«Три», - сказал я, - «Валеты».

«Ох, да ну тебя нахер. Какого черта тебе так везет?» - простонала Ребекка.

Том вставил свое мнение: «Может быть, если ты перестанешь доверять его "блефам", у тебя останется немного фишек».

«Да ну, если бы во время игры в покер лицо этой потаскухи не было закрыто лицевой панелью, я могла бы сказать, действительно ли он блефует!» - рявкнула Ребекка.

Я поднял руки. - «Эй, я просто осторожен. Если возникнет чрезвычайная ситуация, я должен буду быть готов как можно быстрее».

«Я видела, как она открывается», - категорически заявила Ребекка, - «это занимает полсекунды».

«Полсекунды - этого достаточно, чтобы быть убитым в пылу сражения», - мудро сказал Том, и я так же мудро кивнул ему.

Ребекка закатила глаза так сильно, что мне показалось, будто они прямо сейчас выпрыгнут из ее головы. - «Пожалуйста, скажи хоть ты ему, Аделаида».

«Чего? Я согласна с Ребеккой», - сказала Аделаида. В настоящее время она была занята пристальной слежкой за всеми камерами. Я бы с удовольствием помог ей, но мне приходиться развлекать гостей, ибо это было бы несколько сложно сделать, когда у тебя нет тела.

Том выглядел немного виноватым, после чего высказался: «Вообще-то, мне тоже придется встать на сторону Ребекки, приятель. Ты жестко жульничаешь».

«Сраный предатель».

Ребекка торжествующе посмотрела на меня. - «Твое заключение было отклонено. Силой, которой наделила меня демократия, я приказываю тебе опустить свою чертову лицевую панель».

«Это фигня, Аделаида даже не знала, за что она голосует!» - пожаловался я.

«Это точное представление о демократическом процессе», - ответила Ребекка с ухмылкой, - «теперь снимай это, красавчик».

Я отодвинул визор и лицевую панель, комментируя Тому слова Ребекки. - «Слышал? Она назвала меня красавчиком».

Он перевел взгляд между мной и Ребеккой. - «Я уверен, что это был сарказм», - наконец высказался Том.

«Вот так всегда...», - глубоко вздохнул я.

Мы находимся здесь уже второй день. Первый в основном был проведен за предварительным сканированием и созданием надлежащей полевой лаборатории. Для ее установки потребовалось много времени, особенно потому, что она была специально разработана для того, чтобы ее можно было свернуть в течение минуты или двух в случае нападения Червей. Не то чтобы они были рядом, но это довольно неплохая предосторожность. Всю ночь я спал в Мерлине, в то время как Ребекка и Том вернулись к остальным Красным Орлам. С самого утра мы зависли над этой площадкой. Прошло несколько часов, и мы уже давным-давно зафиксировали все показания с воздуха, что требовались научной команде.

Итак, нам было очень скучно на этом этапе. Здесь просто нечего было делать. Аделаида гораздо лучше наблюдала за сканерами, чем я, поэтому я даже не мог помочь. К счастью, Том прихватил с собой покерную колоду, поэтому мы немного повеселились. Мы валялись на полу, а карты лежали между нами. Том и Ребекка сняли шлемы, оставив их на скамейках позади. Том мог своей лысиной освещать путь в темную ночь, а у Ребекки были тонкие светлые волосы, которые спадали чуть выше ее плеч.

Я как раз выигрывал очередной раунд и злорадствовал по этому поводу, когда по динамикам Мерлина прозвучала передача, и раздался голос Антона: «Привет всем, у меня есть для вас работенка».

«О, слава Богу», - сказала Ребекка, раскрывая свою проигрышную руку, - «пожалуйста, расскажи нам, пока я не врезала Сэму по его тупой самодовольной роже».

«Ладно, ладно. Мы хотим, чтобы вы приземлились на координатах, которые я вам отправляю. Они находятся на противоположной стороне "круга", а мы все здесь очень заняты. Если вы используете записывающее оборудование, что мы вам выдали, чтобы запечатлеть некоторые проекции узоров, это принесет невероятную пользу».

«Понял. Мы отправляемся прямо сейчас», - ответил я.

«Отлично, мы будем держать канал открытым, чтобы нам было легче координировать свои действия», - радостно сказал Антон, после чего сделал небольшую паузу. - «Кроме того, постарайся никого не трогать, Ребекка».

«Постараюсь», - проворчала она, бросив в мою сторону грозный взгляд, на что я ответил ухмылкой.

«Я отвезу нас в указанное место, Сэм», - сказала Аделаида, - «но затем я вновь зависну в воздухе и продолжу следить за сканерами. Мне не нравится это место».

Я нахмурился и стал немного серьезнее. - «Да. Я точно понимаю, что ты имеешь в виду. У меня от этого места мандраж***». (Игра слов heebie-jeebies)

«Не могу поверить, что ты на самом деле использовал слово "мандраж", я не слышала его годами», - сказала Ребекка со смехом.

Том пробормотал что-то себе под нос, что я не совсем разобрал. Мерлин приземлился у западного края круга, прямо на пересечении дюжины переливающихся линий. Мы опустошили заднюю часть Мерлина, полностью снарядившись, а затем он снова взлетел, исчезая как голубая птичка. Том наблюдал, как он поднимается все выше и выше.

«I hate to see her go», - сказал он задумчиво, - «but I love to watch her leave».

Я уставился на него, удивленный и впечатленный в равной степени: «Ты ... ты только что процитировал Honky Tonk Badonkadonk?»

По крайней мере, Тому хватило порядочности, чтобы постыдиться

***

«Ты абсолютно прав, это место по-настоящему жуткое», - заявила Ребекка через час, когда мы закончили записывать очередной образец линий. Мы медленно продвигались внутрь круга, и уже были почти у центра. Остальная часть команды все еще располагалась у машин на юго-восточной окраине, анализируя образцы в полевой лаборатории.

Я быстро кивнул в знак согласия, мое лицо вновь было защищено. - «Прав? Тут есть кое-что странное, просто я не могу понять, что именно».

«Думаю, я знаю, что именно, хотя бы частично», - тихо сказал Том. - «Здесь нет ничего живого, кроме нас».

По моему позвоночнику пробежала дрожь, и я понял, что он абсолютно прав. Трава не шелестела от мчащегося ветра. Над головой не летали птицы. Черт, я даже не смог найти ни единого насекомого, когда осматривался.

«Хорошо, вот и все, я голосую за то, чтобы мы вернулись на "Мерлин", развернули машины в обратную сторону и убрались отсюда нахер», - сказала Ребекка, ее взгляд метнулся вокруг.

«Согласен», - сразу сказал я, - «мне это все напоминает хреновый ужастик. Я не собираюсь быть горячей блондиночкой в ​​нижнем белье, которая заходит в подвал».

«Если честно, я немного обижена, что ты так говоришь», - сказала Ребекка.

Антон встрял прежде, чем я успел ответить. - «Я понимаю, что вы, ребята, чувствуете, но это еще одна причина продолжать расследование. Если это место таит в себе зло, то нам нужно все выяснить».

«Подобная логика - вот что убивает всех в фильмах», - ответил я, - «но я понимаю твою точку зрения».

«Просто потерпите. Мы держим сканеры включенными, да и у вас Мерлин над головой, поэтому мы точно узнаем, если вы на что-нибудь натолкнетесь. Последние образцы уже собираются, и когда вы доберетесь до центра круга, у нас будут хорошие записи всех узоров. Должен сказать, что этот темный материал невероятно странный. Я никогда не видел ничего подобного. В любом случае, держите нас в курсе всех ваших успехов».

«Понял», - вздохнул я.

Внезапно прозвучал голос Джексона. Он был тихим и задумчивым всю поездку, что сильно отличалось от его обычного поведения. - «Я узнаю это. Не знаю как именно, но узнаю». - Он казался нерешительным.

Тут же раздался и крик Элли. - «Господи, Боже, Джексон, я уже и так готова обоссаться, тебе действительно нужно было это добавлять?»

«Всем оставаться сосредоточенными. Мы должны быть готовы ко всему», - сказал Аарон. На нашем канале связи так же сидели все участники разведывательной команды, поэтому мы были в тесном контакте, находясь на земле. Ребекка, Том и я медленно продвигались к центру. Это странное чувство, увеличивающееся по мере того, как мы приближались к центру. Я шел впереди, болезненно любопытно посмотреть, что нас ждет. Когда я достиг точки, моему удивлению не было предела. Это просто прекрасно.

Фрактальные узоры переливающихся линий расцвели и сплелись вместе, все теснее и теснее соединяясь, приближаясь к абсолютной центральной точке. Казалось, они танцуют вокруг друг друга, сложнейшая схема из всего, что я видел в жизни. Я опустился на колени и провел металлическим пальцем по линиям. Тактильная обратная связь позволит мне почувствовать их текстуру, ну или ее отсутствие. Линии были совершенно гладкими, резко контрастируя с неровной поверхностью вокруг них.

Это было великолепно, по-настоящему инопланетно, совсем не похоже на то, что мне доводилось видеть раньше. Но при взгляде на эту восхитительную картину в желудке подымалось странное чувство. Чувство, которое я испытывал множество раз в симуляторе, когда проживал все эти жизни. Это было просто чувство, что-то, что любой разумный отклонит как глупость. Но я не поступлю так, потому что это было болезненное чувство надвигающейся опасности.

«Аделаида, что-то должно произойти, я уверен в этом. Будь готова», - сказал я, убедившись, что только она меня услышит.

«Хорошо, Сэм», - ответила Аделаида, - «будь осторожен».