***

Котопорт уселся поблизости со мной на кровати и принялся разглядывать меня брезгливым взглядом янтарных глаз.

И заговорил он человеческим голосом:

— Чего ты на меня так пялишься, человек?

В мгновение ока Котопорт переместился с дивана на письменный стол, который находился в другом углу моей комнаты. Гаденыш нарочно принялся сбрасывать на пол все, что там лежало. Карандаши бренчали по полу, как барабанная дробь. Затем Котопорт спрыгнул со стола и подошел к Алисе, которая стояла в проходе.

— Я хочу есть.

Алиса проигнорировала волшебного кота и посмотрела на меня.

— Нет, это не работает. Тебе нужно научиться игнорировать иррациональные явления, Тимофей.

— Это не так просто, как кажется.

— Когда ты фиксируешь свое внимание на чем-то странном, то превращаешься в антенну, которая рассылает сигнал по округе. Проще говоря, ты сообщаешь всем, кто может прочитать сигнал: “Нонсенс! Нонсенс!”. По этой причине та сумасшедшая дура из “Истинного света” найдет тебя хоть на экваторе.

— Все равно, что принудить меня не думать о крокодиле. Как я могу игнорировать говорящего кота, который телепортируется по моей комнате?

— Чем чаще ты будешь сталкиваться с иррациональным, тем меньше будешь акцентировать на нем внимание. Ты же не начинаешь визжать, как резанный, если видишь автобус?

— Нет, до такого еще не докатился. — Я хмыкнул. — Все впереди.

— Ну, а человек из средневековья от подобного зрелища позвонил бы на горячую линии инквизиции, понимаешь?

— В средневековье не было телефонов.

Алиса хотела было как-то парировать мой аргумент, но только устало выдохнула.

— Безнадежный человек.

Слова Алисы звучали логично как никогда. Суть не в том, что какие-то вещи могут шокировать, а другие нет. Дело в восприятии. Чтобы перестать акцентировать внимание на чем-либо, нужно превратить явление в обыденность. Наверное, через какое-то время я смогу адаптироваться к говорящему коту.

Необходимо отмотать пленку времени, чтобы вернуть утерянный контекст на место:

После того, как Алиса напугала меня до чертиков, я снова очнулся, и уже зеленоволосый демон принялся меня допрашивать. В этом плане у меня сегодня особенный день. Спасибо и на том, что она исцелила мои раны после неудачной телепортации.

Я рассказал ей о том, что со мной произошло, в общих чертах. Затем были попытки научить меня блокировать выплески энергии, но все без толку. В силу моей усталости и тревожности все мое естество отказывалось чему-либо учиться. Я отказывался игнорировать говорящего кота в моей комнате.

Меня волновал один насущный вопрос—

— Что нам делать теперь?

— Нам!?

Алиса принципиально видела во мне полного идиота.

— Какие “мы”, дорогой мой!? Если у тебя проблемы с памятью, то я напомню: Ты — ТЫ — украл у меня волшебную книгу!…

Затем она, как прокурор в суде, пересказала все мои злодеяния против человечества и возвела руки к небу.

— Господь всемогущий, будь милостив ко мне, помоги моей страдающей душе!

Закончив паясничать, Алиса приняла серьезный вид.

— Тимофей, без шуток, я начинаю подумывать о том, чтобы переехать из этой реальности в какую-нибудь другую…

Мне стало несколько обидно за мою матричную родину.

— Чем же тебе эта не угодила?

— В этой реальности есть ТЫ! Вечно сующий свой нос куда не надо! Ты создаешь проблемы, который затем приходится решать… Кому? Мне! Почему мне!? А потому что кому же еще?! Придумала проблему на свою голову! Сказала тебе, что ты можешь быть полезным со своим “призраком”, но знаешь что? Пока что одни только убытки! Дебет и кредит не сходится! Тебе надо задуматься о том, как реабилитировать себя, иначе я тебя когда-нибудь… Ну, ты понял.

Да, я понял.

— Ну, вот, кто тебя просил трогать книгу своими шаловливыми ручками, а!? А!?

Сказать трудно, и даже не потому что у меня нет ответа, а потому что наиболее откровенная мотивация окажется слишком жестокой, если высказать прямо. Я украл книгу, потому что не доверял ее владельцу, а воспользовался ею, потому что не смог справиться с соблазном.

Пришлось сказать нечто глупое и увести разговор по другой тропе.

— Сама-то с книгой развлекаешься, а мне, оказывается, нельзя… Кто бы мог подумать?

— Ну, конечно, тебе нельзя! А как ты думал!? Наше с тобой кардинальное различие заключается в том, что я понимаю, что делаю, а ты вроде мартышки, которую какой-то болван пустил за управление истребителем! Доходчиво все объясняю или нужны еще более уничижительные сравнения!?

Стоило промолчать, но слишком много накопилось не переваренных мыслей, которые выводили меня из себя. Еще одна причина, по которой я воспользовался книгой, заключалась в том, что я хотел доказать самому себе, что хоть чего-то стою, когда дело касается иррационального. Теперь же, как маленький ребенок, я выслушиваю от нее все эти нравоучения.

Тошнит.

— Сама ты мартышка… У тебя такие способности, а ты на что их растрачиваешь? На уроки в школе? Это даже звучит жалко. Потенциал на помойку.

Я успел было пожалеть о том, что сказал.

Хоть и справедливо считал, что за мной правда, но злить сильного, который при этом заблуждается, неразумно.

Алиса же—

Посмотрела на меня с издевательской улыбкой.

И—

— У… У! У!

Да, она стала изображать мартышку.

Алиса укала, трясла руками и скакала по комнате, как самая симпатичная в мире обезьянка.

— У… У! У! — Подпевал ей Котопорт.

Она запрыгнула на стол и села на корточки, после чего меланхолично посмотрела в окно.

Ее взгляд был прозрачный, как вода в горной реке, и плавало в нем нечто схожее с пестрой рыбой из оттенков китайского свадебного платья. То было чувство азарта, которое нет сил больше скрывать в темном чулане.

Тот самый чулан, в который Алиса погрузила себя с того самого момента, как пришла мою школу. Обычная жизнь, которая была подобна детским футболкам, из которых она давно выросла. Я никак не мог понять этой ее жертвы.

Эта ее злость и раздражение на меня не больше, чем показательное представление в театре. Алиса хотела, чтобы что-то произошло, иначе не объяснить причины, по которой ее глаза источают радость приключений.

Один только вопрос.

Зачем Алиса играет в эту унылую повседневную игру, если есть куда более интересные?

И она сама, ведь, все это прекрасно осознает.

— Нельзя здесь надолго оставаться. — Алиса спрыгнула со стола. — Психованная уже знает об этом месте благодаря своему мега-пупер-камбудахтеру.

— Странно, что она все еще не пришла.

— Ничего странного, видимо, ей и в голову не пришло, что ты можешь сюда вернуться. Слишком сложные комбинации с ее стороны, а всего-то нужно было поставить тебе детский мат. Короче, собирайся! Мы уходим!

— Куда? — Рассеянно спросил я.

— Куда-куда? Куда подальше. У нас нет иного выхода, кроме как скрыться с радаров.

— Ты сама сказала, что я ходячая антенна. Какая разница, где находится, если меня везде можно засечь?

— Поэтому нам нужно такое место, где твой сигнал будет глушиться.

Алиса хотела было продолжить, но ее перебил кошачий визг.

— Помогите-помогите! Я застрял!

Котопорт снова телепортировался в вентиляцию?

— Как залез туда, так и выбирайся, олух! — Закричала Алиса.

Мы наскоро собрались. Алиса дала мне указ взять с собой все необходимое: матрацы и простыни на двух человек, всякий гигиенический скраб и даже консервы.

Точнее будет сказать, что я собирал пожитки, пока Алиса вытаскивала Котопорта из вентиляции. После того, как она закончила со спасательной операцией, у нее даже не возникло мысли мне помочь. Вместо этого она уселась с кошаком в коридоре.

Пока я складывал необходимые вещи, наблюдал за тем, как Алиса поглаживает мохнатого вредину и приговаривает:

— Ба-а-а-рсик… Ба-а-а-рсик…

— Я оскорблен до глубины души.

— Ба-а-а-а-а-рсик…

Мы плелись по заснеженному микрорайону. Хоть мы и поделили тяжести поровну, в этом не было и грамма честности. Алиса перемещала свою половину при помощи левитации. Ее пожитки медленно плыли по воздуху вслед за ней, как на поводке. Хорошо, что я догадался достать из чулана старые детские санки и погрузить свои пожитки на них. Котопорт сидел в летающем рюкзаке с высунутой головой, как антенна, и расслабленно осматривался по сторонам. Его глаза блестели золотом в полумраке. Скоро я заметил знакомые кирпичные стены, обнесенные забором.

— Ты хочешь спрятаться в школе? — Я не скрывал скепсиса в голосе. — Не лучше было бы заселиться в какую-нибудь дешевую гостиницу?

— О! Спасибо за идею, самый умный в мире человек! Великий мыслитель современности, если бы не вы, то я бы в жизни не догадалась до подобного!

— Завязывай с иронией.

— Оки. — Алиса великодушно пожала плечами. — Это единственное место, не считая моего дома, где я предварительно поколдовала с защитными системами. Это место, в том числе, глушит сигналы.

— А твой дом чем плох? Там точно было бы удобнее скрываться…

Алиса ухмыльнулась.

— Вот еще, не рановато ли школьнице домой парней с ночевкой водить?

Я постарался скрыть краску на своем лице.

— Рановато, наверное, но ситуация критичная.

— Лучше всего будет залечь на дно именно в школе, потому что мой дом эта психопатка нещадно пасет. Нам надо будет придумать план дальнейших действий, и вероятнее всего, делать вылазки. Зайти она в мой дом не сможет, конечно, я там хорошенько постаралась с охранной магией, но и мы с тобой выйти незамеченными тоже. Встречаться с ней без козыря в рукаве плохая затея. Мне еще жить хочется.

— И сколько у нас времени, пока она нас не вычислит?

— Хм, день-два? Короче, у нас выходные на то, чтобы с ней разобраться.

Мы попали в школу через кабинет труда. Также, как и в тот раз, когда мы с Игрулей отправились взрывать обитель знаний. Несколько ловких жестов со стороны Алисы, и замок, как миленький, послушно упал с двери. Если бы Игруля увидела, как некто с такой легкостью справляется с закрытыми дверями, пока ей приходится делать копии ключей…

— Хорошее поле боя. — Воодушевленно продолжала Алиса. — По выходным нет уроков. Это значит, можно не думать о том, как бы не отправить на тот свет какого-нибудь бедолагу.

— Сам, своими руками… — Мой голос дрогнул. — Подписался на это безумие…

— Грех жаловаться, это гораздо перспективнее загробных принудительных работ.

Мы пересекли несколько тусклых и пустующих школьных коридоров, пока Алиса не остановилась у кабинета музыки. Тот находился на ремонте уже больше месяца. Несколько строительных лесов сковывало стены, но для двоих людей и кота тут было достаточно места.

Когда мы зашли внутрь, ко мне обратился зеленоволосый демон-подполковник:

— План такой, я сейчас пойду и проверю все защитные механизмы, а ты, в это время, подготовишь все к ночлегу. Все понятно?

— Ага, так точно.

— И подмести не забудь! — Бросила Алиса мне на выходе из кабинета. — Там, в углу, лежит метла. — Она уже было ушла, но снова вернулась и добавила: — И следи за Котопортом, хорошо?

— Как прикажете.

Котопорт вылез из рюкзака и улегся на подоконнике, под которым была теплая батарея.

— Ну, что? За тобой надо следить… Котопорт?

— За собой последи лучше, человек-катастрофа.

Золушка принялась за уборку. Я наспех подмел лакированные доски, после чего разложил первый матрац—

В тот же момент меня осенило—

Я впервые задумался о том, что сегодня—

Первый раз в своей жизни буду спать в одном помещении с девушкой.

Да, романтический аспект прибит намертво, но—

Передо мной все равно стояла дилемма о том, как правильно разложить матрацы.

По очевидной причине я не собираюсь раскладывать их вплотную, потому что это может на что-то намекать. Но и раскидать их по разным углам комнаты тоже такое себе. Алиса может подумать, что я ее сторонюсь или вроде того. Я пришел к выводу, что разумнее всего будет постелить матрацы на некотором расстоянии в соответствии с приличиями.

Пару-тройку метров будет достаточно? В том и проблема в коммуникации с людьми, что “приличия” у всех разные. У целых культур различное понимание того, что есть “нормально”, да и между людьми в обществе зачастую возникают проблемы на этой почве. Правильно говорил Сартр, что “ад — это другие”.

Наблюдая за моими терзаниями, Котопорт все посмеивался.

— Хорошо быть котом. Мне-то ничего не стоит… лечь у нее в ногах…

— Сказочный извращенец.

— Хи-хи-хи…

Я разложил свой матрац, а ее “хлопковый ролл” положил в угол. Когда Алиса вернулась после обхода, то посмотрела на меня с возмущением.

— Так, а мой матрас!?

Решил пойти на хитрость—

— Я подумал, что будет лучше, если ты сама разложишь свой матрац, как тебе удобно.

Алиса посмотрела на меня, как на чудного, взяла матрац и разложила его на расстоянии вытянутой руки от моего.

Меня бросило в жар.

Фух…

Ладно, хотя бы головоломка решена.

Теперь кабинет музыки чем-то напоминал спальню на японский лад, с футонами на полу. Алиса потушила свет в кабинете и включила ночник, который я притащил из квартиры.

— Ты чего!?…

Я бездумно завопил, и хотел было добавить—

Не слишком ли интимная атмосферка?

— Чего? — Она бросилась в меня нахмуренным взглядом. — Яркий свет слишком бросается в глаза с улицы, кто-нибудь может заинтересоваться тем, по какой причине в школе ночью горит свет.

— А… Да, точно.

— Тебе надо выспаться, Тимофей, — сказала Алиса с важным видом заумного психолога, — Ты ведешь себя странно.

Меня настигло то неприятное состояние, когда безумно хотелось спать, но никак не получалось сомкнуть глаз.

Столько всего произошло со мной в этот безумный вечер—

Алиса не сводила задумчивого взгляда с ночника. Отблески теплого персикового света замерли на ее лице. Надо полагать, что она тоже думала о событиях этого вечера. Затем она посмотрела на меня и скривила губы.

— Такое ощущение, что ты сейчас лопнешь от напряжения. Ну, говори, что там у тебя на уме, Тимофей?

— А… Я правильно понимаю, что Ева вычислила меня, потому что я злоупотребил волшебной книгой?

— Слишком банально.

— Это как?… Может… И банально, но логично, нет? Ева вышла на меня в тот же момент, как у меня появилась книга. Это слишком очевидное совпадение, чтобы здесь не было никакой закономерности, тебе не кажется?

— Меня удивляет то, насколько ты принципиален в своем обезличивании магической книги.

— Хочешь сказать…

Я замолчал, потому что мысль, которая посетила мою голову, показалась слишком абсурдной. Настолько, что я даже неловко ухмыльнулся. Алиса вся сморщилась, когда посмотрела на меня. Я вызываю у нее раздражение, как назойливая сыпь.

— Гы-гы-гы, книга не может иметь мотивации, да? А, вот, может. Помнишь, чтобы до книжки тебе попадалось что-то подобное в руки?

Из всего, что побывало в моих руках, только СД-диск с взбунтовавшимся “призраком” из заброшенного интерната, можно было назвать матричным артефактом.

— Да, но от него было больше вреда, чем пользы.

— О, привыкай, это так и работает! Каждый раз понимаешь, что от очередной магической безделушки проблем не оберешься, но все равно надеешься на то, что в этот-то раз все будет иначе! Ага, конечно.

— Так, где ты нашла эту книгу?

— Долго искать не пришлось. Она сама меня нашла. В кирпичном особняке, где я теперь живу.

— Дай угадаю, в проклятом доме — проклятые артефакты?

— Да, они почти всегда такие. — Алиса махнула рукой с раздражением. — Видишь ли в чем дело, магические артефакты появляются на этот свет только из страданий рода человеческого…

— Не понимаю, почему обязательно должно произойти нечто ужасное, чтобы появилась такая магия? А как же… любовь?

— Любовь? Ха.

Она скривила губы в усмешке и ненадолго замолкла.

— Все просто, счастливому человеку не нужны чудеса. Иронично, не правда, ли? Чудо нужно только тому, кто глубоко несчастлив. Книга эта… содержит в себе несбывшиеся мечты тех, кто погиб в пожаре.

— Зачем… книга принципиально искажает желания?

— Думаю, книга по природе своей абсурдна. Создает предметы, но не хочет их создавать. Она не хочет исполнять мечты, но не может ослушаться хозяина. Поэтому всеми силами старается исказить желание. Все равно, что строптивый ребенок, с которым невозможно договориться без розги, но с побоями ты не заслужишь его любви. Зло иррационально.

— Я пытался уточнять желания насколько это возможно, чтобы получить нужный результат…

На мои слова Алиса только ухмыльнулась.

— И сильно тебе это помогло?

— Не особо.

— У книги есть еще одно правило, о котором с ходу и не догадаешься. Она в буквальном смысле записывает между строк. Кроме тех слов, которые ты записываешь на страницы, есть еще и завуалированный смысл, который содержится в содержании. Когда у меня не получилось воскресить тех людей, то проблема была не в том, что я написала, а в тех сомнениях, которые меня не отпускали. Я понимала, что могу получить сомнительный результат, и я его получила. Забавно, а? Не ты читаешь книгу, а все ровно наоборот.

— Значит, когда я пытался создать свое сокровенное желание, то уже был обречен на неудачу, потому что не верил в результат?

— Хуже, ты думал о том, что тебе положено наказание. За то, что хочешь прыгнуть слишком высоко. Именно это книга записала между строк.

— Значит…

— Именно, книга создала Еву, чтобы ты смог сам себя покарать за содеянное. Как это любезно со стороны проклятого артефакта, не находишь?

— Не понимаю, зачем ты вообще оставила себе эту жуткую книгу.

— Кто бы мог подумать, что ты ее украдешь?

Справедливо.

— Чушь какая-то, — сказал я, — если я “создал” Еву при помощи книги, как ты говоришь неосознанно, почему я ее “помню”? Это раз. Во вторых, она преследовала меня до того, как я воспользовался книгой. Это два. Что ты на это скажешь?

Не может же Черный силуэт оказаться моей повторяющейся галлюцинацией?

Алиса задумалась на мгновение и спросила:

— Как Бог создал вселенную?

— Отличный вопрос, а главное, что по теме… — Смирившись с тем, что разговор идет на ее правилах, я ответил: — Ну, за семь дней, если я ничего не путаю.

— Ага, а как он это сделал?

— Взял и сделал. Он же всемогущий.

— Это-то понятно, что он всемогущий. В чем его всемогущество-то заключается?

— Ну…

— Бог создал мир из пустоты. В этом и заключается его могущество, и в этом Господь отличается от человека. Человек, каким бы талантливым он не был, на такое не способен. Перед тем, как изобрести колесо, его создатель увидел нечто похожее в окружающем его мире. Круглый камень куда проще катить, чем тащить. Понимаешь о чем я?

— Не совсем.

— Ох… — Выдохнула Алиса. — Ладно, возьмем пример попроще. На что похож тот камень, который ты сделал при помощи книги?

— На камень.

— А Котопорт?

В самом деле, Котопорт сильно напоминал того кота, который был у меня в детстве.

Суть дилеммы поменялась—

Котопорт “похож” или “есть”.

— Котопорт, — обратился я к вредному кошаку, — ты…

Кажется, он догадался о сути моего вопроса. Он, лежащий на матраце Алисы, лениво зевнул и отвернулся.

— Без комментариев.

— Не так важно похож ли близнец на своего близнеца. Человеческое воображение обманчиво. Велика вероятность того, что тебе лишь кажется, будто Котопорт похож на твоего котика из детства. Если сейчас, перед твоими глазами, поставить “оригинал” того самого кота, то он может и не соответствовать тому, каким ты его запомнил. Человеческая память обманчива. Нет, это все равно, что иной взгляд на реальность. Другая правда, которая существует только в сердце.

— Хочешь сказать, что… у Евы тоже есть свой “оригинал”?

— Ну, вроде того.

— Ева приняла образ последователя “Истинного света”. Ты мне рассказывала о них, и поэтому книга подстроила все под мое восприятие, верно говорю?

— Вероятнее всего, — кивнула Алиса.

Что-то вроде девичьей куклы, на которую можно надеть любые наряды.

— Да, из этого вытекает еще одна интересная мысль. — Продолжала Алиса. — Откуда взялась Ева?

— Из того места, где… Я ее “помню”?

— Правильно! Молодец! — Алиса хлопнула в ладоши. — Вот мы и нашли ответ на твой вопрос! Ты ее, типа, “помнишь”, и она, типа, тебя преследовала — это все остаточные кармические искажения, так что не забивай себе голову этим мусором. Единственное, оно все-таки может оказаться полезным. Возможно, твое воспоминание приведет нас к тому, что принадлежит “оригиналу”, и мы сможем изгнать из этого мира фальшивку!

Значит, Черный силуэт—

Это иллюзия?

— А если ничего не найдем по следу моих ложных воспоминаний?

— Придется с этим смириться. У нас, все равно, больше нет никаких зацепок на данный момент.

Заметив то, как я поник, Алиса поспешила меня подбодрить—

В своей излюбленной манере.

— Не переживай ты так! — Она хлопнула меня по плечу. — Есть крохотная вероятность, что ты проживешь долгую и счастливую жизнь!

Она протяжно зевнула.

— Утро вечера мудренее, так что… Спать надо!

Алиса свернулась калачиком на матраце, распустив кислотные пряди подобно корням векового дерева.

— Спокойной ночи.

— Спокойной ночи…

Я завернулся в простыню, как гусеница в кокон. Несмотря на то, что школа была подключена к центральному отоплению и грелась круглосуточно, как отделение ада на земле (чем оно, в сути своей и являлось) спать на полу было дискомфортно. Мало того, что жестко, и моя спина уже успела затечь, так еще и от гладких крашенных досок несло могильным холодом. Надо быть готовым к тому, что на утро проснусь с полным носом соплей. И как японцы спят на своих футонах? Непонятно.

Кое-как смог уложить свое тело в терпимое положение. То и дело казалось, что одно неловкое движение и кости запищат подобно расстроенному пианино.

Не заметил, как глаза начали постепенно слипаться—

— Тимофей…

— А?… Что?

Я с трудом перевернулся на другой бок. Алиса, подложив руки под голову, беззаботно скалилась во сне.

Затем мина на ее лице переменилась.

Алиса недовольно хмурилась.

— Тимофей.

Кто бы мог подумать, что зеленоволосый демон разговаривает во сне? Надеюсь, что ей не свойственен лунатизм. Мало ли, что она может начудить, если примется расхаживать, находясь под воздействием Морфея. Еще меня несколько тревожило то, что—

Она была чем-то недовольна мной.

Если человека ненароком разбудить, то могут быть вспышки агрессии. В случае с Алисой надо было ожидать катастрофы. Лучше лежать тише воды и ниже травы.

Снова недовольный голос:

— Тимофей.

Мне стало любопытно, же чем ей так не угодил “Тимофей из сна”.

Хмурое личико ее разгладилось и снова приняло безмятежный пастельный оттенок, близкий к бежевому—

— Тимофей… Ну ты и дурачок…

Представить страшно, что ей там снится.

— хи-хи-хи…

Твою же мать.

Этот жуткий смех принадлежал котяре, который посапывал у Алисы в ногах.

— Что тебя так забавляет, мохнатый? — Зашипел я на него.

— Ты болван. Хи-хи-хи… АЙ!

В полной тишине раздался кошачий визг чем-то напоминающий удар кувалдой по клавишам пианино. Алиса во сне со всей силы пнула Котопорта.

Даже этот вой, полный страдания, ее не разбудил.

Котопорт сначала засухарился в темноте, но затем послышалось тихое скрябанье коготочков.

— Подвинься.

Кошак сплел себе гнездо у меня в ногах и равномерно засопел.

Вскоре, совсем стало тихо и все заснули.