Опыт показал, что лучше напоминать про лайки, это банально показывает, сколько людей это читает, чтобы понимать стоит ли мне тратить больше времени на выход глав. Поэтому, ставьте лайки под главой, с*чары, иначе Сатану вызову!

Ладно, продолжаем.

.

.

.

.

.

.

— Как это возможно...

— Я не понимаю...

— Здесь слишком опасно! Лучше отойдите!

— Да даже если отойдешь, тебя все равно настигнет!

— Да как?! Невозможно это!

— Лучше бежать.

— Тим, пожалуйста не становись рядом.

— ...

Что происходит? Все просто – тренировка меткости, точнее моя тренировка меткости. Да, несмотря на вкачанный навык Точности, аж до 9-го уровня, я, мягко говоря, не могу попасть. Это странно, учитывая еще то, что раньше я не был таким рукожопом.

Если в кратце, то я пытался метать кинжалы, но рука постоянно соскальзывала, или лезвие стремилось в абсолютно другое направление, ну или в Тима. Не знаю, но моя рука предпочитает метить в него. Я ни разу не попал по мишени. Как такое возможно!?

Собрав новую партию, я хотел было начать, но зрители, которых стало слишком много, решили вооружиться защитой, чтобы их не убило случайно.

Я недовольно на них покосился, и... кинжал полетел в ебало Тиму, но тот успел увернуться.

КАК!? Он стоял сзади меня!!!

— Люк... Ты блять это специально!? — взревел тот, так как ему пару раз хорошо прилетало.

— Нет, рука просто соскользнула.

— У тебя что, антиметкость прокачана, как можно быть!?..

— Да понял я, понял.

— Хотя... как блять с твоей меткостью 9 уровня?

— ...Что?

Я особо никому не рассказывал про свои статы.

— Как ты...

— Оценка, — спокойно ответил он, — Я просто, как и многие, купил оценку.

— ...

Подняв кинжал, я снова метнул его, и он прилете куда нужно, в Тима.

— Ты охуел!

— Упс.

Я был немного зол и обижен. Оценка... позволяет смотреть чужие навыки, но я... блять, Ебанная раса!!!

Я не могу просто взять и купить оценку, только получить, но я не знаю как ее получить!!! Зато... я получил ровно противоположный навык:

Сопротивление оценке!

Короче, теперь хрен им, а не моя стата!

— Может попробуем лук? — с опаской подошла Аня.

— А ты не боишься, что я засандалю тебе в жопень, причем очень глубоко?

— Боюсь, поэтому лучше целься в Тима.

— Да хрен вам! — тот был явно не доволен.

— Не бойся! — вылез Алекс, — Я смогу залечить, в любом случае так удобнее, что все летит в тебя.

— Пошли нахуй все!

Но тут неожиданно поднялся ветер, подхватив кинжал из моей руки, и метнув того прямо в задницу Тима. Тот увернулся, но эта причуда не понравилась ему.

— Коля блять!!!

— Му-ха-ха-ха! — ржал где-то Коля, который и поднял этот ветер. А зря, ему теперь пришлось бегать, а бегать он умел, — Попробуй меня поймать!

— Сука стой!!!

Вот они резвились.

От такой сцены, даже Ник повеселел. Давно такого не было, после смерти Дениса мы как-то не веселились особо.

— Ладно, лук так лук! — решился я, зная, что точно прилетит либо мне, либо кому-либо еще.

Мне предоставили простой лук и стрелы. И... первая попытка оказалась неудачной. Да и вторая с третьей. То ветер подымится, то палец соскользнет, то стрела отрикошетит. Я даже попросил, за очки постоять Тиму прямо за мишенью, и... я сломал лук. А потом лопнула тетива. А потом стрела не долетела. А потом и сломалась. А потом колчан упал, и я наступил на стрелы.

— ...

— ...

— ...

— ...

— ...

— ...Кхм-кмх, думаю меткость, это не мое.

Все только покивали головой.

Я был сильнейшим в лагере, но моя меткость имела слишком мифический уровень.

Как все закончилось, все начали расходиться. Алекс попрощался и куда-то ушел со своей девушкой. Да, он успел, могет, быстр, красавчик. Я же направился с Аней, она хотела о чем-то поговорить.

***

Я с Аней отошли на нашу базу, это была хорошо сохранившаяся девятиэтажка из серого кирпича. Мы направились на последний девятый этаж, куда зашли в свободную, хорошо обставленную квартиру. Изначально я мог подумать на интим, но она просто хотела поговорить, причем о чем-то важном.

Она уселась на кровать и попросила меня присесть рядом.

— И что ты хочешь рассказать такого важного? — начал я.

— Спасибо, — резко выдала она, после чего опрокинулась на спину мне на колени. Ее длинные и шелковистые волосы, которые пахли душистым яблоком, разошлись во все стороны. Сама она уставилась на меня.

Не могу скрывать, такой вид был слишком милым и эротичным. Я не удержался и погладил ее лоб и волосы, отчего она довольно замурчала.

— Но... за что? — я так и не понял за что «спасибо».

— За все.

— ...Пожалуйста будь конкретнее, чтобы я мог понять, — щелкнул я по ее носу.

— Хих, — только усмехнулась она, — Знаешь... — замолчала она, после чего через пару секунд продолжила, — Я... когда это началось... я была... ну просто...

— Просто разучилась членораздельно говорить.

— Заткнись! — попыталась она меня ударить, — Я пытаюсь высказать то, что лежит у меня на душе, а ты меня смешишь! Пфха-ха-ха-ха!

— Ладно-ладно, — продолжал я играть с ее волосами, — Я буду молчать.

— Хи... — закончила она, после чего продолжила, — Когда это началось, я была на улице, вместе с толпами других людей. Я помню, как мама решила пораньше поднять нас всех и повести по магазинам, так как скоро я поступала в универ. Я... помню, как она говорила и смеялась, что вскоре у меня не будет отбоя от парней, поэтому и выглядеть нужно соответствующе, а еще она говорила всегда пользоваться презервативами. Я смущалась, а она была довольна моей реакцией. Папа же был немного раздражен. Он не любил ходить за покупками, но знал, что это было необходимо. Он был таким... слегка закрытым человеком, который редко открывал нам эмоции, но всегда заботился и думал о нас. Там еще была моя заспавшаяся сестра... Она все ныла и ныла о первом сентября, когда ей придется вернуться в школу. А я смеялась над ней, понимая, что ей еще учиться и учиться. Но потом... Словно в фильме, или я не знаю... Но они просто появились из неоткуда... их было много... Паника... крики... я бежала... Родители затерялись где-то в толпе, а монстров становилось все больше... Я схватила руку сестры и убегала... убегала и убегала... я видела трупы... кровь... и монстров... я просто бежала, так как больше ничего не могла... они даже на нас накидывались... но я держала за руку сестру и бежала... я мало что помню, все... туман был в голове... Я бежала и бежала... пока не забежала в безопасный угол. Там никого не было... я не помню, но... обернувшись... я хотела увидеть сестру... но... там... — полились слезы, — Была только рука... ничего более... только ее рука!

Она начала плакать, а я продолжал слушать. Ей было тяжело, и я мог только вытереть ее слезы и сопли.

Отдышавшись, она продолжила.

— Я пошла ее искать... и родителей. Шла долго, но были только трупы... трупы людей... И... я нашла родителей и сестру... Гоблины... Они разорвали тело моего отца и насиловали трупы моей матери и сестры... — смогла выговорить она. Ее тело дрожало, она закусила губу до крови, чтобы не зареветь, и удержалась. — Поэтому спасибо, что ты убил тех тварей, когда я не могла ничего сделать, спасибо, Люк.

— ...

Я решил не отвечать, а просто продолжать сидеть рядом. Ей не нужны были слова, это... просто накопившееся что-то внутри... Нужно просто выговориться и поплакать.

Так прошло около пяти минут, пока она не очнулась и не вернулась в свое обычное состояние.

— А теперь о наших отношениях, — резко заговорила она.

— П-хах! — подавился с своей слюной, — Как ты быстро меняешь тему разговора!

— Ну типа да, — просто пожала она плечами, будто ничего не происходило, — Мне стало легче, невероятно легче.

— Понял... так что на счет отношений?

— Ты меня любишь? — резко начала она.

— Я...

— Только честно. Я имею в виду, — опустила она голову, — Я хочу знать правду. Как-никак я начала эту инициативу и заставила тебя чуть ли не влюбиться в меня.

— Но разве не этого ты хотела?

— Хотела... но теперь не хочу. Я хотела иметь при себе симпатичного парня, который был бы мне по душе, был бы сильным и умелым в постели. И да, я нашла тебя, Люк. Я просто хотела личного стража, с которым можно было провести время.

— Это я и так знаю, но...

— Я влюбилась.

— ...

— Да Люк, я влюбилась в тебя, странное чувство, когда хочешь использовать человека, но влюбляешься в него, хех... Люк, именно поэтому скажи мне правду, мне не нужны односторонние отношения или твоя зависимость, я хочу знать есть ли у тебя ко мне чувства или нет, без вранья, я не обижусь, так как сама виновата. Люк, просто скажи мне, как есть, прошу.

— ...

Это было сложно.

Я не особо задумывался над чувствами... не время, да и не умею...

Подумав, я пытался правильно описать, что чувствую. Наконец, прошла целая минута в тишине, прежде чем я ответил:

— Нет.

— ...

Что-то кольнуло внутри... Ее лицо стало пепельным и неживым, пытаясь осмыслить мои слова.

— Я бы не назвал это любовью, скорее симпатия. Мне нравится твое тело, характер и твои действия, я испытываю к тебе симпатию, но не что-то более.

— ...А... Что для тебя любовь, Люк? — подала она голос.

— Я не знаю, по-честному, я не любил кого-либо из девушек, только маму, но это не то. Я видел красивых девушек, я видел милых, симпатичных и приятных, но я не знаю какого любить в таком смысле. Я... лишь могу сказать, что для меня любовь – это что-то более сильное, нежели симпатия, но я не знаю что, — честно ответил я, ожидая ее реакции.

— Пфх-хих, — издала она смешок и улыбнулась.

— Что такое?

— Хи-хи-хи, нет, я просто поняла, что есть еще над чем работать. Люк, не думай, что из-за этого наши отношения закончатся, не-не-не, — покачала она пальцем перед моим носом, — Я просто недостаточно влюбила тебя в себя.

— Пфхах, серьезно?

— Да! Это теперь моя цель, красавчик! Я неудержимая и не остановлюсь!

— Ха-ха-ха, конечно!

Мы оба были разгорячены. Вот-вот мы бы сплелись в объятиях, смешивая наши телесные жидкости, как...

*Пом! *

Раздался хлопок и небо потемнело.

***

Со стороны Алекса.

Отойдя в сторонку, он встретился со своей нынешней девушкой, которую он решил завести, чтобы снять немного стресса, да и почувствовать себя живее.

С виду девушка не была какой-либо особенной, брюнетка, хорошая фигура, но ничем особо не выделялась.

— Нам надо расстаться, — резко проговорил Алекс, смотря на шокированное лицо девушки.

— Почему? — начала протестовать она, — Тебя фигура не устроила? Или что? Если фигура, то я найду навык...

— Да не надо, — махнул он рукой, — Не в фигуре дело, мне как раз нравятся вот такой типаж, как ты, — да, Алекс предпочитал максимально обычных девушек, — Я хочу расстаться не из-за тебя, или того, что ты сделала что-то не то. У меня просто... эх, короче слишком много дел, на отношения времени нет.

— Но...

— Не беспокойся, я знаю, что ты со мной только из-за моего статуса, для тебя это ничем особым не обернется, лучше найди себе подходящего парня, хотя... слишком мало парней осталось... В общем, я уже все сказал.

Ей не оставалось ничего, кроме как принять это.

Развернувшись, Алекс направился к одной крыше, чтобы в одиночестве многое разобрать. Он был неспокоен и уставшим последнее время, а последняя точка кипения была в...

[Номер тринадцать говорит, что кто-то скоро умрет]

...этой херне.

***

Это началось еще до апокалипсиса. Обычная маленькая съемная комнатка была пропитана запахом пота. Внутри царил страшный беспорядок, а пыль покрывала почти все поверхности. Вещи разбросаны повсюду, а запах грязных носков стал обычным. Грязная посуда уже срослась с раковиной, образуя новый организм, а от туалета несло тем еще дерьмом. Света не было, как и воды, а дряхлое и заросшее тело лежало на грязном матрасе, тупо глядя в потолок.

Знакомитесь, Алекс.

Не так давно, примерно год назад, его бросила девушка, которую он любил. Все могло бы быть просто, но вот только он знал причину того, что его бросили – его никчемность. Увы, но Алекс не вышел ни фигурой, ни лицом, ни харизмой или знаниями. С трудом он закончил медицинский, после чего не смог найти постоянную работу, ведь у него не было «опыта работы». Неудачи за неудачей преследовали его, но его девушка давала ему сил верить, что даже такой неудачник сможет сделать ее счастливой. Ничего, с нуля, с самых низов, начиная с простенько однокомнатной квартиры и медбрата, но потом он купит свой коттедж и станет главврачом, но... Это были лишь мечты.  Не каждая девушка захочет ждать. И она его бросила. Ее внешность была прекрасной, начиная от груди, заканчивая ресницами. Она была божеством.

Как такая, как она выбрала столь захудалого парня, как он? Алекс не знал, но он радовался и стремился сделать ее счастливой.

Но...

Это было концом.

Она ушла, а все его надежды были обрезаны и сожжены. После он узнал, от ее подруг, что она встречается с богатеньким парнишкой, сыном какого-то депутата. Им было весело... Он мог обеспечить ей счастье, он... чтобы он сдох!

Но Алекс был не в силах сделать что либо, поэтому медленно он впадал в депрессию. Иногда он вступал в короткие отношения со средненькими девушками, чтобы потешить свое эго, но также быстро они и заканчивались.

И теперь, это тело просто лежало и смотрело в пустоту. Его живот урчал, говоря о голоде, но он хотел голодать, ведь встать и что-то приготовить казалось таким тяжелым... Он хотел пить, но вода была далеко. От него шел сильный запах пота, но он даже подняться не мог, какой душ? Его мочевой пузырь вот-вот лопнет, но... пусть лопается.

Депрессия.

Никаких мыслей, кроме смерти.

Чтобы на меня упал метеорит, и я умер без страданий.

Он потерял какой-либо смысл бороться за жизнь, постоянно загоняя себя все ниже и ниже. Уже даже его родители отвернулись от такого тела, не видя в нем пользы.

Да, если от тебя нет никакой пользы, то ты никому не нужен – так устроен мир.

Его друзья, практически все ушли, остались только самые верные.

И в этот момент к нему вломились.

Может это грабители, которые убьют его и все закончится? А нет, это мои друзья. Их было трое, Гена, Никита и Наташа. Единственные остались.

Я особо их не слушал, но Гена подхватил меня подмышки и понес в ванную с криком:

— Ща будем тебя выводить, а то запустился совсем!

Просто оставьте меня умирать.

Никита и Наташа принялись за уборку, когда Гена силой заставил меня принять душ.

Блять, бьют еще... лучше поскользнуться и разбить голову об пол.

В итоге Алекс привел себя в порядок, а его комната стала вглядеться чуть более живой.

— Пошли бухать, — облокотился на него Гена.

— Н-не... — пытался отвертится Алекс.

— Это обязательно, — подоспел Никита.

Вот черт... Я уже не могу отвертеться.

В итоге меня выгуляли и выпоили. Удивительно, но этот вечер был гораздо приятнее, чем я мог думать. Мысли о прошлом хоть ненадолго покинули меня. Но проблема вовсе не решилась. Если вам кажется, что вывести человека из тяжелой депрессии очень просто, нужно всего-то сказать ему мотивационную речь, или запугать, или силой заставить что-то делать, то да, на время ему станет лучше, но на следующий день все вернется на круги своя.

Но мои друзья были не из робкого десятка. На следующий день, последующий, неделя и месяцы, они не сдавались и вытаскивали меня из такого жопного состояния. И я вышел. Только вот приобрел привычку курить.

Так жизнь снова пошла для меня своим чередом. Пусть и заново с нуля, но хоть в этот раз я достигну чего-то большего!

Наша комната, была ночь, мы закупились всякой жрачкой и алкоголем, чтобы просто повеселиться. Никита притащил приставку, после чего я и Гена соревновались, но по итогу мастерство не пропьешь!

— Чертов задрот, — выругался Гена, увидев очередное фаталити своего персонажа.

— Му-ха-ха-ха! Просто признай свою никчемность, смерд, — смеялся я.

— Ах, я ведь помню, как еще со школы Алекс либо в новеллах зависал, либо в играх очередных, — вздохнула Наташа.

— Да, ты еще тот задрот, — добавил Никита, — Был им и остался.

Да, я любил читать фэнтэзи новеллы, играть в игры, короче весело проводить жизнь.

— Что дальше планируешь? — задал вопрос Гена, выбирая своего любимого Скорпиона.

— Я? Найти работу, врачом вряд ли, вроде везде нужны, а вроде и нахер посылают. Да и, если возьмут, то это будет похуже, чем быть, тем же курьером.

— Нахуя ты врачом-то стал?

— А кто еще им должен быть? — покачал я головой, — На таких, как я, точнее на долбаебах, которые выбирают самые сложные жизненные пути, а именно помощь людям, на таких и держится это общество. Врачей боятся, ненавидят, все эти антипрививочники и полные дауны, которые нихуя не шарят, но любят доказать, что «Ты делаешь не правильно, ведь в инете по другому!»... Эх... Вот еще есть учителя, их ненавидят и родители, и дети, условия работы ужасны, но они блять нужны, иначе все пойдет по пизде.

— Все и так идет по пизде, — отрапортовал Гена.

— Ну да... но главное, чтобы у этого влагалища не начался некроз, иначе это общество пойдет ко дну окончательно.

— Парни, здесь вообще-то девушка есть, хватит про влагалища говорить, — вмешалась Наташа.

— Вот именно! К хуям все идет! — вставил Никита, отчего все заржались. Шутка была не смешной или остроумной, но алкоголь и веселая компания сделали свое.

Так мы и веселились, пока не наступило утро...

***

Начался откровенный пиздец. Но нам на первое время повезло, так как мы оказались дома, за закрытыми дверьми.

Сначала было непонимание, потом шок и паника, а затем принятие и решение.

Вот только мы не были столь везучими...

Кровь...

Я связанный лежу один в крови и моче... запах гниения уже давно пропитал эту комнату...

Я помню, как нас поймали... черные пречерные безумные глаза...

Нам просто не повезло... нас повязали... первой пошла Наташа... Я слышал ее крики, крики боли... ее явно насиловали и пытали... Потом шел Никита... и тишина... Я видел лишь их улыбки и наслаждение... И дальше пошел Гена.

Никто не вернулся.

Мои друзья, что поддержали меня в самую трудную минуту и не отвернулись, когда весь мир меня бросил. Моя девушка ушла из-за того, что я не оправдал ее ожиданий, мои родители прекратили со мной связываться, ведь я не оправдал их надежд, я сам себя бросил, ведь не смог оправдать свои мечты... только они...

Тишина.

Их крики прекратились...

Их смех закончился...

Абсолютная давящая тишина... и одиночество...

Я потерял их... запах крови и крики отчетливо мне говорили... И... я боялся... боялся и боялся...

Я боялся смерти.

Мечты умереть в муках или от случайности... каким я был идиотом... бесполезным... никчемным... таким и остался... ничего не смог... Но... я боюсь... боюсь... не хочу... пожалуйста, не трогайте хотя бы меня...

И так шло время, думаю прошло примерно два дня или больше.

Я уже потерял счет времени... и ждал конца этих мучений... И, наконец, когда дверь открылась, я увидел его...

Молодой пацан, который толком и жизнь не повидал, у которого были свои сложности в жизни, и который также оказался в этом дерьме. Но... он был жив, его глаза были живыми, и он дал жизнь мне.

«Люк... мелкий ты читерный косой засранец... спасибо.»

***

И вот, я снова стою здесь на крыше, и слушаю его.

— Повтори.

[Номер тринадцать говорит, что скоро кто-то умрет]

— Ясно... кто? Хотя я уже догадываюсь, я? — совершенно спокойно ответил Алекс.

[Номер тринадцать не может ответить конкретно]

— Ясно, получается есть ограничения на информацию, поэтому смысла спрашивать о том, кто ты нет. Хотя я могу предположить на счет некоего администратора.

[...]

— Понятно, тогда что мне сделать, чтобы не умереть?

[Тринадцатый...]

[Ничего]

— Ясно... но ведь есть подвох, так ведь?

[Верно]

— Умрет... кто-то другой?

[Да]

— ...Дерьмо лошадиное, — выругался я.

Судя по развитию сюжета, это будет кто-то важный для меня.

[Так и есть]

Значит ты и мысли можешь читать... хуев администратор.

[Понимаю]

Но... почему ты решил предупредить? Я уверен, что это не совсем по правилам этого мира, так ведь? Я очень догадливый, как никак прочитал сотню новелл с системными мирами.

[Да, мне нельзя говорить, а причину ты поймешь потом, но она есть, но ты ее не поймешь сейчас]

Говоришь, как дебил.

[Как умею, ты не лучше, я бы сказал]

Блять... меня оскорбляет администратор! Где подать жалобу!

[Нигде]

Сука! Тогда... что ты еще можешь мне сказать?

[Это зависит от того выживешь ли ты или нет. Но в любом случае, Алексей, Алекс или просто Леха]

Просто Алекс.

[Неважно, если ты выживешь, то я предупрежу тебя заранее, чтобы ты опасался некоторых персонажей]

Каких?

[Чье имя начинается на «Л»]

Смысле? Ты хочешь, чтобы я опасался чуть ли не миллионы людей, у которых имена на Л? А как же смена имени, прозвища и...

[Хватит, я имею в виду важных персонажей, которые будут взаимодействовать в истории. Тот же Люк и ты, ваше имена начинаются с буквы Л]

Вообще-то с А.

[Так и знал, что так ответишь]

Он... усмехнулся? Пошутил? Воу.

[Я... все сказал, просто хочу, чтобы ты был готов к смертям и поражению]

Ух... Ты хочешь сказать, что умрет Люк?

[...]

— Сука... ну нет... блять! Кто автор этой санины!?

[Просто смирись, таковы правила]

— Ты хочешь, чтобы я смирился со смертью своего друга? Ты ебанулся? Ты охуел? Ты... Блять! Этот пиздюк буквально дал мне жизнь и стремление жить, он вытащил меня из самой разложившийся пизды, но по итогу я нихрена не смог! Нахуй кому это лечение нужно, когда я людей не могу спасти! Но он... он мог. Он мог убить, ради спасения, или покалечить себя, отказаться от своей мечты ради других! А я!? А я тот еще дряхлый хуй! Ничего не смог. И ты говоришь, что он умрет... ты охуел, дядя.

[Тогда не боишься ли ты смерти?]

— ...Боюсь... очень боюсь... Честно, то даже Люк меня пугает... Я ведь помню те черные глаза, которые теперь носит он, и... это страшно... И я ненавижу себя за этот страх.

[Смог бы ты умереть за него?]

— Я... сука... я бы напиздел, сказав, что да... В действительности я простое сыкло. Я не смогу... но очень хочу.

[Ясно, думаю пора]

— Что, пора?

И тут раздался хлопок. Сам воздух сжался, отчего дышать стало невозможно. Раздался второй, и небо с солнцем поглотила тьма.

Настал приход настоящего ужаса.