Жизнь I: Герострат

Этап I: Рождение Герострата

Гераклит, великий греческий философ из города Эфес, основал свою школу при храме Артемиды. Это не записано ни в одном историческом источнике, как и большая часть фактов о древних мыслителях. Гераклит прожил довольно долгую по греческим меркам жизнь и стал создателем многих важнейших положений, которые в итоге стали значимы для философии. Гераклит считал, что весь мир состоит из огня, великой первостихии, из которой состоят другие стихии и все вещи и живые существа. Огонь подчиняется Логосу. Также Гераклит думал, что все в этом мире переменчиво, и ничего не стоит на месте. Например, в одну реку нельзя войти дважды.

У Гераклита было много учеников, которые скрывали свою принадлежность к его учению, потому их и прозвали Темными. Собственно, также называли и учителя Гераклита. Перед смертью, заболев водянкой и приготовившись к «излечению», Гераклит обратился к своему тогда еще юному ученику Герократу:

— Учение огня и логоса не должно стоять на месте. Ты понимаешь меня?

Герократ ответил:

— Клянусь Артемидой, учитель, понимаю.

— Это хорошо. Ты должен воспитать великих мыслителей, которые прославят нашу школу. Тогда нам не нужно будет прятаться. Наши идеи станут известны во всей Ойкумене.

— Клянусь Артемидой, я сделаю все возможное, чтобы это случилось.

— Я доверяю тебе… Так, как никому не доверял… Мое лечение с помощью жаркого солнца и навоза может не помочь. Я понимаю это, но рассчитываю на возможность исцеления.

— Учитель, вы рискуете…

Гераклит усмехнулся.

— Если не вылечусь, все равно умру. Мне терять нечего. Но если тепло исцелит меня от болезни, то это будет еще одним доказательством в пользу моего учения.

— А если не исцелит?

— Значит, я не учел чего-то важного, ученик. Но все мы можем чего-то не учесть. Я готов принять смерть и слиться с мировым огнем.

— Учитель, я обязательно воспитаю великих последователей, которые принесут нам славу!

***

Гераклит погиб. Обмазавшись навозом, он вышел на самый солнцепек и не пережил этого в своем довольно почтенном возрасте. Больше всех во время похорон плакал Герократ, который потерял не только своего учителя, но и полноценного духовного отца. Юноша поклялся:

— Учитель, я любой ценой воспитаю величайших учеников, которые прославят ваше имя в веках.

***

Герократ взрослел и учил избранных жителей Эфеса философии огня, что не было очень трудно, так как Артемида вместе со своим братом Аполлоном принадлежала к плеяде огненных божеств. Грекам, исповедующим культ Артемиды, было просто признать, что мир состоит из огня. Однако Герократ столкнулся с одной большой проблемой: среди десятков учеников не было ни одного талантливого, который мог бы возглавить школу после него. Герократ говорил ученикам:

— Вы все умны и все приближаетесь к истине. Народ же вокруг нас несведущ. Но все равно среди вас нет никого, кто мог бы заменить меня. Вы все лишь ученики, но мне пока не удалось воспитать учителя. Я старею. Мне уже столько же лет, сколько и Гераклиту, когда тот покинул нас. Я определенно смертен. И я тоже могу внезапно уйти. Это значит, что мне следует искать приемника среди вас или же…

***

Приемник был найден спустя несколько лет. Это был тогда еще очень молодой мальчик по имени Геротон. Впрочем, он оказался гением. Ему хватило нескольких недель для того, чтобы постичь учение Гераклита на уровне других учеников. После же он продолжал совершенствоваться и даже спорил с учителем.

Герократ сказал, гуляя со своим главным учеником по берегу моря:

— В одно и то же море нельзя войти дважды.

Геротон ответил:

— И единожды войти нельзя! Ведь море меняется, когда мы в него заходим!

Учитель задумался.

— Но Гераклит говорил о том…

— Гераклит мог ошибаться. Но из его учения следует, в одно море невозможно войти единожды, потому что в каждый момент времени мы имеем новое море. Если всякий раз перед нами новое море с новыми волнами и новым расположением пламени, то, очевидно, в одно море не войти и единожды. Учитель, разве я ошибаюсь?

— Не похоже, что ошибаешься.

— Вот и я так думаю…

***

Шло время. В семье двух эфесцев: Гектора и Кассандры — родился сын, которого назвали Геростратом. Так как Гектор обучался у Герократа и Геротона, новорожденному пришлось пройти своеобразное «крещение» огнем. Геротон поднял мальчика над головой и сказал:

— Во славу мирового пламени, снизошедший из огня вернется в огонь. Управляемый Логосом станет логосом. Гераклит, если ты подчинил пламя, то узри младенца, рожденного от учеников твоих: Гектора и Кассандры. Пусть скроются истинные мысли его от ушей других греков до тех пор, пока не настанет время нашему учению прославиться на весь мир.

***

Гектор и Кассандра вернулись домой вместе с ребенком. Кассандра довольно грубо заметила:

— Я не ученица этих идиотов.

— Жена, твой мудрый муж сказал, что нужно верить в огонь. Почему ты не можешь последовать моему совету? Почему ты упрямее наших рабов?

— Потому что! Моя жизнь ничтожна! Я посвятила её служению Артемиде! Я не верю ни в какой мировой огонь!

— Но ведь Артемида близка к огню.

— Не неси чуши! Ты будешь проклят! Тебе нужно знать свое место!

— Мое место рядом с сыном, но сначала я отправлюсь на войну. Долг зовет. Я должен принести жертву богам. Я буду биться за великую славу.

— От славы нет толку…

— Женщины ничего не понимают в славе. Возможно, я смогу сделать свое имя бессмертным, а потом уже воспитаю сына.

— Ты бросаешь меня…

— Нет. Я собираюсь стать героем. И когда я стану героем, то буду достойным отцом своему сыну. Я воспитаю из него настоящего пламенного эфесца.

— Ненавижу тебя!

— Женщина…

— Ты заставил меня родить, а теперь бросаешь! И если ты умрешь, то я буду воспитывать сына одна! Ты предаешь меня!

— Женщина, я всегда был мягок к своим рабам и мягок к тебе. За такие слова многие из жен могли бы лишиться языка, но я всегда был добр. Не заставляй в последний день меня быть грубым.

Кассандра заплакала. Она не хотела этого ребенка.

— Гектор! Ты… Ты заставил меня родить… Ты настаивал на этом… А теперь…

— А теперь я должен выполнить свой долг. Я клянусь тебе, что вернусь с войны героем и воспитаю сильного сына. Вместе мы будем счастливы и богаты, а остальные эфесцы будут нас почитать. Не об этом ли мечтают все греки?

Гектор отужинал с женой, провел ночь дома, а после вместе с эфесскими отрядами покинул город на корабле. Кассандра плакала и с презрением смотрела на маленького Герострата. Она надеялась на то, что муж сдержит обещание и вернется с войны живым.

Этап II: Детство Герострата

Гектор не сдержал обещание. Через шесть лет его тело вернули на Эфес. Кассандра плакала. Случившееся очень сильно озлобило её. Тем временем Герострат подрастал. Он был довольно живым и любопытным мальчиком, который беззаботно носился по городу, иногда сшибая с ног прохожих. Однажды ему не повезло: на улице он врезался в стареющую жрицу богини Артемиды Клименту, которая тут же схватила Герострата за одежду и прижала к стене.

Мальчик прокричал:

— Тетя! Не бейте! Я случайно!

Жрица Артемиды злобно ответила:

— Ты, ничтожество, должен знать свое место. Я служу великой богине! А ты врезался в меня!

— Тетя, говорю же, я случайно!

— Случайно? А если я случайно окуну тебя головой в воду, я тоже смогу так оправдаться?

— Тетя, отпустите!

— Я проучу тебя, сопляка!

Но тут к озлобленной женщине подошел Геротон.

— Климента, — сказал он, — снова принимаешь участие в воспитании эфесцев?

Злодейка повернулась.

— Что хочу, то и делаю! Не тебе мне указывать!

— Значит, ты можешь обижать детей по своей воле. Интересно, а что скажут горожане, когда узнают, что местная жрица Артемиды занимается самосудом. Я обязательно распространю эти слова по всему городу, если ты не отпустишь мальчика.

Климента ударила Герострата спиной о стену, а после отпустила. Женщина указала на гераклитовца и прокричала:

— Я знаю, что ты занимаешься делом нечистивым, выступаешь против богов!

— Такие заявления нужно доказывать в суде. Если ты не готова предъявить доказательства, то ступай с миром.

Жрица фыркнула и ушла. Геротон подошел к мальчику и спросил:

— Как себя чувствуешь?

Герострат ответил:

— Спина болит…

— Не обращай внимания на эту злюку. Жрицы нередко впадают в безумие, когда их кто-то задевает. Что же тут поделать. Они считают себя особенными. К слову, пошли со мной. Я тебе кое-что покажу.

***

Герострат согласился пойти со спасителем. В итоге он оказался в пещере, где в довольно большом обустроенном зале окруженный факелами сидел старый учитель Герократ, читающий лекцию многочисленным ученикам.

— В пламени все родится и в пламени все исчезнет. В итоге нас ждет вселенский пожар. В нем сгинет абсолютно все, и не останется ни одной вещи, и ни одного человека. Но в итоге возродится и мир, и вещи, и люди, так как не может все сгореть окончательно, ведь огонь в огне не горит. Пожар — это еще не конец. Всякий пожар предвещает вечное возвращение. Мы умираем, мы возрождаемся. Этот цикличный процесс продолжается без остановки бессчетное количество времени. Он бесконечен и безначален. Это невозможно представить, но и, если так подумать, невозможно представить, что это не так.

Глаза мальчика засияли от счастья. Он спросил у Геротона:

— А это все правда?

Гераклитовец кивнул и ответил:

— Очень похоже на правду. Впрочем, я не во всем согласен со своим учителем. Мне кажется, он слишком упрощенно рассказывает учение Гераклита.

— Кто такой Гераклит?

— Великий человек, который открыл нам истину. Мы убедились в том, что все меняется и возвращается. Вечный процесс перемен и возвращений, уничтожений и рождений — все это единый цикл, направляемый Логосом. Если тебе интересно, то я могу учить тебя.

— Да, интересно!

***

Герострат вернулся домой слишком поздно. Мать ждала его у двери с палкой. Когда мальчик вошел внутрь, мать сбила его с ног, а после прижала к полу и сказала:

— Еще раз придешь так поздно, и я забью тебя! Понял?

Герострат кивнул. Ему было не привыкать, что мать гоняет его палкой. В общем-то, поэтому он её и ненавидел. Ненавидел всем своим маленьким сердцем, насколько вообще ребенок может ненавидеть собственную мать. Кассандра отошла и швырнула миску с едой на стол.

— Ешь.

Герострат послушно сел за стол и начал есть. Кассандра строго смотрела на него.

— Из-за твоего тупого отца мне пришлось стать гетерой. И это не такое простое дело… Мне приходится… Да, ты ничего не поймешь! Еще очень мал для такого! Я читаю и читаю, чтобы соответствовать по образованию мужчинам… Чтобы прокормить тебя… А ты не слушаешься и приходишь так поздно!

— Мама, я видел людей огня!

Кассандра тут же направила палку на сына.

— Ни в коем случае не имей с ними никаких дел! Избегай этих людей! Если я услышу, что ты общаешься с этими негодяями, то я изобью тебя палкой до полусмерти.

— Но…

— Это они… Они заставили Гектора отправиться на войну… Видите ли, Гераклит писал, что война — это вещь неизбежная и естественная… Сволочи! Они просто сволочи, которые убили твоего отца!

Мать несильно ударила сына по голове.

— Вот тебе, чтобы ты запомнил! Никогда не ходи к ним.

***

Герострат лежал в своей кровати и мечтал о том, как сгорает весь мир. Он представлял, как огнем покрывается все вокруг, и не остается ничего, что могло бы уцелеть. Мальчик про себя повторил:

— В пламени все родится, в пламени все исчезнет.

Эта мысль забавляла его долгое время. В течение нескольких лет он не посещал гераклитовцев, так как очень сильно боялся запретов матери, но с годами его ненависть к ней только росла. Герострат нуждался в друзьях, которые поддержат его в трудную минуту.

Этап III: Отрочество Герострата

В четырнадцать лет Герострат в очередной раз подрался с матерью. Он все еще был недостаточно силен, а потому проиграл. Кассандра вышвырнула его из дома. Кудрявый отрок шел по улице, опечаленный случившимся. Он думал:

— Вот бы этот мир рассыпался на части… Здесь меня ничего не радует. Здесь так глупо. Так пусто. Мать, презренная женщина…

Тут героя догнал сверстник и его лучший друг Илиодор. Мальчик был на голову выше Герострата и выглядел куда более внушительно. Илиодор сказал:

— Друг мой! Чего такой грустный?

— Мать избила.

— Опять? Неугомонная. Пошли на урок к Геротону! Он недавно стал главой гераклитовцев.

— Я не могу. Мать запретила мне.

— Пффф! Женщина не может ничего запретить мужчине! Даже если она мать!

— Она сказала, что изобьет меня палкой до полусмерти, если я пойду… Я на всю жизнь запомнил эти слова и её безумные глаза…

— Герострат, ты же умный парень. Что ты будешь делать в жизни без отца? Мать тебе не поможет!

— Мать мне помешает… Что бы я ни делал, мать мне мешает.

— Так не давай мешать. Пошли!

Герострат согласился.

***

Уже довольно пожилой Геротон читал лекцию в той самой пещере. Напротив сидели ученики, во главе которых находился и уже довольно старый Герократ, возраст которого трудно было измерить человеческой мерой. Ему было глубоко за сто лет, и он все еще был жив.

Геротон говорил:

— Друзья мои, учение огня разрастается. С каждым годом мы находим все больше единомышленников, многие из которых дополняют позицию Гераклита. Думаю, мы провели существенную работу за последние годы, и это нам воздастся.

Герократ поднял палочку, на которую обычно опирался:

— Глупости! Раньше было лучше!

Геротон покачал головой.

— Учитель, мы должны соответствовать ходу времени. Гераклит был гениальным мыслителем, но невозможно учесть все и сразу. Поэтому мы, его ученики, должны дорабатывать учение Гераклита, чтобы оно могло конкурировать с другими учениями.

— Гераклит не требует доработок!

— Учитель, вы сначала были за изменения. Все течет, все меняется. Даже учение Гераклита должно изменяться.

— Нет! Только истина неизменна! В том смысле, что мы уже знаем, что все течет и меняется. И знаем, что все сгорит. Что еще нужно?

Геротон ответил:

— Нужно разработать риторику, опровергать учения оппонентов и поработать над этикой. Сейчас нарождается этическая философия. Мы должны выработать стратегию жизни, свойственную нашему учению, иначе…

— Чушь все это… Люди мелочны. Вот что говорил Гераклит!

Спор двух стариков продолжался очень долго. Герократ разозлился и очень резко встал. Он хотел было сказать что-то неприятное своему ученику, но тут же потерял сознание и упал на пол. Ученики сразу же окружили учителя и попытались привести его в чувства, но ничего не получилось. Так умер один из самых старых жителей Эфеса.

***

После похорон Геротон подошел к двум новым ученикам: Герострату и Илиодору.

— Смерть Герократа была большим ударом для всех нас, но мы должны принять её с пониманием. Если в воде перемены несет течение, если в земле перемены несут землетрясения, если в воздухе перемены происходят сами собой, то в жизни человечества все большие перемены происходят благодаря смерти. При жизни учителя сдерживают своих учеников, приучают их, контролируют. После же смерти учителя мы уже увидим, чего стоят его ученики. Одни будут неумело повторять выученное, другие будут искусны, и, главное, третьи будут развивать идеи дальше.

Илиодор спросил:

— И вам не жалко?

— Я провел с этим человеком большую часть своей жизни. Он помог мне стать тем, кто я есть. Конечно, мне жалко, но я умею отпускать. И так Герократ очень сильно задержался в нашем мире. И я задержался. Мы прожили длинную жизнь…

***

На пути домой Илиодор и Герострат встретили жрицу Артемиды, Клименту. Она перегородила мальчикам дорогу и сказала:

— Я знаю, что вы что-то замышляете.

Илиодор ответил:

— Нет же, великая жрица. Ничего не замышляем.

— Наверное, вы с гераклитовцами. Они скрываются от меня. Они прячутся. И вы с ними. Расскажите, где они живут.

— Мы ничего не знаем.

— Мелкие и грязные недоноски, я вижу, что вы что-то скрываете. Где убежище гераклитовцев?

— Я впервые о них слышу. А ты, Герострат?

Герострат ответил:

— Я тоже.

Климента подошла к Герострату и заглянула к нему в глаза.

— Ты, мелкий урод, никем не защищен. У тебя нет отца. Твоя мать дешевая гетера. С тобой я смогу сделать все что угодно. Герократ — почтенный житель Эфеса. У Илиодора уважаемые родители. Но ты… Ты никто! И если с тобой случится что-то, то всем в городе будет плевать… Говори, где прячутся гераклитовцы.

Герострат покачал головой.

— Ничего об этом не знаю.

Климента ушла.

***

На следующий день Герострат вернулся к дому, и обнаружил, что он горит. У самих дверей сидела его мать и плакала. Она жалела об оставленных внутри драгоценностях. Герострат подошел к матери. Как только она увидела его, то сразу же набросилась на мальчика с кулаками. Точным ударом по лицу она повалила сына, а после села сверху и начала избивать, крича на всю улицу:

— Я же говорила тебе! Я же говорила! Не связывайся с ними! Не связывайся!

Руки Кассандры в итоге оказались в крови. Она разбила кулаки о лицо своего сына. Герострат же тогда был действительно избит до полусмерти.