Глава 90.

Лирис слабо улыбнулась Оскару, стоявшему с открытым ртом:

– Только я постараюсь больше не смотреть на Чэзио так странно…

– Правда?

– Да, правда. Я сохраню эти чувства скрытыми и никому не расскажу до самой смерти. Это всего лишь чувства невинного сердце семилетнего ребёнка по имени Лирис… – Лирис шмыгнула носом и с горечью посмотрела в окно.

Кажется, я излишне эмоциональна.

– Говоришь, как взрослая.

Потому что я взрослая…

– Только тебе и правда нужно их скрывать?

– Что?

– Отец этого ребёнка или кто-то ещё, если он беспокоит, просто убей его, – пожал плечами Оскар. – Тогда он ничего не сможет сделать.

– Хо! – изумлённая, Лирис шлёпнула мага по бедру.

– А.

– Нельзя говорить такое ребёнку!

– Ты – ребёнок?

– Да, верно же! Мне 7 лет!

– Смешно.

– Учитель, пожалуйста, с этого момента говорите только правильные вещи, – вздохнула Лирис и добавила. – И вы думаете, что это так просто? Когда я использую свою силу, моя жизнь уменьшается. А я хочу прожить долго-долго вместе с папой.

– Мне нравится твоя воля к жизни.

– Честно говоря, моя сила совершенно бесполезна. Я трачу слишком много жизненной силы, когда пытаюсь сделать что-то.

– Что ты делала, что это отнимает так много жизни?

– Мм, кстати, – Лирис не стала отвечать, а вместо этого подняла браслет, подаренный Оскаром, который она носила на правой руке. – Он и правда хорошо сделан. Как вы придумали его?

– Он уже существовал, я просто немного модифицировал его, чтобы ты могла пользоваться. Это магический инструмент, который изначально взаимодействовал с ядром хозяина. Он показывал сколько маны выкачивается из ядра при использовании способности.

– Аха! Тогда, тогда. Учитель видит то, что тут написано?

– Нет. Я тоже не вижу.

– Вот как, – выдохнула Лирис и тут же подумала.

Если я сниму запрет Оскара.

-

На браслете появилась просто линия.

Это был вопрос, который девочка уже много раз задавала, желая снять запрет со страдающего Оскара.

– Здесь сейчас лишь одна палочка… наверное, это значит, что мне не хватит даже всей жизненной силы…

– Что это за магия такая?

– Не могу сказать, но учитель умный, поэтому может догадаться. Я думаю об учителе.

– Аха, – Оскар, словно что-то заметив, улыбнулся и подпёр подбородок ладонью. – Это не сработает, даже если использовать дедушку Примеру.

– Простите. Я невероятно бесполезный человек.

– Зачем тебе вообще делать это?

– Но! – Лирис помрачнела, но вскоре возликовала. – То, что не могу сделать я, не может сделать и Его Величество Император!

И зловеще улыбнулся.

Экспериментируя с браслетом девочка много поняла.

– А, есть кое-что любопытное, – спросил вдруг Оскар. – Сколько жизненной силы нужно, чтобы наложить на твоего отца заклинание подчинения? Чему, чёрт побери, Император настолько завидует, что он, который и пальцем не шевелит, так одержим этим…

– Ха-ха.

Вот именно, – Лирис тут же посмотрела на браслет.

282 года

– 282 года.

– Что? – изумлённо переспросил Оскар. – Состариться на 141 год? Вау, это почти смерть.

– Да! Сейчас никто не поспеет тронуть моего папу. Он лучший в мире!

Оскар усмехнулся, наблюдая за воодушевлённостью Лирис.

*****

После урока, где они и правда решали кубические функции, Оскар со смехом принялся уходить:

– Кха-ха-ха-ха! Ты, если не хочешь попасть в газеты с запрещённой любовью, приводи голову в порядок! Заранее поздравляю с обретением старшего брата!

Что это за совет такой.

Как и ожидалось, он – второй по раздражительности персонаж.

Ха-а.

Лирис Рубинштейн, 7 лет.

Ужасно закрывать сердце, которое даже не успела открыть…

– Лирис, – в тот момент, когда девочка замерла, то услышала голос Чэзио, сидевшего рядом.

Они ждали её папу в его кабинете, но…

– Мм, – Лирис повернула затёкшую шею и увидела, что Чэзио пристально смотрит на неё.

– Чт, что?

Тудум-тудум-тудум-тудум.

Я же только недавно осознала это?

А сердце уже готово выскочить из груди.

– Ты… – Чэзио внезапно протянул к ней руку.

– Чт, что! – вздрогнув, Лирис отстранилась.

Чэзио, поднявший руку, моргнул.

– Чт, что ты делаешь?

– Ты жуёшь волос.

– А? – Лирис потрогала уголок губ и это оказалось правдой.

Быстро вытащив волосы, она выпрямилась.

Девочка чувствовала, что Чэзио всё ещё смотрит на неё.

Тудум-туду-туду-тудум-тудум.

Нет, серьёзно почему?

Лирис казалось, что Чэзио слышит, как бешено бьётся её сердце.

Поэтому ей ничего не оставалось, как вскочить и сесть на диван напротив него.

– Лирис.

– Мм.

– Ты на меня на что-то злишься?

– Нет?

– Тогда почему такая?

– Какая?

– Избегаешь меня.

– Нет же?

– ……

– Правда нет… просто пересела, потому что места мало.

Конечно же, Чэзио не поверил в это. Но больше не стал задавать вопросы.

О-о-ох. Прости. Ничего не могу поделать с собой. Ты же сам сказал, что хочешь быть со мной одной семьёй… – Лирис мысленно винила Чэзио.

Я думала об этом раньше, но было бы хорошо, если бы мой умственный возраст сопоставлялся с прошлым.

Тогда я бы не влюбилась в 11-летнего Чэзио.

Ненавижу быть семилетней… раздражает…

Однако, если сосредоточиться и не вспоминать о прошлой жизни, то остаётся лишь семилетнее тело.

Которое бессильно перед красивым старшим братом, который, сам не замечая, отлично флиртует…

– Ха-а, – Лирис тяжело вздохнула.

И посмотрела на профиль Чэзио, который повернул голову в другую сторону, возможно, поняв, что её тяготит его взгляд.

Красивый…

Зачем автор сделал главных героев такими красивыми, если нет никакой романтики?

Думаю, в вопросе и есть ответ.

– Ребята! – в этот момент в кабинет вошёл Энох. – Долго ждали? Я просто заходил к дедушке.

Он сел рядом с дочерью и потискал её за щёчку.

Только это не привлекло внимания Лирис.

Ведь в руке у её папы был лист бумаги.

Регистрационный бланк.

Как только там появится имя Чэзио, он вступит в силу…

А-а-а-а! – мысленно закричала Лирис, хватаясь обеими руками за щёчки.

Лирис Рубинштейн в 10 минутах от того, как станет сестрой главного героя.

– Чэзио, ты знаешь зачем я пригласил тебя? М, – Энох помедлил, подбирая слова. – Вообще-то, ранее приходил твой отец.

– Да, знаю.

– А? Знаешь?

– Угу, папа. Дяденька маркиз приходил к нам на тренировочную площадку. Сказал, что заберёт Чэзио.

Услышав поспешный рассказ дочери, Энох тут же нахмурился.

– Какая шутка, – мужчина крепко зажмурился, сдерживая гнев, а затем снова посмотрел на Чэзио. – Хорошо. Раз он уже показал своё лицо, спрошу прямо.

– ……

– Ты хочешь вернуться домой?

– Нет.

Энох улыбнулся ответу Чэзио, прозвучавшему мгновенно, словно тот ждал вопроса:

– Хорошо. Тогда продолжай жить с этим мистером и Лирис. Хорошо?

Чэзио на мгновение посмотрел на Лирис.

И кивнул:

– Да.

– Ха-ха-ха-ха! – Энох громко рассмеялся, высоко поднимая голову, и положил на стол регистрационный бланк, который держал в руке.

Кья-а-а-а-а! – Лирис отвела взгляд.

Как это получилось.

Когда я привела Чэзио сюда, то точно хотела, чтобы мы были братом и сестрой!

Я обещала стать хорошей семьёй одинокому и измученному Чэзио!

– Это… что? – спросил Чэзио, непонимающе смотря на регистрационный бланк.

– Сейчас я – твой опекун. Поэтому, если твой родной отец запросит опеку, я ничего не смогу сделать. Мне придётся отправить тебя домой.

Взгляд Чэзио, до этого не отрывающийся от документа, внезапно метнулся к Лирис.

Девочка вздрогнула.

Что? Почему он так удивлён? Я же намекала на это, когда говорила о становлении семьёй?

Он не подумал, что так быстро будет проведена процедура усыновления?

– Ты ещё не дорос до получения титула, поэтому тебе нужна фамилия и законный опекун.

– …мистер, вы хотите сказать, что дадите мне свою фамилию? Что я стану вашим сыном?

Энох замялся, увидев реакцию Чэзио, которая не выглядел слишком довольной.

И посмотрел на дочь.

Лирис тоже посмотрела на отца.

– Что? Наш дом какой-то не такой?

– Я тоже не знаю?

У них состоялся разговор взглядами.

Энох неловко улыбнулся и, снова посмотрев на Чэзио, спросил:

– Почему у тебя такое выражение лица? Не хочешь?

– …… – Чэзио ничего не сказал.

Просто смотрел в одну точку.

На Лирис.

Энох попеременно смотрел на двух детей, замечая горящий взгляд Чэзио.

– Чэзио?

Когда он настоял на ответе, мальчик, наконец заговорил.

Всё ещё смотря на Лирис.

– Семья…

Семья?

– Семья, это та семья… о которой ты говорила?

– Что?

Семья – это есть семья, какая ещё семья?

– А, – Чэзио отвёл взгляд и опустил голову, словно в замешательстве, переводя дыхание.

И, спустя долгие минуты, внезапно поднялся:

– Спасибо за беспокойство, мистер. Но не думаю, что из этого что-то получится.

– М?

– Я не хочу быть сыном мистера. И старшим братом Лирис тоже.

– Что? – медленно спросил Энох.

Казалось, он был полностью шокирован твёрдым отказом Чэзио.

Такое выражение у Эноха было лишь однажды, когда Лирис кричала «Я не дочка папы!».

Конечно, сама Лирис тоже была шокирована и ошарашена.

– Простите.

– Подожди! Чэзио!

Но Чэзио убежал, оставив лишь эти слова.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –