***

Взгляд из тени преследовал меня.

Впервые я это осознал, когда вскочил посреди ночи после жестокого кошмара.

Тяжелое дыхание встретило меня по возвращении из мира грез. Чем дольше я всматривался во мрак, тем более явственно видел темный однотонный силуэт у окна. Он медленно приближался, а я ничего не мог с этим поделать. Я не знал, когда он меня достигнет, но понимал, что у меня нет возможности от него убежать. То была бесконечная пытка в ожидании смерти—

И только когда страх становился совсем невыносимым, у меня получалось вырваться из кошмарных объятий сна.

Тяжелое дыхание встретило меня по возвращении из мира грез. Чем дольше я всматривался во мрак, тем более явственно видел темный однотонный силуэт у окна. Он медленно приближался, а я ничего не мог с этим поделать. Я не знал, когда он меня достигнет, но понимал, что у меня нет возможности от него убежать. То была бесконечная пытка в ожидании смерти—

И только когда страх становился совсем невыносимым, у меня получалось вырваться из кошмарных объятий сна—

Я поймал себя на расплывчатой мысли—

Все повторяется вновь и вновь.

Тяжелое дыхание встретило меня по возвращении из мира грез. Чем дольше я всматривался во мрак—

Господи.

Этот Черный силуэт—

Не собирается выпускать меня из бесконечного кошмара.

***

— Прием-прием!

— …?

Звонкий голос вырвал меня из размышлений. Я бросил взгляд по направлению к зову, и увидел Игрулю, которая сидела на корточках в дверях моего класса и подманивала меня рукой.

— Первый, вызывает второго! Ястреб вызывает сокола!

С того дня, как меня измучил тот нескончаемый кошмар, я был уверен, что за мной кто-то следит. Большая перемена в школе не стала исключением. Я сидел за партой из окна и чувствовал чей-то взор на своем теле. Когда я повернулся в сторону преследователя, то обнаружил только голые балки футбольных ворот за окном.

— Подтверждаю, ястреб на связи! Как слышите!? Конец связи!

Игруля всеми силами стремилась привлечь мое внимание. У меня не было иного выхода, кроме как прикинуться глухонемым. Мне не хотелось делать вид, что я ее не замечаю, но—

Она, ведь, опять одержима какой-нибудь идиотской идеей, и теперь хочет запрячь меня в очередное сомнительное предприятие.

— Ястреб на связи! Как слышно!? Прием!

Игруля увлеченно играла в конспирацию. Сомневаюсь, что в этом была какая-либо необходимость. Те три калеки, что не пошли в столовую на большой перемене, и куковали в классе как и я, давно уже заметили рыжеволосого шпиона. Бедолаги неуютно переглядывались.

Может, отвлечься от мучительных дум — это хорошая идея?

Я повернулся к Игруле.

— Сокол на связи…

— Иди сюда, Тимофей!

Я вышел к ней в коридор, и она сразу же принялась меня обрабатывать.

— Такой вопрос к тебе, Тимофей, а сколько уже с нами новенькая?

— Ты про Алису?

— Ну, а про кого еще?

— Неделя прошла.

— Как же так? — Игруля зацокала. — Не порядок, мы так и посвятили ее в наши ряды!

— А стоит ли посвящать ее в наши ряды?

— Помнишь, что было, когда ты пришел в нашу школу? Твой рюкзак загадочно пропал…

Помню. Я искал свой портфель весь учебный день. Никто не сознался в краже даже после того, как учительница принялась вести расследование и грозилась серьезным наказанием шутнику. Именно Игруля помогла мне отыскать рюкзак в туалете для девочек. Это событие сблизило нас. Мы подружились. А после я узнал о том, что Игруля рюкзак-то и спрятала. Это было в начальной школе, к слову. Кажется, мы уже должны были вырасти из этого возраста.

— Мы просто обязаны сделать то же самое с рюкзаком Алисы!

Игруля сказала это с пуленепробиваемой уверенностью. Как бы деликатно донести до нее мысль о том, что воровать рюкзак зеленоволосого демона — это плохая идея? Пихать голову в пасть льва позволительно только дрессировщику. Да и то, на свой страх и риск. Я как-то не было уверен в том, что могу сказать Алисе “апорт”.

— Да ну, детский сад какой-то.

Я не мог сказать Игруле о том, что она планирует подшутить над беглым матричным преступником. Если я ей об этом расскажу, то—

Игруля безусловно мне поверит.

И это проблема!

Вместо того, чтобы испугаться и сдать назад, Игруля с еще большей уверенностью примется за дело.

“Уху! Мы стащим рюкзак у настоящего волшебника! Блеск! А что, если у нее в сумке лежат какие-нибудь зелья и магические свитки!? Я всегда хотела научиться левитации!”

Игруля давила на меня, как никогда.

— У меня уже подготовлен план предстоящей операции!

Господь Всемогущий, я молю тебя о том, чтобы в меня ударила молния.

— Когда Алиса вернется в класс, ты скажешь ей о том, что ее вызвали к завучу…

— Нет, не скажу.

— Почему… ты отказываешься мне помогать!?

— Потому что это сделает меня главным подозреваемым.

— Хорошо, тогда поступим иначе. Я сама ей это скажу. Ты в этот момент возьмешь ее рюкзак и спрячешь его в туалете для мальчиков…

Эх, Игруля-Игруля, какой же доисторический трюк. Отнести рюкзак девочки в туалет для мальчиков, чтобы та постеснялась забрать его оттуда. Сомневаюсь, что это может сработать с зеленоволосым демоном. Игруля плохо изучила свою жертву.

— Сыроватый у тебя план, скажем честно. — Подытожил я. — Если ты скажешь Алисе, что ее вызвали к завучу, а ее, естественно, никто и никуда не вызывал, то станешь кем? Правильно, главным подозреваемым. Она примется тебя пытать, чтобы ты выдала местонахождение рюкзака и сообщников. Что ты сделаешь? Верно, выдашь меня. А мне не хочется, чтобы меня пытали.

Игруля задумалась.

— А тебя-то зачем ей пытать? Не понимаю.

— Да, так… Просто, для души.

Игруля ударила себя кулачком по груди.

— Не переживай, Тимофей! Я своих не сдаю!

— Да? А что, если Алиса будет пытать тебя при помощи бамбука?

— Меня не запугать! — Все-таки, Игруля призадумалась. — А что это за пытка такая… с бамбуком?

— Человека кладут на землю и связывают так, чтобы он не смог пошевелиться. Под ним находится росток бамбука. Есть такие сорта, которые растут примерно на метр в высоту в сутки. Бамбук прорастает сквозь тело жертвы и доставляет ей невыносимые мучения.

Игруля схватилась за подбородок и задумалась о том, сможет ли она вытерпеть подобную пытку и не сдать своих сообщников в придачу.

— Уже начинаешь сомневаться в своей храбрости?

— Да, нет. Я только понять не могу, где Алиса возьмет бамбук в наших широтах?

— Сборище дилетантов.

На горизонте показался Вадим. Можно было догадаться о том, что он частично слышал наш разговор.

И что он имеет в виду по дилетантством?

Пытка бамбуком кажется ему слишком прозаичной?

— Если уж и собрались сделать что-то по человечески, то и подойти к вопросу надо с разумом.

Какая заносчивость, вы только посмотрите на него.

Вадим рассказал нам, как он видит трюк с похищением рюкзака.

— Короче, начнем с фактора отвлечения. Вместо того, чтобы в лоб сообщать Алисе о том, что ее вызвали к завучу, мы создадим цепочку из людей. Сначала кто-нибудь из нас скажет первому из звеньев: “Ой, слушай, я опаздываю! Передай Алисе о том, что “звено номер 2” хочет сказать ей что-то важное!”. Алиса уже на крючке. Она идет к “звену номер 2”…

Примерно на десятом звене в этой цепи я перестал понимать что-либо.

— … И еще, очень важно проследить за тем, чтобы Алиса оставила рюкзак без присмотра. Ваш изначальный план принялся хромать с самого начала. Даже, если Алиса пойдет к завучу, как вам и хотелось, с чего бы ей не взять рюкзак вместе с собой? Все, ваш план провалился окончательно! Чтобы это исправить, “звено номер двадцать четыре” в своем сообщении добавит ключевое слово “срочно!”. Это, господа и дамы, магия психолингвистики! Алиса переключится с рюкзака на неизвестную проблему и побежит навстречу следующей части нашего коварного плана!

План Вадима был настолько сложным, что казался вершиной дурости и бессмысленности. Те люди, что планируют ограбление федерального банка, не идут на столь дотошные ухищрения. У нас же банальная кража рюкзака напоминала шпионский детектив. В силу своей абсурдности он попросту не мог сработать.

Мне повезло избежать участия в этой авантюре. Вадим с Игрулей прекрасно справлялись и сами в плане креатива, поэтому я смог тихонько улизнуть, пока они наперебой забрасывали друг друга новыми идеями о том, как бы разнообразить и без того перегруженный план-перехват.

Трудно найти двух других людей в этой вселенной, у которых настолько бы сходились общие интересы. Эти двое настоящие кудесники, когда речь заходила о надоедании людям и занятии всякой чушью.

Я вернулся в класс и уставился в телефон. Когда смог отлипнуть от телефона, то заметил Вадима. Он прошел мимо моей парты, довольно потирая руки. Что это его так обрадовало? Да ну, такой идиотский план попросту не может сработать с зеленовосым демоном—

Вслед за Вадимом в класс спокойным шагов вошла Алиса—

Без рюкзака на плечах.

— …

Неужели у них получилось!?

Алиса поддерживала на своем лице однотонную улыбку, в которой не нашлось бы и крупицы искренности. Все это непрозрачно намекало на то, что дела так себе. Было бы лучше, если Алиса забежала бы в класс и закричала.

Вместо этого, она заговорила приторно-ласковым голосом:

— Прошу минуточку внимания…

Алиса терпеливо дождалась момента, когда все отвлекутся от своих дел и заметят ее присутствие в классе.

— Немного подумав, я решила поступить следующим образом…

— …

— Я буду убивать вас по очереди до тех самых пор, пока один из вас, злодеев, не сознается в краже моего рюкзака. Массовое убийство начнется насчет три. Итак, раз…

На мой вкус, это не самая лучшая угроза.

Если Алиса будет убивать нас случайным образом, то велика вероятность избавиться от виновника, который знает о местонахождении ее рюкзака—

Так, я совсем не о том думаю сейчас.

Дела-то плохи.

Обычно я предпочитаю отлынивать от всякой коллективной ответственности, но так уж получилось, что я единственный осознаю опасность сложившейся ситуации.

Какая морока.

— Два…

Я тихонько откинулся на стуле таким образом, чтобы только Вадим, который сидел позади, смог меня услышать.

— Скажи, где рюкзак.

— Зачем?

Логичный вопрос, они его спрятали не для того, чтобы тотчас вернуть.

— Поверь мне на слово, друг… — У меня пересохло во рту. — …Она убьет нас всех.

Мне повезло, что Вадим проникся тем психопатическим гневом, который источала Алиса. Эта аура успела поглотить учебный кабинет, и все воспринимали слова Алисы довольно серьезно.

Вадим тихо прошептал, чтобы только я смог услышать:

— Рюкзак в мужском туалете на третьем этаже.

Я же не смог сдержать собственного разочарования.

— Серьезно?

Я нагло обернулся к Вадиму.

— Это невыносимо тупо. Настолько тупо, что мне психологически больно. Вы придумали столь изощренно-абсурдный план, и только для того, чтобы спрятать рюкзак в мужском туалете!? Как вас, придурков неисправимых, земля носит? Я не могу понять…

— Три.

Честно, мне даже не хотелось фантазировать на тему того, что нас всех сейчас ждет—

Я вскочил со своего места и обратился к Алисе.

— Подожди!

Вообще, я человек замкнутый и стеснительный. Мне не свойственно искать внимания других людей. Мне пришлось сделать так, чтобы на меня обратились взоры всех присутствующих. Ситуация была чрезвычайной.

— Ты? — Алиса смотрела на меня, как Цезарь на Брута. — Ты… спрятал мой рюкзак?

В ее глазах читалось искреннее удивление. Алиса как бы говорила мне: “У тебя совсем плохо с головой, если ты решил со мной в игры играть?”

Она сверлила меня взглядом—

Еще немного и меня расплавит, как металл в печке, если Алиса продолжит так глазеть на меня.

— Нет, это был не я.

Кажется, она мне не поверила—

— Зачем ты тогда подскочил? — Она нахмурилась и рассеянно посмотрела на меня. — Сядь, пожалуйста, обратно на свое место и не мешай мне.

Алиса снова окинула класс безжизненным взглядом.

— Ничего личного, я превращу ваши жизни в бесконечные страдания.

Никогда бы не подумал, что Алису можно так легко обмануть. Среди обычных людей такое никогда не сработает. Если уж и подозревать кого-либо и напрямую обвинять, то на оправдания в духе: “Нет, нет, убийца не я, а дворецкий!”, отреагируешь с недюжинным скепсисом. Алиса же по человеческим меркам, а уж тем более, по меркам самого жестокого в мире места под названием “школа”, вела себя—

Слишком уж наивно.

Алису не так-то просто обмануть, когда дело касается всякой паранормальной шизофрении. Это ее среда обитания. Но аспекты обыденной жизни, в которой варятся самые обыкновенные и невзрачные люди, ставили ее в тупик.

Наверное, Вадим подумал примерно о том же самом. Я услышал позади себя его бормотание:

— Ну, и зачем я придумывал такую сложную многоходовочку? Надо было поступить так, как изначально предлагала Игруля. А-а-а-а-х… Бестолковая трата времени.

Я излишне отвлекся на внутренний монолог.

У нас тут резня намечается.

— Я не прятал твой рюкзак, но знаю, где он находится.

Мои слова заставили Алису призадуматься.

— Если не ты спрятал мой рюкзак, откуда ты можешь знать о том, где он находится?

И снова похожий наивный мотив. Ее вопрос ко мне не содержит очевидного подозрения. Она не намекает мне на то, что я пытаюсь ее обмануть. Без толики иронии, она пытается узнать, каким образом человек, который не участвовал в краже рюкзака, может знать о его местонахождении.

— Я начинаю терять терпение, Тимофей.

Нужно быстрее предпринимать ходы.

— Я знаю того, кто спрятал твой рюкзак.

— И кто же это?

— Не скажу.

Алиса раздраженно фыркнула.

— Это не смешно… Я ненавижу решать загадки, потому что от них у меня болит голова! Скажи мне, кто украл рюкзак!

Я деловито скрестил руки перед собой

— Предлагаю тебе сделку. Я покажу тебе то место, где находится рюкзак, а ты забываешь об этом инциденте. Мы продолжаем, как ни в чем не было, жить долго и счастливо. Жить, поживать, да добра наживать…

— Так, помолчи.

Алиса принялась ходить на месте.

О чем она там думает? Не о том ли, что может продешевить, если согласится на мои условия? Как же с ней сложно.

— Переубивать вас всех будет куда накладнее. — Сказала Алиса. — Хорошо, договорились.

— Как я понимаю, ты сдержишь свое слово и не порешаешь тут всех, когда я верну тебе рюкзак?

— Естественно.

Были вещи, которые мне нравились в Алисе. Например, она держит свое слово. По необъяснимой причине, для нее это очень важно. Вообще, если не считать почти всего того, что она вытворяет, в остальном она была честным и порядочным человеком.

Я привел ее к мужском туалету на третьем этаже. Рюкзак был спрятан в самом углу, за панелью одной из кабинок. Я хотел было вернуться в коридор и отдать Алисе рюкзак, но—

— Ну и вонь.

Услышал позади себя знакомый голос.

Она подкралась незаметно. Я обернулся и увидел Алису, которая стояла позади меня. Правильно я подозревал, что она не постесняется зайти в мужской туалет.

— Ты забыла, чем отличаются человечки на дверях? Там, где юбочка, то для девочек. Там, где брючки, то для мальчиков…

— Если судить по твоей логике, Тимофей, Игруле надо ходить в туалет для мальчиков.

Подловила Алиса меня, как Диоген Платона с его описанием человека. Игруля, сколько я ее помню, ходила в брюках и волосы на ее голове были короткими.

— Не все условности этого мира построены на логике, мой дорогой гость из параллельного мира…

— Ты настаиваешь на том, чтобы я покинула мужской туалет?

— Да нет, мне все равно.

— Дай мне рюкзак, и я уйду.

Когда мы вышли в коридор, прозвенел звонок на урок.

— Нам пора идти.

— А? Да-да, сейчас.

Алиса дотошно проверяла содержимое рюкзака.

— Можешь идти, я тебя догоню.

— Ничего страшного, я подожду.

Она закончила проверять содержимое сумки, после чего—

Алиса вцепилась в меня!

А… Не совсем—

Она меня обняла.

— Эй, ты чего делаешь? — Я безуспешно пытался вырваться из тисков. — Прошу тебя, не надо…

Алиса удосужилась меня отпустить.

— С тобой… точно все хорошо? — Решился я спросить.

— Да, а что? — Алиса осмотрела себя со всех сторон. — Со мной… что-то не так?

— Нет, даже не знаю… — Я неловко почесал затылок. — Зачем… ты обняла меня?

— А… Я прочитала где-то, что объятия положительно влияют на человеческую психику.

— А… И?

— Ну, и решила тебя так как-то отблагодарить за помощь в поиске рюкзака.

— Понял…

Я стыдливо отвел взгляд в сторону.

Как-то неловко было наблюдать этот сбой программы, и я все никак не мог избавиться от краски на лице.

Мы пошли обратно в класс—

— Слушай, — спросил я Алису, когда мы подошли к двери кабинета, — у меня вопрос появился к тебе…

— Какой?

— А тебе… Нужно, чтобы тебя обнимали?

— Ты о чем вообще?

Да, странный вопрос.

Я говорю так, словно она андроид какой-то без чувств и эмоций.

— Ну… Ты что-то чувствуешь, когда тебя обнимают?

Какой же невыносимо глупый вопрос.

Алиса призадумалась, попеременно поглядывая по сторонам, словно пыталась отыскать какое-то ощущение, и сказала:

— Да, наверное… Я почувствовала нечто странное, когда обняла тебя.

***

Учительница литературы по сравнению с Наталкой, нашим классным руководителем, к счастью, не обладала характером члена гестапо. Впустила нас на урок после опоздания без каких-либо умозрительных пыток. Я сидел за партой, и мне было не до Тургенева. Слишком уж много всего произошло за большую перемену.

Алиса. Я настолько привык обезличивать ее. Называть ее зеленоволосым демоном. А после—

Она обняла меня.

В тот момент в моей голове ненароком проскользнула мысль о том, что пришло время—

Называть ее человеком.

Даже, если она и не человек вовсе.

Этическая загадка. Если человечество сможет создать искусственный интеллект, разум и душа которого будет идентично человеческому—

Не обязаны ли люди будут признать за таким творением человеческое начало?

Впервые за то время, что мы с Алисой знакомы, я попытался поставить себя на ее место. Как она ощущает себя в моей реальности? Чужаком.

Наверное, это неприятно.

Если не я, то кто ее признает?

Учительница по литературе решила проверить знания Вадима о содержании романа “Отцы и дети”.

— Ну же, кем был Базаров?

— А… Ну, этим… ну…

— Нигилистом он был, Вадим. А нигилисты кто такие?

— Они это…

— Слушай, Вадим, ты хотя бы “Муму”-то помнишь?

— Да, там… Герасим… собаку свою утопил.

— Хорошо, это мы знаем. А утопил зачем? Живодером был?

— Нет, наверное… Нет, он…

— Он утопил свою собачонку, потому что не смог пойти против пожелания своей барыни. Мораль-то какая у истории?

— Ну… там, типа…

— А, вот, с этим уже сам разберешься, когда заново рассказ прочитаешь… Так, вернемся к нашему Базарову!

Иногда необходимо—

Сломать заржавевшую систему—

В собственной голове.

***

Когда закончился урок литературы, Алиса села на стул напротив моей парты и обратилась ко мне с неожиданным предложением:

— Пойдем вечером ко мне.

— Что… ты имеешь в виду?

— Неужели в моем вопросе есть нечто, что требует дополнительных расшифровок? — Алиса фыркнула. — Как по мне, все довольно просто. Ты не был у меня дома, поэтому я захотела пригласить тебя в гости. Разве в этом есть что-то странное?

— Нет.

У нее… есть дом? Меня ранее не посещала мысль о том, где Алиса живет. После того, как она переписала реальность, койка в психиатрической клинике больше ей не принадлежала. Логично было предположить, что она где-то обитает. В тот же момент я имею дело с существом из иной реальности. Откуда мне знать ее причуды?

И, все-таки, дом у нее есть, оказывается.

— Ну, че ты молчишь!? — Алиса раздраженно хмыкнула. — Пойдешь ко мне сегодня!? Скажи что-нибудь! “Да”!? “Нет”!? “Не знаю”!? “Может быть”!? Роди какой-нибудь ответ, тугодум!

— Да, я приду.

— Куда ты придешь? — Она раздраженно хмыкнула, будто бы я сказал нечто невыносимо глупое. — Никуда ты не придешь…

Алиса легонько постучала кулачком по моей макушке.

— Не дай Бог, у тебя там в шестеренках что-нибудь заклинит, и ты потеряешься на полпути, шизик. Не переживай, после школы вместе поедем на автобусе.

Алиса слезла с парты, чтобы подготовиться к следующему уроку. Она достала все необходимое из своего рюкзака, после чего еще раз осмотрела содержимое сумки.

Прозвенел звонок на следующий урок. У меня никак не получалось сосредоточиться на учебе. Мой взгляд отказывался отцепиться от зеленых прядей существа из иной реальности.

Нечто странное происходит у меня под носом.

По какой причине Алиса так сильно цепляется за нечто столь незначительное, как тряпичная сумка с учебной утварью? Не годится, чтобы могущественное существо из иной реальности переживало о чем-то столь маловажном.

В тот же момент, она была готова за него убить.

Когда закончился урок, я встал из-за парты и вышел в коридор—

Убежденный в собственной догадке—

— …

В рюкзаке Алисы находится нечто важное.