Прошло несколько лет с момента, когда мы одержали победу над Малкором и его тёмной магией. Эстория продолжала процветать, и жизнь шла своим чередом. Но тень, нависшая над нашими жизнями, не исчезла окончательно. Империя всё ещё оставалась грозной силой, которая контролировала значительную часть нашего мира.

Однажды вечером, когда я возвращался домой после очередного собрания Совета, я почувствовал странное напряжение в воздухе. Улицы деревни были пустыми, и только слабый свет фонарей освещал дорогу. Неожиданно из темноты появились несколько фигур. Они двигались бесшумно и быстро, и прежде чем я успел понять, что происходит, меня оглушили и утащили в неизвестность.

Когда я очнулся, то оказался в тёмной, сырой камере. Моё тело болело, а руки и ноги были крепко скованы цепями. Свет проникал в камеру лишь через узкую решётку в двери. Я понял, что нахожусь в плену.

Дверь со скрипом открылась, и в камеру вошли несколько стражников в чёрной форме. За ними последовал человек в тёмном плаще и с мрачным лицом.

— Юкито, — произнёс он холодным голосом. — Ты стал занозой в боку Империи. Теперь мы покажем тебе, что бывает с теми, кто осмеливается противостоять нам.

Меня повели через узкие коридоры к пыточной камере. Это была холодная комната с каменными стенами, где на каждом шагу чувствовался запах крови и страдания. В центре стоял деревянный стол с ремнями, на котором уже были видны следы мучений предыдущих жертв.

— Приготовьтесь, — сказал палач, и стражники крепко привязали меня к столу.

Первым испытанием стало вырывание ногтей. Боль была невыносимой, когда палач один за другим выдёргивал ногти с моих пальцев. Я кричал от боли, но никто не пришёл мне на помощь. Каждая новая пытка казалась ещё более ужасной, чем предыдущая.

— Это только начало, — сказал палач с зловещей улыбкой. — Ты узнаешь, что такое истинное страдание.

На следующий день меня снова привязали к столу. На этот раз пытки были ещё более жестокими. Меня били плетью, жгли огнём и втыкали иглы в чувствительные точки на теле. Я терял сознание от боли, но меня снова и снова приводили в чувство холодной водой.

Каждый день приносил новые мучения. В один из дней меня подвесили за руки и ноги, заставляя висеть в воздухе, пока моё тело не начало разрываться от боли. В другой день мне вливали в уши кипящую воду, заставляя чувствовать, как огонь обжигает мой мозг.

Пытки продолжались бесконечно. Моё тело стало израненным и измождённым, но самое ужасное было впереди. Палач применил магические ритуалы, чтобы мучить мою душу. Он вызывал иллюзии, в которых я видел, как мои друзья и близкие страдают и умирают. Эти видения разрывали моё сердце, заставляя меня чувствовать себя беспомощным и одиноким.

— Ты сломаешься, Юкито, — шептал мне палач. — Никто не может выдержать таких мучений.

В глубине души я знал, что должен выстоять. Каждый раз, когда боль становилась невыносимой, я вспоминал своих друзей: Миру, Маркуса, Эйдана и Лисандра. Их лица и слова поддержки давали мне силы продолжать борьбу.

Однажды ночью, когда я лежал в камере, истощённый и измученный, я почувствовал странное тепло внутри себя. Это было словно воспоминание о давней магии, которую я использовал в битвах. Я сосредоточился на этом ощущении и почувствовал, как мои силы начинают восстанавливаться.

Спустя несколько дней я услышал знакомый голос. Это была Мира. Она проникла в тюрьму, рискуя своей жизнью, чтобы помочь мне.

— Юкито, держись, — прошептала она. — Мы придём за тобой. Мы не оставим тебя здесь.

Её слова стали для меня лучом света в тёмной бездне. Я знал, что мои друзья не бросят меня, и это давало мне силы выдерживать очередные мучения.