Глава 247

Киораку приподнял свою соломенную шляпу и окинул взглядом окружающую атмосферу, прежде чем задать вопрос своим непринужденным тоном: "- Ну-ну-ну, а что здесь происходит?"

Ран'Тао шагнул вперед, и быстро ввела всех в курс дела. После доклада Сой Фон выступила вперед и скомандовала: «- Тебе больше некуда бежать. Сложи оружие."

Сюсуке нахмурился. «- Я отомщу!" - он поднял свой гигантский Занпакто и начал вращать его над головой: "- Райендан!" - несколько гигантских шаров оранжевого огня выстрелили из кончика клинка, целясь во всех, кто находился поблизости. Мгновенно все начали применять Шунпо в разные стороны, чтобы избежать удара, однако возникла некоторая проблема. Скорость их перемещения резко снизилась из-за того, что они находились в пределах досягаемости способности Амагаи, подавляющего их реяцу.

В то время как все остальные капитаны продолжали бегать остальными членами его отряда, отражая огненные шары Занпакто, в то время как Ямамото просто позволял огню врезаться в его тело. Хотя его одежда начала гореть, он сам остался практически невредим. Через добрую минуту, Сюсуке прекратил разбрасывать свою технику, и остановился, недоверчиво уставившись на двух шинигами.

"- Как?!"

«- Ты слишком веришь в силу своего Баккото.» - небрежно пожал плечами Кишин, оставаясь равнодушным. «- По большей части я пришел к пониманию его работы. Помимо того, что он запечатывает наши Занпакто, твое оружие может подавить чье-то реяцу, однако если твоя цель обладает исключительно мощным реяцу, то даже при подавлении он все равно может дать отпор. Другими словами, способность твоего Баккото чем-то похожа на более мощную версию Гентей Рейен. Уровень твоей силы зависит от количества энергии всех ядер, которые ты собрал. К сожалению, похоже, ты собрал недостаточно, чтобы полностью подавить реяцу главнокомандующего или меня, если уж на то пошло. Более того, позволь мне догадаться. Даже если ты соберешь больше ядер, то все равно не сможешь их использовать, иначе рискуешь потерять контроль над Баккото, и окажешься поглощенным им."

Амагаи нахмурился, чувствуя некоторую тревогу. Кишин попал во все точки. Прежде чем ситуация могла обостриться еще больше, Унохана шагнула вперед и вмешалась: «- Похоже, вы кое-что неправильно поняли."

Сюсуке прищурился и перевел взгляд на нее. «- О чем ты говоришь?"

Рецу вздохнула и посмотрела на Ямамото: "- Главнокомандующий, я думаю, что вы достаточно долго молчали по этому вопросу. Я понимаю, что вы все еще чувствуете вину за смерть Кисараги, однако теперь, когда все зашло так далеко, я считаю, что Амагаи имеет право знать."

Капитан пятого отряда тут же пришел в ярость: "- Вину? Чувствует вину! Ты хочешь сказать, что Генрюсай чувствует вину за смерть моего отца? Хa! Ха-ха-ха!"

Унохана еще раз вздохнула и продолжила объяснение. «- Капитан Амагаи, вы сказали, что ваш отец проник в клан Касумиодзи, потому что обнаружил, что они экспериментируют над созданием Баккото, проект, который был запрещен давным-давно. Вы действительно были правы, все было именно так, однако именно главнокомандующий попросил Кисараги сделать это."

Амагаи, который все еще истерически смеялся, замолчал и недоуменно уставился на медика. «- О чем ты говоришь? Что ты имеешь в виду, говоря, что моего отца попросили провести расследование?"

«- Я имею в виду, что главнокомандующий обнаружил, что исследования капитана Касумиодзи Канаты касательно Баккото, были украдены и некоторые улики указывали на то, что кто-то из клана Касумиодзи был виновником похищения. Как мы теперь знаем, это был Кумои Гекаку. Прежде чем главнокомандующий смог начать расследование Совет 46 приказал ему остановиться из-за их высокого статуса и иммунитета. Поскольку публично расследование провести было невозможно, Ямамото попросил вашего отца, Кисараги Синэцу, тайно проникнуть в клан, чтобы получить доказательства их неправомерного поведения."

Амагаи широко раскрыл глаза от шока, так как ему было трудно поверить в ее историю. «-Ч-что ты имеешь в виду? Невозможно! Но ведь именно Ямамото Генрюсай вступил в сговор с кланом Касумиодзи!"

Рецу только покачала головой. "- Нет. Все было совсем наоборот. Видишь ли, во время миссии ваш отец был обнаружен, и ему насильно навязали Баккото. Поскольку Баккото-это по существу дефектное оружие с отрицательными побочными эффектами, тот который был навязан вашему отцу, свел его с ума. Затем ему был дан приказ убить того, кто послал его. Главнокомандующий был вынужден оборвать жизнь своего подчиненного из-за того, что исправить уже было ничего нельзя. Клан Касумиодзи не мог сообщить о том, что Кисараги проник в их клан из-за незаконного оружия, которое они укрывали, а Генрюсай не мог раскрыть правду о смерти Кисараги из-за нарушения приказа Совета 46."

Краска мгновенно сошла с лица Амагаи, когда он понял все, что сказала Унохана. Он бессознательно опустил свой Занпакто, находясь в оцепенении, с недоверием в глазах.

«- Правда о смерти Кисараги в итоге была скрыта, и главнокомандующий, по-видимому, восстановил свои отношения с кланом Касумиодзи. Это, вероятно, записи, которые вы видели."

«- Я...невозможно...тогда...мой отец... он был убит, потому что…"

Ямамото печально вздохнул и наконец, заговорил: «- Я не смог спасти твоего отца, моего подчиненного, Кисараги Синэцу. Об этом я искренне сожалею. В самом деле, теперь, я вижу ясно, ты действительно очень похож на него."

Сюсуке повернулся к Генрюсаю с опустошенным выражением в глазах. «- Я... я... ненавидел все это время. Моя жажда мести... как я мог не узнать правду..." - затем на его лице появилось понимание, когда он вспомнил давнее воспоминание, как его отец делает последние несколько вдохов. Баккото, которое он использовал, чтобы отомстить, было именно тем оружием, о котором отец предупреждал его тогда. Он оказался настолько погружен в свои эмоции после смерти самого близкого человека, что каким-то образом забыл самую важную часть того, что сказал ему отец. Остерегаться Баккото. Амагаи тут же упал на колени от стыда. «- Все это время я был дураком... Ямамото-Доно…"

Старый шинигами сочувственно покачал головой. «- Не стыдись. Вместо этого я должен просить прощения за то, что не смог спасти тебя и твоего отца от такой участи."

…

Все молча наблюдали за их разговором и чувствовали себя немного не в своей тарелке. Однако в следующий момент Амагаи начала кричать в агонии, вызывая замешательство на лицах всех присутствующих. Мощный всплеск зеленой энергии закружился вокруг мятежного капитана, исходящий от его Баккото.

«- Ч-что происходит?!" - громко спросил Тоширо.

Ему ответила Ран'Тао, первая поняв суть происходящего: "- Это Баккото! Капитан Амагай стал слишком эмоциональным и потерял над собой контроль! Оружие начинает развращать его разум, и если ничего не сделать, Баккото поглотит все его существо!"

«- Хм?!" - Ямамото быстро выхватил свой Занпакто и блокировал удар меча, которым замахнулся на него неконтролирующий себя Сюсуке.

«- Неужели нет способа остановить это?!" - в тревоге спросил Комамура.

Как раз в тот момент, когда Ямамото и Амагай оказались в нынешнем тупиковом положении, Кишин переместился между ними и полоснул все пять бледных глазных яблок, которые располагались на ленте, обернутой вокруг груди мужчины.

Фу-у-у-х!

Почти мгновенно вся гнилая энергия, накопленная в Баккото, покинула тело капитана, возвращая того в нормальное состояние. Он медленно упал на землю, и застонал от ноющей боли. В голове у него пульсировало, как от жуткого похмелья после выпитого слишком большого количества алкоголя.

«- К-капитан, откуда вы знали, что уничтожение ядер остановит Баккото от поглощения?"

Чигецу пожал плечами и убрал Занпакто обратно в ножны. «- Я догадался. Если ядро является источником энергии, то просто нужно отключить источник. Разве это не очевидно?"

«- Фух." - когда капитан пятого отряда сделал несколько глубоких и тяжелых вдохов, то снова привлек всеобщее внимание. Унохана немедленно подошла к нему и уже собиралась исцелить, когда он протянул руку, чтобы остановить ее. «- Я не заслуживаю звания капитана. Я вызвал еще больший хаос и волнение в обществе душ тогда, когда мы должны были сосредоточиться на подготовке к предстоящей войне с Айзеном. Нет нужды тратить ваши усилия на мое исцеление."