Для жителей города Лу эта ночь была бессонной. С наступлением темноты пламя факелов осветило ночное небо. Топот солдатских сапог гремел, словно гром, ударяя в сердца бесчисленных горожан, они никогда не видели такое количество солдат.

Хотя простолюдины были так напуганы, что не смели выйти, они всё равно очень беспокоились о происходящем. Многие украдкой выглядывали в щели дверей и окон, наблюдая за ситуацией. Все переживали за нового губернатора. Хотя доступ к информации у обычных граждан был ограничен, они не были дураками. После месяца торговой войны за зерно и соль и сегодняшнего рейда на торговцев все прекрасно понимали, что новый губернатор на их стороне. Однако встать на сторону простых людей было непросто и это неизбежно заставит этих торговцев действовать. Солдаты, собравшиеся сегодня ночью, точно пришли разобраться с новым губернатором.

— Надеюсь, с губернатором ничего не случится!

— Правда надеюсь, что эти спекулянты поскорее сдохнут. Пусть губернатор будет в безопасности.

— Беззаконие, настоящее беззаконие. Небеса, откройте глаза. Пожалуйста, защитите губернатора!

В этот момент в городе Лу бесчисленные горожане молились за Цуй Хэна в своих домах. Все молились о его безопасности. Что касалось криков солдат о том, что новый губернатор вступил в сговор с королем Янь и хочет сдать город, никто в это не верил. Кто стал бы раздавать столько еды, если собирается сдать город? В этом хаотичном мире еда была крайне ценна.

У входа в резиденцию.

Цуй Хэн смотрел в сторону, где собрались простолюдины, его глаза сверкали. Он видел, как оттуда летели массы белого света, символизирующего «любовь». Это была любовь жителей города Лу к нему. Только любя кого-то, можно молиться за него. Чувствуя, как быстро растёт свет Семи Эмоций вокруг его Золотого Ядра, Цуй Хэн ощутил прилив сил. Его усилия за последний месяц не пропали даром. Наконец-то он добился крупного прироста Семи Эмоций. Более того, это было только начало.

Если он уничтожит этих торговцев, контролирующих народ, и позволит развиваться разным видам бизнеса, выиграют не только жители города Лу, но и все остальные города и деревни в префектуре. Это касалось жизни более миллиона людей! Если он сможет заслужить любовь стольких людей, белый свет, символизирующий «любовь», должен пережить период быстрого роста.

— Закончив всё это, белый свет должен сильно вырасти. Возможно, он станет первым, кто достигнет фута в высоту — подумал Цуй Хэн. Он радовался, он также и волновался.

— Но чёрный свет, символизирующий ненависть, никак не увеличивался. Почему людям так сложно меня ненавидеть? Есть ли способ сделать, чтобы ненависть не превращалась так быстро в другие эмоции?

На самом деле, ненавидящих его точно было много, но большинство их эмоций быстро превращались в гнев, страх и отчаяние. Чистой ненависти почти не оставалось.

С этой мыслью он посмотрел на улицу перед резиденцией. Тысячи серых огоньков плыли по направлению к нему. Это был свет, символизирующий печаль. Тысячи элитных солдат, которых воспитал Сунь Паньши и другие, были убиты Хуэй Ши.

В этот момент улицы перед резиденцией наполнялись звуками битвы. Нет, если точнее, это была смесь криков, плача и мольб о помощи, взмывающих в небо. Потому что это была односторонняя бойня, которую учинил Хуэй Ши! Словно волк, ворвавшийся в стадо овец.

Ни один солдат не мог его ранить. Будь то лёгкое оружие вроде мечей и сабель или тяжёлое, вроде дубин и молотов - всё было бесполезно. Как только оружие приближалось к Хуэй Ши, из его спины вылетал фантом огненного дракона. В туже секунду Божественный дракон обращал в пепел оружие вместе с его владельцем.

При этом сам Хуэй Ши обладал ужасающей силой. Даже его небрежный взмах мог мгновенно убить трёх-четырёх солдат. Это был полный разгром. Без преувеличений. Стоило Хуэй Ши взмахнуть кулаком или ударить ладонью, как на его руках появлялся фантом дракона, который обвивал их. Это делало его во много раз сильнее.

Перед такой силой даже закаленные доспехи были словно бумага, они не могли выдержать даже одного удара. Доспехи разлетались от одного шлепка или пробивались насквозь одним ударом! А солдаты, которые их носили, превращались в фарш. После ударов Хуэй Ши в этих останках было трудно узнать людей. Он был слишком силён!

Сюй Фэн’ань, Лю Литао и Чэнь Тун остолбенели, наблюдая резню, что ученил Хуэй Ши. Они смотрели, как он один вырезал тысячи элитных солдат. Разве подобной силой может обладать один человек?! На самом деле, когда Хуэй Ши только бросился в толпу, они испугались, что его убьют. Ведь перед лицом тысяч вооружённых и экипированных солдат даже величайший мастер Внутреннего Мира не осмелился бы идти в лобовую атаку. Более того, Хуэй Ши был всего лишь мастером Сяньтянь. Хотя у него и были так называемые «руны», дарованные Цуй Хэном. Никто не знал, для чего они. Но теперь, увидев рост силы Хуэй Ши, все трое остолбенели.

— Господин, это... это... — Лю Литао дрожащим пальцем показал наружу и неуверенно спросил Цуй Хэна:

— Это сила тех рун, о которых вы говорили?

— Именно — кивнул Цуй Хэн и улыбнулся.

— Небольшая хитрость, которую я придумал ранее. Кажется, эффект не так уж плох.

Небольшая хитрость? Не так уж плох? Все трое онемели. Если это считалось небольшой хитростью, то чего тогда стоили мастера Сяньтянь и Внутреннего Мира? Это был мастер Сяньтянь, убивающий тысячи элитных солдат с помощью грубой силы! С древних времён подобного никогда не случалось. Если новости об этой ночи распространятся, они точно потрясут мир.

В этот момент Сунь Паньши и остальные в ресторане остолбенели.

— Как это возможно?! Как это возможно?! — Сунь Паньши смотрел на улицу внизу глазами, налитыми кровью.

Он видел солдат, которых Хуэй Ши убивал словно цыплят, и думал, что это сон. Это были тысячи элитных солдат в полном вооружении и доспехах. Более того, все они владели боевыми искусствами. По крайней мере, все достигли уровня Восприятия Ци. Их сила намного превосходила обычных солдат. Пока они вместе им бы не составило труда убить величайшего мастера Внутреннего Мира! Почему же их резал, как кур, всего лишь мастеро Конденсации Ци?!

Стоящие рядом Хэ Чэнмао и монах Цзин Цун уже начали дрожать. Глядя на происходящее внизу и вдыхая едкий запах крови, они чувствовали, как волосы встают дыбом, а ноги подкашиваются.

— Где молодой господин Ван?! Куда делся молодой господин Ван?! — Хэ Чэнмао и монах Цзин Цун вдруг вспомнили, что Ван Цзиньшэн, который собирался лично за всем проследить, так и не появился. Разве не он с лёгкостью победил этого чиновника днём?

— Да, да, брат Ван, где брат Ван?! — Сунь Паньши вдруг опомнился и огляделся, но Вана нигде не было.

— Пэн Ланьчжи и Оуян Чжэнь тоже исчезли! — воскликнул Хэ Чэнмао, и страх в его глазах начал расти.

— Неужели, неужели они сбежали?!

— Даже Ван Цзиньшэн сбежал?! — монах Цзин Цун рухнул на пол и пробормотал:

— Конец, это конец.

Перед лицом монстра, способного в одиночку убить тысячи солдат, у них не было шансов на победу. Теперь уже было поздно бежать.

— Чёрт возьми, чёрт возьми! Ван Цзиньшэн, сволочь! — Сунь Паньши зарычал, все его тело дрожало. Он начал сходил с ума.

Однако сейчас было не до гнева. Он перевернул стол в комнате и прыгнул в окно, выходящее во внутренний двор. Но едва Сунь Паньши оказался снаружи, он почувствовал невероятную силу, тянущую его назад - сбежать было невозможно. Он посмотрел вниз и чуть не лишился чувств. Его бросило в холодный пот.

— Сяньтянь?!

Это был Хуэй Ши, поднявший руку и использовавший Истинную Ци Сяньтянь, чтобы создать фантом драконьей лапы. Он схватил пытающегося сбежать Сунь Паньши и стащил его с неба.

— Сунь Паньши из секты Тайчун, ты поддерживал спекулянтов и вредил простому народу. Посмотрим, сможешь ли ты сбежать сейчас! — рявкнул Хуэй Ши в небо, позволяя окружающим услышать его голос.

Это было, чтобы раскрыть личность Сунь Паньши и дать ему вкусить его же собственное лекарство. Одновременно монах Цзин Цун и Хэ Чэнмао, собиравшиеся бежать, тоже были схвачены. Спустя мгновение Хуэй Ши привёл их троих к Цуй Хэну и почтительно сказал:

— Господин, я выполнил возложенную на меня миссию!