Я развернулся так резко, что потемнело в глазах, и выставил руку перед собой, готовый выстрелить.

Передо мной стояла девушка с пепельными волосами. Её короткая стрижка была уложена направо и волосы доставали до мочки уха, но левая сторона была выбрита. Лицо было серьёзным, с острыми чертами. Тонкие губы почти сливались с белым цветом лица, но изумрудные глаза выделялись очень отчётливо. Одетая в мужские плотные штаны и черную рубашку, она выглядела не менее женственно, чем если бы была в платье. На поясе у неё висел небольшой нож, но руки она держала спокойно, не пытаясь выхватить его.

— Ты кто? — спросил я, все ещё держа свою руку направленной на неё.

— Это вы кто, какого черта делаете на моих крышах?

— Не знал что все эти крыши - твои, — усмехнулся я, подумав, что если бы я встретил чужака на крышах своего города, то вёл бы себя похожим образом.

— А то, это мой сектор, я тут каждого пьяницу знаю, — гордо сказала она, не сбавляя тон серьёзности. — А вот вас - нет.

Несмотря на нож, не казалось, что она собирается причинить нам вред.

— Я Авель, — сказал я, уже привыкая к своему второму имени, — а это Кэт.

Сестра не отрываясь смотрела на девушку перед нами.

— А тебя-то как зовут?

— Аманда, — ухмыльнувшись сказала она.

— Ну, теперь ты знаешь кто мы, ещё вопросы остались? — схамил я, пытаясь отогнать непрошенную гостью от моей разведывательной точки.

— Ещё как, — сказала она и рывком сократила расстояние между нами, приблизившись настолько, что смогла зайти под мою руку, достать нож и приставать к моему горлу.

Я даже не успел понять, как ей это удалось, казалось, что она двигается быстрее, чем я думаю. Сестра сделала шаг назад, её лицо выражало испуг, смешанный с непонимание быстрой смены обстановки.

— Полегче, — сказал я тихо.

— Так что вам тут нужно? — её лицо было искажено ухмылкой, с её тонкими губами и острыми чертами, казалось, будто зубы занимают половину лица.

— Мы просто гуляем по столице, только приехали из окраин.

— Сюда редко приезжают люди с окраин, к тому же никто из них не гуляет по крышам, — процедила она, — а, тем более, в таких масочках как у тебя.

Я совсем забыл, что был одет в плащ и маску. Я так привык к ней, что не мог бы даже сказать, когда был без неё.

Она скользнула кончиком ножа по воздуху, рядом с моим горлом и отодвинула маску и подбородка. Затем, резким движением она перерезала ремни, удерживающие её на лица и маска упала к нашим ногам. Моё лицо оказалось в нескольких сантиметрах от её.

— Так что ты забыл в этом проклятое городе, Авель?

Даже когда на меня шли огромные мужики из трактира я не был так напуган. Дело было не только в ноже, сама по себе она пугала, просто смотря на тебя. Её изумрудные глаза говорили однозначно и ясно: «скажи правду или умрёшь»

На придумывание лжи, которую бы она приняла не было времени.

— Собираюсь убить Регента старшего сына короля, — прошипел я тихо, чтобы не слышала сестра, чувствуя холодное лезвие у сонной артерии.

Её лицо вдруг сбросил улыбку и создало новую гримасу, словно я сказал что-то шокирующее и в то же время забавное.

— Ну ты и болван, парень, а если я агент короля? Ты уже бы кровью истёк и остыть успел.

— Но я же ещё стою.

Она отодвинулась от моего лица, но нож от горла не убрала.

— Честно, не ожидала такого услышать от какого-то оборванца на улице, — отодвинувшись достаточно далеко сказала она.

— Убери от меня нож, — уже более спокойно сказал я.

— Зачем это мне делать? — усмехнулась она.

Я опустил глаза на свою руку, направленную точно в её бедренную артерию.

— Хаха, и что? Выстрелишь в меня из пальцев? — насмешливо спросила она.

— На моей руке закреплена автоматическая система, стреляющая иглами. Убери нож, или одна из них пробьёт тебе бедренную артерию, и ты истечёшь кровью раньше, чем тебе помогут, — так же спокойно сказал я.

Её лицо стало спокойным, гримасу исчезли. Она внимательно смотрела мне в глаза. Около двух секунд мы стояли молча, готовые убить друг друга, если второй шелохнется.

Пот предательски стекал по виску, выдавая моё волнение.

Ещё секунда молчания.

— Ладно, — неожиданно быстро сказала она и спрятала нож так же молниеносно, как и достала. — Ты ручку-то опусти.

Я медленно опустил руку, но она полезла в сумку за спиной, и я снова поднял её, уже к её лицу.

— Спокойно, спокойно, — сказала она, подняв свободную руку вверх, показывая, что она безоружна. Из сумки она достала какую-то маску, которую я раньше не видел. Металл и выделенная кожа, закрывающие только нижнюю часть лица. По бокам были какие-то маленькие выступающие механизмы. Она надела маску на лицо и механизмы начали тихо жужжать.

— Что это? — быстро и резко спросил я.

— Ну, — протянула девушка, — это респиратор.

Она снова рванул вперёд, обойдя мою руку и перед моим лицом раздавил какой-то мешочек. Серый дым повалил оттуда клубами. Я напряг мышцы, чтобы вырваться и атаковать, но мышцы перестали слушаться, обмякли и расслабились. Я упал на крышу, не в силах пошевелиться глаза начали закрываться, через несколько секунд я уснул.

Открыв глаза, я увидел перед собой сестру, привязанную к высокой металлической колонне. Я попытался двинуться в её сторону, но вдруг понял, что нахожусь в таком же положении.

Вдруг где-то вдалеке послышались шаги. Она приближались, тяжёлые ботинки медленно вышагивали в нашу сторону. В комнате было темно, но тусклый свет из окон позволял различать то, что было вокруг. Значит уже ночь? Сколько же мы были в отключке?

— Авель! — раздались слева от моей головы.

Снова в опасной близости была голова Аманды. Она сидела на уровне моей головы и игралась ножом в руках.

— Авель! — снова звонко бросила она.

Её голос был, словно лезвие, падающее на железный пол, отражаемый от стен он с новой силой врезался в мозг.

— Скажи мне, парень, что ты с этой милашкой делаете тут?

Она подошла к Еве и присела рядом с ней. Нож в её руке сверкал, когда на него попадали редкие лучи луны или звёзд. Злость и паника нарастала. Неужели она и правда была агентом Регента?

— Я уже отвечал.

Она хмыкнула.

— Да, но что это за чушь? — её взгляд сверлил меня насквозь, а изумрудные глаза поблескивали. — Зачем кому-то убивать какого-то второсортного мужика из замка? — усмехнулась она.

— Может, потому что я знаю больше тебя?

— Может, — громко и спокойно произнёс спокойный мужской голос за моей спиной. Я вздрогнул, не ожидая услышать тут кого-то ещё. — Алиса, развяжи их, ты же видишь, они нам не враги.

— Ну вот не знаю, — сказала девушка, представившаяся Амандой, — мне вот он не нравится.

Я снова услышал шум тяжёлых шагов за спиной, только сейчас поняв, что это были не шаги быстрой и бесшумной девушки. Верёвки упали.

Передо мной встал мужчина. Он был одет в зелёную шинель, полицейского образца, кроме неё о его принадлежности говорило все. Осанка, манера говорить, движения, положение тела, мимика. Он был полицейским, без сомнений.

— Я Арт, а это Алиса, как бы она не представилась до этого, — спокойно с долей шутки сказал он.

— Очень приятно, — сказал я. Затем приподнял правую руку и сократил мышцы.

Игла полетела прямо в его глаз. Я направил руку на Алису.

— Интересно, — вдруг сказал убитый мной мужчина.

Я обомлел. Промазал? Не может быть.

Взгляд вернулся к нему, и я увидел, как он с интересом рассматривает мою иглу, сжимая её в руке.

— Ещё попробуешь? — спросил он совершенно серьёзно.

И я выстрелил ещё раз. В то же самое место. Но игла вдруг исчезла с траектории и оказалась в его руке.

— Поймал, — сказал он.

— Невозможно, — тихо произнёс я.

Алиса звонко рассмеялась, стоя рядом с Евой.

— Мы не собираемся вредить тебе, — сказал Арт, — просто хотим поговорить.

— На тебе полицейская шинель, — так же тихо сказал я, мышцы были все ещё слабы.

— О, я не из полиции. Мой отец когда-то был в специальном корпусе, а я нет. Если ты подумал о выправке, то это я у него научился. Одежда тоже его. А Алиса вообще никогда не работала, так что об этом не беспокойся.

Чушь какая-то. Зачем кому-то носить полицейскую шинель, даже если на ней нет отличительных знаков, её ни с чем не перепутать.

— Развяжи девочку, — сказал Арт Алисе и та послушно выполнила просьбу.

— Мы отнесем её в комнату, пусть спит, а с тобой я хочу поговорить?

— Нет! — сказал я, не желая терять сестру из виду. Один раз это уже плохо кончилось.

— Спокойно, с ней все будет в порядке.

Алиса взяла Еву на руки и понесла куда-то за дверь, ведущую из комнаты. Я застонал, пытаясь встать, но мышцы все ещё не двигались.

Арт сел передо мной, скрестив ноги, и внимательно посмотрел мне в лицо.

— Алиса сказала, ты приехал, чтобы убить Регента? — спокойно спросил он. Его глубокий и приятный голос успокаивал, полная противоположность голоса Алисы.

— Какое тебе дело, если ты не полицейский?

— Как знать, не думал, что у нас может быть общая цель?

Я плохо понимал, о чем он говорил. Не знаю было это из-за газа или из-за мыслей о сестре, которую унесли, но все его слова казались мне то очевидным фактом, то глупым вымыслом, то набором букв.

Отодвинув шинель, он снял с пояса фляжку.

— Попей - прояснит голову.

Он приставил горлышко к моему рту. И насильно влил мне пару глотков.

Не знаю был ли там яд, простая вода или антидот, но туман в голове не дал мне это выплюнуть.

Я проглотил и через несколько секунд в голове и правда было чисто. Я проверил мышцы — нет, подействовало только на сознание.

— Так зачем? — повторил он вопрос.

— Личные счеты, — не солгал я. Если раньше я намеревался убить его только из-за опасности гражданской войны и нарушения мирной жизни в стране, где живёт моя сестра, то теперь к этому прибавилось не знакомое мне до недавнего времени желание отомстить. За Уриха, за жизнь, которой мы жили с сестрой до него. Не было никаких сомнений - он должен умереть от моей руки.

— Кто вы вообще такие? — спросил я.

— Чтож, давай так, я отвечаю на твой вопрос, а ты на мой. Идёт? — мужчина сидел совершенно спокойно и мирно смотря на меня, не смотря на мои отказы отвечать.

Я сдался, хотя бы это поможет мне выведать что-то о столице и о них.

-Идёт.

Он снова спрашивал меня о том, почему я хочу убить Регента. Откуда я, кто эта девочка, что была со мной. Спрашивал о механизме на руке, плаще, маске и прочем. Я старался отвечать коротко, но честно, настолько, насколько это было возможно. Я умолчал об Урихе и ещё нескольких моментах, связанных с ним, но рассказал все про догадки о смерти короля, правления Регента и информации об оружии, которую я, мол, случайно узнал от кого-то.

Он рассказал о ситуации в столице.

По его словам, в последние месяцы на улицах все больше полицейских, ведущих себя странно, запугивающих местных и не выполняющих свою работу. А ещё сказал, что уровень преступности вырос в разы.

Ну и дела, я то думал столица тихое, спокойное место, наполненной удивительными механизмами и счастливыми людьми. Но куда бы я ни шёл и куда бы не смотрел, везде видел одно и то же. Люди мучились и людей мучали, преступность и насилие топили не только район белого пара, но и столицу.

— Это многое меняет, — заключил Арт после моего рассказа. — Если ты прав и Регент хочет раскачать ситуацию, то у него это выходит превосходно: как ты и сказал аристократы умирают, бедняков притесняют выпуская на улицы массу полицейских и выгоняют в страх выпуская преступников из тюрем. Если он внедрит идею о том, что в проблемах горожан виноваты аристократы, а аристократов убивают горожане, ситуация накалится до предела и взорвётся, вылившись в бойню. Хотя, как ты и сказал, пока мертвы только двое, все верно?

— Да, — я опустил глаза, думая об Урихе, горящим заживо, и Гербере, расчлененном и подвешенном за крюк из окна своего поместья, — по крайней мере, о других я не слышал.

— Значит они сделали оружие, которым изнутри могут управлять люди? И стреляет оно ликвидом?

— Что-то вроде того.

Мы немного помолчали, обдумывая слова друг друга.

— Тогда мы поможем тебе, — вдруг сказал он.

— Что? — не понял я. — С чем?

— В убийстве Регента, конечно. Нам вся эта ситуация тоже не нравится. Мы собирались поднять народ, на штурм замка с помощью слухов и сплетен, но это заняло бы пару лет, но, исходя из твоих слов, у нас нет такого количества времени.

Я непонимающе смотрел на него.

— Восстание? Зачем вам это?

— Ситуация в стране не стабильна, если король не способен справиться с этим - нужно действовать самим. Так я думал, но теперь, зная, что все случившееся - не результат бездарного правления, а план по узурпации - нужно менять стратегию.

Прагматично. И как быстро.

— И ты мне веришь? — усмехнулся я.

— Я ведь мог все это придумать, чтобы запудрить тебе мозги.

— Мог, но все, что я наблюдаю на улицах сходится с твоим рассказом, к тому же ты определенно не местный, значит хотя бы эта часть - правда. И есть кое-что ещё, — уверенно проговорил он, доставая из сумки на поясе свёрток бумаги.

Расстелив на полу карту Хростоса он ткнул куда-то пальцем.

— Это место было заводом, он на окраине города.

— Было?

— Он давно закрыт, когда-то он производил детали для автоповозок, но потом стал не нужен. Его было сложно автоматизировать, да и незачем, дешевле построить другие, где работу выполняют механизмы. Вот и забросили.

— И что там?

— Не знаю, но уже где-то год говорят о том, что он снова работает. Не думал что это важно, но после твоих слов об…

— Оружие! Там они его производят! — вдруг понял я.

— Не уверен, но такое вполне возможно.

Я на шаг ближе. Эта случайная встреча сделала меня на шаг ближе к тому, чтобы убить Регента и наконец спокойно зажить вместе с сестрой. Случайная? Я вдруг насторожился. А была ли она случайно? Бросив взгляд на задумчивое лицо Арта, я спросил об этом.

— Ну, более или менее.

— Что ты имеешь в виду? — напрягся я.

— У меня большая сеть информаторов по всему городу. Информация разлетается за минуты и доходит до меня, твоё побоище в таверне не осталось незамеченным.

Я поступил взгляд. Настолько быстро? Мы встретились с Алисой меньше чем через два часа.

— Те парни, они как раз одни из тех, о ком я говорил. Их вдруг выпустили из тюрем, и они начали делать что хотят. Безнаказанно, свободно, под покровом полиции. Ты поступил правильно.

— Вот уж муки совести меня не терзают. Я защищал сестру, если ей навредите ты или Алиса, я сделаю то же самое. Даже, если ты можешь ловить мои иглы.

— Верю-верю, — добродушно сказал он, подняв руки, — но тут вы в безопасности, поверь.

Он собрал карту и убрал обратно. Затем протянул мне руку, призывая встать.

На секунду я замешкался. Но это именно то, чего я искал. Я уже узнал то, что может помочь мне, даже если они не до конца честны - это уже что-то. И я протянул ему руку.

Сестра спала на деревянной кровати, застеленной жёстким матрасом. Алиса сидела рядом и что-то читала.

— Ну что, — обратилась она к Арту, — договорились.

— Да, ты все слышала, это меняет дело, — сказал тот.

— Слышала? — удивился я. От нас до этой комнаты было не меньше пятидесяти метров. В ангаре, где мы были, конечно, есть эхо, но не настолько же…

— Что-что, а слух у неё хороший, — заявил Арт, — в отличии от характера.

— Эй, я - милашка, — недовольно фыркнула Алиса.

Слух Алисы и реакция Арта. Что они за люди вообще?

— Я хочу показать Авелю ангар, не против посидеть ещё с Кэт?

— Без разницы, — бросила та и снова уставилась в книгу.

Арт начал водить меня по ангару.

— Не злись на не только, — начал он, — характер у неё так себе, но она хороший боец и довольно умная, к тому же всегда защищает товарищей.

— Всё нормально, но она и правда хороший боец, — сказал я, вспоминая её скорость. Она, очевидно, была медленнее Арта, который может ловить мои иглы с настолько близкого расстояния, но, тем не менее, она была невероятно быстрой.

— Так она твоя дочь? — поинтересовался я. Возраст как раз подходил, если Алисе было, как и мне, около двадцати, то Арту было чуть за сорок. К тому же его глаза были точно такие же изумрудные, как и её.

— Нет, — быстро ответил он, но, помолчав, добавил, — по крайней мере, не родная. Я всегда был один, сколько помню себя, она тоже. Так что я заботился о ней, по мере сил.

— Ясно.

Мы проходили по комнатам, которой были практически пусты. Ангар был большим, но нем не было никаких механизмов. Большая его часть была занята огромным помещением, где мы были привязаны, но были и жилые, и рабочие помещения.

— Так откуда? — спросил я, пока мы шли по коридору с бесконечными дверьми.

— О чем ты? Ангар, ну он был заброшен, и мы его взяли.

— Нет, такие способности. Я не видел никого, с лучшей реакцией, чем твоя. Что это за тренировки.

Арт остановился и уставился в пол. Простоя так несколько секунд он ответил.

— Я немного приврал тебе, — начал он спокойным, монотонным голосом, не выражающим никаких чувств. — Порядок в столице и стране - не единственная причина для меня желать смерти королю и его приемникам.

Он накрыл свои глаза ладонью.

— Как бы мирно и человеколюбиво не выглядела власть, её основной инстинкт - подавление и насилие. Как только ликвид вошёл в использование, начали активно развиваться ветви его использования в разных науках: физике, робототехнике, химии, биологии.

Моя доля выпала на биологию.

Отец был полицейским и для него было гордостью, что его сын будет одним из тех, кто поможет в продвижении прогресса. Меня забрали, когда исполнилось одиннадцать. Меня и ещё около ста детей из различных семей, но, насколько я понимаю, все были из семей госслужащих. Они пытались улучшить человека при помощи ликвида. Кому-то подмешивали с едой и заставляли тренироваться, кому-то закапывали в глаза или нос. Кого-то заставляли вдыхать в огромных количествах, кому-то кололи внутривенно или внутримышечно. Все умирали. Час, день, год, пять лет. Но все умерли.

Семьям, чьи дети умерли во благо науки, они угрожали увольнением, позором, обвинение в государственной измене и прочем. Все молчали.

Меня и ещё пять человек они держали в капсулах, заполненных зелёным ликвидом. Очищенный синий сразу убивал, но с зелёным, с которым они работали, пробуя разные составы и примеси, был шанс. Видимо из-за того, что он равномерно проникал в поры кожи мы выжили. Ликвид рвал под кожей наши мышцы, ломал кости, укрепляя каждый раз, когда они срастаются, повреждал нервные окончания, выворачивая наизнанку от боли.

Но все пятеро выжили. Мы провели в капсулах пять лет, питаясь через трубки, а когда вышли, то наши мышцы стали крепче стали, а кости прочнее бетона. Боль больше не воспринималась, потому что нет физического воздействия, которое сравнилось бы с тем, что сделала та жидкость с нами. Ещё пять лет нас дрессировали как охотничьих псов.

И когда они поверили, что наша психика сломана безвозвратно и нами можно легко управлять, то завезли новую партию.

В новой партии было больше пятидесяти детей, но теперь их всех поместили в состав с зелёным ликвидом. Конечно, кто-то умирал, но метод проб и ошибок был пройден.

Спустя год мы впятером взорвали здание, уничтожили все записи и запасы состава.

Алиса была единственной, кого мы смогли вытащить оттуда.

Несколько секунд я молчал, обдумывая все, что он сказал. Я никогда не слышал о том, что ликвид используют на людях. Хотя это не казалось мне удивительным. Они сделали это в самом начале эпохи ликвида, что было бы, если бы Арт и ещё четверо не взорвали бы лабораторию тогда?

— Мне жаль, что тебе пришлось пережить такое, — сказал я.

Он выдохнул. Снова стал немного весёлым и спокойным.

— Спасибо, парень.

— Я никогда не слышал ни о чем похожем, а ты уверен, что это была единственная лаборатория в стране?

— Конечно не единственная. После побега мы около двух лет выискивали их, чтобы разом уничтожить. Сейчас я уверен, все данные уничтожены, но если есть хоть что-то, то не так страшно. Я уверен - они отказались от такого варианта: хоть мы и стали в разы быстрее и сильнее - нашу психику подавить не удалось, а значит создать идеальных солдат через боль у них не выйдет. К тому же ты сам сказал, теперь у них другое оружие.

— Да, пожалуй, ты прав, — заключил я.

Мы прошли дальше, до последней двери, стоящей к нам лицом.

— Арт, — заинтересованность спросил я, — а что с остальными четырьмя?

Он потянул дверь на себя и мне открылась залитая светом комната, в которой за столом сидели три мужчины и женщина.