Глава 43.

– …… – молчащий Энох, позвал дочь. – Знаешь, Лирис.

– Папочка, обязательно скажи Его Величеству Императору, что ты не хочешь идти на такую войну, как сделал это когда-то давно. Потому что такая война – это плохая война.

– ……

– Мистер Джеймс, почему вы не отвечаете? – Лирис отряхнула ладошки и снова посмотрела на отца.

Энох, пристально смотрящий на неё, усмехнулся:

– Да, так и сделаю.

– Папочка.

– Да, Принцесса.

– Я буду в порядке, – поднявшись, Лирис обняла отца.

– Что? – непонимающе спросил Энох, обнимая дочь в ответ и ласково поглаживая её по волосам.

– Надеюсь, папочка, ты не пойдёшь на войну из-за меня.

– ……

– Обещай. Понял?

Руки Эноха, обнимающие Лирис, слегка задрожали.

– Обещай.

– …угу, да. Обещаю, – его лгущий голос был наполнен горечью.

*****

Глубокий рассвет, когда даже луна ещё спит.

Конюшня особняка Рубинштейн.

В ней не спали лишь чёрный конь Чэзио, Вольто, и белый конь Лирис, Зефир.

[Эй, Принц,] – позвал Вольто Зефира.

Принц… это было прозвище, которое использовали другие лошади, включая тех, что были рядом в прошлом, чтобы насмехаться над Зефиром за его красивую внешность и высокомерие.

Как всегда, Зефир не ответил.

[Если уже готов, почему бы не покатать Принцессу?]

[……]

Принцесса – прозвище, данное Лирис.

Всё потому, что отец Лирис, который был владельцем всего этого дома, постоянно называл свою дочь Принцессой.

[Слышишь?]

[…шумно. Замолчи.]

[Слышишь. Эй, Принцесса всегда сидит возле конюшни и с завистью смотрит, как мой хозяин ездит на мне, тебе её совсем не жаль?]

[……]

[Мой хозяин тоже беспокоится о Принцессе, поэтому не мог сосредоточиться ни вчера, ни сегодня.]

У Зефира также были глаза и уши, поэтому он всё знал.

О том, что Лирис с завистью наблюдает, как Чэзио умело ездит верхом на Вольто.

Тогда.

В темноте ощутилось чьё-то присутствие.

Уши коней настороженно выпрямились.

– Ара, что? Вы не спите?

[А, Принцесса? Почему в такой час!]

Это оказалась Лирис, держащая в одной руке лампу, а в другой маленькую корзинку.

– Шшш, ш-ш, Вольто, тише. Разбудишь всех своих друзей.

[Дай мне морковь!]

– Разве я не сказала помолчать?

Лирис слышала лишь ржание, но Вольто продолжал кричать, требуя морковку.

Девочка колебалась, смотря на корзинку, которую принесла:

– Может, дать тебе это? Они были тяжёлыми, поэтому я смогла взять точно четыре. Все они для Зефира…

[Никакого фаворитизма!]

– Как быть… тогда только одну? – Лирис поставила лампу в угол конюшни и покормила Вольто морковью. – Хи-хи, хорошо кушаешь. Красиво.

[Принцесса красивее,] – Вольто, мгновенно сжевавший морковку, фыркнул и нежно погладился о ладонь Лирис.

Погладив Вольто несколько раз, девочка высыпала всю оставшуюся морковку в корыто Зефира.

[Везучий су*ин сын…] – пробормотал Вольто.

– Зефир, я думала, ты спишь, но ты не спишь. Сегодня мне удалось ускользнуть на рассвете, потому что папочки нет дома… А, папа отправился в императорский дворец. Он сказал, что пройдёт 2 ночи, – Лирис, которая болтала так, словно разговаривала с Зефиром, осторожно опустилась.

Зефир был поражён.

Словно желая что-то сделать, девочка начала пролазить своим маленьким телом в его стойло.

Без какого-либо страха.

– Что это, Зефир? Это отлично лекарство, оставшееся от той порции, что я вчера отправила Рико. Я нанесла его на тряпку, смоченную в тёплой воде. А, кто такой Рико – он мой друг, – Лирис вытащила мокрую тряпку.

И осторожно, словно боясь, она замерла немного поодаль от Зефира, колеблясь:

– Я привяжу её к твоей ноге. Изначально я хотела сделать это тайком, пока ты спишь… Можешь подержать ногу неподвижно? Мне будет больно, если ты ударишь меня.

Вид Зефира был по-прежнему равнодушным. Лирис осторожно обернула ткань вокруг его передней правой ноги.

– Хороший мальчик… знаешь, я спросила у Флина. А, Флин наш семейный врач. Это лекарство очень хорошее, но говорят, что оно действует лишь на людей, а на животных нет. Поэтому возможно, всё бесполезно, но кто знает… – Лирис со вздохом добавила. – Дядюшка Рик сказал, что, возможно, ты мало двигаешься из-за того, что твоя нога всё ещё болит.

[Нет, Принцесса, Нога этого уб**дка Принца давно зажила.]

– Вольто, ш-ш? В любом случае, я видела статью из газеты прошлого года, когда ты выиграл состязание по верховой езде и слышала, что ты тренировался не отдыхая даже по 10 минут в течении 10 часов в день? – Лирис, сказавшая это, пробормотала себе под нос: «Чтоб этого Дэймона Матини разорвало от гнева…» и мягко добавила. – Надеюсь, ты скоро поправишься.

И тут же закричала:

– Не пойми неправильно. Я не прошу тебя катать меня. Тебе необязательно возить меня.

[Выбрось этого козла Принца! Я буду возить тебя Принцесса!]

– Вольто, нет. На сегодня морковь закончилась. Завтра я принесу новую, – утешающе обратилась к коню Лирис и нежно погладила ногу Зефира. – Я уже говорила это раньше, но мне необязательно участвовать в состязаниях. Они не имеют значения, потому что Чэзио в любом случае победит.

[Верно, мы с хозяином победим!]

Закончив односторонний разговор, Лирис села в угол и обняла колени, даже не обращая внимания, что испачкалась.

Зефир спокойно смотрел на неё.

– Поэтому, если ты не хочешь бегать, тебе не нужно делать это. Ты сможешь побежать, когда сам захочешь, – с улыбкой сказала Лирис.

По какой-то причине на её лицо наложилось лицо его бывшего хозяина, поэтому Зефир не мог оторвать от девочки взгляда.

– Хватит отдыхать! Не спи, беги! Конкуренция дышит в спину!

– Почему, чёрт побери, ты становишься всё медленнее и медленнее? Беги быстрее! Быстрее! Что делать с подобной скоростью!

– Возможно, ты расстроен тем, что ты не так быстр, как раньше, потому что повредил ногу, но… быстрее не всегда лучше. Есть множество вещей, которые можно увидеть лишь затормозив.

– Ты – рождён для бега. Есть только один способ доказать свою ценность как скаковая лошадь. Бежать! Побеждать! Быть лучшим!

– Разве не странно говорить скаковая лошадь? Лошадь, рождённая для бега… мм, в мире есть много всего интересного и вкусного.

– А-а, та лошадь? Я купил новую. Судя по твоей ситуации, надежд нет. Если хочешь снова бежать со мной, верни свои изначальные навыки. Никакой медлительности.

– Чтобы быть любимым, не обязательно хорошо бегать или выигрывать гонки. Поэтому, правда, нет ничего страшного, если ты не сможешь бегать также быстро, как раньше.

[……]

– Я просто, надеюсь, что ты быстрее излечишься… и ногой, и сердцем… – бормочущая Лирис слегка зевнула и задремала на месте, забыв вернуться домой.

Зефир некоторое время смотрел на эту сцену, а затем осторожно подошёл и, согнув ноги, лёг.

Вскоре маленькое тело девочки уткнулось в мягкую гриву белого коня.

*****

– Что, чёрт побери, ты делаешь здесь?

Суровый голос, непохожий на сон или реальность, ударил по ушам Лирис.

Хлоп-хлоп.

Когда она проснулась и потёрла глаза, то увидела яркое после рассветное небо.

И была крайне изумлена.

Чт, что?! Я заснула здесь?

Зефир лежал рядом с Лирис. Оказалось, она заснула без всякого страха и прикоснулась к Зефиру.

А разбудил меня…

– Де, де, дедушка?

Нордик Рубинштейн в чёрном костюме, излучающий благородство.

Лирис быстро вскочила на ноги.

Дедушка ведь собирался вместе с папой на церемонию возвращения?

Почему он дома? И к тому же в конюшне? – у девочки кружилась голова, но сначала ей нужно было извиниться.

Я легла на пол грязной конюшни и мирно заснула. В этом поступке нет ни малейшего намёка на достоинство аристократа.

– Дедушка, это… вчера я ненадолго вышла покормить лошадь, но заснула. Прости.

– …… – Нордик ничего не сказал.

У Лирис, находящейся внутри стойла, не зная, что делать, не осталось другого выхода, кроме как выйти наружу так же, как она пролезла внутрь.

…я замаралась. В итоге я делаю лишь то, что дедушка ненавидит больше всего.

– Про, прости… – Лирис не поворачивалась к нему спиной, чтобы спрятать грязный подол платья и туфли.

– Это та лошадь, которую ты привезла для участия в соревнованиях по верховой езде?

– А, Зефир? Да.

– Слышал, он даже не пускает к себе на спину.

Откуда дедушка знает такие вещи? – это было странно, но Лирис кивнула.

– Тогда следует сменить лошадь.

– Нет! – испугавшись, Лирис замахала руками. – Зефир – он… его сердце ранено. Пусть он и не возит меня, но если я заменю его на другую лошадь, то Зефир полностью разочаруется и полностью закроет своё сердце… поэтому я подожду Зефира…

– ……

– Дедушка, не думаю, что смогу участвовать в состязании по верховой езде. Мне следует выйти, не выиграв награду, прости.

– Я когда-то говорил тебе принимать участие в состязаниях и выигрывать призы?

– Это не так, но…

– Значит, ты ещё никогда не ездила верхом.

– Да, – колеблясь, Лирис тайком подняла взгляд, чтобы посмотреть на выражение лица дедушки.

Нордик, смотревший на внучку сверху вниз, вдруг наклонился и стряхнул грязь с её юбки и туфель.

– А, дедушка…?

А затем выпрямился и открыл стойло напротив Зефира.

Нордик вышел оттуда, ведя за поводья своего мускулистого коня с коричневой шкурой и, тут же подняв Лирис, усадил её в седло.

– ……?

И сам запрыгнул на спину коня, медленно направляя его к выходу из конюшни.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –