— Прости, заставил ждать.

Осень.

Ночи уже становились прохладными, но днём в октябре всё ещё досаждала остаточная жара. После занятий в университете я направился в условленную изакая. Назвал имя на брони и прошёл к столику — там уже сидела моя сегодняшняя спутница.

— Опоооздал. Даже Сакураба-кун заставляет леди ждать.

— Виноват, виноват. По дороге позвонили из компании, где я получил оффер.

— Хм-м. Что? Отказали?

— Да ну тебя… Не каркай.

Я бросил на неё укоризненный взгляд, а она — Сирато Касуми-сан — прищурила сонные глаза и тихо рассмеялась, слегка дрожа плечами. Её аккуратно подстриженный боб мягко качнулся.

Сегодня я с Сирато-сан пили вместе впервые за долгое время. Утром она неожиданно написала мне в личку, и вот — вечерний план готов. Как всегда, всё решает быстро и без лишних слов, подумалось мне.

— В качестве извинения угощу одним блюдом.

— О, правда? Тогда стейк из премиальной говядины харами.

— Я сам виноват, что не уточнил цену, но был бы рад чему-нибудь подешевле.

— Тогда суши из отборной говядины.

— Опять виноват, что не назвал сумму, но, пожалуйста, в пределах полутора тысяч иен.

— Тогда ростбиф из говядины.

— Опять говядина… И это, между прочим, тысяча шестьсот пятьдесят иен.

— Лицо говорит: «Жалею, что не уточнил, включён ли налог».

— Ладно-ладно, понял. Ростбиф так ростбиф.

— Из говядины.

Сирато-сан снова тихо рассмеялась и, поймав проходившего мимо официанта, заказала ростбиф из говядины. Заодно попросила скорые закуски и напитки для нас обоих. Я взял улун-хай, она — малибу с молоком. Наконец выдохнула с облегчением.

— Не меняешься, Сакураба-кун.

— Не вырос за эти пять лет.

Говоря это, я вспомнил, как в старшей школе мы вдвоём заходили в недорогую столовую. Наш недавний торг почти дословно повторял тогдашний. Хотя под конец, кажется, мы оба уже нарочно тянули шутку.

— Стали взрослыми, а цены те же — как так вышло?

— Я уволился из книжного. Приходится экономить.

— А, точно, книжный был?

— Да. Работать нравилось, но время жалко. До конца университета осталось всего полгода.

Пока я говорил, нам принесли салат. Я начал раскладывать его по тарелкам, и вскоре появились напитки.

— Ну, тогда — канпай*!

— Канпай. Спасибо, что позвала.

(* японское 乾杯, kanpai, буквально — "за здоровье" и все в таком духе)

Мы чокнулись. Лёд в бокалах тихо звякнул. Белизна малибу с молоком удивительно подходила её образу и от этого стало смешно.

— Кстати, что случилось? Редкость — чтобы Сирато-сан сама меня звала выпить.

По крайней мере, чтобы она первой предлагала встретиться за алкоголем — такого, кажется, ещё не было. Мы втроём (с Юнаги-сан) собирались несколько раз, но…

— Ну иногда же можно. Составь компанию.

— Конечно, с радостью.

Я заранее спрашивал, в чём дело, но она не сказала. Может, просто захотелось компании.

Сирато-сан чуть отпила малибу, тихо выдохнула. Она слаба к алкоголю — щёки уже слегка порозовели.

— Кстати, ты устроилась, да? Поздравляю.

— Спасибо.

Она серьёзно показала маленький знак победы. Сирато-сан будет работать секретарём в местном национальном университете. Работа почти как у госслужащего — вроде и подходит, но в тоже время немного не вяжется. Но то, как целенаправленно она сдала все экзамены, — это точно в её стиле.

— Теперь я в безопасности.

— Правда?

— Ну, по сравнению с обычной компанией — да. Хотя из-за демографического кризиса, может, чуть сложнее, чем раньше.

— Понятно. Завидую. Я бы тоже остался в университете навсегда.

Сам удивился, насколько лениво это прозвучало. Но с Сирато-сан почему-то всегда расслабляешься.

— Тебе так нравится университет, Сакураба-кун?

— В меру. Свободного времени больше, чем в школе, денег тоже. А главное — работать не хочется.

— Ого. Попасть в компанию первой мечты — и всё равно жалуешься, какой избалованный.

— Это разные вещи. А ты, Сирато-сан, хочешь работать?

— Ни в коем случае.

Она энергично помотала головой и снова отпила. Конечно. Может, работа окажется интересной, но точно станет гораздо занятнее, чем сейчас. Хотя Юнаги-сан, кажется, даже ждёт этого.

Кстати, о работе.

— Значит, с Юнаги-сан вы расстанетесь, — сказал я, когда на стол поставили ростбиф и посуда тихо звякнула.

Мы трое — я, Юунаги-сан и Сирато-сан — после выпуска из старшей школы поступили в один университет. Юнаги-сан и Сирато-сан дружат ещё со средней школы. То есть почти десять лет вместе.

Но теперь…

— Вы обе в Токио, да?

— …Да.

— Без меня справитесь? Я ведь несколько раз вас мирила.

— …Не знаю. Но Юнаги-сан, наверное…

Сирато-сан мне очень помогала — и до того, как я начал встречаться с Юнаги-сан, и после. И в любви, и во всём остальном — много раз.

— Всё-таки не навсегда расстаёмся.

— Да, но… всё равно грустно.

Стоило произнести это вслух, как грудь сжало ещё сильнее. Если даже мне так тяжело, то Юнаги-сан и… Сирато-сан наверняка ещё хуже.

— Собственно, поэтому я тебя и позвала.

— Э…

Я замер, потянувшись за ростбифом. А она, наоборот, спокойно взяла кусочек палочками и ловко отправила в рот.

— Мм, вкусно. Не зря за 1650 иен.

— …Рад, что понравилось.

— Да. …Слушай. За Сидзуно я больше не смогу присматривать.

— …Да.

— Но я волнуюсь. Сидзуно иногда слишком себя загоняет, а иногда неожиданно сдаётся. Упрямая, настырная.

— Это точно.

— …Вот поэтому и волнуюсь.

Сирато-сан говорила спокойно, как всегда, но мне показалось, что в конце фразы голос чуть дрогнул.

— Сакураба-кун, пожалуйста.

— …

— Только ты можешь быть рядом и защищать её, помогать ей. И только ты, кроме меня, по-настоящему любишь Сидзуно, а она — тебя.

— …Да, верно.

— Вот. Так что рассчитываю на тебя. Если позовёшь — приеду в любой момент, но расстояние всё-таки мешает. Когда далеко, многого не замечаешь.

Её рука слегка коснулась моей. Сонные глаза смотрели непривычно серьёзно и проникновенно.

Я снова понял, как сильно она дорожит Юнаги-сан. Как тяжело ей с ней расставаться.

— Всё будет хорошо. Я люблю Юнаги-сан так же сильно, как ты. Я ей благодарен. Поэтому буду её защищать. И за себя, и за твою долю. Чтобы не уступить тебе.

— …Сакураба-кун.

— Конечно, мы будем ссориться, будут и неудачи. Тогда звони или пиши ей — выслушай. Я тоже буду слушать и рассказывать. Но наверняка ещё будут моменты, когда Юнаги-сан понадобится именно ты.

Так что, Сирато-сан.

Оставайся её лучшей подругой всегда. Даже на расстоянии, даже если реже говорить, даже если не видеться.

Ведь мне одному не справиться.

Любовь одного человека — это не всё, что нужно для жизни.

Ты ведь тоже её любишь, правда?

Не в моём это стиле, но я залпом осушил бокал и с силой поставил его на стол. Посуда звякнула, стол слегка качнулся. Щёки горели, сердце колотилось — наверняка от алкоголя.

— Не надо равнять со мной… чувства к Сидзуно.

— …Ффух. Ну да. Но я и не думаю, что легко тебя обойду.

— Хм-м. Тогда продолжай стараться и дальше.

Она мягко улыбнулась, поддразнивая, и так же, как я, допила остаток одним глотком.

Потом мы непривычно сильно напились, ели, вспоминали Юнаги-сан и всё, что было раньше.

До расставания ещё немного времени.

Но всё равно хочется беречь каждую минуту.

Оставшиеся дни. Моменты, когда мы трое вместе.

Сирато-сан.

— Сакурабá-кууун.

— М-м, что?

— Грууустно. У-у-у.

— …Мне тоже, говорю же.

Примечание: Здесь должно быть слова автора сей веб-новеллы (лишь недавно увидел, что это действительно последняя глава). Вкратце, он/она (Мароми Марояка) сообщает, что когда-нибудь напишет веб-новеллу о повзрослевшей Сирато Касуми. Ещё он/она публиковал(-а) другую веб-новеллу (уже завершенную к настоящему моменту), у которой описание можно сжать до "мгг обыкновенный старшеклассник, жгг — полная его противоположность, но при всём этом мгг и жгг встречаются уже 3 года". Т.к в другой вебке всего 44 главы, то думаю, что залью перевод (если одобрят), даже если большинству не будет интересно. Ах, ну и наконец — эта веб-новелла до сих мне кажется странной в плане концовки… Всем удачи!