вот почему он не одобрил это, когда она, наконец, рассказала ему о своей ситуации.

Единственная причина, по которой Карин сейчас находилась в Обществе Душ, заключалась в том, что их спор ни к чему не привел. Он был непреклонен в том, чтобы девочка никогда не уходила, а Карин желала с делать все по-своему. В конце концов, она ушла с Тоширо, в то время как седовласый капитан извинился и пообещал присмотреть за ней.

Шикай Ишина вскоре отключился, когда его гнев и разочарование переросли в печаль и сожаление. "- Я не могу поверить, как сильно подвел их..." - он опустился на землю и начал шептать извиняющиеся слова своей покойной жене.

Кишин решил, что сейчас лучше всего оставить его в покое, чтобы бывший капитан мог разобраться в своих чувствах. Убрав Занпакто в ножны, он повернулся к Урахаре, который бросил на него извиняющийся взгляд, но проигнорировав его, аловолосый просто спросил: "- Итак, ты смог найти решение?"

Урахара вздохнул и посмотрел на бесчувственное тело Сенны. "- Да... я смогу вернуть все воспоминания внутри Сенны обратно чистым".

«- Хорошо. Тогда сделай это..."

"- Подождите!" - Ичиго резко прервал его. "- Что будет с Сенной?"

С печальным видом Урахара избегал встречаться с ним взглядом. "- Этот процесс, скорее всего, создаст слишком большую нагрузку на ее тело. Вероятность ее исчезновения чрезвычайно высока".

"- Что...это значит? Ты хочешь сказать, что Сенна умрет?"

"- Ну...технически говоря, она - проявление феномена, и поэтому жизнь и смерть на самом деле не относятся к..."

"- Заткнись!" - Ичиго снова прервал его. С каждой секундой его настроение становилось все более раздражительным. Он все еще пытался осмыслить то, что произошло с Карин, и теперь ему сказали, что Сенна исчезнет. Сжав руки в кулаки, он уставился на ученного.

"- Она живая. У нее есть настоящие эмоции. Время, которое я провел с ней, было настоящим. Сенна жива! Она не просто какое-то явление или что-то в этом роде, чем вы ее считаете! Ну и что с того, что она Синенджу. Ты хочешь просто позволить ей умереть?!"

Он не мог выбросить из головы образ Карин, своей милой и властной младшей сестры, отчего его глаза начали слезиться. Сознание того, что она теперь мертва, беспокоило его, даже если девочка «жива» как Шинигами. Возможно, это была человеческая сторона его характера. Во время ссоры Кишина с отцом Йоруичи рассказала ему всю историю о том, как так произошло, и поэтому подросток был зол, что Урахара даже удовлетворил нелепую просьбу сестры, но еще больше он злился на себя за то, что не был достаточно сильным и ответственным, чтобы находиться рядом со своей семьей, когда они нуждались в нем.

Воспоминание о том, как он был слабым маленьким мальчиком, наблюдая, как его мама умирает у него на глазах, а он ничего не может сделать, заставило его почувствовать головокружение. Курасаки снова начал ощущать себя тем слабаком. Его дыхание участилось, и он начал задыхаться, а потом терять контроль над своими эмоциями и физическим телом.

У Рукии на лице появилось встревоженное выражение лица"- Ичиго. Просто дыши, хорошо?"

Она медленно начала приближаться к нему, протянув руку в нежном жесте. Ичиго на мгновение действительно успокоился, но потом увидел Кишина, стоящего позади нее, и его сердце сжалось от ревности. Весь стресс и всепоглощающие эмоции, которые он сдерживал внутри, разом вырвались наружу. Он больше не мог этого выносить и нуждался в том, чтобы унять свой гнев! Его ярость заставила его почувствовать, что он вот-вот упадет в обморок, но все остальные увидели нечто совершенно другое.