Юта очнулся от ощущения тяжести в голове. Сначала ему казалось, что он тонет в вязкой темноте, а потом внезапно – как будто его выдернули обратно в реальность. Он резко вдохнул, распахнув глаза. Первое, что он увидел – потолок, покрытый тёмными трещинами. Запах лекарства, смешанный с чем-то сладким, ударил в нос, вызывая лёгкое головокружение.

– О! Наконец-то проснулся! – раздался рядом весёлый, немного насмешливый голос.

Юта повернул голову и увидел Курауна. Тот, как всегда, выглядел беззаботным: лёгкая улыбка играла на его губах, а в глазах читалось детское озорство.

– Ты спал три дня, Юта! Прямо как в сказках! Ну же, скажи, что видел прекрасные сны? – Кураун наклонился ближе, склонив голову набок, будто ребёнок, поддразнивающий взрослого.

Юта резко сел, чувство тревоги накрыло его с головой.

– Три дня?! – выдохнул он, осознавая, сколько времени прошло.

Кураун только рассмеялся.

– Какой ты быстрый! Ещё секунду назад валялся без сознания, а теперь уже готов к бою!

Но Юте было не до шуток. Он толкнул Курауна, заставляя того немного отступить.

– Где Мию?! – голос Юты был твёрдым, почти приказным.

Кураун, не теряя своей обычной беспечной манеры, махнул рукой в сторону другой части комнаты.

– Она там, на лечебной койке.

Юта тут же вскочил и поспешил к месту, которое указал Кураун. Сердце колотилось, каждая секунда казалась вечностью.

Дойдя до Мию, он остановился. Она всё так же лежала без сознания. Лёгкие движения её груди говорили о том, что она жива, но её бледное лицо и общее состояние выглядели тревожно. Шрамы затянулись, но кожа всё ещё оставалась болезненно-бледной.

– Почему… – голос Юты дрожал. – Почему она не проснулась? Ты же сказал, что ей станет лучше через пару дней!

Он развернулся к Курауну, сжимая кулаки.

– Ты соврал мне?!

Кураун вздохнул, на его лице появилось что-то вроде сожаления, но в глазах всё ещё плясали искорки его вечного веселья.

– Юта, ты же понимаешь… – начал он мягко, скрестив руки на груди. – Ситуация с Мию сложная. Её тело было сильно повреждено. Даже если шрамы затянулись, внутренняя травма – это не то, что можно исправить за пару дней.

Юта не мог поверить в услышанное.

– Что ты хочешь сказать?

Кураун слегка наклонился вперёд, улыбаясь всё тем же детским голоском, но его слова звучали мрачно:

– Есть большая вероятность, что она больше никогда не сможет ходить.

Тишина, окутанная давящей тяжестью, застыла в комнате.

Юта почувствовал, как его дыхание перехватило.

– Нет…

– Юта, – продолжил Кураун, теперь уже более серьёзным тоном, – мы сделаем всё возможное. Я уже поставил своих лучших врачей, но…

Он сделал паузу, затем снова улыбнулся.

– Нам остаётся только верить в лучшее.

Но Юта не мог просто верить. Он сжал кулаки, его зубы стиснулись, а в груди поднялась тёмная волна гнева и отчаяния.

Он не мог просто смириться.

Юта сжал кулаки так сильно, что ногти впились в кожу. В груди кипела ярость, смешанная с беспомощностью. Он ненавидел это чувство. Он не мог просто сидеть и ждать.

– Я не могу просто сидеть и верить! – рявкнул он, разворачиваясь к Курауну.

Тот всё так же стоял в своём обычном расслабленном виде, ухмыляясь, словно происходящее было для него лишь очередной забавной игрой.

– Но это наш единственный вариант! – ответил он своим неизменным детским голоском, будто насмехаясь.

Юта стиснул зубы.

– Почему ты никогда не снимаешь свою глупую маску клоуна?! – голос его срывался, он почти кричал. – Почему ты всегда говоришь, как ребёнок?!

Кураун не ответил. Более того, он полностью проигнорировал вопрос, будто даже не слышал его.

Юта сузил глаза.

– Ты что, не слышишь меня? Я задал тебе вопрос!

Молчание.

Юта почувствовал, как его раздражение росло с каждой секундой.

– Кураун! Я сказал, ответь мне! Почему ты всегда ведёшь себя так, будто для тебя всё это – просто игра?!

Он шагнул ближе, глядя прямо в лицо Курауна, пытаясь разглядеть хоть какие-то эмоции под его вечно беззаботным выражением.

Но Кураун лишь смотрел на него.

Без улыбки.

Без привычной игривости.

Без ничего.

Его лицо было пустым.

Юта впервые увидел его таким.

Казалось, под маской он даже не дышал.

Юта нахмурился, собираясь сказать ещё что-то, но вдруг Кураун заговорил.

– Если ты не ответишь, то я…

Кураун резко перебил его.

– То ты что? – его голос всё ещё был детским, но теперь в нём слышалась странная, почти пугающая интонация. – Что ты сделаешь, Юта?

Юта замер.

Кураун наклонил голову набок, словно изучая его.

– Ты задаёшь слишком много вопросов. Как полицейский, ты должен быть более опытным, не так ли?

Юта стиснул зубы.

– Ты пытаешься увильнуть от ответа…

Но Кураун лишь усмехнулся и, не обращая внимания на его слова, сделал приглашающий жест рукой.

– Раз тебе так нужны ответы, иди за мной. Я отведу тебя в нашу библиотеку.

Юта прищурился.

– Библиотеку?

– Да, – Кураун снова улыбнулся. – Но учти, там веди себя тихо. И там ты сможешь узнать о нас… о Потерянных Детях.

Юта почувствовал, как что-то в его памяти дрогнуло.

– Потерянные Дети… – он повторил эти слова, но они казались ему странно знакомыми. – Я… я уже слышал это раньше. Но не могу вспомнить где…

Кураун только рассмеялся.

– Значит, пора тебе узнать правду, Юта.

Юта посмотрел на него, всё ещё сомневаясь, но затем кивнул.

– Хорошо. Пойдём.

Он сделал глубокий вдох, а затем добавил:

– И… прости, что накричал на тебя. Просто…

– Ничего страшного! – радостно перебил его Кураун, снова обретя свою привычную игривую интонацию. – Всё хорошо!

И прежде чем Юта успел моргнуть, Кураун вдруг вытянул руку перед собой и…

Фокус.

Из ниоткуда в его ладони появилась старая, потрёпанная книга с тёмной кожаной обложкой.

– Та-дам! – с улыбкой воскликнул Кураун. – Вот и книга, которую мы искали!

Юта замер, глядя на книгу.

На её обложке было выбито название:

“Потерянные Дети”

Что-то в этом названии заставило Юту почувствовать странное давление в груди.

Он присел на пол, Кураун сел рядом.

Юта медленно открыл книгу на первой странице.

Там было написано:

“Пусть эта история останется лишь шёпотом в темноте. Ведь тот, кто узнает её, уже никогда не сможет вернуться назад.”