Жизнь II: Зифре

Этап I: Рождение Зифре

В мире Онейро существовал великий народ онейромантов, которые могли проникать в сны друг друга и создавать общую реальность грез. Ввиду своих сновидческих предпочтений они спали в течение большей части своих жизней. Одну десятую от всего времени эти люди бодрствовали, удовлетворяя первичные потребности. В остальное время они погружались в магический мир сновидений, где было возможно все.

Именно в мире сновидений Фрини, крайне усатый лысый мужчина со знаком вихря на лбу, повстречал своего учителя Аршо. Аршо был крайним пессимистом, ненавидящим мир. Аршо и Фрини путешествовали по городам-грезам, каждый из которых был уникален и прекрасен. В тот раз они были в серебряном городе, сделанном из чистейшего серебра. Пики домов возвышались над землей на много десятков метров. Оба были одеты в шелковые тоги разных цветов: у Фрини — красная, у Аршо — черная.

Аршо сказал:

— Трактирщик Фриге снова удивляет меня своей глупостью. Он рассуждает о каком-то абсолютном сновидческом духе. Он не понимает, что все в мире снов управляется чистой волей, а воля не может в итоге привести к настоящему наслаждению. Любая радость обернется страданием, потому что мы будем вспоминать об этой радости и ностальгировать. Мы живем в худшем из возможных миров, потому что устроены худшим из возможных образов.

Фрини ответил:

— Мир — это страдание, но страдать — благородно. Многие люди, которые испытывают наибольшие неудобства, игнорируют свои страдания, потому что они заняты низкой работой для черни. Люди более высшего порядка, наоборот, чувствуют страдание тоньше, потому что знают, что такое удовольствие, разочарование и размышление.

— Даже во снах мы не можем исполнить все свои мечты.

— Это верно, Аршо, но что ты предлагаешь делать?

— Заглушить свою волю. Воля порождает желания, а желания порождают страдания.

Фрини задумался.

— Я бы лучше принял страдания. Нет смысла от них бежать. Страдания делают сильнее. А чем сильнее человек, тем он благороднее.

Аршо пожал плечами.

— Кажется, скоро я растворюсь в чистой воле. Мы обсудили многое, Фрини, а потому я прошу тебя продолжить мое дело…

***

Фрини проснулся в реальном мире. Он жил в старой хижине в лесу. Вообще в этом лесу было много сновидцев, и все они существовали в подобных старых хижинах. Здесь у Фрини не было татуировки на лбу, а также шелковой одежды. Он был абсолютно гол и укрывался от холода старым и грязным пледом. О хижине следует сказать, что она была довольно скудной и запыленной. Вещей здесь было мало. Даже кровати не было, а потому спать приходилось на куче соломы.

Фрини покинул хижину и отправился в лес: собирать ягоды и довольно сытные грибы, которые росли здесь на каждом шагу. Благодаря этим грибам можно было не особо заботиться о пропитании. Они с легкостью заменяли мясные продукты и, главное, их легко было найти и приготовить. Фрини вернулся домой, быстро сварил большой гриб, поел и снова улегся спать.

Так жили почти все онейроманты. Они совершенно не интересовались внешним миром. Важнее всего в реальности им нужно было выживать. Собственно, этим они и занимались.

***

В мире сновидений Фрини отыскал подругу, с которой начал проводить не меньше времени, чем когда-то с учителем. Аршо, к слову, пропал. Вероятно, умер в своей хижине, что невозможно было проверить. Фрини заменил умные беседы любовными похождениями по все тем же крышам многочисленных прекрасных городов. На крыше золотого города прекрасная лысая девушка с татуировкой огня на лбу спросила:

— А ты не хочешь увидеться… Вне сновидений…

— И что же мы будем делать?

— Породим новую жизнь.

— И зачем это?

— Потому что мы любим друг друга… И мы можем привести в этот прекрасный мир нового человека, который будет наслаждаться своими возможностями здесь… В мире сновидений возможно все, а, значит, возможно и счастье.

— Но почему мы несчастливы?

— Мы счастливы! Мы нашли друг друга! И вместе мы можем делать все, что пожелаем.

— Может быть, ты права. Мне, человеку благородному, может быть очень трудно признаться себе в том, что я счастлив. Я всегда сомневаюсь в своем счастье, а потому постепенно перестаю его чувствовать.

***

В итоге Фрини согласился. Он встретился со своей возлюбленной в реальности. Для этого он проделал довольно большой путь до её хижины, где им удалось уединиться. Через девять месяцев родился мальчик, которого Фрини назвал так:

— Это Зифре! Возможно, ему уготовано стать сверхчеловеком, который изменит мир сновидений.

К сожалению, мать ребенка умерла после родов. Фрини был огорчен этим, но сейчас его радость скорее перебивала тоску и горе. Ценой одной жизни появилась другая. Фрини был человеком мудрым, а потому понимал, что смерть приходит за всеми. Он оставил тело своей возлюбленной в хижине, потому что так было принято среди онейромантов, и отнес ребенка к себе домой через лес, напевая песню:

Высокое созвездье Бытия!  Скрижаль вековых письмен!  Ты ли это?  Или то, чего не видал никто,  твоя неизреченная красота.  Более не бежит от моих взоров?  Щит необходимости!  Скрижаль вековых письмен!  Не тебе ведомо:  единственно я люблю  то, что внушает ужас всем:  вечность твою,  необходимость твою!  Ибо любовь моя вечно воспламеняется  только от искры необходимости.  Щит необходимости!  Высокое созвездье Бытия!  Не достигнутое ни единым желаньем,  не запятнанное ни единым отказом,  вечное согласие Бытия,  вечное согласие Бытия — это я,  ибо я люблю тебя, Вечность!

Этап II: Детство Зифре

Большую часть жизни маленький онейромант провел с отцом. Фрини обучал малыша разным приемам в мире сновидений, а также показывал ему, как выживать в реальном мире. Фрини говорил:

— Реальность ничто. Запомни это, сын мой.

— Да, папа!

— Реальность — это высшая иллюзия. Когда дело касается реальности, мы должны быть осторожны. Тем более, в самой реальности нет ничего интересного, сынок.

— Да, папа!

— Впрочем, есть одно место, куда я тебя свожу.

***

Фрини отвел сына в самую гущу леса, где из кирпича и дерева было построено довольно большое здание. Стены его внутри и снаружи были исписаны стихийными узорами. Внутри было много народа. Фрини пояснил:

— Это Университет Грез! Здесь умнейшие люди изучают все вопросы, связанные со сновидениями. Место это определенно важное и нужное. Собственно, больше ничего в реальности интересного нет. Реальность не желает быть интересной, а потому мы, онейроманты, постоянно спим. Это единственный наш способ наполнить свои жизни полноценными ощущениями.

***

Зифре прыгал по крышам, играя с другими детьми. Лучшим его другом был лысый мальчик Алад с татуировкой камня на лбу. Дети метали друг в друга огненные, водные, земляные и воздушные сферы, а сами перемещались от крыши к крыше довольно стремительно. Выглядело это сказочно и опасно, но в мире сновидений они умереть не могли, а потому имели возможность рисковать.

Фрини наблюдал за игрой своего сына и думал:

— У него есть талант. Мастерство сновидца строится на воображении. Чем глубже воображение человека, тем большего он может добиться в мире сновидений. Возможно, мой сын настоящий сверхчеловек.

Дети продолжали веселиться. У Зифре уже была татуировка вихря на лбу. Следует заметить, что все онейроманты были лысыми. Это было обусловлено их природой. Головы этих людей служили своеобразными передатчиками, объединяющими бесконечное множество сновидческих миров в один.

Алад подлетел к Зифре и спросил:

— Что будем делать дальше?

Зифре ответил:

— Папа говорит, что здесь мы можем все.

— Да!

— Так займемся всем!

Дети продолжили свое игровое путешествие по миру. Мир сновидений был необычайно многообразен. Здесь были не только прекрасные города, но и устрашающие монстры. Невероятная разноцветная природа совмещалась с территориями абсолютного мрака. Фрини наблюдал за сыном, чтобы тот не попал в неприятности.

***

В итоге Зифри и Алад оказались в пустоши. Вокруг не было ничего: ни деревьев, ни домов, ни каких-либо возвышенностей — лишь одна темно-серая плоскость. Алад спросил:

— Как такое возможно?

Зифри ответил:

— В сновидениях все возможно.

— Мне страшно…

— Не бойся.

— Нет, серьезно. Я чувствую, будто что-то под землей.

Мальчик был прав. Зифри и Алад в одно мгновение были окружены массивным абсолютно черным кубом, появившимся из пустоши. Из-под земли тут же вылез огромный теневой монстр с пятидесятью руками и десятью головами, напоминающими совершенно черные морды драконов. Все десять голов хором сказали:

— Я есть Нигилист! Великий! Страшный! Могущественный! Я сведу вас с ума, дети! Сведу с ума!

Мальчики испугались. Они попытались вырваться из заточения, но не смогли пробить куб. Нигилист прокомментировал:

— Бесполезно! Здесь я обладаю абсолютным могуществом! Я могу превратить все в ничто! Нет никаких границ моей силы!

Но тут Фрини рассек куб снаружи, используя для этого сияющий меч. Отец тут же влетел внутрь и вонзил яркое лезвие в грудь монстра. Нигилист отступил и сказал:

— Ты! Ты не смеешь!

Фрини ответил:

— Зря ты напал на детей. Теперь моя воля к жизни желает стереть тебя в порошок!

— Ты не сможешь! Ты не сможешь ничего сделать! Я высшее существо! Я и есть ничто! Я главный кошмар всех сновидцев! Тебе нечего мне противопоставить!

Фрини покачал головой.

— В мире сновидений возможно все. Можно даже победить собственные кошмары. Ты напал на детей и запугал их, а потому я вынужден развеять их страх знаменательной победой!

Фрини сорвался с места и сильнейшим ударом разрубил Нигилиста на две половины. Монстр не смог сопротивляться. После отец подошел к сыну. Зифри спросил:

— Как ты это сделал?

Взрослый онейромант ответил:

— В этом клинке я собрал все жизнеутверждающее, все самое сильное, все радости и страдания. Это и сделало данный меч настолько сильным. Этим мечом можно разрубить любое ничто, любую вещь. В этом и есть смысл жизни. Жизнь сопротивляется небытию и любом другому враждебному бытию, становясь все сильнее. Тот, кто станет достаточно силен, сможет разрубить пустоту внутри себя. Это мой главный урок, сын. Это путь к сверхчеловеку, которым тебе суждено стать. Не стоит бояться никого, если ты принял жизнь, признал её и приготовился принять все радости и страдания. В таком случае ты станешь невероятно сильным.

Этап III: Отрочество Зифре

Зифре и Алад росли. Им исполнилось по тринадцать лет. Зифре собрал вокруг себя достаточно большую компанию сверстников, среди которых был Каю, Жала, Кахо и Эрфро. Среди них была только одна девочка: Кахо. Дети уже подражали взрослым и носили разноцветные тоги. Зифре предпочитал зеленый цвет, Алад — серый, Каю — оранжевый, Жала — фиолетовый, Кахо — желтый, а Эрфро — розовый.

Дети путешествовали по миру сновидений и каждый день делали новые открытия. Зифре сказал, когда те летели в неизвестность на большом ковре-самолете:

— Я хочу узнать, что такое сны.

Алад спросил:

— Но как это сделать? Сложно же.

— Да, сложно, но я собираюсь бросить вызов сложности. Отец научил меня.

— Давно не видел твоего отца.

— У него свои путешествия. Возможно, он в другой части света.

— Понятно…

— Мы даже в реальности не пересекаемся. То он спит, то я сплю.

Кахо поинтересовалась:

— И не жалко тебе?

Зифре ответил:

— Нет. Старик многому меня научил. С него хватит. Теперь дело за мной.

***

Зифре в реальности отправился в Университет Грез. Он миновал лес и оказался внутри. Там он поговорил с администратором. Мужчина ответил:

— Значит, познавать грезы хочешь. Но сначала нужно научиться. Я запишу тебя на лекции профессора Гипно.

— Отлично!

***

Профессор Гипно был довольно противным старичком, который без одежды выглядел еще противнее. Он ходил из стороны в сторону перед юными учениками и рассуждал:

— Мы можем управлять снами других, если погрузим их в состояние гипноза. Вот. Сновидения — это не что-то особенное. Это просто состояние. Мы переоцениваем сны. И можем ими управлять. Вот. Я вам говорю это, как профессионал. Многих людей я привел к этому. И вас научу. Вы много узнаете о снах. Смотрите.

Гипно достал круглый металлический шар на ниточке и начал качать его из стороны в сторону.

— Слушайте меня. Смотрите сюда. Я подчиню вас. Подчиню. Раз. Два. Три! Засыпаем. Наши глаза слипаются. Мы все хотим спать…

Это продолжалось несколько минут, пока большая часть присутствующих не заснула.

***

Все ученики Гипно оказались в одном месте, но уже в мире сновидений. Они очутились на просторном поле. В итоге перед ними появился и сам Гипно в прекрасной позолоченной робе. Он сказал:

— Здесь я могу управлять вами полностью. Мальчик с вихрем на голове, сделай сальто.

Зифре невольно подчинился. Гипно засмеялся.

— Вот вам и все сновидения. Теперь я могу управлять каждым из вас. Вот. Но я не буду этого делать. Я лишь покажу, что гипноз — это важно. Вот. В мире сновидений ваши тела неуязвимы, вас здесь нельзя убить. Вот. Но можно свести с ума. Сновидения могут быть крайне опасны. Многие онейроманты теряют себя в сновидениях. Вот. И всем нужна терапия. Я, профессор Гипно, лечу людей с помощью гипноза.

Зифре спросил:

— А это не вредно?

Профессор усмехнулся.

— Не вреднее, чем просто подчиняться. Все люди подчиняются. Так или иначе. Вот. Гипноз — это подчинение для исцеления. Вот. И это прекрасно. А теперь попрыгайте на одной ноге.

Все ученики Гипно начали прыгать на одной ноге. Старик засмеялся.

— Довольно. Потом я покажу вам другие трюки. Пока мы просто начинаем осваивать мастерство гипноза.

***

Зифре долго думал над тем, что произошло. Ему определенно не нравились методы профессора Гипно. Ему показалось, что они слишком радикальные. В итоге мальчик отыскал своего отца в мире снов и рассказал обо всем произошедшем.

Фрини ответил:

— Тот, кто пытается подавить волю других, не лечит их, а лишь оттягивает неизбежное.

— Да, папа!

— Профессор Гипно… Очень интересно. Я думаю, мне стоит встретиться с этим человеком.

— Он опасен…

— Нет никого опасного, если ты живешь и мыслишь.

***

Фрини отыскал профессора Гипно в мире сновидений. Старик занимал высочайшие должности и жил в прекрасном дворце. Фрини приземлился напротив него и сказал:

— Ты выступаешь против человеческой воли.

Профессор засмеялся, сидя на троне:

— Воля — ничто. Вот. Главное — это здоровье.

— Как же может быть здоров человек, чью волю ты подавил? Я против твоего метода. И я готов сразиться с тобой за свои убеждения.

— Вот! Я узнаю тебя. Ты один из десяти величайших онейромантов в мире! Твоя сила грез крайне велика. Говорят, что ты можешь управлять ветром настолько хорошо, что с помощью созданных тобой торнадо ничего не остается от целых городов. Вот.

— Это так. Это жизнеутверждающая сила, которую я черпаю из самого себя.

Фрини сорвался с места и достал меч, но его удар был отбит бородатым мужиком с красным топором. Гипно представил его:

— Это Кама. И сейчас появится его друг Фриэн!

С потолка спрыгнул еще один бородатый лысый мужчина. На лбах обоих были высечены серп и молот. Фриэн атаковал Фрини с помощью огромной пилы. Фрини отбил этот удар и отступил назад. Бородачи помчались в бой. Они ни в чем не уступали Фрини, а потому ему приходилось довольно туго, но он уверенно отбивал удары врагов один за другим.

Гипно пояснил:

— Я подчинил их много лет назад. Мужики в красных тогах не дадут тебе спуску!

Фрини сражался до последнего, пока его не сломили, обезоружили и с помощью гипноза не свели с ума.