Улочки Гринвуда были невероятно оживлёнными. Из-за переплёта голосов и реплик, не было слышно шагов по вымощенной камнем дороге, пробиравшейся сквозь нависающих над ней домами, украшенных в этот день флажками и застрявшими конфетти.

Удивительно, но мы шли пешком, хотя до города добирались все же на карете. Мы ехали почти пол-дня, и, выехав утром, добрались до Гринвуда прямо к обеду. Мы заранее оделись в, пускай и не соответствующие нашему статуса, но богатые костюмы, которые, скорее всего, носили богатые торговцы.

Город, люди и костюмы однозначно были европейскими, но европейскими не соответствуя эпохе. Так представлялось светлое средневековье, вернее что-то около-немецкое, или голландское, но достаточно устаревшее. Причём, что не свойственно этому миру, устаревшее культурно. Дамы носили чепчики со свободными платьями, из под которых с каждым шагом выглядывали деревянные башмаки. Мужчины были одеты в широкополые шляпы, удивительно приличные костюмы и те же деревянные ботинки. Это определённо не Викторианская эпоха.

С начала моего обучения магии прошло почти два месяца, и... Тяжело и грустно признавать, но я, как будто, выгорел. Вернее, сложно поддерживать к чему-то интерес, когда это у тебя не получается. Как игра в файтинги с другом, который знает все комбо, а ты лишь парочку, который продолжает тебя звать. Раз за разом ты терпишь неудачу, расстраиваешься, злишься, пробуешь снова, но снова терпишь неудачу. Примерно так и проходили уроки.

С теорией было покончено очень быстро, но практика... Основой основ было определение Архетипа, а я даже этого не смог добиться. Амбер приходил, и приходит каждый день, и каждый день я пробую вливать в долбанный шар Ману. Снова и снова.

Но, вливать, это громко сказанно, ведь я даже не понимаю, и не ощущаю её. Амбер говорил, пытался объяснить, как она ощущается, но всë это было впустую. Шар оставался неизменным.

В последний раз, Амбер, который, скорее всего, проникся моими стараниями, выглядел так расстроенно... Убирая шар в чемодан, он, практически не скрывая разочарования произнёс:

- Не печальтесь, господин, мы будем пробовать снова и снова, пока у нас не получится.

И сказал он это так, будто бы уже смирился с тем, что подобная картина будет продолжаться... Тогда, мне стало обидно. И даже не за себя, а за Амбера, который продолжает вкладывать в это силы и эмоции, которые, как и мои старания, уходят в никуда.

Всю ночь я старался что-то ощутить. Пытался медитировать, разговаривал с "внутренним" я, прося силы, пытался просто соеденить символы, что бы создать хотя бы что-то. Все было впустую. Штудирование книг, многоразовые пробы простейших заклинаний всех архетипов просто ещё больше убедило меня в том, чего я боялся и чего я не хотел признавать: "я бесталанный".

Конечно, все ещё могло измениться, но чёткая, ноющая уверенность крепко засела у меня в голове, постоянно возвращаясь и возвращаясь.

Во многом, из-за этого, да и из-за бессонной ночи, я ощущал себя максимально "не очень". С кислой миной, я слепо следовал за Уильямом, подходившего к каждой вывеске, лавке, интересовавшегося всем и вся, и лишь иногда я смотрел, куда подевался мой "Старший" Брат.

Медленно, мы двигались в сторону одного из самых больших зданий в городе, на пути к которому становилось больше людей, повозок, да и ещё больше жизни. Иногда невозможно было даже протиснуться, не то что пройти, и все же, спустя двадцать покупок и девятнадцать остановок на поесть (последнее пироженое Уильям доедал на ходу) мы добрались до высоких чёрных железных ворот и стоявших возле них гвардейцев. Нам даже не пришлось говорить свои имена, как они, соблюдая этикет, маршируя, сразу открыли нам путь.

Отец выглядел ещё более строгим чем обычно. И без того орлиное лицо заострилось так, что я боялся порезаться от одного его взгляда. Он сидел за длинным столом, вокруг которого были расставлены дорогие стулья. Сидел, правда, один, что-то подписывая из большой стопки бумаг. В общем, делал все, что я бы мог представить.

- Пришли - проговорил отец, лишь на пару секунд оторвав взгляд от стола - Уильям, ты мне поможешь в паре вещей, после чего надо будет встретиться с религиозной коллегией, которая должна прибыть - он посмотрел на часы - часа так через три.

Уильям тяжело вздохнул, постаравшись сделать это как можно тише.

- Хорошо, отец.

- А Эдвард - когда он произнёс моё имя, я слегка вздрогнул - занимайся магией. Пора бы уже определить архетип. Можешь идти.

Я неуверенно посмотрел на Уильяма. Он тоже не выглядел довольным, но, улыбнувшись, по сути, сказал мне идти.

Меня проводили в большую комнату с высоким потолком. Конечно, я привык к гипертрофированной роскоши, которая встречалась чуть ли не на каждом шагу, но, все же, каждый раз, будто забывая прежний опыт, я раз за разом удивлялся этой дороговизне. Резные оконные рамы с видом на весь город, кружевная лепнина и строгая деревянная мебель, с вкройками серебра.

- Серебряная комната. Прошу - сказал гвардеец, после чего закрыл дверь, оставив меня одного.

Я подошёл к высокому книжному шкафу, и отворил чуть скрипучую дверцу из стекла. Пыльные фолианты с растрёпанными корешками запрещали прочитать название, то забравшись наверх, то приняв такой вид, что если я их коснусь, то они тут же рассыпятся, или вынудят меня отмывать руки от какой то древней грязи. Хотя, притаившись за "бахромой" Старичков, выглядывали и относительно новые книги.

Здесь абсолютно не было романов, лишь научная или учебная,что собственно мне и нужно было, но ради интереса хотелось бы почитать и что то другое.

Я поймал себя на мысли, что по сути, за все время, что я нахожусь в этом мире, я ни разу не развлекался, уделив всë время учёбе. Это не стало какой-то шокирующей информацией, однако убедило в чёткости намерения закрыть шкаф и устроиться на диван.

Закинув книгу на полку, я запрыгнул на достаточно высокий диван, с которого я едва доставал ногами до пола, после чего, уставившись в потолок, стал думать чем себя развлечь.

В моëм понимании аристократы развлекались балами, банкетами и театром, однако, пускай Гринвуд и был достаточно большим городом, какого-то амфитеатра, или хотя бы поля для гольфа или крикета, или во что там играют. Возможно, кто то бы был бы даже не прочь меня принять в гости, всë же сын такой уважаемой личности, однако и я не хотел, да и отец не излучал желание отправлять меня куда-то "веселиться". Однако, никто не запрещал мне гулять.

Спрыгнув с дивана, я подошёл к двери, и посмотрев на охрану, сказал:

- Я хочу прогуляться.

- Извините, юный господин, но ваш отец сказал вам учиться.

- Да, я помню, но никто не запрещал мне выходить.

- Но...

- Сколько лет ты служишь моему отцу?

Этот вопрос явно заставил его отчего-то понервничать.

- Три года

- А сколько планируешь ещё поработать?

Едва заметно выпрямившись, он ответил :

- Столько, сколько потребуется господину герцогу!

- Какой замечательный ответ. А теперь давай представим, чисто теоретически, что через пару лет мой брат станет королëм. Он уйдёт из нашей семьи, отчего наследником отца стану я. Так что, чисто на будущее, если хочешь поработать подольше, то следовало бы начать как минимум прислушиваться к моим требованиям и приказам.

- ...

Это был полный бред, но спустя уже пару минут я шёл пешим шагом вдоль улиц. К вечеру, как я знал, должна была начаться кульминация фестиваля, обещали даже запустить феерверки, а пока я хотел посетить интересующие именно меня лавочки, избегая за километр булочные и прочие лавочки, продающие сладости, от которых уже тошнило.

То тут, то там продавались маски, которые, кстати, активно разбирали. Вместе с ними продавались и самодельные конфети.

- А что это за маски? - спросил я у своего сопровождающего.

Естественно меня не могли отправить одного гулять по городу, так что стражник выцепил одного из крепких слуг, который даже был не против временно оторваться от работы.

- Эти маски связаны с местной легендой о двух влюбленных. Они встретились на таком же фестивале, но в другом городе, ныне не существующем. Тогда там была традиция - посыпать людей которых вы любите или с которыми дружите конфети из лепестков цветов. Однако задачей было ещё их узнать, ведь каждый в городе был обязан надеть маску. Они встретились ещё утром, когда в своих компаниях разъезжали на украшенных телегах. Забавы ради, они стали перебрасываться конфети, когда видели друг друга. Но один раз, когда они встретились, женщина кинула в мужчину жёлтой розой, сама при этом помахав Красной. После этого он не встречал еë в тот день, тем не менее сохранив розу. Он знал, что это было способом им найти друг друга позже, и сразу же после фестиваля он стал высматривать ту самую Красную розу. В те времена цветы были не очень так востребованы как сейчас, а на фестиваль их вообще практически всех переводили в конфети.

Однажды вечером, у своего дома он нашёл послание, в котором говорилось найти служанку с Красной розой, которая бы отвела его к девушке.

- Дайте угадаю, в итоге девушка оказалась женой местного разбойника.

Что то мне это напоминает.

- Вы и вправду эрудированы и умны не по годам. Да, она была женой бандита.

- Э?...

- Кроме того она оказалась ведьмой.

- А вот и жёлтые цветы...

Слуга не обращал внимания на мои комментарии, и просто продолжал рассказывать историю.

- Разбойник держал мужчину в заложниках, желая получить выкуп за то, что тот смел ударять за его женой, однако он так и не дождался денег. За день до запланированной казни мужчины, девушка, держа в руках жёлтую и Красную розы освободила его, после чего бежала с ним. Разбойник был зол, так что лично со всей бандой направился за ними. Их настигли у самого высокого леса во всех феоде. Как бы пара не старалась, он не смогли убежать, и как бы девушка не пыталась спасти их двоих своей магией, они погибли, держа в руках эти самые цветы. На месте их гибели, по легенде, и был основан город.

- Понятно...

- Собственно поэтому флаг Гринвуда - перекрещённые розы.

Я бросил взгляд вверх, намереваясь найти флаг. И действительно, две розы: красная и жёлтая на зелёном фоне. И никакой связи с "зелёным лесом." Разве что фон.

Наверное, жители гордились этой историей, раз ежегодно с таким рвением отмечали фестиваль, однако я ничего не почувствовал. Возможно, из-за того, что таких историй было... Даже страшно представить сколько. И все они об одном и том же.

- Слушай - я не знал имени слуги, поэтому замялся - а здесь есть какие-нибудь магические лавочки?

- Конечно есть. Если желаете, я могу вас отвести к ближайшей.

- Ну, веди. Всë равно я буду лишним на этом празднике жизни.