Глава 100.

Какая нелепая ложь, – усмехнулся Николас, молча обдумывающий слова секретаря.

– С тех пор, как откровение стало достоянием общественности, многие дворяне были потрясены и обрадованы. Они спешно делают пожертвования храму Серафим.

– Да, верно.

В империи Павильон слово Бога было непреложным.

Потому что существование людей со способностями было доказательством существования Бога.

– Секретарь, ты считаешь эти слова разумными?

– Я, я тоже не верю в них. Кто вообще можно осмелиться поверить в откровение, появившееся на свет у врагов…

– Разве это не очевидно. Это просто пустая уловка, чтобы свести концы с концами, когда всё крайне плохо, – усмехнулся Император, поднимаясь.

Бог исчез.

Это неизбежно.

Ведь следующая Примера всё ещё не появилась, – от этих фактов Николас смутно осознавал, что Бог наконец покинул даже императорскую семью.

И в подобной ситуации появилось откровение?

– Забавно. Поистине прискорбно, что им приходится лгать из-за голода, – Император подошёл к окну и посмотрел на улицу. – Будет проблемой, если эта ложь запятнает мой статус.

– Это верно.

В этом мире без Бога абсолютным существом является Император.

Слабые бесполезные людишки всегда должны ползать по земле, как насекомые, обеспечивая незыблемость иерархии.

Вот моя версия справедливости.

– На самом деле это даже хорошо, – вдруг кивнул Николас. – Выдавая себя за Бога и распространяя такую возмутительную ложь, они дорого заплатят за это. Воспользуюсь это возможностью, чтобы уничтожить всех ублюдков из храма Серафим.

– Что? – Рамон вздрогнул. – Пусть они и про, противостоят воле Вашего Величества, но главная священница Рамиса и несколько других главных священников Старой церкви – высокопоставленные священники…

– Да. Именно поэтому до сих пор, – ответил Николас, резко оборачиваясь. – Им удаётся выживать, упорно ползя вперёд, несмотря на то, что их избивают камнями как еретиков.

Почему бы не искоренить остатки Старого храма из столицы?

Только в Империи, где в почёте находятся лишь сильные, убийство высокопоставленных лиц без должной причины лишь подорвёт власть императорской семьи.

Поэтому я просто оставил эти занозы, но…

Теперь есть возможность.

Я могу использовать эту возможность, чтобы сокрушить тех, кто осмеливается угрожать моему правосудию.

– Аха, мне в голову пришла весёлая мысль, – глаза Императора заблестели. – Раз они смеют порочить и обманывать от имени Бога, разве его самые верные слуги не должны лично осудить их?

– Самые верные… – пробормотал секретарь Рамон и спросил. – Вы имеете в виду орден паладинов?

– Да. Собери всех паладинов, чтобы они могли допросить этих отвратительных еретиков. И, – Николас, вернувшийся на своё место, улыбнулся словно змея. – Будет чудесной картиной, если инквизитором станет наш сэр Энох.

– А! Блестящее решение, Ваше Величество!

– В полнолуние, – Николас посмотрел на луну, которая была видна наполовину. – В тот момент, когда это откровение окажется наглой ложью, эти мерзкие твари, посмевшие обмануть Бога, – его губы исказились в усмешке. – Лично будут сожжены на костре командиром паладинов.

*****

<Божественное откровение, получено спустя сотни лет!>

<Дворянство спешит отправить пожертвования и гуманитарную помощь храму Серафим.>

<Хозяин откровения. Задкиил Тэрот, юный священник храма Серафим.>

<В ночь полнолуния Бог и правда совершит чудо?>

Империя пришла в смятение.

Взгляды всех обратились на храм Серафим в ожидании «чуда», о котором говорил Бог.

*****

Храм Серафим.

Юный жрец Задкиил Тэрот, хозяин откровения, как обычно, ухаживал за больными, когда к нему пришли неожиданные гости.

Бряк, бряк, бряк, – семь паладинов строем вошли на территорию храма.

Облачённые в священные регалии, в синих плащах и серебряных доспехах, они были воплощением напряжённости.

Это из-за откровения? – Задкиил пытался успокоить бешено колотящееся сердце.

В центре паладинов стоял Энох Рубинштейн с острым и пронзительным взглядом, а не как и прежде.

– Священник, это вы – Задкиил Тэрот, верно? – спросил паладин с красными волосами, стоящий слева от Эноха.

Дрожа, Задкиил кивнул.

– По приказу Его Величества Императора, орден паладинов будет расследовать откровение, полученное священником…

– Довольно, – Энох поднял руку, прерывая рыцаря. – Я обсужу это наедине с ним.

Рыцари взволновались.

Задкиил заметил, что герцог Рубинштейн беспокоится о нём, поскольку тот дрожал от страха.

Они вдвоём вошли храм.

– Это правда, что священник получил откровение? – спросил Энох.

Теплота, которую источал герцог прежде, исчезла. На Задкиила был направлен холодный и напряжённый взгляд паладина.

– …да. Это правда.

– Откровения исчезли сотни лет назад, простите, но я один из тех, кто думает, что Бог покинул нас.

Задкиил сглотнул.

– Священник также, должно быть, смутно чувствует это. И вдруг откровение о чуде, которое может сотворить лишь Бог…

– ……

– Неужели священник и правда считает это разумным? – слова Эноха были наполнены недоверием.

На самом деле, многие, как и он, отнеслись к откровению скептически.

Даже сам Задкиил, тот, кто начал этот шум вокруг откровения…

– Если вы скажете, что сделали это, чтобы возродить пришедший в упадок Храм, тогда я смогу понять вас, – словно пытаясь убедить мальчика, продолжил говорить Энох уже тише. – Сейчас, когда откровение снизошло на забытый Храм, число верующих увеличивается. Я знаю, что дворянство отовсюду присылает пожертвования и оказывает помощь.

– ……

– Учения, в которые верит священник, противоречат воле Его Величества Императора, абсолютного правителя этой страны. Но сейчас многие помогают храму Серафим, не считаясь с волей Его Величества.

– ……

– Знаете почему? – тихо добавил Энох. – Если откровение истинно, то воля Бога – принять униженных, и Император ничего не сможет сделать с этим.

– ……

– А если ложное, то нет нужды нести вину за то, что просто поверил ему.

– З, знаю.

– Священник – тот, кто должен нести всю тяжесть этой ситуации. И матушка священника, главная священница Рамиса. И братья с сёстрами, что живут здесь в Серафим.

Видя, как дрожит Задкиил, Энох убедился, что он лжёт.

Это душераздирающе.

Я понимаю, почему у Задкиила нет иного выбора, кроме как распространить столь нелепое ложное откровение.

– Сейчас ваш последний шанс. Лишь сказав правду, я смогу помочь священнику.

– ……

– Позвольте спросить ещё раз.

Дрожащий Задкиил, поднял голову и посмотрел на Эноха.

– Вы и правда получили откровение?

Горящий, словно пламя…

Ясный и непоколебимый взгляд.

Голубых глаз.

Задкиил посмотрел в них и подумал о ясных голубых глазах дочери Герцога, Лирис.

Я обещал. Верить.

– Да, правда, – сказал мальчик, шевеля дрожащими губами. – Я действительно получил откровение от Бога.

– ……

Казалось, Задкиил был полон решимости отвечать так, сколько был раз его не спрашивали.

– …ха, чёрт, – Энох прикусил губу.

*****

Прошло 15 дней с того момента, как откровение снизошло в храме Серафим.

Сегодня было полнолуние.

День, когда должно было случиться чудо, о котором говорил Бог.

– А-а.

– А-а-а-а!

– И-и.

– И-и-и-и!

– Боже. Молодец, моя Принцесса.

Лирис с чувством вины посмотрела на лицо отца, стоящего вполоборота к ней, чистя зубы.

Вау. Никогда бы не подумала, что он сделает папу инквизитором. Жестокий ублюдок Император.

Если Лирис что-то не учла, раздувая этот шум вокруг откровения, так это характера Императора.

Похоже, Император считает откровение ложным.

Поэтому он задумал полностью уничтожить храм Серафим, который является для него заноза в горле.

И если чудо не случится?

Он планирует объявить всех в храме Серафима еретиками и отправить на костёр.

И для этого наказания он выбрал моего папу.

По-настоящему отвратительный ублюдок…

Очевидно, что он пытается подавить моего папу, который не слушает его и постоянно протестует.

– Да, теперь идём, – Энох улыбнулся, неся Лирис в постель, но вдруг остановился.

Его взгляд устремился в окно.

Если точнее, на тёмно-жёлтый диск полной луны.

– Папочка, о чём думаешь?

– Что? А-а, ни о чём.

– Врёшь. Папа думает о господине священнике? Сегодня ведь день, когда все больные выздоровеют?

– Да, верно.

– Хи-хи. Они правда все выздоровеют?

– …завтра и узнаем.

– Угу. Но папа что с твоим лицом? Неужели ты думаешь, что господин священник солгал?

Энох слабо улыбнулся, укладывая дочь в постель и укрывая одеялом:

– А сама принцесса?

– Я доверяю господину священнику. Он такой хороший человек. Он не стал бы лгать.

– Да, он хороший человек, верно. Только принцесса же не верит в Бога.

– Если господин священник сказал правду, то теперь я должна верить в него, – и Лирис с счастливым смехом добавила. – Если все больные и правда выздоровеют, то будет больше тех, кто изменит своё мнение, как я, да? Храм, где служит господин священник наполнится людьми! И будет много пожертвований!

– Конечно… было бы здорово… – Энох устроился рядом с девочкой в постели с несчастным выражением лица.

Прости, папа, – Лирис мысленно извинилась перед отцом, который страдал все эти 15 дней.

Для Эноха Рубинштейна, главного героя, который собирался медленно укреплять поддержку и влияние Старого Храма, этот переполох стал абсолютной катастрофой.

Ну, всё из-за мыслей о том, что все сгорят на костре, не получив и шанса нарастить свою силу.

Угу, но этого не случится! – Лирис выглянула из-под одеяла и посмотрела на большие напольные часы в углу комнаты.

11:59.

Стрелки приближались к полуночи.

Начинается обратный отчёт!

*****

В это же время.

Задкиил сидел в тёмной комнате, держа за руку священницу Рамизу и горячо молился.

Боже, пожалуйста…

В тот день.

Слова юной принцессы были правдой?

Неужели поверил слишком быстро?

– Матушка, прошу, – мальчик крепко зажмурился.

*****

Дон- дон- дон-

Часы пробили полночь.

Наблюдая, как её отец, ворочавшийся без сна, вздрагивает от звука часов, Лирис посмотрела на часы на запястье.

15 мин

Начинаем!

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –