От 3-го лица

– Здравствуйте ещё раз. Очень рад вас видеть, – ярко улыбнувшись, показывая себя с самой лучшей стороны, Джейсон раскрыл ладони, как бы говоря, ему нечего скрывать.

После чего, нежно положил наполненное до краёв бумагами досье на чёрный стол, разделявший двоих человек. В нём, если быть честным, не было абсолютно никакой важной информации, тем не менее, положено оно было ради другой цели.

– А я не очень!

Максим Трофимов выказал презрение и гнев. Он не пытался скрыть эмоции, показывая их максимально интенсивно, из-за чего каждая мышца прорисовывалась на лице почти что идеально. Нечасто происходит нечто подобное, обычно люди хоть как-то, но скрывают эмоции, а этот... нет.

Не встретившись с Максимом вчера, возможно Джейсон был бы удивлён столь радикальному отношению к его личности. В его памяти всё ещё живы моменты прошлого, из-за чего их отношения столь сильно ухудшились.

– Как вы доехали до нас? – поднявшись с места, Джейсон приблизился к кулеру с водой, поставленному в допросной комнате, дабы подозреваемые просиживающие свои штаны по несколько часов не умерли от обезвоживания. Налив тёплой водички в два стакана, мужчина вернулся на место и с такой же милой улыбкой пододвинул один из стаканов к Максиму.

Тот в свою очередь нахмурился. Его автоматически скептические мысли об Джейсоне не позволяли ему понять повод его дружелюбного поведения, особенно если припомнить заданные им вчера вопросы. Странно. Очень.

Поскольку Максим чувствовал, словно в его желудке танцуют безумные маленькие человечки, пришлось отпить часть. Из-за этого стало ещё хуже, он разволновался. Впервые в жизни он посетил в полицейский участок.

– Нормально.

– Это хорошо, – кивнул Джейсон. – Я прошу прощения за свои вчерашние слова, мне нужно было их сказать, чтобы понять ваше поведение.

☆ ☆ ☆

– Что он делает? – задалась вопросом Анна. Сложив руки на груди, она наблюдала за развитием событий, при этом не понимая совершенно ничего.

Единственное, что оставалось, глубоко вздыхать, не отводить взгляд.

– Выявляет базовую линию поведения, – словно гром посреди ясного неба, грубый голос раздался позади девушки, заставляя ту вздрогнуть.

С широко раскрытыми глазами Анна повернулась. В наблюдательной комнате была не только она, но и ещё один человек, коего ей уже приходилось видеть.

«Если я правильно помню, его зовут – Саввевич, Лев Ясырев».

Не думая об молчании, Лев продолжил объяснение, приблизившись к одностороннему зеркалу, поставленному совершенно недавно. Благодаря ему, полицейские могли наблюдать за тем, что происходит в допросной.

– Перед тем, как начать задавать вопросы, первое что нужно сделать Джейсону – выявить базовую линию поведения. У каждого человека она своя. После этого, можно приступать к допросу и смотреть за отклонением.

– Ясно, – последовал быстрый ответ. Анна не знала, что сказать, она чувствовала себя не в своей тарелке, мало двигалась и смотрела вперёд.

– К примеру, взять тебя, – внезапно, продолжил Лев. – До того, как мой голос раздался, и ты поняла, что здесь находится кто-то ещё, ты вела себя более-менее спокойно: топала ногами, ходила из стороны в стороны, комментировала слова Джейсона и так далее. Такое поведение можно легко отнести к базовому в данной ситуации. Стоило же мне обратить на себя внимание, ты замолчала, начала смотреть в одну точку, комментирование прекратилось, движения свились к минимализму. Исходя из вышеперечисленных фактов, Джейсон пришёл бы какому-нибудь выводу.

– А какому? – внезапно, интерес девушки проснулся. Перечисленные мужчиной факты, если смотреть с другой стороны, чистейшая правда.

Лев ненадолго задумавшись, ответил.

– Сексуальное влечение, страх, волнение, стресс, любовь, – мужчина на мгновение замолчал. – Проявленные тобой сигналы можно отвести ко многим категориям. Я мало в этом разбираюсь, поэтому не обладают точной способностью определять те или иные чувства. Я.. специализируюсь на немного иной работе...

– Понятно.

Анна ничего не сказала и вернулась за просмотр.

– Кстати, мне бы хотелось попросить тебя об одной услуге.

– Конечно. Какой? – быстро задала вопрос Анна. Что ни говори, но отказ выполнять даже просьбу вышестоящего, могло расцениться как неуважение.

– Ты и Джейсон – напарники. Со следующих допросов, прошу тебя быть рядом с ним и пресекать некоторые его заскоки. Сейчас уже нельзя вмешаться, он вошёл в раж. В дальнейшем, действуй по ситуации.

– Эм... О чём вы?

– Всё просто. Джейсон – садист.

Казалось, прозвучал простой ответ. Тем не менее, в голове Анны он воспринялся как непонятный.

Личность Джейсона вызвала ещё больше вопросов.

☆ ☆ ☆

Главные вопросы закончились.

Джейсон замолчал, погружая допросную комнату в тишину, из-за которой можно легко расслышать даже своё бьющееся сердце. То, что мужчина желал, заставить своего оппонента испытывать нервозность и страх.

При стрессе, человек начинает глубоко и часто дышать. Это происходит из-за лимбической системы. Когда она приходит в возбуждение, включается одна из лимбический реакций, бегства или борьбы. В таком случае, тело пытается насытить себя как можно большим число кислорода, для будущего противостояния возможной опасности.

Джейсон заметил изменение в базовой линии поведения: ранее Максим Трофимом не проявлял столь частого и сильного дыхании. Он волновался.

«Думаю... Можно начать».

– Знаете, как я считаю? Вы и есть преступник.

– Вы говорили это и вчера, да и не только это, – нахмурился Максим. В его памяти всплыли прошлые слова полицейского и его кулаки сжались.

– Вы путаете, вчера я лишь задавал вопросы, – с улыбкой, Джейсон покачал указательным пальцем правой руки. – А сегодня, я уверен в этом!

– Но вчерашние обвинения, были серьёзны, знаете ли. Я легко могу подать на вас в суд за оскорбление личности!

– Разве я сказал такое уж обидное? Я просто задал вопрос...

– Вопрос!? – разозлившись, мужчина громко поднялся, ударяя по столу сильно сжатым кулаком. – Вы спросили меня, не насилую ли я свою маленькую дочь и жену!? Разве это можно причислить к простому вопросу?

– Конечно! – словно само-собой разумеющееся ответил Джейсон.

На его лице сияла улыбка.

– Но как мы вчера поняли, свою дочь и жену вы не насилуете, – следующие его слова повергли подозреваемого в ужас и новую порцию гнева.

Джейсон сделал недолгую паузу, сохраняя стойкое молчание.

– Итак. Вы родились в детском доме, родители бросили вас. Вы прожили довольно тяжелю жизнь, наполненную издевательствами и многим другим. Позвольте мне предположить, в душе вы скрытый садист, которому нравится наблюдать за теми, над кем издеваются, верно? Возможно вы даже снимаете проституток и платите им в два раза больше, чтобы они, милые девушки, удовлетворили ваши похотливые желания?

После слов минуло несколько секунд.

– Хватит нести бред! – закричал Максим. – Вы мне надоели, я пришёл сюда, чтобы дать показания. А вы такое говорите. Я требую адвоката!

– Правда!?

– Без адвоката я отказываюсь отвечать и хоть что-то говорить! А если вы продолжите морить меня своими тупыми и необоснованными догадками, окажетесь в суде за оскорбление личности. Здесь есть камеры, подтвердят.

Джейсон, будучи не против поворота событий, улыбнулся. Несколько минут спустя, когда адвокат был вызван, он сел на своё место.

– Пожалуй, я продолжу. Ваши разговоры не нужны. Главное, слушайте...

«Хм... С чего бы начать? Подтвердить его причастие к преступлению очень сложно, отпечатков и никаких улик он не оставил. Главное, что нужно помнить, совершить идеальное преступление невозможно. Нужно вывести его на эмоции, лишь в таком случае, можно определить его причастие».

– Не берусь утверждать за веру, однако в некоторых составляющих черт вашего характера, почему-то уверен на сто процентов. Вы нуждаетесь в том, чтобы люди любили и восхищались вами, уважали и опирались на ваше личное мнение. Вы самокритичны, однако у вас много скрытых возможностей, которые вы почему-то не используете себе во благо. Хотя у вас есть личные слабости, вы дисциплинированны, с виду уверенны, но склонны волноваться и ощущать неуверенность.

Выражение лица Максима Трафимова изменилось, выказывая удивление: брови скакнули вверх, глаза широко раскрылись, из-за чего открылся полностью окружённый белком (склерой) зрачок. Слова следователя хорошо охарактеризовали его личностные качества и переживания. Из-за этого, мужчина подался вперёд, продолжая слушать. В тоже время, Джейсон сделал точно такое же движение, изопраксизм – копирование позы собеседника, – на подсознательном уровне улучшит их взаимопонимание и повысит доверительные отношения хотя бы на немного.

Взглянув в его глаза прямым взором, он продолжил, говоря ещё точнее.

– Довольно часто вас охватывают серьёзные сомнение в верности принятия решений, правильно вы поступили, или ошиблись? Вы отдаёте преимущество некоторому разнообразию, ограничения же вызывают возмущение. Есть ещё одна интересная особенность вашей личности: вы гордитесь тем, что мыслите независимо, не соглашаетесь с чужим мнением без весомых доказательств. Иногда вы приветливы, дружелюбны, а иногда осторожны, сдержаны, хладнокровны. Некоторые из ваших целей нереалистичны, однако вы стремитесь к их осуществлению.

– К... – лишь начав говорить, Максим замолчал и нахмурился.

Всё сказанное следователем правда, сто процентная правда. Тем не менее, откуда он мог узнать столь личную информацию за доли секунд? Внезапно, в его голове вспыхнуло понимание. Осторожно, он поинтересовался:

– Вы экстрасенс?

Джейсон лишь улыбнулся и пожал плечами.

Эффе́кт Ба́рнума, или как его именуют ещё, Эффе́кт Фо́рера.

В 1948 году, профессор-психолог Бертрам Форер провёл интересный, повлиявший на мировое сообщество эксперимент, по которому, он раздал специальный тест своим студентам и сказал, что по его прохождению, психолог составит личностную характеристику каждого студента. Однако вместо индивидуальной характеристики он раздал всем один и тот же текст, и попросил поставить ему оценку по пятибалльной шкале. В среднем вышедшая оценка была ниже пятёрки, но выше четвёрки.

Подобный текст, что Форер преподнёс своим студентам, был высказан Джейсоном, запомнившим его вдоль и поперёк. Благодаря этому, он привлёк внимание субъекта к себе, теперь он сможет вызвать у него больше эмоций.

Тот начнёт считать, что собеседник видит его насквозь.

– Секундочку... – вдруг, Джейсон нахмурился, быстро встал. – Я скоро вернусь, посидите здесь, – а затем, словно нехотя вышел.

Меньше минуты спустя он вернулся в допросную, сел на место и улыбнувшись, заговорил, обращаясь к мужчине. Тот ждал, при этом испытывая сильную нервозность, вместе с интересом и любопытством.

– Вы очень умный и прагматичный человек. Думаю, это пошло с детства, когда вам приходилось выживать в детдоме и сражаться за место под солнцем. Уже тогда в вас проснулись лидерские качества, благодаря этому вы привыкли командовать. Когда ресторан был открыт, вы легко наняли множество известных поваров, а всё благодаря своему опыту в детстве, юности, взрослой жизни. Ваш ресторан прославился, а ваше лицо освещалось во многих газетах, новостях и даже в интернете...

С каждой секундой, Трофимову становилось всё интереснее и интереснее. Но при этом, ощущение страха не давало покоя. Перед ним был возможно экстрасенс, способный читать мысли, общаться с духами. Кто знает на что он ещё способен, какими способностями обладает, знаниями руководствуется.

– Как вдруг, на ваших глаза появляется новенькая работница. Красивая, умная, но холодная, безразличная и не обращающая на ваш авторитет никакого внимания. Чтобы вы не делали, она никак не проявляла себя. Постепенно, вас потянуло к ней, но она продолжала держаться поодаль. Именно так... вы захотели ей овладеть, взять её силой, чтобы увидеть заплаканное, кричащее от «удовольствия» личико. Услышать её сладкие стоны, коснуться её губ, сделать засос и трахать что есть мощи...

– Что вы себе позволяете? – жестоким, холодным басом перебил Максим. Он не кричал, не противился, на его лице вначале отобразился страх, затем гнев.

Он волновался, потирал лоб, часто и глубоко дышал, потел. Что он только не делал для остановки учащающегося сердцебиения, ничто не помогало.

– Прошу прощения!

И вот, всё прекратилось. Красивый, молодой женский голос раздался возле дверей. Его испустила миленькая девушка, вошедшая в допросную.

Максим Трофимов узнал девушку, именно она вначале допрашивала его. Похоже вчера он совершил ошибку, она не главная, она – подчинённая.

– Вам просили передать... – подняв плечи, пытаясь скрыть голову из-за стеснения, девушка протянула небольшой бумажный свёрток.

– Ты разве не видишь, что я веду допрос? – злобно рявкнул Джейсон. Улыбка пропала с его лица, и теперь на нём отображалась гримаса изверга и тирана.

– П-прошу прощения... – попятилась девушка. Она явно не ожидала столь радикального отношения к её личности. Она просто исполняла приказ.

– Что там? Ты ведь уже прочитала?

– Но здесь же...

– Ты не слышала, что я сказал!? – цокнул Джейсон. Указательный палец отбивал серенаду по столу, как бы показывая, терпение на пределе.

– В доме подозреваемой обнаружились непонятные отпечатки. Группа не может сейчас выехать, поскольку занимается другим делом.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Завтра они наведаться в квартиру и проведут анализ...

*БАХ*

Одновременно с громким ударом об стол, Джейсон закричал.

– Зачем ты раскрыла столь важную информацию, идиотка? – сделав паузу, продолжил. – Могла бы сказать, записка относится к делу... Ха-х...

– П-простите... – вновь извинившись, с заплаканным лицом, девушка выбежала из допросной, оставляя двух мужчин наедине.

– Понимаю вас... – внезапно сказал Трофимов. – У меня есть такие же пустоголовые работники. Даже интересно, как она вчера проводила допрос.

– Я дал ей указания, которым она и следовала... – словно нехотя, Джейсон проговорился, быстро закрывая рот. Тем не менее, мужчина уловил это.

Не прошло и минуты, как дверь открылась вновь. Тем, кто вошёл внутрь допросной был совершенно иной человек, нежели минутой раньше.

Одетый в строгий чёрный костюм с галстуком, прямой осанкой, острым, ястребиным взглядом, мужчина. В его руках висел кожаный портфель.

– Меня зовут Якунов Павел. Я адвокат Трофимова, Максима Брониславовича. Если у вас нет веских доказательств для задержания моего подопечного, прошу отпустить его. Или же предъявите доказательства!

– На самом деле мы уже закончили, можете забирать, – вновь мило улыбнувшись, Джейсон пожал плечами, давая ответ.

– Вы закончили, а я нет, – холодно отозвался Якунов. – Я не знаю, о чём вы говорили, но вы пожалеете о том, что ваши коллеги не давали мне войти в здание в течении нескольких минут!

– Боюсь-боюсь... – с такой же улыбкой, ответив, Джейсон прямо-таки выпорхнул из допросной и направился на все четыре стороны.

Не прошло и нескольких минут, как подозреваемого отпустили, и он с поднятой головой покинул апартаменты приличной допросной комнаты.

☆ ☆ ☆

– Да ты прямо актриса. Серьёзно, сыграла очень правдоподобно. Я думаю, ты на уровне лучших актёров двадцать первого века, – бахвалился Джейсон.

В настоящий момент он находился в помещении для наблюдения, откуда за его действия в допросной вёлся надзор. Весьма строгий, кстати.

– Я только не понимаю, для чего ты это сделал? – задумавшись, спросила Анна. Ответ не прозвучал, одновременно с ней, заговорил Лев:

– Ты снова повторяешь эту игру? Когда-нибудь она подведёт тебя и придётся начинать с самого начала, и вполне возможно, доказательств не будет! –строгий голос мужчины заставил девушку облиться холодным потом.

«Можешь не волноваться, я знаю на каких людях это сработает, а какие даже под страхом смерти на него не попадутся!», – подумал Джейсон, говоря совершенно иное:

– Ты лучше скажи, когда тактика подводила меня?

– Пока что... никогда. Но всё бывает в первый раз, не забывай! – высказавшись, Лев вышел из наблюдательной, уверенно и твёрдо.

– Эй... – девушка вновь подала голос, но и теперь её проигнорировали. С улыбкой, Джейсон повернулся к ней, схватился за плечи, и вымолвил.

– Похоже и сегодня придётся поработать сверхурочно!