С возвращения из деревни в горах прошло десять дней.

Из-за «Крушителя баланса» Тобио лёг в больницу для обследования. Его обслуживали в медицинском учреждении Григори.

Он был сильно истощён физически и восстанавливал силы.

Тобио уже должны выписать. В тот день он вернулся после осмотра в палату. Тобио улыбнулся, когда увидел в углу комнаты Дзина, который спал, свернувшись в клубок.

В это время к нему зашёл первый посетитель.

— Как ты?

На стуле сидел Азазель.

Тобио вспомнил, как после битвы с «Организацией уцусэми» всё было так же.

Он сел на кровать и ответил:

— Нормально. Только я стал чувствовать больше, чем раньше... Мне от этого страшно.

«Крушитель баланса» сделал его слух и другие чувства ещё острее.

Теперь Тобио улавливает дальние шаги и звуки, и он ничего не может с этим поделать.

Азазель произнёс:

— Ты улучшил синхронизацию со «Священным артефактом». Твой артефакт не из тех, где запечатан монстр. Он больше относится к тем, где запечатано нечто, что даёт тебе тем больше силы, чем больше ты её желаешь. Это вовсе не значит, что у него нет воли. Оно наверняка не собирается подчиняться тебе как хозяину.

Что могло бы произойти, когда все бусы треснули?

Ни Вали, ни Лавиния не были в идеальной форме, а Азазель не находился рядом. Всё было гораздо хуже, чем когда его возвращали в норму до этого, так что если бы бус уже не оказалось...

Тобио погрузился в мысли, но Азазель продолжил:

— Твой артефакт в особенности опасен. Чтобы получить силу, ты должен просить её ещё больше, но в качестве платы оно потребует что-то дорогое для тебя. Согласишься ли ты с этим или воспротивишься — зависит от тебя.

Когда-нибудь ему придётся столкнуться с тем, что живёт в нём.

Ликаон и Амэ-но охабари... Нужно понять, как иметь дело с ними.

Его битва ещё продолжается. Ради будущего... ради дальнейшего благополучия Тобио должен узнать больше о своей «силе».

Через секунду Азазель выдал:

— Кстати, насчёт того, что пытался сделать Сатанаэль, предавший Григори... Он хотел создать искусственное орудие, убивающее богов, он же «Лонгин».

?!

Искусственный «Лонгин»? Он желал сделать такую же мощную и зловещую вещь, как у Тобио, Лавинии, Вали и Августы...

Азазель продолжил:

— Когда я уже был близок к созданию обычного «Священного артефакта», он оказался на несколько шагов впереди... Даже не так, на десять шагов впереди, и у него стало это получаться. Его намерения крайне опасны. Если форсировать создание такого предмета... это приведёт к большим последствиям. Я и Григори должны предотвратить это. Но если я и лидеры падших ангелов покажемся лично, вражеские силы не будут сидеть в стороне. Это обладатели сверхъестественных способностей из вашей страны, последователи Ватикана и, разумеется, ангелы с неба.

При встрече Сатанаэль проявил большой интерес к Тобио. Слова Азазеля прояснили его поведение.

Но больше всего Тобио страшила вещь, которую использовал Хёсукэ. Он очень беспокоился за одноклассника.

Ради своих исследований этот падший ангел приносит хаос всем фракциям и этому миру.

Азазель сказал:

— Я бы хотел всё делать тайно, а не публично. Именно поэтому мне нужна сила «Четырёх бедствий» и «Лонгинов». Поможете ли вы мне?

Тобио уже хотел ответить, но произошло следующее.

В палату влетели две девушки. Это Нацумэ и Саэ.

— Икусэ, всё закончилось?!

— Тобио!

Они были очень взволнованы.

Нацумэ увидела Азазеля и подошла к нему.

— А, вы тоже здесь, генерал-губернатор. Это важно!

Она сказала Тобио и Азазелю:

— Лавиния проснулась.

Это была хорошая новость.

Лавинию вернули из горной деревни и положили в медицинское учреждение Григори. За девушкой присматривали люди из «Грау цауберер», которые лечили её и следили за состоянием здоровья.

Вселение Августы изрядно истощило её физически и ментально, поэтому Лавинии обеспечили полный покой.

Также до сегодняшнего дня принимались контрмеры против магии Августы.

Девушку доставили в одиночную палату, где она спала уже десять дней... И наконец она проснулась.

Друзья собрались вокруг Лавинии. Разумеется, рядом была и новая подруга — Сигунэ Нанадару с Пок-куном.

Лавиния подняла лишь туловище. Тобио спросил у неё:

— Лавиния, как ты?

Девушка в ответ улыбнулась так же, как и всегда:

— Благодаря тебе я в порядке.

Нацумэ радостно указала пальцем на Вали и сказала:

— Мы так беспокоились за тебя! Вали даже плакал!

Сереброволосый юнец, прислонившийся спиной к углу, возразил с полуоткрытыми глазами:

— Кто ещё тут плакал. Если бы она умерла, я бы плохо спал. Только поэтому я спас её.

Но уши Вали порозовели.

Лавиния всё поняла и улыбнулась ему:

— Хи-хи-хи. Я всегда знала, что ты хороший мальчик, Ва-кун.

Вали отвернулся... Похоже, он не хотел показывать остальным своё красное лицо.

Лавиния оглянула присутствующих и затем с решимостью на лице заявила:

— Я решила. Я лично встречусь с учителем и попытаюсь узнать правду.

— ?!

Её слова удивили всех... Но они сразу поняли её чувства и вместе кивнули ей.

Нацумэ сказала:

— Ясно. Тогда мы поможем тебе.

— Нацумэ...

Коки выдал с натянутой улыбкой:

— Теперь-то мы сделаем это.

Тобио был того же мнения:

— Да, все мы друзья. «Оз» будет появляться перед нами снова и снова, но наша цель всё равно останется неизменной. Поэтому теперь мы будем помогать вам, Лавиния.

Тобио подал ей руку. Девушка была удивлена реакции друзей, и у неё проступила радостная улыбка.

Она взяла Тобио за руку и пожала её.

— Спасибо вам, ребята.

Затем Лавиния обернула двумя руками ладонь Тобио и сказала:

— И ещё, не нужно на «вы». Раз мы друзья, то давай станем ближе.

Сейчас она была открыта так, как никогда прежде.

Тобио кивнул и ответил:

— Хорошо. Лавиния.

Когда он назвал её по имени, девушка сильно покраснела и отвела от него взгляд...

Затем Нацумэ положила свою руку на ладони Тобио и Лавинии и сказала:

— Что ж, а я Нацумэ! Я буду звать тебя просто Тобио!

Самэдзима тоже положил руку:

— Тогда мне тоже звать тебя Тобио? Обращайся ко мне по имени.

— Хорошо, Нацумэ, Коки.

Далее прибавилась ладонь Сигунэ.

— Я с вами! Зовите меня просто «Сигунэ»!

— Ок, Нацумэ, Коки и Сигунэ. Теперь будем дружить.

Напоследок руку положила Саэ:

— И я буду другом до конца.

Оставался единственный, кто не присоединился к ним. Все посмотрели на Вали, который прислонился к стене.

Вали сказал с полуоткрытыми глазами:

— Могу ли я сделать это?

Лавиния невольно выдала лёгкую улыбку:

— Ва-кун. Если положишь руку, у тебя будет вкусный обед. Иначе рискуешь остаться без него.

Лицо Вали выглядело в тот момент глуповато... Кажется, он уже смирился, а потому вздохнул и, почесав затылок, неохотно согласился. Хотя ему и было стыдно, он наконец положил руку.

Все вместе кивнули. Они прошли через случившееся и, казалось, укрепили и углубили что-то важное.

Ситуация оставалась по-прежнему сложной и запутанной. Они находятся под риском смерти... Но они всё равно желают вместе стать сильнее, хотят обрести больше мощи.

Азазель, он же генерал-губернатор «Григори», радостно смотрел на детей, укрепивших своё единство...