Мастер.

Так называют человека, достигшего выдающегося уровня в своей области, и этим определением награждают лишь тех, чей авторитет признан многими.

Конечно, сфер, где критерий «мастера» определён предельно чётко, крайне мало.

В большинстве случаев границу проводят расплывчато, опираясь лишь на субъективные, качественные суждения множества людей.

И потому про некоторых из тех, кого зовут мастерами, иной раз судачат: «А достоин ли этот человек звания мастера?»

Конечно...

«С мечом всё иначе.»

Да. С мечом всё иначе.

И выдающийся мечник, десятилетиями посвятивший себя искусству меча, и самый обычный крестьянин, всю жизнь знавший только работу в поле, без труда отличат Мастера меча от того, кто им не является.

Аурный клинок.

Разве можно поставить на одну доску с прочими мечниками того, кто взмахивает мечом, покрытым этим ослепительным сиянием?

— Фух.

Братт Ллойд тяжело вздохнул.

Раз существовал объективный критерий, по которому можно было разделить ступени, значит, и разрыв между Мастером меча и Экспертом был огромен.

Айрен Парейра тоже наверняка это понимал.

И всё же, глядя на него — серьёзного, с лицом человека, пришедшего спрашивать именно способ, — Братт чувствовал, будто что-то сдавило ему грудь.

— Но ведь нельзя сказать, что шансов вообще нет?

— ……

— Насколько я знаю, бывали случаи, когда несколько мечников, дошедших до предела ступени Эксперта, всё-таки побеждали Мастера меча.

— …Так и есть.

Братт кивнул.

Кубар говорил правду.

За долгую историю искусства меча бунт Экспертов случался не один раз.

Но раз об этом вспоминают до сих пор, значит, подобное было так трудно осуществить, что и не назвать иначе как чудом.

Конечно, нынешнего Айрена подобные вещи совершенно не волновали.

«Речь ведь не о том, можно это или нельзя, а о том, сделает он это или нет.»

Дойдя до этой мысли, Братт с явно неохотным видом, но всё же серьёзно ответил Кубару:

— Чтобы Эксперт не уступал Мастеру меча, нужны три условия. Во-первых, нужен прославленный клинок, способный выдержать аурный клинок.

Именно так.

Просто хороший меч не подойдёт.

Это должен быть поистине великий клинок — такой, о каком упоминают в истории и мифах.

Только тогда он выдержит чудовищную режущую силу аурного клинка.

В конце концов, сперва нужно хотя бы суметь столкнуть мечи, иначе ничего не выйдет.

«По меньшей мере, это должен быть клинок, выкованный величайшим кузнецом — Вулканусом...»

Иначе меч наверняка переломится, словно сухой тростник, уже от одного столкновения.

Конечно, сейчас ситуация была немного иной.

Братт, не сводивший с Айрена взгляда, сказал:

— Твой меч.

— Чародейский меч?

— Да, этот твой чародейский меч. Насколько он прочный? Говори честно. Я знаю, что он очень хорош, но если он не способен выдержать аурный клинок...

— Думаю, всё будет в порядке.

— М?

— Нет, правда. Максимум проблема будет в том, что я выпущу его из рук, но сломаться этот меч не сломается.

Айрен кивнул.

Раньше — возможно.

Тогда, в Деринку, когда он отдавал меч на правку местным кузнецам, у него не было бы такой твёрдой уверенности.

Но нынешний Айрен был полон уверенности.

Просто так уж выходило. В себе он мог и сомневаться, но когда дело касалось его меча, уверенность била из него без конца.

«...Значит, он всё-таки не совсем действовал с пустой головой.»

Братт тоже это почувствовал.

Только теперь ему стало немного легче дышать.

Да, если только уровень противника не настолько высок, что он способен уклоняться вообще от всех столкновений клинков, в бою мечи всё равно неизбежно сойдутся.

А в таком сражении аурный клинок поистине непобедим.

По мнению Братта, если удастся хотя бы избавиться от угрозы этой чудовищной режущей силы, оставшиеся два условия достичь будет немного легче.

Разумеется, лишь по сравнению с первым. Сами по себе и они были не менее свирепыми.

Он снова заговорил:

— Второе условие — особый приём. Искусство меча настолько выдающееся, острое и настолько странное, что его невозможно предугадать, и оно способно привести в замешательство даже Мастера меча, достигшего вершины.

Мастер меча — это совокупность опыта и таланта.

Какое бы из этих двух качеств ни преобладало, бесчисленные реальные схватки и озарения, накопленные на пути к этой ступени, позволяют ему почти безупречно отвечать на искусство меча противника.

Чтобы пробить такую, словно железная крепость, защиту Мастера, нужно иметь хотя бы один запредельный приём, выходящий за рамки здравого смысла.

Договорив до этого места, Братт перевёл дыхание.

И как раз сейчас ему на ум пришло нечто, будто специально приготовленное для такого случая.

Тот огромный рубящий удар, который Айрен показывал в Школе меча Кроно, на вилле Мюррея и на тренировочной арене Джета Фроста.

— Этот приём нужно отточить. Настолько, чтобы им можно было пользоваться в настоящем бою.

— Я постараюсь.

— Хотелось бы сказать: «Если бы одними стараниями всё решалось, каким же счастливым был бы этот мир...» Но каждый раз, когда ты говоришь, что постараешься, я уже не знаю, чего ждать.

Сделав глоток пива, Братт прищурился и вгляделся в Айрена.

Атмосфера была не такой уж плохой.

На лице Айрена не было той уверенности, что мелькнула при разговоре о прославленном клинке, но и не было выражения человека, которого распирает нетерпение и который не знает, куда себя деть.

Вот ведь засранец — словами отрицает, а сам всё-таки прикидывал, есть ли шанс.

Братта это слегка задело.

Странное дело. Он понимал, что Айрен ничего плохого не делает.

Если верить его словам, у нынешней Иллии и правда была проблема.

Её душевное состояние было настолько нестабильным, что непонятно, как она вообще поднялась до ступени Мастера меча.

Но как ни крути, она — Мастер меча.

Вершина среди мечников. Одна из сотни величайших.

И всё же слова Айрена о том, что он собирается победить Иллию за четыре месяца, почему-то вызывали у него досаду. Неужели лишь потому, что он сам мелочен?

«Нет, да это совершенно естественно.»

Глоть, глоть. Братт быстро осушил пиво.

Теперь он, кажется, начал понимать, почему разозлилась Джудит.

Айрен Парейра. Хороший парень, но в такие моменты он ужасно раздражает.

Одной этой мыслью Братт стряхнул с себя эмоции и заговорил о последнем, третьем условии:

— В-третьих, и, возможно, это даже важнее первого... Нужно обладать мастерством меча, которое не уступает мастерству самого Мастера меча.

— ……

— Ну, это не совсем уж невозможная вещь. Нередко ведь говорят, что люди, десятилетиями застрявшие на ступени Эксперта, по крайней мере в искусстве меча сопоставимы с Мастером.

Слова Братта были правдой.

Причины, по которым выдающиеся Эксперты не могут подняться до ступени Мастера, в основном схожи.

Всё упирается в аурный клинок.

Либо им не хватает общего объёма ауры, накопленной в теле, либо они испытывают трудности именно на этапе её высвобождения.

Но если посмотреть на это с другой стороны, получается, что в части «чистого искусства меча», исключая аурный клинок... матёрый Эксперт вполне может превосходить молодого гениального Мастера меча.

Самый наглядный пример — Джет Фрост.

Если говорить лишь об искусстве меча, никто не назовёт его уровнем Эксперта.

Его искусство меча уже давным-давно достигло ступени Мастера.

Но...

— Это самое трудное.

— Да. Для тебя это и есть главная проблема.

Услышав слова Братта, Айрен кивнул.

Он и сам знал.

Знал, что его нынешнего уровня владения мечом недостаточно — не то что до Мастера, даже до вершины среди Экспертов.

Разве не видно это уже по одним лишь спаррингам с Браттом и Джудит, где он не может захватить преимущество?

А искусство меча Иллии Линдсей, которое он увидел сегодня...

— Оно было потрясающим.

— Да, потрясающим. Иллия стала Мастером не потому, что ей просто повезло поймать озарение. Она завершила своё искусство меча ещё прежде, чем завершила ауру... Она настоящий Мастер меча.

— ……

— Даже если у тебя будет щит, способный остановить аурный клинок, и приём, который застигнет противника врасплох, всё это бесполезно, если ты уступаешь в основе. А, кстати, Иллия ведь тоже видела, как ты выглядел на финальном испытании, так что и этот приём тебе нужно отточить куда тоньше.

После слов Братта разговор совсем помрачнел.

И Кубар, первым поднявший эту тему, и Братт, усердно всё объяснявший, и сам Айрен, которого это касалось напрямую, — все сидели с серьёзными лицами и продолжали думать.

Лишь Лулу, как и прежде, был полон сил, но, чувствуя настроение окружающих, тихо сидел и только вылизывал шерсть.

Так и потянулась тишина.

Впрочем, хандрить вечно никто не собирался.

Айрен Парейра вскоре поднял голову.

И улыбнулся — уверенно, с внутренней силой. Братт слегка удивился.

Сегодня Айрен и правда был странным.

В отличие от обычного, в каждой его мысли и каждом действии ощущалась переполняющая уверенность.

На чём она держалась?

Непонятно.

Может, как он и говорил, он просто не думал о шансах — это нужно было сделать, и у него не было права отступить, вот и всё.

Но...

«Такое чувство, что с тех пор, как он встретил Иллию, в нём многое изменилось...»

Именно об этом думал Братт Ллойд, когда Айрен Парейра спокойным, ровным голосом сказал:

— Что ж, как-нибудь справлюсь. У меня ведь впереди ещё целых сто двадцать дней.

— ……

— Сколько времени прошло с тех пор, как я отправился в путь из своего дома и добрался сюда? И пяти месяцев не наберётся. А за этот короткий срок я вырос невероятно, просто невероятно.

И значит, я тоже как-нибудь справлюсь.

Повторив это ещё раз и на том закончив, Айрен Парейра обвёл взглядом сидящих за столом. На лицах у всех появились непростые улыбки.

И в этот момент на пустое место, приготовленное для Джудит, кто-то опустился.

Разумеется, это была не Джудит. На стул сел стройный красавец в щегольской шляпе.

— Хинтс?

— Рад знакомству. Я Хинтс, старший журналист «Уикли Арены».

— ...Так ты же эльф?

— Да, всё верно. Эльф и журналист, журналист и эльф. Ха-ха. Прошу прощения, можно к вам присоединиться?

— Нет. Не нужно.

Братт ответил холодным голосом.

С журналистами он сталкивался ещё во времена Школы меча Кроно — несколько раз.

Это было как раз тогда, когда о 27-м наборе только начали ходить слухи как о золотом поколении.

В голове всплыли те типы, что лезли напролом, лишь бы выяснить, насколько же сильны полноправные ученики.

«Упёртые, изматывающие типы!»

Ради того, чтобы выведать информацию, они были готовы на что угодно.

Естественно, относиться к ним хорошо он не мог.

Однако после одной-единственной фразы журналиста Хинтса атмосфера немного переменилась.

— Вы, похоже, размышляете, как победить Мастера меча Иллию Линдсей.

— ……

— Я внимательно выслушал три условия, о которых только что говорил господин Братт Ллойд. Безупречные слова — проницательность, достойная лучшего дарования 27-го набора Кроно.

— ...Ты что, подслушивал поблизости?

— Подслушивал? Вы меня раните. Просто слух у меня, видимо, уж слишком хороший... Стоит мне лишь рассеянно бродить по улице, как в уши сами лезут самые разные истории.

— Если ты собираешься и дальше играть словами...

— Есть ещё одно условие.

— ...?

— Если речь идёт просто о Мастере меча Иллии Линдсей, тех трёх условий, о которых вы сказали, будет достаточно. Но если вы хотите победить Иллию Линдсей, которая к тому же является чемпионом Земли доказательств, да ещё и за такой сжатый срок — четыре месяца... Тогда важнее всего именно это.

— Так что же это, в конце концов?

Кубар, молча слушавший Хинтса, вмешался на середине.

Похоже, этот тип был невероятно болтлив. Если не обрезать его вот так, он, несомненно, бесконечно тянул бы одну за другой все свои любимые речи.

Кубар даже подумал, что, возможно, именно такой реакции Хинтс от него и добивался, но тут уж ничего не поделаешь.

Сначала надо было утолить любопытство. Айрен и Лулу тоже смотрели на эльфа с тем же вопросом в глазах.

К счастью, Хинтс больше не тянул.

— Нужно повысить свою привлекательность для публики.

— ...Прошу объяснить.

— Разумеется, сейчас объясню. В данный момент Земля доказательств переживает самый ожесточённый период за всю свою историю. Сразу после сэра Игнет Кресенсии и госпожи Иллии Линдсей рекорд самого юного Мастера меча за короткое время сменился целых два раза. Из-за этого даже пошло суеверие, будто, как и нумерованные мечи Вулкануса, Земля доказательств тоже пропитана удачей, ведущей к становлению Мастером меча.

— ……

— В Айзенмаркт стекаются сильные бойцы, которые раньше спокойно тренировались в уединении за закрытыми дверями. В Айзенмаркт стекаются чудовища, прежде бывшие чемпионами. Полным-полно и мечников, так или иначе связанных с ними, и тех, кто охотно тянется сюда, радуясь тому, насколько вырос уровень гладиаторских боёв. А их слава и вовсе пронзает небеса. То есть каждый из них — именно тот, кого публика хочет видеть.

— ...Вы хотите сказать, что из-за этих людей моя очередь может сдвинуться настолько, что бой с чемпионом вообще не состоится?

— Именно. Каким бы выдающимся ни было ваше мастерство, если вы не привлекаете внимания публики, шанс на бой улетает далеко-далеко. Земля доказательств — это арена, то есть сцена, предназначенная для того, чтобы показывать бой зрителям.

Выслушав Хинтса, Кубар кивнул.

В его словах была правда.

Если только у чемпиона не несколько тел, в ограниченном расписании право сразиться с ней получит лишь малая часть претендентов.

Те, у кого есть не только мастерство, но и зрелищность, способная понравиться публике.

Вся компания погрузилась в раздумья.

И Братт, хмурившийся от неудовольствия, и Айрен, молча слушавший разговор, сочли слова Хинтса справедливыми.

И принялись всерьёз думать о том, как выполнить это четвёртое условие.

Впрочем, думали они недолго.

— Я вам помогу. Нет, скорее я сам прошу помощи. Помогите мне.

— Что?

— Если вы подадите мне руку... этот журналист Хинтс, которому в Айзенмаркте трудно найти равных, сделает из вас главную звезду Земли доказательств.

— ……

— Очень, очень прошу — работайте со мной.

Сбросив с себя врождённую легковесность, Хинтс говорил с совершенно серьёзным лицом.

В его глазах плескалось сильное чувство — как у огранщика, наткнувшегося на огромный необработанный драгоценный камень.

Глядя на этого эльфа-журналиста, даже Братт на этот раз уже не смог сказать ничего резкого.