Этап VII: Уничтожение Школы Лжи

Гого с утра был в школе. Сначала ему нужно было прочитать несколько лекций перед учениками. В одной из них он сказал:

— Когда сгорает то, что вам дорого, нужно крепиться. Не дайте обстоятельствам сломать вас. Все внезапно может пойти под откос. Но нет ситуации, с которой нельзя справиться. Будьте героями собственных историй. Только так у вас получится справиться с любыми проблемами.

Герострат прокомментировал:

— Это же чистой воды обман.

Антерон пояснил:

— Брат мой, дело в том, что в этом мире все обманщики.

— Ого, какой интересный мир. Но нет. Совсем не интересный. Впрочем…

Гого пояснил, одновременно читая лекцию и отвечая голосам в голове:

— Обман — это адекватное отношение к жизни. Некоторые думают, что истину познать невозможно. Некоторые думают, что лженаука права. Некоторые верят во что-то другое. Не важно. Если никто не может быть прав, то обман необходим. Обманом наполняются наши жизни. Если права лженаука, то лучше также обманывать, потому что её картина мира совершенно неутешительна. Если право что-то еще, то этого просто не подтвердить. Очень много всего, а потому обман, ученики, оптимальная стратегия.

Герострат ответил:

— Будто бы это лучшее оправдание. Жить нужно, сообразуясь с истиной. Я вот знаю, что мир состоит из огня, а потому я должен уничтожать все, лучше сжигать. Таков мой удел.

— Ученики, в погоне за правдой, за истиной многие совершают ужасные поступки. Именно поэтому лучше понимать, что мы обманываем других и себя. Тот, кто думает, что он прав, враг.

***

После всех лекций Гого остался в Школе. Он выглянул в окно и увидел охранников. Герострат обратил внимание на плетеные стены и сказал:

— Гореть будет просто замечательно. Как вы вообще сплели такое большое здание?

Гого пояснил:

— Мой вид любит плести. Мы быстро это делаем.

Герострат засмеялся.

— Потому ваши строения слабы против огня. Пожар будет просто расчудесный.

Гого сказал:

— Может быть, не нужно ничего сжигать? Подожди немного.

— Ох, лягушонок хочет погрустить.

— Это моя школа. Я здесь много кого обманул.

— О, ностальгия по обманам. Как это мило. Но мы должны сделать нечто крайне важное. Если мы не подожжем Школу, то умрут девять твоих учеников. Внутри никого нет. Теперь ты должен решиться. Собери волю в кулак и подожги это здание.

Гого ответил:

— Я не могу. Я слишком слаб. Я люблю это место. Это мой настоящий дом.

— Как же это безумно звучит! Настоящий дом! Дом — это место, где ты спишь. Ничего больше. Не стоит выдумывать из зданий сакральные места. Нет ничего сакрального. Есть только вечное пламя, которое пожирает все вокруг. В этом огне сгорит все, что нам дорого. Это одновременно и страшный огонь, и огонь спасения. Он пожирает наши догмы, он очищает нас от предрассудков. Это великое сгорание всего во всем.

— Я не могу…

— Тогда я сделаю это.

Герострат взял управление телом на себя и на скорую руку сделал факел, а после поджег его. Герой начал бегать по школе и поджигать стены. Огонь довольно стремительно распространялся во все стороны. Гого выбежал наружу и упал напротив Школы Лжи, преждевременно выронив факел. К нему подбежали охранники. Они вместе с другими жителями города всеми силами пытались потушить полыхающее здание, но огонь очень быстро, почти мимолетно, забрал его.

Гого заплакал. У него перед глазами пролетели все моменты, которые он провел в Школе Лжи. Герострат сказал:

— Очень красиво сгорело. Мне понравилось. Редко что-то горит так хорошо, особенно без специальных средств.

Антерон прервал:

— Герострат, брат мой, прекращай. Гого потерял нечто дорогое. Маэо сказал бы, что мы должны его понять.

Герострат засмеялся.

— Еще я буду слушать дохлого осьминога. Нам не нужно никого понимать. Живем так, как живем. Все остальное не имеет смысла. Если мы попытаемся понять друг друга, то сойдем с ума.

Апис прокричал:

— Это ты мешаешь нам понять друг друга.

Герострат пояснил:

— Все течет, все меняется. Пока вы пытаетесь понять одного меня, перед вами уже появляется другой. И так до бесконечности. В одну реку дважды не войти, одного человека дважды не понять.

Гого продолжал рыдать, не обращая внимания на голоса в голове. Герострат все нагнетал ситуацию:

— Мы сожгли его Школу, а, значит, он теперь свободен. Ему больно. Он хочет все вернуть. Но именно это чувство крайне ценно. Оно изменяет. Оно делает лучше. Ему нужно выстоять перед напором собственных эмоций. Тогда он преобразится, будто феникс. Лишь полностью сгорая, мы обретаем возможность пойти по новому пути.

Антерон заметил:

— Ты каждый раз идешь по одному и тому же пути, брат мой.

— Нет, крылатый мужик, мой путь всегда разный, просто вы не замечаете разницы. Вы думаете, что я постоянно уничтожаю что-то, но каждый раз я обновляюсь. И все уничтоженные здания остаются внутри меня отпечатками прекрасных пожаров. Огонь дарует мне свободу и красоту.

— Брат мой, искал бы ты все это в чем-то более миролюбивом. Поджигать величайшие строения — странная цель.

— Прекраснейшая из целей. То, что красиво и ценно, горит в тысячи раз прекраснее.

Этап VIII: Смерть Гого

Герой шел в сторону пещеры. Герострат заметил:

— Слушай, я думаю, что те сектанты нас не выпустят. Они убьют и детей, и тебя.

Гого ответил:

— Плевать.

— Предлагаю действовать на опережение. Мы подожжем пещеру сразу. И не будем спасать детей.

— Нет. Будем.

— Это глупо. Я уверен, что сектанты нас убьют…

Сектанты как раз шли навстречу герою. Гого остановился. Куку махнул рукой. Его слуги остановились. Куку подошел к учителю и сказал:

— Я слышал, что Школа сгорела. Спасибо тебе! Огромное спасибо! Теперь мы добьемся своей цели. Детей больше не будут учить врать с самого детства. Кстати, отпустите детей!

Сектанты вывели детей и развязали их. Ученики окружили учителя и обняли его. Куку добавил:

— Мы не такие уж и плохие, но ради правды пришлось пожертвовать одним ребенком. Я рад, что не пришлось вредить остальным.

***

Гого вернул детей в город. Герострат сказал, когда тот шел в сторону своего дома:

— Теперь можно попробовать сжечь пещеру. Там много украшений и всего того, что хорошо горит. В случае пожара все наши враги помрут.

— Но это жестко…

— Они убили ребенка.

Апис заметил:

— Не стоит слушать Герострата.

Антерон согласился:

— Брат мой, мы спасли детей. Большего и не нужно. Мы совершили благое дело. Все остальное будет определенно лишним.

Герострат засмеялся.

— Какие же вы слабые. Вы не готовы ответить злодеям за то, что они совершили. Они выдумали какую-то нелепую правду, а теперь убивают за нее. Ненавижу таких людей!

Апис заметил:

— Ты сам такой!

— Не нужно на меня наговаривать! Я не такой! Я стремлюсь к красочным разрушениям. Это не делает меня злодеем. Я ломаю легендарные строения, потому что это освобождает окружающих. Если бы это не делало лучше, то я бы никогда не решился совершить нечто такое. Моя задача в этом мире — помочь всем окружающим!

Антерон не согласился:

— Уничтожение священных мест не помогает, брат мой.

Герострат пожал плечами.

— Так надо уничтожать не только священные места. Мы должны сделать последнее усилие. Нужно уничтожить базу сектантов, чтобы они больше ничего не подожгли! Я беру управление над телом!

И Герострат сделал это.

***

Герострат в теле Гого направился в пещеру, захватив с собой большую бочку с взрывоопасным веществом. Бочку он вез на спине довольно крупного верблюда, а точнее животного, издалека напоминающего верблюдов. Гого в подсознании сказал:

— Не надо! Пусть живут!

Герострат заметил:

— Ты трус. Мы должны действовать. Пока ты отказываешься от действий, ничего не изменится.

— Я не хочу убивать.

— Ты не хочешь, но я сделаю это за тебя. Я сделаю то, что должен был сделать ты, трус.

Антерон сказал:

— Брат мой, хватит. Твое поведение нарушает все правила приличия. Ты не должен быть так резок.

— Крылатый мужик, твоего мнения я точно не спрашивал. Ты лично сам попросил меня помочь тебе в твоем мире, а теперь я не понимаю, почему ты выступаешь против меня.

— Брат мой, я несколько переосмыслил свои приоритеты.

— Плевать! Поджигаем!

***

Герострат добрался до пещеры, снял со спины верблюда бочку, а после поджег фитиль и закатил бочку внутрь на большой скорости, что было довольно удобно сделать, так как перед входом в пещеру располагался склон. Бочка залетела внутрь и через буквально несколько секунд взорвалась, расплескав в разные стороны горючую жидкость. От этой жидкости мгновенно запылало все вокруг. Сектанты тоже покрылись пламенем. Куку весь в огне выбежал из горящей пещеры с криками и упал у ног Гого. Герострат засмеялся, слушая крики беспомощных сектантов.

Гого заметил:

— Это ужасно.

Герострат парировал:

— Сумасшедшие должны умереть. Они убили ребенка, а я отомстил им. Так и должно было произойти.

Вскоре пещера прогорела изнутри. Там не осталось ничего, что могло бы полыхать. Гого отправился к себе домой.

***

Гого лежал дома и практически не двигался с места. Он не ел и не пил несколько дней, а также практически не спал. Герострат обратился к нему:

— Нелепо себя изводить из-за какой-то ерунды.

— Мы убили их. Я убил их этими руками.

— Нет, дурак. Я убил их. Своими руками. Именно я сделал это. Не нужно причислять себе мои заслуги.

— Это ужасно. Мне плохо.

— Тебе плохо, потому что ты голодаешь.

Апис заметил:

— Ты довел его до такого состояния.

Герострат усмехнулся.

— Конечно! Во всем теперь виноват я! Отличная у вас стратегия! Обвиняете меня!

Антерон пояснил:

— Брат мой, но во всем, как всегда, виноват именно ты.

Герострат не согласился:

— Так складывается ситуация! Уже в который раз! Я просто помогаю таким, как вы, разрешить все так, как нужно!

— Брат мой, сжигать пещеру с существами там — не самое лучшее решение проблемы.

— Да что ты вообще знаешь про решения проблем?

Апис сказал:

— Мы бы сами лучше все решили, чем с тобой!

Герострат засмеялся.

— Как же все это глупо! Не люблю спорить с глупцами!

И тут произошло то, что должно было произойти. Гого закрыл глаза и умер от голода, усталости и неприязни к собственному телу, которое было осквернено многочисленными убийствами.