[П.П. Если будут найдены ошибки в переводе или же орфографические, замечания приветствуются. Приятного всем чтения.]

Разрушитель смотрит на меня своей безглазой головой. Я опускаюсь на землю, готовясь к бою. Но он быстро отводит взгляд и таранит стену этажом выше.

Как я и думал… Прямо сейчас это не должно меня интересовать. Поскольку выживание Лиликсии неясно, я могу воспользоваться этим шансом, чтобы отступить и восстановиться.

…в качестве теста я обращаю свою [Телепатию] к Разрушителю. В дополнение к передаче моих мыслей, навык [Телепатии] также может быть использован для исследования внутренних мыслей других людей. Я не могу использовать его так эффективно, как Лиликсия или Королева красных муравьёв, но я должен, по крайней мере, быть в состоянии определить, есть ли вообще какие-либо мысли.

«…уничтожить, уничтожить… уничтожь…»

[Обычный навык [Телепатия] повысился с 1-го до 2-го уровня.]

Когда я активирую навык, я чувствую внезапную тошноту. Я быстро оборвал связь. Как говорилось в объяснении [Разрушителя], это больше не что иное, как масса разрушительных импульсов. Не осталось никакого осознания.

…но это неожиданность. Неясно, жива ли Лиликсия или мертва. Если её подчиненные, которые охотились за оставшимися слаймами, объединят усилия с зеваками авантюристами, возможно, они добьют меня, ведь я уже практически при смерти.

Но это невозможно. Потрясенные внезапным исчезновением своего лидера, подчиненные Лиликсии сейчас не более чем беспорядочная толпа. Они никак не могли так легко скоординироваться. Кроме того, когда Разрушитель вернётся, всё это развалится на части. Авантюристы ни за что не согласятся на такую стратегию в последнюю минуту.

Я могу сделать это сейчас. Для меня легко забрать Аро, Кошмар, Волка и Магиатит-джи, а затем пойти забрать, вероятно, обиженного Трента из великой шахты Албана. Здесь опасно, поэтому я хотел бы также, по крайней мере, отвезти Мирию на окраину города.

Я чувствую, что могу рассмеяться. Я потерял всякую надежду на безопасность Аро и своё выживание из-за предательства Лиликсии, но и то, и другое вернулось в область возможного. То есть до тех пор, пока я не спровоцирую Разрушителя. Даже если я оставлю его в покое, он в конце концов умрёт от статуса [Бога Разрушения].

Глядя на статистику Разрушителя, я вижу, что его максимальный HP и MP уменьшаются примерно на 1 в секунду… Нет, это может быть немного быстрее, чем это. По ощущениям, он приближается к снижению на 1,5 в секунду. Должно пройти около тридцати минут, пока он не умрёт сам по себе.

Если возможно, я хотел бы спуститься, чтобы проверить тело Лиликсии и прикончить её, если это необходимо. Но если она способна использовать магию, вполне возможно, что она могла бы добить меня одним выстрелом. Кроме того, прямо сейчас гораздо важнее благополучно увести отсюда Аро и остальных.

Я заглядываю в глубокую яму. Это позор, Лиликсия. Я искренне верил, что мы сможем поладить. Но, похоже, ты думала иначе. Пока я отчаянно боролся со слаймом, ты, должно быть, радовалась тому, что всё идет по твоему плану.

Но время твоего предательства было ошибкой. Каково это было, когда сразу после того, как ты предала меня, Король Демонов, которого ты считала мёртвым, вернулся с такой мощью? Это настолько жалко, что меня аж тошнит. Знаю, что плохо говорить это кому-то, кто, возможно, уже мёртв, но ты получила по заслугам.

Я свирепо смотрю на оставшихся людей.

«У-угу… Почему это произошло? Госпожа Лиликсия должна была быть готова ко всему…»

Балеар держит меч наготове, но его плечи дрожат.

Не похоже, чтобы он думал, что сможет победить меня без Лиликсии. Альфисс все ещё стоит на коленях, но, похоже, она может встать в любую секунду. Похоже, что близкие соратники Лиликсии сильнее, чем авантюристы.

«…я ничего так не хочу, как разорвать тебя на части прямо сейчас, но у меня нет ни магической силы, ни времени, чтобы тратить их впустую. Ты просто бельмо на глазу. Бросай оружие и проваливай».

«Госпожа Лиликсия, мне очень жаль…»

Балеар ослабляет хватку на мече, и тот со звоном падает на землю.

Если буйство Разрушителя продлится тридцать минут, число подчиненных Лиликсии должно быть значительно сокращено. Если всё пойдет хорошо, я, возможно, смогу прикончить почти мёртвую Святую. Как только Разрушитель закончит с замком, он может войти в город, но это не имеет ко мне никакого отношения.

Это правда, что я услышал просьбу Лиликсии и пришел защищать столицу. Но тогда она не была той, кто предал меня. Я ни за что не собираюсь поддерживать соглашение с кем-то, кто не только пытался убить меня, но даже собирался убить Аро, которая ничего не делала, кроме как пыталась убежать. Авантюристы, которые пришли, ничего не зная, и пытались убить меня ради славы и почёта, тоже вызывают у меня отвращение.

…по правде говоря, я почти сомневался, что Лиликсия вообще сможет создать мир, в котором я смог бы вписаться в город. В глубине души я знал, что всё это никогда не пройдёт так хорошо. Даже сейчас, когда я услышал, что мир в опасности, я поставил свою жизнь на карту, чтобы прийти и победить Короля Демонов. Даже сейчас, если бы Лиликсия не предала меня, я, вероятно, рисковал бы своей жизнью, чтобы остановить Разрушителя.

«…Аро, Напарница, я серьёзно сожалею, что привёл вас в такое ужасное место. Мы заберём Кошмар и остальных, а потом уберёмся отсюда.»

Посылая свою [Телепатию], я пристально смотрю на искателей приключений, чтобы убедиться, что ни у кого из них нет желания сражаться. Похоже, большинство из них всё ещё не могут пошевелиться. Они кричат, глядя на меня, отчаянно пытаясь отдалиться. Некоторые другие отчаянно кланяются мне, покрытые кровью.

Есть только один из них, который, даже когда я смотрю на него, только безумно воет. Это тот лучник, который стрелял мне в живот в бою. Похоже, раны, полученные от Разрушителя, для него важнее, чем дракон перед ним. Если я подумаю о его действиях до сих пор, у меня складывается впечатление, что он действительно может быть важной фигурой.

“Тина, это не может быть правдой! Этот… Эй, открой глаза! Эй!”

…если я погляжу повнимательнее, то увижу обмякшую фигуру женщины авантюристки в его объятиях. Она, должно быть, его знакомая. Не похоже, что он вообще осознает свои собственные травмы или мой пристальный взгляд на него.

…все эти ребята — живые люди. Такое чувство, что я упустил это из виду в своей ненависти к Лиликсие.

Я качаю головой. О чем я только думаю? Это не то, с чем я могу бороться. У меня тоже есть дела, которые мне нужно сделать.

Теперь, когда слизь стала такой, пока я могу это пережить, нет никакой возможности, чтобы она эволюционировала и пришла за мной. Соглашение с Лиликсией давно расторгнуто. Даже если бы я здесь старался изо всех сил, я сомневаюсь, что её фракция снова попытается вступить со мной в союз, и даже если бы они это сделали, я бы этого не принял.

Кроме того, на кону не только моя жизнь. Если бы я сражался, Напарница тоже умерла бы. Если бы я отвёл от них взгляд, авантюристы могли бы убить Аро и остальных. Всего за тридцать минут Разрушитель будет ограничен только этим городом. Если его фокус не переместится с замка, урон тоже не будет таким большим.

Вот почему, что бы ни случилось с этого момента, это не имеет ко мне никакого отношения. У меня нет причин рисковать своей жизнью. Верно, это прекрасно.

Напарница пристально смотрит мне в лицо. На мгновение мне кажется, что она собирается что-то сказать, но она просто смотрит.

«ОООоО, ОООООООО!»

Внезапно я слышу голос Разрушителя откуда-то издалека. В городе расцветает радужный свет.

Это должно быть слишком высоко. Неужели, навык [Разрушение] может повлиять на места так далеко? За первым следует второй, а затем третий цветок радужного света. Я хмуро смотрю на огни, стискивая зубы. Отсюда мне этого не видно, но, без сомнения, город в ужасном состоянии.

«…эй, Партнёр, мы собираемся это сделать, верно?»

Напарница шлёт мне свои мысли. Но у нас нет причин подыгрывать самоубийству слизи…

«Какое-то время у тебя было более страдальческое выражение лица, чем когда ты боролся с ним. Ты просто придумываешь оправдания, но убегать — это на тебя не похоже. Мы собираемся уладить это, верно?»

Н-но…

«Это не похоже на тебя... говорить, что люди получают то, что они заслуживают, или что они должны умереть. Давайте покажем этому хитрому предателю нашу гордость и упрямство. Если она узнает, что мы победили эту тварь, это попортит ей нервы. Это лучший способ отомстить».

Теперь, когда ты так много сказала, я точно не могу отступить. Спасибо, Напарница. Погодите...

«…я думал, что ты сыта по горло моей мягкостью. Интересно, когда это передалось мне?»

На её лице появляется нарочитое раздраженное выражение.