Этап IV: Юность Маэо

Уже в юности Маэо стал основателем собственной религии понимания. Его храм находился на голове огромного кальмара Гиую, который всеми щупальцами был за учение своего мастера. Храм понимания напоминал огромную раковину, внутри которой располагалось множество помещений, где океаническая живность могла ознакомиться со всевозможными религиями. Сам Маэо сидел на платформе в большом зале и перед ним в разные стороны шныряли многочисленные осьминожихи-жрицы. Главной из них была Ияэт.

Она часто говорила с героем:

— Мастер, вы точно уверены, что мы должны отправиться в столицу?

— Конечно. У нас нет другого выбора. В столице много озлобленных существ.

— Но там Ноиа, самый большой и самый злой змей в мире! Он против нашего учения! Он уже десятки раз посылал наемником, чтобы убить вас!

— Это так, но в столице океанические создания больше всего нуждаются в понимании. Они заперты в этом городе, где тиран промывает им ум. Мы должны это сделать.

***

В столице Маэо успел прочитать лишь несколько лекций перед народом, как вдруг на него и его учеников напала целая армия во главе с Ноиа. Огромный змей вцепился в кальмара, а остальные солдаты, представленные по преимуществу хищными рыбами, убивали учеников и слушателей вокруг храма. Маэо и не думал, что такое возможно. Он с большим трудом отбивался от врагов, и попытался выбраться из храма. Тем временем Ноиа повалил Гиую и прокричал:

— Никакого понимания! Понимание — это запретная идеология! Верьте во все, что угодно, только не в понимание!

Маленький осьминожек понял, что не может ничего сделать. Он скомандовал:

— Расплывайтесь!

Ученики послушались учителя.

***

В бешенной мясорубке выжить смогли лишь немногие ученики. Маэо собрал их за городом и сообщил:

— Гиую погиб… Многие погибли… Мы остались без храма и без учения… У нас нет надежды… Враг слишком силен…

Ияэт подошла к герою и ударила его щупальцем по голове, а после сказала:

— Вы наш пророк, мастер! Что вы такое говорите?! Нет шанса?! Но мы все верим в понимание! Мы знаем, что его можно достигнуть! Почему мы должны отступать?

И тут осьминог понял свою ошибку.

— Ты права! Я сделаю все, чтобы победить Ноиа. Я клянусь, что смогу его одолеть со всей его армией и слугами. Вы же должны продолжить мое учение! Вы должны нести понимание всем народам океанического дна!

— Мы лучше поможем вам, мастер!

— Нет. Это мое дело. Я не могу позволить умереть ни одному из вас. Обещайте мне, что после смерти Ноиа вы сможете сохранить понимание.

Ученики сказали:

— Обещаем.

***

Ноиа вернулся в пещеру. Там его встретил Кэое. Змей обратился к слуге:

— Кажется, тот осьминог-миссионер был того же вида, что и ты, раб мой.

Отец Маэо ответил:

— Какое странное совпадение.

— Совпадения могут сказать нам о многом, слуга. В любом случае, я убил большую часть его учеников.

— А он сам жив?

— Его труп не нашли. За ним все еще охотятся.

***

Маэо отправился в сторону ближайшего подводного вулкана. Зифре спросил:

— Ты случайно не хочешь пробудить Герострата?

Осьминог ответил:

— Я собираюсь это сделать. Только он поможет мне.

— Я тебе говорю, что услуги Герострата очень дорого обходятся. Он злодей. В нем нет совершенно ничего хорошего.

— Это потому что ты его не понимаешь и не пытаешься понять. Ты много рассказывал о злом Герострате, но даже по твоим рассказам я понял, чего он хочет. И его способности можно использовать, для пользы.

— Герострат абсолютно сумасшедший. Я тебе говорю. Он точно не захочет никого понимать. Он мечтает лишь разрушать. Не думаю, что тебе хочется разрушить какое-нибудь здание просто потому что…

— Мы сможем убить Ноиа, если разрушим Океаническое Святилище, когда он будет там. Никому из нас не хватит смелости сделать это. Но Герострат может. И мы с пониманием отнесемся к его склонностям.

Апис заметил:

— Это глупо.

Дедор подтвердил:

— Разрушением ничего не добиться.

Антерон добавил:

— Брат мой, ты торопишься в своем решении. Я уверен, что после долгих размышлений и молитв ты изменишь свой план.

Маэо ответил:

— Я абсолютно уверен в том, что главная причина непонимания этого мира — это Ноиа. Он привносит раздор. Пока я его не остановлю, у понимания нет шансов. Он заинтересован в непонимании. Многие заинтересованы, но не все настолько сильны и влиятельны. Я знаю лишь один способ победить огромную змею! Призвать Герострата, который знает толк в разрушениях и не боится порицаний и смерти. Герострат, мпа, это тот герой, который сейчас нужен этому миру куда больше, чем я, бесполезный осьминожек понимания, потерявший всех своих учеников…

***

Ноиа посмотрел на отца героя и сказал:

— Слуга, этот понимающий негодяй испортил многое… Я очень много времени потрачу на восстановление того уровня непонимания…

— Хозяин, вы все равно преуспеете.

— Это не обсуждается. Конечно, преуспею. Теперь нужно готовиться к великому празднику Змей и раздора. Мой любимый праздник в году.

Этап V: Пробуждение

Маэо продолжал плыть в сторону вулкана. Зифре сказал:

— Это безумие. Герострат неуправляем. Его разрушения не приведут ни к чему хорошему.

Осьминог ответил:

— На этот раз они приведут к пониманию.

Антерон спросил:

— Кстати, а почему ты не рассказал своим ученикам о том, что их ждет в загробной жизни, брат мой? Мы же рассказали тебе истину.

Маэо пояснил:

— Дело в том, что ваши слова — это тоже некое учение. Может быть, я просто сумасшедший. Тогда все, что вы говорите о загробном мире, неверно. Я не могу проповедовать ничего, кроме понимания, потому что иначе это приведет к непониманию.

— Брат мой, а как же истина?

— Истина и понимание — разные вещи. И во многом даже противоположные. Понимание не имеет никакого отношения к правде. Впрочем, есть лишь одно отношение. Тот, кто не понимает, явно не достиг целостной истины. Но, мпа, все равно это не говорит нам о том, что понимать и знать истину — это одно и то же. Понимающий должен отложить в сторону вопрос об истине.

Апис усмехнулся.

— Истина у каждого своя, получается?

— Осьминог парировал:

— Нет. Мы вообще должны откинуть истину, если собираемся кого-то серьезно понять. Истина — это то, что привело нас к войнам и страданиям. Мы боролись за истину, мы считали себя правыми, мы считали, что можем карать тех, кто нашей истины не знаем. Истина породила множество страданий. Даже если океанические существа не знают истину, то это не важно. Само стремление к ней приводило к ужасам.

***

В итоге осьминог понимания добрался до подножия вулкана. Он посмотрел на верх и поплыл к жерлу. Зифре сказал:

— Это нелепо. Давай сами разрушим Святилище.

Маэо ответил:

— Я давно хотел углубиться в понимание Герострата. Вы меня все это время успешно отговаривали. Но я предавал себя. Я отворачивался от главного понимания… Часто, под пониманием понимают только нечто доброе, светлое… Мол, мы собираемся понимать все самое хорошее… Но надо понимать и все ужасное. В том числе и жажду к разрушениям.

***

Герой поднялся на самую вершину и заглянул в жерло. Живой жидкий огонь оказался необычайно прекрасен. В нем было все: боль, страдания и уничтожение. Именно тогда и пробудился Герострат.

— Ого-ого-ого! Я снова последний!

Зифре сказал:

— Лучше бы совсем не пробуждался.

Герострат засмеялся.

— Уверен, меня решили пробудить специально. На дне морском…

Маэо пояснил:

— Это не морское дно, а океаническое. И мы пробудили тебя для очередного важного дела. Ты можешь помочь нам. Точнее, мне. Нужно разрушить Океаническое Святилище!

Герострат усмехнулся.

— Отлично. Я уничтожу все, что скажете!

Маэо добавил:

— Только уничтожить Святилище надо будет во время праздника, когда внутри будет огромный змей Ноиа. Мпа.

Герострат задумался.

— Значит, разрушение и убийство сразу. Интересно. Но меня все равно огорчает тот факт, что меня снова пробудили последним.

Зифре перебил:

— Меня огорчает тот факт, что тебя вообще пробудили.

Маэо вступился за Геростата:

— Все это время, вы без уважения относились к нему, не понимая того, чего он хочет и желает. До праздника, у нас будет возможность с этим разобраться.

Герострат засмеялся.

— И что? Будете меня понимать?

— Да, все живые существа заслуживают понимания. Вот что я думаю. И ты тоже заслуживаешь. Про тебя говорят, что ты тот еще уничтожитель, негодяй и злодей, но я знаю, что это не так. Я понимаю твои мотивы. Я хочу узнать о тебе куда больше.

Герострат засмеялся еще громче.

— Очень милый осьминог! Все бы были такими! А то вы, ребята, против разрушения. Вот вам пример! Отличный осьминог! И за разрушения! Все бы так!

Антерон вступил:

— Братья мои, я все равно против понимания. Тем более, против понимания Герострата, которого я сам тоже использовал для своих целей, но мои цели были Божьими! А сейчас вы собираетесь понять злодея и развязать ему руки. Это не то, что нам нужно, братья мои. Лучше утвердиться в вере…

Герострат парировал:

— В костер веру! Вера ничего не стоит! Все ваши веры, идолы, все это должно гореть в огне! Есть только пламя! Все остальное — бред. И все ваши идолы, иконы и боги будут поглощены пламенем вместе с вами.

Осьминог сказал:

— Хватит ссориться. Проявите друг к другу уважение. Вы все части одного внутреннего мира. Почему бы нам просто не взять и не начать уважать друг друга? Задумайтесь. Мы вполне можем привести наши взаимоотношения к порядку. Герострат не такой уж и плохой. И мы можем его использовать. Он может помочь нам добиться большего, лучшего. Просто нужно дать ему возможность уничтожить то, что хочет не только он, но и мы.

Зифре парировал:

— Герострат не готов по-настоящему сотрудничать.

Герострат не согласился:

— Так мне вообще мало кто предлагал сотрудничать. Мне приходилось убеждать вас делать то, что нужно, потому что вы сами были не готовы к разрушениям. Вам лишь бы строить, а потому вы строите на построенном, и иногда даже на костях. Разрушение помогает. Просто вы пока этого не поняли. Вы не поняли мою философию.

Маэо сказал:

— Значит, настало время её понять.

Этап VI: Понимание Герострата

Маэо решил провести серьезный разговор с Геростратом у подножия вулкана, чтобы лучше понять разрушителя. Осьминог спросил:

— И в чем же заключается твое учение?

Герострат прояснил учение Гераклита, а после воспроизвел большую часть своих мыслей на этот счет и к этому добавил:

— Я абсолютно уверен, что разрушение необходимо. И тут не нужно жестокости. Это не какое-то безумие. Это просто факт.

Осьминог задумался.

— А почему остальные думают, что ты безумен?

Герострат пояснил:

— Потому что они тупые!

— А если более реалистично?

— Потому что многие из них, как и я сам, пострадали от моего стремления к разрушению.

— Это больше похоже на правду. И почему же ты не подумал о них?

— Потому что они цеплялись за свои предрассудки, которые и сделали их уязвимыми. Я должен был им помочь. Но я больше ничего другого не умею. Моя первая жизнь складывалась довольно жестоко…

Герострат рассказал историю своей жизни. Упомянул про отца, мать и гераклитианцев, которых из-за него казнили. Маэо задумался.

— Довольно суровая жизни.

Герострат подтвердил:

— Да, но могло бы быть намного хуже. Я считаю, что умер достойно. Я совершил величайший подвиг в своем полисе. И потом повторял этот подвиг в других мирах. И это было замечательно. Я делал в каждом мире то, чем горжусь.

— Но остальные этого все равно не поняли?

— Конечно, куда им? Первый — слабовольный онейромант, который только и может, что болтать. Второй туповатый бык, жаждущий власти, но при этом крайне раздражительный. Третий — странный механизм, который только и говорит о познании. Четвертый — архитектор, у которого в голове только создание. Пятый — мужик с крыльями, который считает себя святым последователем истинного учения о Боге. Они, конечно, не могут меня понять.

— Но и ты сам не пытаешься их понять. Ты игнорируешь тот факт, что Зифре также прожил довольно тяжелую жизнь вместе с больным отцом, а его дом сожгли. Ты забываешь, что Апис рос в бедности и прислуживал своему похитителю, который в итоге убил его отца. Ты забываешь, что Z — это не просто типичная программа в Матрице. Он осмелился бросить вызов главному компьютеру и воспользовался твоей помощью. Ты также забываешь, что Дедор потерял друзей, а Антерон обнаружил, что его прежняя вера была абсолютно ложной. Ты игнорируешь переживания других, но зацикливаешься на своих собственных, что мешает пониманию. Ты хочешь, чтобы все вокруг сначала поняли тебя, а потом ты и сам мог бы попробовать понять других. Это так не работает.

Герострат задумался.

— Скорее всего, ты прав. Но я не вижу иного выбора. Я веду себя так, как веду. Я реагирую на их реплики так, как могу.

— Ты можешь лучше. Все мы можем лучше. Мы можем стать лучше, чем кажется. Все оправдания — пусты.

— Но если всему суждено исчезнуть, если мир в итоге будет уничтожен, и я вместе с ним, то какой смысл?

— Но ты же сам слышал, что ты не будешь уничтожен. Ты всякий раз переходишь в новую жизнь. Значит, есть смысл. И вы можете понять друг друга.

Зифре не согласился:

— Тут просто нечего понимать.

Апис поддержал:

— Я умер из-за этого дурака.

Осьминог настоял:

— Друзья, настало время понять друг друга. Мы разные, но понимание сделает нас сильнее. Тот, кто отказывается от понимания тот ослабляет себя. Мы же с вами можем сделать друг друга сильнее.

Антерон парировал:

— Братья мои, сильнее может сделать только настоящий Бог.

Дедор покачал ментальной головой.

— Сильнее делает творчество!

Герострат добавил:

— Сильнее делает уничтожение!

Маэо завершил:

— Многое делает вас сильнее. Кого-то усиливают сны, кого-то тренировки и ярость, кого-то познание, кого-то творчество, кого-то вера, но вся эта мощь может быть объединена с помощью понимания. Понимание — это то, что позволяет разным существам быть вместе. Мы должны стремиться к пониманию друг друга, потому что без него мы будем слабее. Конечно, можно и дальше сидеть в своих маленьких иллюзорных мирках, но реальный мир состоит из наших мирков. Чем больше мы поймем, тем больше поймем и этот мир. И дело не в истине. Дело в разнородности! Дело в множестве! Мир множественен. И мы множественны. Мы можем узнавать друг друга. Мы можем приближаться к пониманию друг друга. Что скажете?

Герострат громко засмеялся.

— Нет уж. Давай лучше я просто разрушу Океаническое Святилище!

Зифре согласился с поджигателем:

— Никакого понимания уничтожителям. Мы вообще не обязаны друг друга понимать.

Z заметил:

— Я и так собрал всю нужную информацию на других. Это и есть понимание.

Осьминог расстроился.

— Я думал, что у меня получится привести вас к пониманию. Это было бы замечательно. Мы могли бы вместе сделать очень много всего.

Герострат засмеялся.

— Нет. Мы все делаем по отдельности, а потому преуспеваем. Теперь я собираюсь выполнить свою задачу! Океаническое Святилище не простоит долго. Это точно! Я сделаю то, что многие из вас не осмелятся! Я сделаю то, чего многие из вас боятся! Я уничтожу Святилище! И не нужно меня понимать! Сам разберусь!