Если спросить, какой регион на континенте самый хаотичный, большинство назовёт Юг. Прикрываясь мирным договором, страны там без конца ведут внутренние войны, и снова и снова расцветает резня.

На фоне рухнувшего порядка множатся бесчисленные разбойники и расползаются по всему краю, а знать думает лишь о собственной шкуре, так что улучшения не видно и в помине.

По сравнению с этим восток континента был относительно мирным.

Однако даже те, кто зарабатывал мечом в беспощадных условиях Юга, сторонились одного места. Тёмного города Годара.

Каким бы лютым ни был преступник, если он входил в Годару, преследовать его уже не смели.

Даже человек, ослеплённый неистовой жаждой мести, не пошёл бы за своим врагом в Годару.

Именно такие рассказы Айрен слышал бессчётное количество раз, пока шёл через восток континента. Да и кроме этого о городе ходило немало зловещих слухов.

Даже если правдой была бы лишь четверть из них, то это место всё равно оказалось бы адом на земле.

— ……

Но увиденное им внутри Годары почти ничем не отличалось от других городов.

Обычные прохожие, спокойно проходившие мимо него.

Обычные зазывалы, каких можно встретить где угодно.

Местные торговцы, в которых никто не заметил бы ничего странного, и покупатели, оживлённо с ними торговавшиеся.

Глядя на довольно чистые улицы, даже можно было подумать, что здесь лучше, чем во многих других местах.

Но Айрен Парейра не расслабил лица.

Слева. Справа. Сзади. Спереди.

Он чувствовал это.

Все смотрели на него.

И крепкий мужчина, и измученная жизнью тётка.

И дети, игравшие в переулке, и старик, наблюдавший за ними с умилением.

Словно весь город следил за ним. Это было странное чувство, какого он не испытывал нигде прежде.

тук

грох-грох-грох

— П-прошу прощения, простите! А, вот беда…

— Вот идиот… Простите. Простите.

В этот момент один из мужчин, шедших рядом и о чём-то болтавших, столкнулся с Айреном.

Фрукты из переполненной корзины раскатились по земле, подняв пыль. Оба с виноватым видом извинились, быстро всё подобрали и ушли.

Они были такими же. Ничем не отличались.

— Значит, вот какое это место.

Пробормотав это голосом, в котором не было ни ожидания, ни разочарования, Айрен снова пошёл вперёд.

Больше он по сторонам не смотрел. Местонахождение Игнет всё ещё оставалось неясным, но он двигался без малейших колебаний, будто цель уже была определена. И шёл дальше.

Через некоторое время он вышел на пустырь.

Остановившись посреди него, он сделал глоток воды, и тут к нему подошла группа людей.

Они были совсем не того уровня, что те, кого он встречал по дороге через восток.

Мужчина лет сорока с небольшим, стоявший впереди, заговорил:

— Я вижу, ты уверен в своём мастерстве. И по походке, и по взгляду. Да и то, как ты мгновенно понял, что мы за тобой следим, говорит само за себя. Ты не из обычных. Таких, по-хорошему, лучше не трогать.

— ……

— Но ничего не поделаешь. Есть человек, который хочет тебя отведать. И, должен сказать… ты точно в его вкусе. Для тебя это прискорбно.

— ……

— Ладно, извини, что так разболтался. Кстати, сейчас ты не сможешь показать всё, на что способен. Мы немного воспользовались порошком. Я человек осторожный, так что прошу понять.

Договорив, мужчина вытащил меч. Это был прославленный клинок. Не Нумерованный меч, конечно, но достаточно прекрасный, чтобы любой мечник захотел завладеть им.

Однако ещё сильнее поражала исходившая от него энергия. От обычной подворотной швали такой густой жажды убийства не бывает. От неё кожа начинала покалывать.

шух

шринг

Остальные тоже были не так просты.

И здоровяк, вскинувший тяжёлый молот, и худой мужчина, державший острый кинжал обратным хватом. Все до одного выпускали собственное давление, сжимая Айрена кольцом.

Шаг за шагом расстояние между ними сокращалось. Становилось всё меньше.

Айрен не обнажил меч.

Вместо этого на главаря напал жуткий тип, внезапно выросший позади банды.

хрясь

шлёп

— ……

— Вы ведь Айрен Парейра?

Айрен по-прежнему молчал.

Но все поняли, что это означало согласие. Людей охватил ужас.

Даже не успев опустить оружие, они застыли, словно каменные статуи, и не могли толком вдохнуть.

И имя цели.

И человек, одним ударом разнёсший главарю голову.

И то и другое было для них непосильной тяжестью.

— Есть человек, который желает вас видеть.

— ……

— Возможно, у него найдётся и та информация, которую вы ищете.

Больше слов не потребовалось.

Мужчина с невыразительным лицом двинулся вперёд. Тихо, быстро. Айрен последовал за его шагами, будто растворявшимися во тьме. Ни у странного человека, ни у героя выражение лица не изменилось.

Некоторое время спустя на пустыре, который покинули чудовища, одно за другим вырвались наружу сдавленные вздохи.

— Фух!

— Фух, фух, ха-а…

— Чёрт… Айрен Парейра? Тот самый Парейра?

— Чёрт… что он здесь делает?

— Вот же нелепость.

Все только качали головами.

Им повезло. Сколько бы ни платил этот безумный повар, жизнь всё равно дороже.

Хотя они сделали неверный выбор, они всё ещё были живы, а значит, можно было считать, что им улыбнулась небесная удача.

— Некоторое время сидим тихо. Раз он не стал убивать всех подряд, есть шанс, что нас просто оставят в покое.

— Да.

— Но что делать с этим?

— Хм.

Второй человек в шайке повернул голову и посмотрел на землю. Ему бросился в глаза труп с аккуратно исчезнувшей головой, и он вспомнил одну деталь, о которой успел забыть.

Главарь тоже был во вкусе повара.

Кивнув, он сказал:

— Что можно продать, то надо продать. Пошли.

***

— Вы в порядке? Запах?

— ……

— Обычные люди, может, и не заметят, но мастер с острыми чувствами должен ощущать эту вонь…

— ……

Проводник тут же замолчал.

Порошок, попавший на тело Айрена после столкновения с прохожим, считался без запаха, но обмануть нюх эльфа или мастера он не мог. А если так, господину это наверняка не понравится.

Однако гость, которому этот запах должен был быть наиболее неприятен, никак не реагировал, и говорить дальше было не о чем. Проводник молча сосредоточился на пути.

Они вошли в обычную гостиницу, произнесли условное слово, по одному сняли ловушки и барьеры в тайном проходе.

После ещё нескольких процедур перед ними появилась старая деревянная дверь.

Увидев её, проводник низко поклонился.

— Тогда желаю вам приятно провести время.

— ……

Айрен так и не раскрыл рта.

Как и тогда, когда впервые прибыл в Годару, он сохранил на лице полное безразличие и вошёл в комнату в подвале.

скрип

щелк

— Перейдём сразу к делу. В ближайшие двадцать четыре часа герой не сможет выйти наружу.

— ……

— Как видите, всё для удовольствия уже подготовлено. Вкусная еда, прекрасное вино, красивые женщины, антиквариат исторической ценности, мировые шедевры живописи… И если вы захотите чего-то ещё, просто скажите. Через тридцать минут это будет здесь.

— ……

— Так что вам остаётся лишь провести со мной ровно сутки и насладиться этим местом. После этого я не стану мешать вам, что бы вы ни решили делать.

В отличие от убогой, сухой двери, издававшей режущий ухо звук, внутри всё было невероятно просторным.

И не просто просторным. Мягкий свет, исходивший от магических устройств, был красивее солнечного, а воздух для подвального помещения казался почти неправдоподобно чистым.

А всё, что наполняло это место, было настолько роскошным, что ему мог бы позавидовать даже дворец великой державы. Старик нисколько не преувеличивал.

Скорее, это было до предела сухое и сдержанное описание. Для такого человека, как Закуанг, любящего вкусную еду и женщин, это место было из тех, где можно прожить не двадцать четыре часа, а всю жизнь — и не пожаловаться.

Но Айрен не дрогнул.

Он молчал всё это время, а теперь коротко произнёс:

— Тяжело от запаха.

— Что? О чём вы? Здесь повсюду расставлены дорогие благовония, привезённые из Королевства Гебера…

— Где?

— Простите?

— Я спрашиваю, где.

— ……

На этот раз замолчал старик.

О чём именно его спрашивали, он прекрасно понимал. Но отвечать добровольно не собирался. Его задачей было удерживать героя здесь двадцать четыре часа, не выдавая этого.

Он не считал задачу трудной.

Несколько дней назад он видел через магическое устройство, каким героическим был этот человек.

Глядя на юношу, прожившего жизнь, совершенно не похожую на его собственную, он щёлкнул пальцами.

щёлк

вспых

вспых, вспых, вспых

И на одной из широких стен всплыли магические экраны.

На более чем сотне экранов показывалась повседневная жизнь жителей Годары, но в самих ракурсах ощущались какая-то навязчивость и жажда убийства.

— Если герой покинет это место в течение ближайших двадцати четырёх часов, погибнут невинные горожане.

— Если попытаетесь навредить мне — то же самое.

— Если попробуете силой вырвать из меня сведения — тоже.

— Кто-то умрёт. Ради вашей цели люди, которые вообще никак не связаны с этим делом, потеряют жизнь, даже не понимая за что. Их подвергнут чудовищным пыткам и издевательствам, а потом бросят прямо на улице.

— Если именно этого вы хотите, поступайте как вам угодно.

— ……

Старик гадко ухмыльнулся, глядя на юношу, который молча смотрел на него.

Именно так. Этот человек был добрым.

Он не из тех, кто ради собственной цели.

Ради собственного веселья.

Ради выгоды, счастья или удовольствия смог бы пожертвовать кем-то другим.

Он был сильнейшим существом во всём Тёмном городе Годара, но в то же время носил в себе слабость, смертельнее любой другой.

«С ним легче всего иметь дело».

Старик улыбнулся.

Долго держаться не нужно. Один день, всего лишь двадцать четыре часа — и всё закончится. А может, и намного раньше. Всё, что происходит сейчас, — всего лишь подстраховка.

Но в тот самый миг, когда он наслаждался своим спокойствием, его глаза вдруг расширились.

шух

И одновременно с движением, которое трудно было уловить даже чувствам мастера —

бабах!

— Кх…

Раздался грохот, затем послышался кашель с кровью.

Вытаращив глаза, старик в ужасе закричал:

— Ч-что?!

— Говори.

— Вы… вы разве не слышали, что я сказал? Люди умрут. Если вы сделаете здесь ещё хоть шаг…

бабах!

— ……

шмяк

Ещё один подручный лишился жизни. Это был проводник. Насаженный на двуручный меч, он застыл с лицом, полным ужаса.

Старик выглядел ничуть не лучше.

Всё шло не так. По его расчётам герой не должен был суметь ничего сделать. Не должен был ни выйти из комнаты, ни расправиться с людьми, расставленными повсюду.

Он снова щёлкнул пальцами. И тогда пятеро из тех, кто был на магических экранах, умерли.

Для старика это была до смешного лёгкая смерть. Но для героя — не должна была быть такой. Так и должно было быть.

— ……

Но юноша с золотым двуручным мечом в руках по-прежнему оставался без выражения.

И сказал:

— Трудно терпеть.

— Ч-что?

— Запах.

Айрен закрыл глаза. И тогда едкая вонь, бившая в нос, стала ещё отчётливее.

Дело было не в порошке, попавшем на него после столкновения с торговцем фруктами.

В человеческой злобе.

В мучительном запахе, исходившем от тел жителей Годары, проживших в оковах долгого и глубокого злого рока — кто десять лет, кто почти сто. Запахе, с которым мог бы сравниться разве что демон.

Это и сказало ему всё.

Они были одинаковы.

И старик.

И его подручные.

И те, кто собирался убивать, и те, кому предстояло умереть.

Они были мерзостнее даже тех, кто забил до смерти карманника-мальчишку.

…В глазах Айрена Парейры они не были теми, кого следовало защищать.

бабах!

бабах!

бабах!

— У, ы…

Грохот не прекращался. Каждый раз, когда силуэт Айрена расплывался, спрятавшиеся внизу подручные один за другим лишались жизни. Принимали предначертанную судьбу.

Старик был в том же положении. Пусть он и был Мастером меча, и тайным человеком, дёргавшим за ниточки в Годаре, этого оказалось недостаточно, чтобы остановить ярость героя, пылавшую всё сильнее. Он был жалок.

Ему нужна была поддержка.

Нужна была помощь.

Крепко зажмурившись, он подумал о великом маге, стоявшем над ним, — и это стало роковой ошибкой.

шух

— Вот ты где.

Сигнал, рождённый в мыслях старика.

Он протянулся и достиг нужного места.

Убедившись в этом, Айрен Парейра с силой топнул ногой.

бабабабабабах!

Гигантское пламя, вырвавшееся из-под земли, словно метеор, устремилось во тьму.