Тяжёлые шаги отдавались глухим эхом в бесконечных переходах старого подземного комплекса. Юта шёл позади Первого Советника, не отставая, но и не торопясь. Прямо перед ним — широкая спина фигуры, окутанной в черный плащ. Он был известен как Перый советник, который также являлся его дядей — один из самых влиятельных, но одновременно и самых скрытных фигур Совета. И теперь — его “союзник”.

Юта (мысленно):

Что ж… хоть я и объединился с Серым призраком, и Первым Советником, я всё равно не могу доверять Советнику. Не после того, что я узнал. Всё во мне восстаёт против его слов, против его спокойного, ледяного тона. Он может говорить о мире, но за его словами — кровь, интриги, предательства, и особенно то что он сделал с моей матерью, Мерзко. Противно. Но я должен вести себя соответственно. Я хочу его прихлопнуть — прямо здесь, сейчас. Но не могу. Не пока мы оба не закончим то, ради чего объединились. Остановить весь этот кошмар… хотя бы ради Мию, и остальных.

Советник 1 (оборачивается, голос хриплый, будто просачивается сквозь туман):

— Юта. Алё. Юта? Ты меня слышишь?

Юта слегка вздрогнул, но быстро взял себя в руки.

Юта (неохотно, чуть устало):

— Да-да. Слышу. Просто… задумался кое о чём.

Советник 1 (задержав на нём взгляд):

— О прошлом?

Юта:

— О настоящем. И о будущем.

(короткая пауза)

Так вот… куда мы направляемся, наконец расскажешь?

Советник продолжил идти вперёд. Его плащ слегка развевался от движения.

Советник 1:

— В самый центр. Туда, где находится всё. Истоки. Сердце Системы. Там, где зародилась Легенда. Там, где мы поставим точку… или начнём сначала.

Юта чуть приподнял бровь.

Юта:

— А как же остальные Советники? Ты… ты за них не переживаешь?

Советник не сразу ответил. Он шёл, будто обдумывая ответ, а затем тихо произнёс:

Советник 1:

— Вряд ли они остались в живых. Ты сам видел. Там, в зале, всё было залито кровью. На стены, пол, кресла — как бойня. На них напали.

Юта:

— Но тел там не было. Только кровь.

Советник остановился. Обернулся через плечо, глаза его блестели едва заметным холодом.

Советник 1:

— Что ж… в этом ты прав.

(короткая пауза)

Никогда не говори “никогда”. Но… знаешь, я не чувствую к ним особого сочувствия. Ни скорби, ни тревоги. Каждый знал, на что идёт.

Юта нахмурился.

Юта:

— Разве вы не были союзниками? У вас же была общая цель — “сделать мир лучше”, как ты говорил.

Советник отвернулся.

Советник 1 (безэмоционально):

— Цель останется. Напарники могут меняться.

Юта (вздохнув, про себя):

Короче… ничего неожиданного. Типичный мудак. Эгоист. Ему плевать на союзников, на друзей. Он сам себе закон. Такие люди никогда не спасают мир — они его только переделывают под себя.

Они продолжили идти. Тишина давила, словно воздух становился гуще. Иногда где-то вдалеке доносились металлические скрежеты или отголоски старых механизмов. Система подземелий была словно живым организмом, дышащим через вентиляцию и сны прошлого.

Советник 1:

— Ты злишься. Это читается в каждом твоём шаге.

Юта:

— Я злюсь на многое. На себя. На то, что позволил этому всему зайти так далеко. На то, что должен работать с тобой.

Советник 1:

— И всё же ты идёшь со мной.

Юта:

— Потому что знаю: если сейчас я не дойду до конца, всё это повторится. Мию… не выдержит второго круга ада. И я — тоже.

Советник остановился у массивной двери, покрытой символами, которые, казалось, дышали тьмой. Он положил ладонь на панель сбоку. Свет мигнул. Замки щёлкнули.

Советник 1:

— Тогда давай покончим с этим. Добро пожаловать в Сердце.

Дверь медленно открылась.

Юта почувствовал, как у него по спине пробежал холодок. Из-за порога повеяло… чем-то древним. Старше, чем их культ, чем легенды, чем сама реальность.

Что-то ждало их внутри.

Несколько лет назад…

Тусклый свет едва пробивался сквозь ржавую решётку вентиляции в углу потолка. В комнате стоял полумрак, стены были голыми, пахло пылью, металлом и чем-то ещё — кислым, химическим, как в старых лабораториях. Мукодзё медленно вошёл в помещение, тяжело ступая, и тут же замер.

В углу, будто тень, стоял человек. Весь в чёрном. Плащ, ботинки, перчатки — всё поглощало свет. Его лицо было скрыто под чёрной балаклавой, не оставлявшей ни единого намёка на черты — даже глаза казались затенёнными. Он стоял спокойно, не двигаясь, как будто уже давно ждал.

Мукодзё (низким голосом, глухо):

— Кто ты?

В одно мгновение топор оказался в его руках, а в следующее — уже у горла незнакомца. Сталь почти касалась ткани балаклавы.

Мукодзё (более угрожающе):

— Отвечай быстро, пока не располовинил тебя надвое.

Незнакомец лишь слегка поднял ладони.

???:

— Оп-оп, тихо. Спокойно. Я здесь не чтобы драться.

Мукодзё:

— Тогда говори, что тебе надо.

???:

— Называйте меня… Черноликс. Я пришёл с предложением, от которого, уверен, вы не откажетесь.

Мукодзё медленно отступил, опустив топор, но не убрал его совсем.

Мукодзё:

— Черноликс… странное имя. Ну, допустим. Что за предложение?

Незнакомец подошёл к столу, аккуратно поставив на него металлический кейс. Его движения были чёткими, безмятежными — не было ни капли страха.

Черноликс:

— Я много о вас знаю, господин Мукодзё. Даже больше, чем позволено. Я знаю, что вы были сильны когда-то. Но теперь — вы слабее, и вам потребуется, может, десятилетия, чтобы восстановиться полностью… если вообще дадут. Совет Восьми… другие… они не вечны в своей лояльности. Если вы не оправдаете их ожиданий, они с радостью сотрут вас.

Мукодзё (с прищуром):

— Это всё я знаю и без тебя. Ты теряешь моё время.

Черноликс:

— Позвольте мне помочь. У меня есть устройство — инъекционный аппарат. Внутри — формула, разработанная мной лично. Она не магическая, не демоническая — а чистая наука и гений. С её помощью вы сможете вернуть силу… за годы, а не десятилетия. Сила, с которой никто не сравнится.

Мукодзё хмыкнул, но в глазах мелькнуло любопытство.

Мукодзё:

— И в чём твоя выгода, Черноликс?

Черноликс:

— Моё тело… не выдержит такой нагрузки. Я создал это не для себя. Но вы — идеальный сосуд. Взамен я прошу только одного: позвольте мне быть рядом. Наблюдать. Направлять. И когда придёт время — использовать вашу силу, чтобы стереть нынешний порядок.

Мукодзё (холодно):

— Хм. Слишком удобно. Слишком подозрительно. И слишком самонадеянно. Что, если это яд? Или наркотик? Или просто развод?

Черноликс (мгновенно):

— Тогда убейте меня. Но сначала… я докажу.

Он достал небольшой шприц из кейса, быстро набрал полдозы и воткнул иглу себе в шею. Выдохнул.

Черноликс:

— Вот. Видите? Жив. Не дергаюсь. Не умираю. Никаких галлюцинаций. Стабилен.

Мукодзё молча наблюдал, лицо его не выражало эмоций. Он шагнул ближе и… схватил Черноликса за ворот. Поднял его чуть над полом.

Мукодзё:

— Ты даже не дрогнул. Ты что, не боишься меня?

Черноликс (еле заметная усмешка под маской):

— Не уверен, кто из нас должен бояться кого.

Некоторое время они смотрели друг на друга. Затем Мукодзё резко отпустил его.

Мукодзё (глухо):

— Ты… интересный ублюдок. Хорошо. Я попробую твою “чудо-смесь”. Но при одном условии.

Черноликс (наклоняя голову):

— Слушаю.

Мукодзё:

— Сними маску. Покажи лицо.

Пауза. Тяжёлая.

Черноликс (ровно):

— Господин Мукодзё… боюсь, вы меня не поняли. Правила устанавливаю здесь я. Моё лицо — это последняя тайна, и она останется при мне. Вы можете отрезать мне руку, можете выбросить меня отсюда, но… не требуйте этого.

Мукодзё (тихо, мрачно):

— Ты не боишься умереть?

Черноликс:

— Я боюсь потратить время зря. И я не собираюсь умирать… пока не закончу то, ради чего пришёл.

Мукодзё долго молчал, затем кивнул.

Мукодзё:

— Ладно. Согласен. Но знай… я слежу за тобой. Шаг в сторону — и я распотрошу тебя, как свинью.

Черноликс (чуть кивнув):

— Принято. Приятно иметь с вами дело, господин Мукодзё.

Мукодзё (в полголоса):

— Посмотрим, насколько ты “приятный” в деле.

Всё было решено. Но ни один из них тогда не знал, что этот день станет началом чего-то куда большего… чем просто сделка между двумя тенями.