Ночь. Свет уличных фонарей разгонял непроглядную темноту, затмевая даже звёзды. Кенто прогуливался с Руми и Касуми, обсуждая самые разнообразные темы. Причиной же подобной обстановки стал не кто иной, как Мидория, пригласивший их в гости. В честь этого девушки даже переоделись в праздничное.

Мируко облачилась в элегантное ярко-красное платье с длинным разрезом на ноге, подчёркивающую её шикарную фигуру. Касуми же оделась гораздо более скромно, но современнее. Чёрная, как смола футболка хорошо сочеталась с синими джинсами и кожаным ремнём. А Кенто… был одет как Кенто.

— И зачем только я согласился? — произнёс Кенто. Ели, ковыляя конечностями.

— Ой, да ладно тебе! Тебе не помешает немного развеется, — похлопав его по плечу, ответила Мируко.

— Не старайся. Будь его воля, он бы не выходил из дому хоть вечность, а то и две, — поддержала разговор Касуми, приблизившись к двери дома Изуки.

Нажав на домофон, раздаётся довольно приятная мелодия, а вместе с тем и женский голос. — Да? — на который Касуми отвечает. — Здравствуйте, я подруга Мидории. Он недавно пригласил моего отца и по совместительству учителя в гости, — после чего воцарилась тишина.

Кенто уже было хотел уходить, как вдруг дверь открывается, показав уже знакомо зелёные волосы. Обменявшись любезностями, Мидория проводит их в квартиру, где их встречает его мать.

— Здравствуйте! Большое спасибо, что взялись обучать моего сына! О таком мы даже мечтать не могли! — произнесла Инко Мидория, совершив очень низкий поклон. По её щекам потекли слезы, введя Мируко и Касуми в не удобное положение. А Кенто просто стоял и смотрел, как Мидория пытался успокоить мать.

— М-мам. Не переживай, — робко произнёс Мидория, ухватив свою матушку за плечи.

— Ничего… Извините за мою излишнюю эмоциональность, — произнесла Инко, вытерев слезы. Её лицо не выражало грусти или печали, лишь счастье за своего сына. — Добро пожаловать к столу.

Пройдя к столу, перед ними пристало множество разнообразных блюд, полностью показывающую её старания в подготовке к приходу гостей. Даже про специфичный рацион Кенто не забыли. В дальнейшем последовали стандартные правила приличия, после которых они приступили к трапезе, обсуждая разнообразные вещи.

— А вот маленький Изуко, когда я ему подарила костюм Всемогущего, — произнесла Инко, открыв альбом с детскими фотами, показывая их Касуми.

— Н-навряд ли это им интересно! — произнёс Мидория, попытавшись выхватить альбом. Но Касуми быстро превратилась в дым, переместившись к стене.

— А ты был тем ещё милашкой в детстве, — произнесла Касуми, вогнав Изуко в краску.

— А ну-ка дай посмотреть! — заинтересовалась Мируко.

Касуми лишь пожала плечами и бросила альбом ей в руки. Мидория попытался забрать его, но быстро попал в захват. Инко с улыбкой наблюдала за этим. А Кенто продолжал молча есть пиццу.

— Изуко, может, покажешь подруге свою комнату? А мы пока обсудим взрослые дела, — сказала Инко, остановив битву за альбом.

— Да, конечно, — произнёс Мидория, направившись вместе с Касуми в его комнату.

Как только они скрылись, Инко поднимается с места и идёт к холодильнику, где она достаёт бутылочку белого вина.

Мидория тем временем набирался смелости, чтобы открыть дверь в свою комнату. Всё же это впервые, когда он привёл девушку в комнату. Да и ещё ту, которой он признался в симпатии.

— Ты так и будешь стоять или уже откроешь эту чёртову дверь? — произнесла Касуми, приведя Мидорию в чувства.

Тот, глубокого вздохнув, открывает дверь, и они заходят внутрь. Комнату можно было бы считать обычной, если бы не десяток вещей с Всемогущим, что сразу бросались в глаза. Мидории было нелегко. Он был смущён пуше прежнего, ожидая при этом какой-нибудь колкости от Касуми, которой так и не последовало.

— Ну, примерно этого я и ожидала, — сказала Касуми, усевшись на кровать. — Правда, я думала, что увижу множество плакатов отца… Хотя, думаю, так даже лучше.

— Ну-у-у. Если честно, есть одна вещь с ним, — не охотно признался Мидория, вызвав у неё интерес.

Подойдя к тумбочке, Мидория достал маску в форме головы Кенто, которую он передаёт ей. Та, улыбнувшись, натягивает её на себя и начинает пародировать Кенто.

— Я Кенто, и я не ем ни хрена кроме пиццы, потому что она может меня убить. А ещё я учился на повара, но не умею вкусно готовить ничего, кроме пиццы.

— Ну, он старается, а это главное, — произнёс Мидория, обломав ей весь кайф.

Вернув маску на место, Мидория сел рядом. Они молчали. Никто не проронил ни слова. Касуми от скуки начала водить пальцем по кругу, но и это ей довольно быстро надоело. В конечном же итоге первой сдалась Касуми.

— Чем займёмся?

— Если хочешь, можем сыграть в приставку, — ответил Мидория, достав её из-под кровати. — Только там игры довольно старые, но это ведь лучше, чем ничего.

Касуми улыбнулась и, размяв пальцы, ответила. — Готовься глотать пыль, — после чего выхватила приставку и, запустив первую же попавшуюся игру, начала показывать мастер класс. Правда он длился не так долго, ибо рикошет собственной пули сработал против неё.

Следуя не гласному условию: проиграл – передай другому. Она вручила её Изуко. Что не удивительно, он прошёл весь уровень без смертей и следующие три тоже. Да и чего греха таить, он бы прошёл хоть всю игру, но на пятом уровне её интерес полностью угас, и она просто стала лежать, ожидая, когда он закончит. Тот, заметив это, тут же перезагрузил её и отдал Касуми.

— Ай, да ну её! Расскажи что-нибудь интересное, — произнесла Касуми, сунув её под подушку.

— Я могу рассказать о героях, — предложил Мидория, на что та дала ему зелёный свет.

Мидория начал свой рассказ. Он говорил и говорил, затрачивая самые разнообразные детали жизни героев. Начало их карьеры, интрижки, отношения. Впервые Касуми увидела Мидорию настолько увлечённым, уверенным и открытым.

— А самое забавное, что после этого преступники сами сдались, не в силах больше терпеть чувства вины, вызванного его причудой, — рассказывал Мидорию, не обратив внимание, что он, сам того не зная, подвинулся слишком близко, за что тут же поплатился.

Касуми толкает Мидорию, от чего он чуть не падает, но во время успевает опереться рукой. Не понимая, что он сделал ни так, он уже было собирался извиниться, но Касуми неожиданно бросается вперёд, от чего рука Изуко соскальзывает и он оказывается в паре сантиметрах от удара о конец кровати. Но самое страшное и одновременно радостное для него событие стала севшая ему на живот Касуми.

— Эх, Мидория, тебе стоит быть таким почаще. Может быть, тогда и девушка появится, — произнесла Касуми, усмехнувшись от покрасневшего Изуко.

Внезапно дверь со скрипом открывается, явив мать Мидории. Её глаза заметно округлились от шока, и она на автомате закрыла дверь, прокричав, — я ничего не видела! — Мидория тут же поднимается с кровати, повалив Касуми на пол, лишь ради того, чтобы встретить в открытой двери Кенто.

— Это не то, что вы подумали! — произнёс Мидория, отходя назад.

Кенто, посмотрев на всё это со стороны, подумал бы, что ничего такого не было, но красное лицо убежавшей Инко и реакция Мидории навели не на те мысли. Потому он делает шаг вперёд.

— Изуко, беги! — прокричала Касуми.

Тут же Кенто попытался схватить горе любовника за футболку, что у него вполне получается. Только Мидория резко выскальзывает из футболки и убегает в открытую дверь. Кенто тут же выбрасывает её и пускается в погоню. Касуми же решила накалить обстановку.

— Я буду ждать тебя! — крикнула она в след, ещё сильнее разозлив Кенто.

Мидория бежал изо всех сил. Он даже не думал о битве с ним, но не из-за страха, а от возможных разрушений в доме. Потому он, преодолевая коридор и кухню, выбегает из квартиры и бежит к лестнице. Кенто же не отставал ни на шаг, но когда Мидория побежал вниз по лестнице, резко останавливается. Мидорию могло бы удивить подобное поведение, но ему сейчас было не до этого.

Спустившись почти до первого этажа, Кенто делает свой ход, спрыгивая меж лестниц, повредив в полёте часть из поручней. Приземлившись, он сломал свой пастью ещё один поручень и оставил мелкие трещины на полу. Мидория, поняв, что происходит, пускается наверх, чему следует и Кенто. Вплоть до их полного возвращения в квартиру, где их останавливается Инко с Руми.

— Кенто, успокойся! Рано или поздно она бы нашла кого-то. Да и согласись, лучше он чем какой-то незнакомец, — говорила Мируко, перекрывая ему путь.

— Вы всё не правильно поняли! Это простое недоразумение! — кричал Мидория, прячась за их спинами.

Внезапно Кенто застывает на месте, задумываясь над этим. Так продолжалось несколько секунд, и он уже был готов к компромиссу – просто поговорить. Но Касуми, словно брошенная склянка с нитроглицерином, подрывает его вновь.

— Не переживай Мидория! Уверена, в следующий раз всё получится!

Кенто тут же возвращается и, схватив Мируко за талию, бросает на диван, побежав за Мидорией, загнав его в ловушку. В его же комнате.

— У нас ничего не было! Клянусь! — бросил последние слова Мидория прямо перед тем, как увидеть занесённый над ним кулак. Закрыв глаза, он уже было готовился встретиться с предками, но вместо этого услышал голос.

— Ладно, повеселились и хватит, — произнесла Касуми, оказавшиеся прямо между ними. — Я просто пошутила. Не будь скрягой.

Недовольно промычав что-то невнятное, Кенто опускает кулак и уже было собирается уходить, но он неожиданно останавливается.

— Знаешь что? — произнёс Кенто, повернувшись к ним. — Меня уже осточертели твои шутки.

— По попе собираешься отшлёпать? — съязвила Касуми, скорчив самодовольную улыбку.

— Угадала, — сказал Кенто, бросив в неё пылью из мешочка, что он достал из особого пространства внутри костюма.

— Кхе-кхе! Какого ты?! — возмутилась Касуми, когда Кенто схватил её за запястье.

Притащив её к кровати Мидории, Кенто сел и положил её попой к верху. Она попыталась превратиться в дым, но не получилось, да и просто вырваться не удалось, ибо крепкая рука Кенто хорошо её удерживала. А Мидория стоял в полном шоке, не зная, как реагировать.

Через несколько минут слегка заплаканная Касуми лежала на кровати, отвернувшись к стене, потирая раненую пятую точку. Кенто же стоял возле Мидории, что продолжал не знать, как на это реагировать.

— Извините, но… мне кажется, вы переборщили, — произнёс Изуко, заставив Кенто слегка задуматься.

— Нет, думаю, в самый раз, — произнёс Кенто. На что Касуми недовольно хмыкнула и показала средний палец.

Вернувшись к столу, атмосфера была не очень радужной. Инко пыталась осознать, что Мидория уже не маленький ребёнок. Руми была недовольна, что Кенто попортил ей причёску. А Касуми продолжала страдать от боли уже в сидячем положении, что было ещё больнее.

Первой из-за стола поднялась Инко, что отправилась проверять почту. Затем, по всеобщему решению, гости решили собираться по домам. Но резко открывшиеся дверь бьёт Кенто по морде.

— О-оно! Пришло! — крикнула Инко, забежав внутрь и вручив Мидории конверт.

У того задрожали руки. Сейчас решится его судьба и будущее, и он не намерен встречать его в одиночестве. Подойдя к столу, он на глазах всех открывает его и тут же роняет содержимое на стол. На глазах всех появляется голограмма Всемогущего, смотрящего вперёд со своей фирменной улыбкой и очень стильным желтоватым костюмом.

— Приветствую вас, Изуко Мидория. Вы показали себя как самоотверженного человека, который может быстро принимать решения, грамотно применяя всё своё окружение, что помогло вам набрать целых двадцать восемь очков. К сожалению, этого недостаточно…

Всемогущий слегка опустил голову. Мидория сделал то же самое, задаваясь вопросом: не уже всех его стараний было недостаточно? Мируко было собиралась вместе с Касуми его слегка приободрить. Пусть каждая и по своему, но следующие слова в корне меняют картину.

— Раньше вступительный экзамен оценивали не только по количеству набранных очков, за злодеев. Так скажи, как может геройский курс не принять того, кто бросился спасать другого и делает правильные вещи!

Его слова вновь вселили надежду как в самого Мидорию, так и в окружающих. Кенто же стоял и не понимал всю эту клоунаду с дорогостоящей голограммой и вот это поворотами.

— Геройские очки! В результате ваших действий судьи оценивали ваши поступки, ставя баллы. Вы же удостоились почти наивысшей оценкой в размере пятидесяти восьми очков. И того, в общем, вы заработали аж целых восемьдесят шесть балов! Что означает, что вы прошли!

Мидория начал плакать от счастья вместе с матерью. Мируко усмехнулась, а после вспомнила, на что Кенто её подписал. Кенто же улыбался под маской, жалея лишь о том, что не сможет увидеть лица тех детей, которым повезёт учиться с безпричуднным.

(И так... За моё недолгое отсутствие произошло много вещей. Аппарат показал 22 удара ночью, но потом оказалось что он фигня и нас с матерью отправили в плат. где мне это и сказали, и повесили новый аппарат, от чего два дня я не мог подходить к телефону, что задержала выпуск главы. Ещё я наконец-то оказался на пп, или иначе производственной практике (правда практика у меня призрачная, так что можно считать что у меня дополнительные каникулы) (Если ваш новый дом когда нибудь упадёт, возможно вы только что узнали причину).  Но самое страшное что я снова еду в Новосибирс, только теперь не только из-за астмы, но и к врачу Аритмологу.