Тусклый свет солнца пробивался сквозь тучи, стелящиеся низко над тропой. Воздух был пропитан сыростью и усталостью, как будто сама земля знала, что их путь не будет лёгким.

— Извини, Казуки… но сколько нам ещё идти? — голос Кадзухиро дрожал от усталости. Он тяжело дышал, шаркая ногами по мокрой траве. — Меня уже не держат ноги.

Казуки, идущий впереди с неослабной решимостью, обернулся. Его лицо было напряжённым, но в глазах светилось понимание.

— Потерпи ещё немного. Скоро устроим привал. Чуть-чуть осталось.

— Напомни… куда мы сейчас идем? — Кадзухиро задыхался, как будто каждое слово давалось с усилием. Он пригнулся, положив руки на колени.

— К Совету Восьми, — спокойно ответил Казуки. — Если мы хотим найти Юту — только они могут знать, где он.

Кадзухиро кивнул, словно не до конца понимая масштаб их цели.

— Хорошо… Тогда поспешим. Он может быть в беде…

Спустя несколько часов.

Дождь начался внезапно, моросящий и ледяной, он казался ещё одной проверкой на прочность. Тропа превратилась в вязкое месиво, и даже Казуки начал замедлять шаг. Он остановился у поваленного дерева, глядя на Кадзухиро, который уже почти падал с ног.

— Надо устроить привал. Ты на пределе.

— Нет! Юта… он же ждёт… Мы не можем его оставить! — Кадзухиро говорил сквозь стиснутые зубы, руки дрожали, как у человека, балансирующего на грани. — Мы должны идти дальше…

Казуки подошёл ближе, положил руку ему на плечо.

— Ты должен отдохнуть и поесть. Я понимаю, каждая секунда на счету, но если ты свалишься — ты станешь бесполезен. Там, куда мы идем, будет не до героизма. Там нужны силы. Разум. Чистая голова.

Он достал из рюкзака жестяную банку, и не глядя кинул Кадзухиро. Консерва ударилась о землю с глухим звуком.

— Приятного аппетита.

— Спасибо… — Кадзухиро опустился на колени, открыл банку и жадно начал есть. Даже вкус не ощущался — лишь желание заполнить пустоту в желудке и теле.

Несколько минут они сидели молча, под слабым стуком дождя.

Потом Кадзухиро вдруг повернулся к нему, не отрывая взгляда.

— Слушай… А откуда ты вообще знаешь, где находится Совет Восьми?

Казуки не ответил сразу. Он задумался, будто выбирая слова, а потом вздохнул и прислонился к дереву.

— Как бы тебе сказать… Я был их подчинённым.

Кадзухиро застыл. Ложка застыла у его губ, он медленно опустил её в банку.

— Подчинённым?! — он нахмурился. — Ты же всегда говорил, что ненавидишь их. Что они используют людей, манипулируют жизнями, творят тьму под видом “высшей цели”.

Казуки посмотрел вдаль, в темнеющий лес, словно вспоминая что-то, что не хотел вспоминать.

— Так и есть. Но когда-то… я верил в них. Верил, что они делают правильное. Я был юн и полон идеалов. Я служил им… пока не увидел, что скрывается за их словами.

— И что же ты увидел? — прошептал Кадзухиро, не отрывая взгляда.

— Боль. Жестокость. И ложь, покрытая красивыми речами о порядке и равновесии. Они манипулируют судьбами, как куклами. В том числе… судьбой Юты.

Кадзухиро сжал кулаки. Его дыхание участилось.

— Тогда почему мы идём к ним?

Казуки посмотрел на него — прямо, сурово.

— Потому что иногда, чтобы спасти того, кто тебе дорог… нужно взглянуть в лицо своим старым демонам.

Кадзухиро замолчал, всё ещё переваривая услышанное. Он смотрел на Казуки с недоверием, которое постепенно превращалось в глухую тревогу.

— И сколько времени ты был с ними?

Казуки не ответил сразу. Он провёл ладонью по лицу, будто стирая пыль воспоминаний.

— Почти два года. Сначала я просто доставлял сообщения. Потом начал выполнять задания. А позже… я стал частью их внутренних кругов. Мне доверяли. Я знал пароли, хранилища, маршруты.

— Ты… был шпионом? — голос Кадзухиро сорвался. — Ты убивал ради них?

Казуки медленно кивнул.

— Да.

Наступила тишина. Только капли дождя по-прежнему барабанили по листьям, создавая глухой, почти монотонный ритм.

— Почему ты мне не сказал раньше? — в голосе Кадзухиро зазвучали нотки боли. — Ты ведь знал, что я ищу Юту. Что я готов на всё, чтобы спасти его. И всё это время ты… ты молчал!

Казуки опустил голову.

— Потому что знал, что ты так отреагируешь. Я боялся потерять доверие. Ты же видел, сколько людей погибло из-за них. Я один из немногих, кто выжил… кто выбрал уйти.

— И ты думаешь, этого достаточно? — Кадзухиро встал, шагнул вперёд. — Просто взять и уйти? Как будто ничего не было? Как будто ты не…

Он замолчал. Его кулаки дрожали.

Казуки поднял взгляд.

— Нет. Я не думаю, что этого достаточно. Именно поэтому я здесь. Именно поэтому я иду с тобой. Чтобы искупить то, что сделал. Чтобы найти Юту… и, если надо, умереть за него.

— Ты слишком легко говоришь о смерти, — с горечью сказал Кадзухиро. — А ты пробовал жить с виной? Каждый день? С мыслью, что мог бы спасти кого-то, но не спас?

— Каждый день, — просто ответил Казуки. — Каждую ночь вижу тех, кого отправил на смерть по их приказу.

Небо над ними окончательно потемнело, день стремительно переходил в вечер. Тишина снова опустилась между ними, но она уже была другой — не неловкой, а тяжёлой, наполненной смыслами, которые не укладывались в слова.

Кадзухиро сел обратно, не глядя на Казуки.

— Знаешь… я всегда думал, что ты просто упрямый. Упрямый, но честный. Теперь я не знаю, кто ты.

— Может, ты прав. Может, я сам не знаю, кто я. — Казуки вытащил из внутреннего кармана маленький кусочек ткани — порванную нашивку с символом восьми сторон. Он бросил её в костёр, и она вспыхнула на мгновение. — Но я знаю, кем я больше не хочу быть.

— Тогда докажи это, — произнёс Кадзухиро после паузы. — Не словами. Действием. Найдём Юту… и вытащим его. А если Совет станет на пути — мы уничтожим его. Вместе.

Казуки посмотрел на него и чуть заметно кивнул.

— Вместе.

Прошло несколько дней.

Дорога тянулась бесконечной чередой троп, лесных переходов и туманных равнин. Казалось, что сама местность испытывала их, бросая то жар, то сырость, то тяжелую тишину, от которой замирало сердце.

Казуки и Кадзухиро шаг за шагом приближались к цели. Порой они останавливались — чтобы поесть, немного поспать, согреться у костра. Их разговоры стали глубже: от случайных воспоминаний они незаметно перешли к мыслям о себе, о жизни, о боли, которую они пронесли через года.

— Ты когда-нибудь думал, как будет выглядеть Юта, когда мы его найдём? — спросил однажды Кадзухиро, сидя у костра, укутавшись в плащ.

Казуки покачал головой.

— Я не знаю… Но боюсь, что он изменился. Мы все меняемся, когда нас ломают.

— Но он силён… я верю в него. Даже если они пытались его использовать, он — не один из них. Я это знаю.

— Знаешь… ты напоминаешь мне, каким я был. До всего этого. Когда ещё верил, что вера в человека — это сила, а не слабость.

Кадзухиро усмехнулся.

— А может, я просто упрямый идиот, который цепляется за надежду, потому что иначе сойду с ума.

— Иногда — именно такие идиоты и спасают мир.

Так проходили дни. Один за другим. Тихо. Сдержанно. С тревогой внутри.

И вот, наконец, они добрались до места.

Один из входов в территорию Совета Восьми. Тот самый, который знали немногие. Он был скрыт в расщелине между двух огромных скал, где вечный туман висел в воздухе даже днём. Всё вокруг казалось застывшим — ни птиц, ни шороха. Только тишина, слишком плотная, чтобы быть естественной.

— Там. Видишь? — шепнул Казуки, указывая на два силуэта у входа.

Кадзухиро прищурился. Стража. Как и ожидалось.

— Что будем делать?

— Ждать. Они сменяются ночью. Есть короткий промежуток, когда одни уходят, а другие ещё не подошли. Мы проскользнём.

Они укрылись в кустах, обросших мхом. Время тянулось медленно. Минуты казались часами. Мышцы сводило от напряжения, дыхание старались сдерживать. Казалось, что сердце бьётся слишком громко.

— Слушай, — тихо произнёс Кадзухиро, — если нас поймают…

— Нас не поймают, — перебил Казуки. — Мы не имеем права на провал. Он — там. Я чувствую это.

— Иногда я завидую твоей уверенности.

— Это не уверенность. Это долг.

И вдруг…

Треск. Шорох. Звук сломанной ветки.

Оба замерли. Сердце Кадзухиро подпрыгнуло в груди.

— Кто там?! — громкий голос разорвал тишину.

Фонарь резко зажёгся в руках одного из стражников. Луч света стал скользить по кустам.

— А ну, покажись! — голос стал злее, тревожнее. — Я слышал! Кто-то есть!

Шаги. Тяжёлые, быстрые. Незнакомец направился прямо к их укрытию.

Кадзухиро задержал дыхание. Он и Казуки лежали неподвижно, сжавшись, будто сливаясь с землёй. Но всё было бесполезно. Кто-то шёл прямо на них.

Раздался хруст ещё одной ветки. Тень нависла над кустами.

— Эй… ты! Что ты там делаешь? Выходи, живо!

Секунды растянулись в вечность. Казуки нащупал нож на поясе, взглядом предупредив Кадзухиро: будь готов.

Тот кивнул. Глаза встретились. Один взгляд — и всё стало ясно. Сейчас всё решится.

Незнакомец подошёл к кустам… шаг… ещё шаг… рука потянулась вперёд, чтобы раздвинуть вет…

(Конец главы. Продолжение следует…)