Гигантское заброшенное недостроенное здание окружал сетчатый забор, должный защитить от злоумышленников, но в реальности не способный остановить почти никого, особенно злодеев. На потрёпанном от старости диване восседал Шигараки, безмолвно наблюдающий за переносной плитой, на которой жарились сардельки. Рядом на земле сидел Магне, периодический переворачивающий их. Недалеко на белоснежном пледе лежала Тога, читающая мангу, пока Твайс махал веером у её лица. Компресс спал на голом бетоне. Спиннер же стоял у стены и нервно топал, корча недовольную рожу.

— Можешь, пожалуйста, прекра... — не успел Твайс договорить, как его тон тут же изменился. — Заглохнись, пока я тебе ноги не оторвал!

— Отвали. И с чего мы вообще должны удирать, как трусы перед этими не до героями?! — возмутился Спиннер, начав ходить от одной стены к другой.

— За нами слежка. Сейчас разумнее залечь на дно, — ответил Шигараки, чем совершенно не удовлетворил Спиннера. Подойдя почти в притык, он выставляет руку вперёд, схватив спинку дивана, и без доли страха закричал: — Я вступил в Лигу не для того, чтобы прятаться и пресмыкаться перед жалкими подобиями героев! С меня хватит! Я ухожу!

Шигараки замолк, что сильно удивило подчинённых. Казалось, что он что-то услышал, но после вернулся в своё обычное состояние. Но прежде чем он успел что-то сказать, его перебил Твайс. — Ну и вали! Тебя здесь... Нет! Потерпи ещё немного, я уверен, скоро всё уляж... Да ничегошеньки не уляжется! Мы в полной заднице, и ты это знаешь! — Твайс впал в уныние, скрючившись рядом с белоснежным пледом в позу эмбриона, периодический покачиваясь, пока Тога пыталась его успокоить поглаживанием по голове. Спиннер, недовольно цокнув, убирает руку и становиться на прежнее место.

Несколько минут ничего не происходит, и они спокойно перекусывают этой не замысловатой закуской. Но, невзирая на это, в воздухе витала гнетущая атмосфера. Недавняя пропажа Даби, слежка и ещё ворох других проблем сильно били по моральному состоянию команды, за исключением Тоги, что, не взирая ни на что, сохранила улыбку. Как вдруг на всю округу прогремел протяжный скрежет, будто исходящий отовсюду, посеяв в душу невообразимый страх.

Все тут же вскочили, приготовившись к бою, но никто не явился. Лишь всё продолжающий скрежет сопровождал их в этом моменте. Посыпались угрозы, насмешки, провокации. Но гость, похоже, не спешил выдавать себя. По приказу Шигараки они разделились по двое. Тога выбрала Твайса, Компрессу достался Магне, а компанию Шигараки составил Спиннер. В таком дуэте они отправились на поиски незваного гостя.

Длинные пустые коридоры сменяли друг друга. Лестницы стали самой большой помехой для Тоги, из-за чего Твайсу пришлось нести её на плечах. Шум так же внезапно, как и появился, стих. Тога по крепче ухватилась за своего друга, вызвав очередную перепалку личностей. Внезапно мимо них прямо в стену прилетел кусок арматуры.

— Раз, два, три. Стихи сочинять мне лень, — раздалось везде и нигде конкретно.

Тога в тот же момент спрыгнула с Твайса и достала нож. Тот в свою очередь принялся за создание её клонов, что в тот же момент погибали от прилетевших с разных сторон арматур. Но некоторым удавалось уйти и начать погоню за неприятелем. К сожалению, стоило им исчезнуть из виду, как они возвращались, но уже в виде песка.

— Четыре, пять, шесть. Прошу, умри поскорей.

По помещению вновь раздался протяжный скрежет. Из темноты появилась знакомая фигура с пожарным топором, волочившимся за ним, издавая этот самый скрежет. Под его маской сияла широченная улыбка. Прежде чем они успели хоть что-то сделать, грудь Твайса чуть не пробивает вылетевший из темноты кусок металлоконструкции. Тога, невзирая на предупреждения, бросается в бой, но тут же отлетает от увесистого кулака Кенто.

— Знаете, в аду вас уже заждались, потому давайте по скорее покончим с этим, — проговорил Кенто, ухватившись за топор по крепче. Твайс же в это время попытался помочь подняться Тоге и сообщить по рации Томуре, но ещё одна арматура разбивает рацию в клочья, обрывая связь. — Не стоит. Главное блюдо всегда нужно оставлять на потом.

— Так я тебя знаю! Это ты отец той девушки Мидории! — выкрикивает Тога, неожиданно и резко появившись перед Кенто, озарив его яркой улыбкой. Её шеки покрылись лёгким румянцем, что было бы довольно мило, не держи она нож. — Надеюсь, мы с ней в будущем подружимся!

Кенто замер. Всё пошло не по плану в первый же час. Он никак не ожидал такого дружелюбия, а уж предложения дружбы к его дочери и того подавно. Грубая сторона Твайса тут же начала кричать на неё, упрекая, ещё больше обескураживая Кенто. Внезапно она молниеносно вонзает нож меж пластин, пытаясь поколоть шею, но нож предательский застревает. Та в тот же момент спрыгнула с него.

— Упс! Можете, пожалуйста, вернуть его? — поинтересовалась Тога так, словно ничего и не было, с протянутой рукой. Кенто потянулся к ножу и сжал его, превратив в металлолом. — Эй! Как грубо! — последовало в след от неё, перед тем, как вовремя среагировать и отпрыгнуть от увесистого кулака Кенто.

— Тем не менее, тебе это не помешало устроить резню, — с невиданной злобой проговорил Кенто, начав медленно приближаться к ним. Его слова излучали первобытный страх, а тело – ужас. Казалось, что само окружение преображалось в нечто более ужасное, чем есть оно на самом деле. — Хотя не мне тебя судить, ведь я совершил куда большее зло. И самое забавное, что оно же меня и спасло, — рука Кенто поднялась выше, готовясь издать щелчок. — Так давай посмотрим, спасёт ли оно тебя.

Пальцы щёлкнули, и со всех сторон полетели куски металла. Они попытались избежать их, но их было слишком много. Один за другим метал вонзался в их кожу, пробивая внутренности, ткани и органы. Изо рта девочки полилась кровь, её тело более не стало сопротивляться, а в зрачках постепенно потух огонь к жизни. За всем этим беспомощно наблюдал Твайс, тянущий к ней руку, невзирая на кровопотерю. На секунду в глазах Кенто промелькнула жалость, и он аккуратно поднял её тело, поднеся к его рукам. Тот схватился за неё так крепко, как позволяли силы, бормоча: — Всё хорошо... я рядом... рядом... — до тех пор, пока его сердце не прекратило биться.

Смотря на это, в глубине души он испытывал печаль. Было ли это из-за того, что им нужно было лечение, а не возмездие, или же эта была другая причина, он не знал. Но одно можно было сказать точно – они были искренны. Отбросив все сомнения, он напоследок закрывает им глаза и исчезает во мраке. Ещё многим сегодня предстояло погибнуть.

(Дорогие парни и девушки... да, ваше зрение вас не подвело. В нашем сообществе появилась девушка, что пишет комментарии... много комментариев... в основном о моих ошибках. В общем любите и жалуйте, а я пошёл дальше писать ремейк Катаклизма).

(Плюс, я извиняюсь за небольшую задержку, просто я всё ещё хочу кушать, причём очень даже вкусно, потому я ушёл на калым).