Рена неуверенно мялась у невысокого здания, где должна была проходить вечеринка. Голубая, неоновая вывеска ярким пятном сияла в ночи, маня, словно мотыльков на пламя свечи, своими переливами. Широкая стеклянная дверь была единственным, что отделяло девушку от неизвестности. Она все еще могла уйти, но что-то внутри нее не давало покоя и с каждым шагом нарастало с ужасающей силой. От былой и так шаткой уверенности не осталось ни следа. Рена пыталась убедить себя, что она ничем не рисковала, но от чего-то эти слова никак не могли унять необъяснимую тревогу в сердце. Охватив подрагивающими пальцами дверную ручку, Рена выдохнула. И когда это она стала такой трусихой?

Легкий толчок и теплый свет на миг согнали тень сомнения. Шаг, и вот она внутри, в просторном и светлом вестибюле. Вокруг было довольно тихо, и это казалось немного странным. Рена принялась оглядываться вокруг. Роскошная, величественная люстра ослепляла своим сиянием, по углам располагались кожаные диванчики темно-коричневого цвета вместе с низкими стеклянными столиками, на стене, по правую сторону, можно было увидеть зеркало округлой формы, обрамленное световой аркой, достаточно большое, чтобы отразить человека во весь рост. Вот только хмурый взгляд, растрепанные в разные стороны волосы да помятая одежда никак не вписывались в сей интерьер. Рена могла поклясться, что, если бы не уличная вывеска, она бы была уверена, что попала далеко не в ночной клуб.

Блуждающий, заинтересованный взгляд медленно изучал детали интерьера, пока не столкнулся с чужим, колючим, проницательным. Высокий, крепко сложенный мужчина, в черной одежде, сложив руки на груди, неотрывно наблюдал за ней. И тут Рена поняла, что совсем забыла поинтересоваться о приглашениях. Может она что-то упустила, и весь этот путь был зря. Разочарование и злоба на себя за свою недалекость вытеснили все прежние светлые чувства. От досады Рена хлопнула себя по лбу и зашипела. Охранник на это лишь недоуменно поднял бровь. Еще раз окинув странную незнакомку взглядом громко окликнул:

– Эй! – от неожиданности Рена подпрыгнула и в испуге уставилась на высокого, устрашающего мужчину. – Университетская? В ответ немой кивок.

– Ну так давай удостоверение, чего стоишь? Все еще напряженная Рена принялась шарить по карманам в поисках маленькой корочки. Пальцы, казалось, стали деревянными и плохо слушались. С горем пополам ей все-таки удалось его достать. Быстро пробежав глазами по строчкам, мужчина кивнул и распахнул широкие двухстворчатые двери.

Неистовый грохот музыки мигом обрушилась на Рену, больно ударив по ушам. Мягкий свет вестибюля сменился хаотичным потоком разноцветных лучей, ряды прожекторов освещали пока еще пустую сцену. Значит она не опоздала. Внутри было очень жарко, а главное практически не протолкнуться. Как и сами зоны клуба, так и проходы между ними были заполнены студентами, из-за чего постоянно приходилось с кем-то сталкиваться. В очередной раз получив локтем по боку от уже изрядно пьяной туши, Рена раздраженно возвела глаза к потолку и, заприметив свободные диванчики наверху, с некоторым облегчением выдохнула. Первоначально, из-за суматохи не было возможности как следует рассмотреть сам клуб, а потому второй этаж, как и многое другое, оставалось окутано плотной тенью. Рена прищурилась и смогла разглядеть лестницу, ведущую наверх. Не долго думая, она направилась к ступенькам, вот только стоило подойти ближе как путь преградил другой охранник.

– Это VIP-зона, сюда нельзя. – мужчина лениво пару раз махнул рукой, приговаривая, чтобы та поскорее убиралась отсюда и не мешалась под ногами. От подобного нахальства хотелось в элегантной манере продемонстрировать средний палец и высказать пару ласковых, но вряд ли бы этот амбал оценил по достоинству такие жесты. Рена уже было развернулась и собиралась уйти, как носом уперлась в чужую тушку. Это уже начинало изрядно утомлять. Ругнувшись под нос, она подняла взгляд и столкнулась с красивыми, но такими холодными глазами. Перед ней стоял высокий, статный молодой человек. Несмотря на то, что это был обычный ночной клуб, одет тот был в строгий костюм, на груди красовался бордового цвета галстук, а запястье обрамлял светящийся браслет. Скорее всего отличительная деталь для посетителей VIP-зоны, подумала Рена, заприметив подобный браслет и у его спутницы.

– Позвольте нам пройти – голос приятный, тягучий, улыбка вежливая, манящая, но в то же время в глазах ни капли сердечности. Рена, несколько завороженная, отошла в сторону, пропуская пару. Молодая девушка, держа спутника под локоть и легонько покачивая бедрами, усмехнулась, светлые глаза были полны отвращения. Несмотря на то, что она была несколько ниже Рены, все же умудрялась смотреть на нее сверху вниз. От столь вопиющей наглости и презрения, руки сами сжались в кулаки, а желание пройтись по снобскому, смазливому личику было просто колоссальным. Кто-то коснулся ее плеча и Рена резко развернулась, не собираясь более сдерживаться. Вечер, который должен был стать едва не самым значимым в ее жизни, катился в тартарары, и она была практически на пределе своего терпения.

– А я то думала, мне показалось – произнесла Лилит с неизменной улыбкой на лице и легким хихиканьем, – Рада, что ты все-таки решила прийти. Рена тихонько выдохнула и вместе с этим куда-то пропала вся ярость. Впервые она была рада видеть эту блондинку. Всё-таки, знакомое лицо рядом всегда придает некоторую уверенность. Лилит поднесла к губам бокал с игристым напитком и в пару глотков его осушила. Немного заплывшие глаза смотрели на пустой бокал с некоторой грустью, и Рена находила довольно комичным, то как Лилит дуется на бокал. Видимо это ее не первый и, как оказалось, не последний. Бесцеремонно схватив Рену за руку, нетвердой походкой Лилит вела ту к барной стойке. Чем ближе они подходили, тем меньше людей встречалось на их пути. Было довольно удивительно, что самое, казалось бы, ключевое место после танцпола, по мнению Рены, практически пустовало. Молодой бармен с виду, совершенно не заинтересованный происходящим, лишь лениво протирал стаканы. Лилит, несмотря на опьянение и каблуки легко разместилась на высоком стуле, закинув ногу на ногу и опершись рукой о щеку, лукаво поглядывала на Рену.

– Выпьем? Я угощаю.

– Я не пью. – лукавство сменилось удивлением. Ответом на вопрос «Что будете заказывать?» был черный кофе, в то время как Лилит решила продолжить дегустацию местного алкоголя и выбрала коктейль ярко голубого цвета, украшенный дольками апельсина.

– Вот как – протянула она, вертя в руках бокал. – Знаешь, ты не перестаёшь меня удивлять. Вся такая идеальненькая. Очередное пьяное хихиканье раздалось у уха. Краем глаза Рена заприметила, что Лилит стала к ней куда ближе. В свете прожекторов можно было отчетливо разглядеть легкий румянец на щеках и то, как блестели влажные от коктейля губы. Тонкий палец медленно водил по краю бокала, а заплывшие глаза лениво осматривали саму Рену.

– Вижу ты не особо мучилась с нарядом – ленивая улыбка скользнула по лицу, а в голосе слышалось легкое поддразнивание. В ответ Рена лишь фыркнула и сделала маленький глоток. Конечно она выглядела не так эффектно, как остальные девушки, одетые в самые разнообразные, пестрые наряды, но и изначально она вовсе не планировала сюда идти. Рена бросила взгляд на Лилит, что увлеченно что-то говорила бармену. Обтягивающее черное платье чуть ниже колен выгодно подчеркивало все достоинства осиной фигуры девушки: треугольнообразный вырез на спине не скрывал изящных изгибов, под грудью небольшой декоративный разрез, по краям которого шли узоры белого цвета, тонкое запястье обрамлял браслет, а открытую шею украшали черного цвета бусы. Сама Рена вряд ли когда-нибудь такое надела, ибо с ее стороны наряд выглядел крайне вызывающее, был слишком открытым, чтобы можно было чувствовать себя хоть сколько-нибудь защищенной.

Рена в тревоге сильнее охватила чашку - все здесь было ей чуждо, какое-то необъяснимое чувство опасности притаилось внутри. В центре огромная масса переплетенных тел хаотично двигалась на танцполе, где-то в тени притаились пьяные парочки, на диванчиках под веселые крики дурачились студенты. Весь этот светозвуковой хаос вводил в странное, непонятное состояние единства, словно всех накрыло огромной волной и погрузило в море безумного празднества, и только тревога, и пока еще здравое сознание удерживали Рену на берегу. Вдруг чьи-то холодные пальцы коснулись ее руки, привлекая внимание. Первое, за что уцепился ее взгляд, был бокал с чем-то непонятным ядрено-зеленого цвета. А еще то, что Лилит была к ней довольно близко, достаточно, чтобы Рена могла почувствовать чужое дыхание. Слова застряли где-то в горле, а щеки опалил румянец.

– Эй, – Лилит подвинула бокал ближе и легонько мазнула кончиками пальцев. Резкий грохот музыки вывел Рену из транса, и она отшатнулась от Лилит, стул опасно закачался, а в ответ лишь смех.

– Расслабься, ты слишком напряжена. Выпей, здесь практически нет алкоголя.

Рена ругнулась под нос. Пьяная эта блондинка была еще невыносимее.

– Я тебе уже сказала, что мне это не надо – нетронутый бокал так и остался одиноко ютиться на столшнице. Лилит как-то устало выдохнула, словно признавая поражение перед невероятным упрямством Рены, а после несколько неуклюже опустилась на пол.

– Ну, раз не хочешь пить, может составишь мне компанию на танцполе? – игривое подмигивание и улыбка нисколько не тронули сердце Рены, и та вновь в отрицании покачала головой. В который раз Лилит выглядела удивленной, и в какой-то мере этот изумленный огонек забавлял Рену. Бросив короткое «Как знаешь» и немного пошатываясь, Лилит ушла на танцпол. Потеряв свою спутницу из виду, Рена перевела взгляд на бокал. За всю жизнь она пробовала алкоголь лишь раз и то, когда была маленькой. В момент, когда прозрачная жидкость обожгла горло, а невыносимая горечь поразила вкусовые рецепторы, Рена поклялась себе, что в жизни не будет пить. «Алкоголь кроме гибели мозга и печени больше ничего не несет, так смысл намеренно себя губить?» – слова отца намертво отпечатались в ее сознании, со временем перерастая в непоколебимое убеждение.

– «А стоит ли об этом беспокоиться, если я и так умираю» – усмехнулась Рена и, немного поколебавшись, все же взяла бокал и сделала маленький глоток. Как утверждала Лилит, в нем практически не было алкоголя. Сладость разлилась по горлу, затмевая горечь кофе и оставляя после себя легкое жжение на кончике языка. Рена прикрыла глаза, наслаждаясь вкусом. В несколько глотков выпив коктейль, она заказала ещё. Шло время, а количество бокалов на стойке все росло. Небывалая лёгкость окутала молодое тело. В сердце, словно пузырьки шампанского, искрилась радость, хотелось вовсю смеяться, а душа рвалась на танцпол.

Слезая со стула, Рена схватилась за край стойки, пытаясь вернуть равновесие. Как бы она не старалась, но мир все вертелся и так и намеревался ускользнуть от нее. И если раньше пьяные тела были помехой, то теперь же они стали для Рены некой опорой, что не давала упасть. Ранее устрашающий поток людей теперь принял ее с распростертыми объятиями. Рена начала двигаться, стараясь поймать общий ритм, и на удивление почувствовала, словно все эти тела были частью её, они были словно единое целое. Иногда кто-то старался зажать её, коснуться, но Рена была слишком пьяна, чтобы как-то противится. Ударившись о чужую спину она развернулась и осоловелым взглядом уставилась на молодого человека. Глаза незнакомца были покрыты дымкой, а на губах застыла кривая улыбка.

– Как тебя зовут, красавица? – спросил он, подергиваясь в такт музыке. Рена хихикнула, тоже стараясь держать ритм.

– Р..ре..на – протянула она.

– А ты? – молодой человек крикнул свое имя, но резкая музыка заглушила его крик, да и Рена не придала этому никакого значения. Девушка без задней мысли наблюдала, как незнакомец становится все ближе и ближе к ней. Запах алкоголя окутал её тонкой вуалью, уводя все дальше какие-либо сомнения и опасения. Длинные мужские пальцы коснулись волос, в чужих глазах плескался азарт, жажда и что-то ещё, чего девушка не знала, но это заставило её сердце биться быстрее.

– Красивый цветок – прошептал он возле уха. Рена ахнула, волна мурашек прошлась по коже, нервы натянулись до предела. «Красивый… цветок…» – звучало отдаленно в её голове. «Цветок…» – осознание резко прошибло подобно молнии. Рена отшатнулась, ударившись спиной о спину другого человека, сознание окутала паника.

Бежать! И Рена побежала, на шатких ногах бросилась с танцпола, кое-как расталкивая других. Возле бара, по правую руку, еще как только Рену туда притащила Лилит заприметила яркий указатель, ведущий в уборную. Вбежав внутрь девушка подлетела к умывальнику и вцепившись в края мраморной столешницы, пыталась прийти в себя. Рена зажмурила глаза и принялась глубоко и тяжело дышать. Как только головокружение и тошнота немного отступила, она мутным взглядом пыталась рассмотреть свое отражение. Небольшой цветок, что был закреплен невидимками и скрыт под волосами, разросся сильнее и красные лепестки отчётливо виднелись. Девушка в испуге схватила стебель, что прорастал из уха и в отчаянной надежде дернула со всей силы. Ужасная боль прошибла ее тело, на секунду в глазах потемнело. Рена закричала, и слезы непроизвольно потекли по щекам. Горячая кровь струйками стекала с уха и сходилась в районе шеи, пачкая воротник.

Рена осела на пол, задыхаясь от боли. «Домой…» Она должна попасть домой, ей помогут, родители смогут ей помочь, однако сил даже просто встать не было. Рена судорожно дышала, острая боль потихоньку отступала сменяясь тупой и пульсирующей, глаза застилала пелена слез и все, что она видела, лишь постоянно мелькающие образы, словно сквозь толщу воды доносились чужой пьяный смех, скрипы, стоны. На неё никто не обращал внимания. Вполне возможно в таких заведениях это было не такое уж и редкое явление. Вдруг что-то холодное коснулось её лба и Рена подняла затуманенный взор, разглядеть, кто перед ней было сложно, но светлые волосы и знакомый голос быстро внесли ясность. Та что-то говорила, но Рена ничего не понимала, звуки резко прекратились и только она подумала, что Лилит ушла, как ее ударили чем-то мокрым по лицу. От неожиданности Рена даже немного протрезвела. Чужие холодные руки обхватили ее запястья и дернули в неуклюжей попытке поднять с пола. Первая попытка была неудачной, и Рена дрожащей рукой оперевшись о стенку и другой о Лилит дернулась вперед, с трудом удерживая равновесие. Лилит пошатнулась, едва не упав, но вовремя оперлась о стену. Придерживая друг друга, они медленно покинули клуб.

Улица встретила ночной тишиной и обжигающе холодным ветром. Небольшая скамья стала их маленьким пристанищем. Свежесть ночи постепенно смывала безумие дня, боль потихоньку стихала, но еще недостаточно, чтобы Рена могла ясно мыслить.

– Рена, – взволнованный голос раздался над головой, Лилит потянулась рукой к ее ране – у тебя кровь! Тебе нужно в больницу…Когда пальцы коснулись волос Рена встрепенулась и неосознанно шлепнула по руке. Паника, словно зверь, вновь подняла свою голову. «Больница, дом…Дом! Родители!» Рена трясущимся руками достала телефон и количество пропущенных от её родителей было просто ужасающим. Ее маленький план разбился вдребезги, и если раньше она могла соврать о небольшой задержке, то теперь, когда часы показывали час ночи, сложно было придумать хоть какое-то веское оправдание. Адреналин бурлил по венам, вытеснив и алкоголь, и боль. Весь мир сузился до одной точки. Рена с силой сжала телефон. Её убьют, её дерзость будет последним, что она сделает.

– Рена? – На брюнетке не было лица, зрачок сузился, и она немигающим взглядом смотрела куда-то. Лилит схватила ту за плечи, стараясь привести в чувство, но Рена ее оттолкнула и попыталась встать.

– Подожди, куда ты… – Лилит запнулась, когда брюнетка толкнула ее плечом, нетвердым шагом направляясь к станции. Ей нужно было убираться отсюда. – Рена!

Лилит пыталась ее уговорить взять хотя бы такси, на что Рена раздраженно сжала зубы, эта девка действовала на ее и так уже издерганные нервы, ей и так было плохо. Показав средний палец и выразив крайне грубо, что не нужна ей никакая помощь, ушла, оставив взволнованную девушку одну. Однако не сумев уйти далеко, Рена, прислонившись к стене и тяжело дыша, с большим трудом, но все-таки принялась набирать номер такси.