Когда монах Хуэй Ши срубил голову привратнику семьи Хуан, старый мастер Хуан Шишан всё ещё находился в храмовом зале своего дома. Семья Хуан поколениями верила в буддизм. В этом особняке площадью 200 му было семь буддийских залов и различные боковые залы для поклонения разным Буддам и Бодхисаттвам. Они даже содержали более 20 дзен-мастеров. Каждый раз, когда сам старый мастер Хуан или его дети и внуки совершали злодеяния, такие как убийства или изнасилование женщин, они лично приходили в храмовый зал, чтобы покаяться, и позволяли дзен-мастерам читать сутры для искупления своих грехов.

Рано утром старый мастер Хуан пришёл в храмовый зал. У этого было две цели. Во-первых, если глава уезда знал, что для него хорошо, и пришел бы с приветствием, он оставался бы в храмовом зале на всё утро и дал бы ему понять, кто настоящий король уезда Цзюхэ. Но если молодой глава уезда не пришел бы отдать дань уважения, то он считай заранее покаялся, а после можно было и отправил кого-нибудь убить эту мелочь.

В этот момент в храмовом зале раздавалось звучание молитв, и дым сандалового дерева поднимался вверх. Старый мастер Хуан выглядел благочестивым, стоя на коленях на молитвенном коврике. Он сложил руки вместе и закрыл глаза, повторяя “Амитофу” и говоря о милосердии. Группа дзен-мастеров читала сутры, стуча по деревянным скульптурам рыб или играя на раковинах. Обстановка тут была очень умиротворенной.

В этот момент снаружи поднялся шум.

— Мой господин! Мой господин! — Хуан Цай поспешно подбежал к нему, задыхаясь от быстрого бега.

— Мой господин, не, не, не хорошо…

— Вон! — Хуан Шишан отругал, его глаза резко открылись.

— Ты, раб-собака, как ты смеешь врываться, пока я воздаю почести Будде. Это богохульство. Ты устал жить?!

Хуан Цай был так напуган, что его ноги подкосились, и он упал на колени. Он несколько раз поклонился и заплакал:

— Мастер, я был неправ. Я не хотел врываться, но это тот собачий чиновник. Он на самом деле послал людей убить нас!

— Что?! — Хуан Шишан мгновенно встал и с недоверием уставился на Хуан Цая. Он тихо сказал:

— Что ты сказал? Этот маленький глава уезда осмелился прислать людей?

— Верно, старый мастер! — Хуан Цай кивнул несколько раз и с тревогой сказал:

— Группа лакеев пришла к нашему главному входу рано утром и сказала, что хочет проверить налоги. Мой сын, Хуан Шу, подошёл остановить их, но… его на самом деле обезглавили!

Лакей был уничижительным термином для констебля.

— Как это возможно? Этот маленький ублюдок сошёл с ума? — Хуан Шишан не мог поверить своим ушам. За последние несколько лет он уже привык считать себя небом в уезде Цзюхэ. Никто никогда не осмеливался ослушаться его. Даже предыдущий глава уезда, Ян Шэн, который был достаточно могущественным, чтобы подавить его 500 солдат в одиночку, всё равно умилостивил его в конце их разговора и пообещал ему различные блага. Теперь же этот глава уезда, который был в должности всего один день, на самом деле прислал кого-то проверить его налоги и даже убил охранников! Какая наглость!

В этот момент вдалеке раздались крики.

— Что вы делаете?! Остановите их! Это семья Хуан… Ах!

— Убийство! Убийство! Идите к старому мастеру, идите к старому мастеру… Ах!

— Безумцы! Они кучка безумцев! Кто-нибудь… Ах!!

Крики продолжались, но почти все заканчивались предсмертными возгласами.

За криками последовал строгий окрик.

— Никто не может остановить чиновников от проверки налогов! Те, кто встанет у меня на пути, умрут!

Это был монах Хуэй Ши. На этот раз он использовал свою Истинную Ци, чтобы крикнуть, и его голос разнёсся по половине особняка семьи Хуан.

Когда Хуан Шишан услышал этот крик, он задрожал от гнева, и его лицо позеленело.

— Бунт! Они бунтуют против небес! — он внезапно схватил маленькую курильницу рядом с собой и убил дзен-мастера. Он зарычал:

— Позовите всех моих элитных солдат. Пора убивать!

— Да, старый мастер! — Хуан Цай быстро кивнул и встал, чтобы уйти.

— Подожди! — Хуан Шишан взглянул в направлении криков, его выражение изменилось.

— Пойдём вместе!

Затем он покинул храмовый зал с Хуан Цаем.

Он оставил группу старых монахов, смотрящих на тело на полу в тишине.

В этот момент монах Хуэй Ши продолжал убивать как сумасшедший. Одетый как лидер констеблей, он был богом смерти. Он убивал всех, кто осмеливался встать у него на пути. После убийства более десяти человек подряд, земля стала огромной лужей крови. Тела лежали повсюду.

Лу Чжэнмин и Чжао Гуан следовали за ним и смотрели на Хуэй Ши, покрытого кровью, со странным выражениям лиц. Этот парень на самом деле был буддийским монахом из монастыря Цветка Лотоса. Монастырь Цветка Лотоса был первоклассной сектой в мире и также одним из шести буддийских храмов в мире. Монах Хуэй Ши также был личным учеником настоятеля. Это было слишком нелепо!

Однако после его убийств, как бы ни была высокомерна семья Хуан, если они не были дураками, никто не осмеливался встать на пути группы чиновников. Чжао Гуан отправил часть констеблей к стенам поместья, а оставшийся десяток человек сразу ворвались в различные комнаты и начали проводить обыск.

Они действительно пришли проверить налоги. Они не только могли проверить налоги, но и просмотреть конкретные активы. Это было то, что Цуй Хэн велел им сделать. В конце концов, после уничтожения семьи Хуан им всё ещё нужно было распределить землю семьи Хуан среди простолюдинов. Им нужно было выяснить ситуацию с имуществом.

Через некоторое время констебли нашли несколько книг и вынесли их.

— Замглавы Лу, регистратор Чжао, я оставлю это вам — монах Хуэй Ши указал на бухгалтерские книги и улыбнулся.

— Я просто буду поддерживать порядок.

Лу Чжэнмин и Чжао Гуан были безмолвны. Посмотрите на все тела повсюду. Вы называете это поддержанием порядка? Однако это также был необходимый шаг для уничтожения семьи Хуан. Более того, убийство злых людей принесёт пользу другим. Это определённо будет полезно для главы уезда в накоплении заслуг. Даже убийство всех членов семьи Хуан не выглядело как что-то плохое.

Лу Чжэнмин и Чжао Гуан взяли бухгалтерские книги и слегка пролистали их. Они не могли не ахнуть.

Ссс! Ссс!

— Впечатляет! Я думал, что семья Хуан в лучшем случае тайно избегает налогов, но я не ожидал, что они вообще не платят налогов! — Чжао Гуан с изумлением посмотрел на бухгалтерские книги.

— Ц-ц-ц, неудивительно, что в прошлом главы уезда начали собирать с людей налоги за будущие года — Лу Чжэнмин причмокнул и усмехнулся:

— Впечатляет, этот мастер Хуан действительно впечатляет!

Люди уезда Цзюхэ были полностью подавлены семьёй Хуан и уездным правительством. Таким образом, за исключением нескольких богатых или мелких местных тиранов с некоторым влиянием, было бы не преувеличением сказать, что обычные люди жили в аду, для них жизнь была хуже смерти. Это было чрезвычайно мудрое решение для главы уезда выбрать прямое уничтожение семьи Хуан! Уничтожение семьи Хуан - это определённо великая заслуга!

Бам! Бам! Бам!

В этот момент Лу Чжэнмин, Чжао Гуан, монах Хуэй Ши и другие внезапно почувствовали, как земля дрожит. Когда они прислушались, они поняли, что сюда идет большое количество людей.

Находящиеся тут члены семьи Хуан приободрились. Некоторые из них даже встали и радостно закричали.

— Старый мастер, старый мастер пришёл с подкреплением. Спасите меня, старый… Ах!

Человек, который встал и закричал, был сразу же убит монахом Хуэй Ши. После этого никто не смел даже пискнуть..

В настоящее время дрожь земли прекратилась.

Старый мастер Хуан медленно вышел вперед в сопровождении трёх крепких мужчин. Они были более восьми футов ростом, и все носили отполированные железные доспехи. Они держали стальные сабли и выглядели чрезвычайно свирепо. В то же время плотные фигуры появились на окружающих стенах. Там были сотни крепких мужчин. Самое главное, что эти сотни крепких мужчин все держали заряженные Божественные арбалеты пробивающие броню. Достаточно было нажать на спусковой крючок, и сотни стрел сразу же полетят в захватчиков.

— О боже, что-то не так с этим богатым господином. У него на самом деле есть сотни Божественных арбалетов пробивающих броню! — глаза Лу Чжэнмина чуть не вылезли из орбит от шока.

Божественный арбалет пробивающий броню, был особым типом арбалета. Он был чрезвычайно мощным. Обычная кожаная броня, железо и защитная аура первоклассных экспертов были как бумага перед этим видом арбалета. Даже Младший Великий Мастер, который сконденсировал Истинную Ци, не мог принять его болты в лоб.

Поэтому это было оружие армии, его строго контролировал Императорский двор Великого Цзинь. Во время золотого века династии, наличие даже одного Божественного арбалета пробивающего броню у обычного человека значило, что его и всю его семью казнят.

— Это оружие из армии короля Янь. Это блага, которые Ян Шэн дал ему! — монах Хуэй Ши знал происхождение этих Божественных арбалетов пробивающих броню. Затем он посмотрел на Лу Чжэнмина.

— У вас был план на этот случай?

— Это немного хлопотно — Лу Чжэнмин почувствовал головную боль.

Для мастера боевых искусств на стадии Конденсации Ци сотня Божественных арбалетов пробивающих броню, была достаточной угрозой, они могли пробить их защиту. Чжао Гуан, с другой стороны, был спокоен.

— Я задавался вопросом, откуда у этого маленького главы уезда хватило смелости искать неприятностей со мной, Хуан Шишаном! — подбородок мастера Хуана слегка приподнялся, когда он презрительно усмехнулся.

— Так он нашёл двух экспертов.

— Хм, сегодня я хочу увидеть, сможете ли вы, мастера боевых искусств, всё ещё стоять с высоко поднятой головой перед Божественным арбалетом пробивающим броню!

— Огонь!

Он не тратил времени зря и прямо приказал стрелять в Лу Чжэнмина, Чжао Гуана, Хуэй Ши и других.

Но вдруг

Бум!

Раздался грохот, что-то взорвалось, и стена, заполненная арбалетчиками, рухнула. За этим последовало ещё несколько взрывов, и другие стены также рухнули. Песок и пыль заполнили воздух на всей территории поместья. Сотни арбалетчиков были разорваны в клочья, а их Божественные арбалеты пробивающие броню были разбиты вдребезги.

— Что происходит? Что происходит?! — Хуан Шишан закричал в панике, он больше не был так высокомерен, как раньше.

— Ха-ха, Чжао Саньэр, ты действительно что-то! — Лу Чжэнмин рассмеялся. Он вспомнил, как Чжао Гуан отправил констеблей что-то делать возле стен, теперь было понятно, что они устанавливали взрывчатку.

— Теперь! — крикнул монах Хуэй Ши, поднимая саблю.

— Время убивать!