Том 5

"Пророчество"

Глава 23

"Взгляд на мир две тысячи лет назад"

Часть 1

От лица Кохуру:

Изучив структуру пластины, я смог быстро расшифровать её и, аккуратно прикоснувшись, поглотил в себя информацию, скрытую в божественной мане, погрузившись наконец в память мёртвого робота. Мир передо мной стремительно разбивался на множество мелких осколков, пока в один момент окончательно не погас. Однако тьма длилась недолго, и, когда зрение наконец вернулось, яркий солнечный свет и сильный, ощутимый даже через пелену сотен лет, ветер стали первыми, кто встретил меня в этом новом мире.

Вокруг виднелся город — тот самый, что я изучал всего несколько мгновений назад, — но вместо заросших растениями и украшенных человеческими костями развалин передо мной предстала живая, полная людей площадь. В центральном фонтане резвились десятки детей, семейные пары бродили вокруг, с удовольствием глядя на шедевры архитектуры своей родины. Каждое здание было украшено множеством разных узоров, которые, казалось, состояли из чистого золота, а главная достопримечательность города — дворец — привлекала к себе внимание из любой его точки. Люди толпились вокруг него, разговаривая с кем-то, кто своим поведением напоминал оратора. И все жители как один имели идеально белоснежные волосы, голубые глаза и дорогие одеяния светло-бирюзового и приближённых к нему цветов. В голове невольно возник вопрос: неужели это и есть клан, служащий богу?

— Ох, вот ты где, Пако! — послышался чей-то голос издалека.

Уже через пару мгновений перед роботом, глазами которого я смотрел, появилась девушка лет четырнадцати с не очень длинными — чуть ниже плеч — немного растрёпанными белыми волосами и голубыми глазами. Одежда её, однако, совсем не походила на ту, что носят простые люди: каждый её элемент имел едва заметную золотую обводку, наводящую на мысль об исключительном статусе. Впрочем, ещё сильнее меня удивили её слова… Пако… Неужели она дала имя машине?

— Пойдём скорее, я смогла выбить у Хосе несколько новых пластин для тебя, — говорила она очень быстро и торопливо, словно каждая секунда стоила десятка лет жизни. — Если поставим их правильно, сможешь работать больше месяца без подзарядки!

Закончив свой односторонний разговор, девушка тут же сорвалась с места, пробежав по небольшой узкой улочке, в то время как дружественная машина молча следовала за ней. Минуя многих удивлённых людей и разбросанных повсюду продовольственных ящиков, они наконец добежали до цели, которой оказалась довольно массивная мастерская, которая, судя по табличке у входа, принадлежала некому Хосе. Стены её были измазаны чем-то вроде глины, а за выходящими на главную улицу окнами виднелись удивительные, невиданные мною прежде цветы.

Не медля ни секунды, девушка с разбегу влетела внутрь и, словно у себя дома, принялась искать мастера. Робот же, озадаченно покачав головой, направился за ней лишь через минуту, так и не дождавшись прямого сигнала. Комната, в которой они встретились вновь, была доверху переполнена всяким металлическим хламом. Десятки различных пластин и деталей оказались просто разбросаны повсюду; однако, несмотря на это, казалось, что хозяин этого дома прекрасно разбирается в этом беспорядке.

— Эй! Вы же говорили, что если я приведу его сегодня, то вы всё сделаете, разве нет? — бормотала девушка, сердито надувшись и топая по полу правой ногой.

— Я сказал, что мог бы это сделать, если ты попросишь у отца денег. Сколько можно говорить, я не работаю за бесплатно, Луна, — серьёзным, но в то же время тёплым тоном ответил он.

Мастер Хосе, разговаривавший с девушкой, был ухоженным бородатым мужчиной средних лет с суровым лицом, полным разных шрамов и морщин, совсем не подходящих его доброму взгляду.

— Ох… Ну сколько можно? Деньги-то, деньги — это… Разве ты так много общался с людьми из «иного мира»? Зачем же нам нужны деньги, если господин Ораэлис и так нас всем обеспечивает? — всё больше походя на капризного ребёнка произнесла она. — Верно я говорю? Скажи, Пако!

Робот радостно подпрыгнул на своих тонких металлических ножках, после чего закивал так живо и естественно, что моя уверенность в его принадлежности к бездушному инструменту на миг пошатнулась. Точно ли здесь всё так просто?

— А то! Вот Пако всегда меня поддерживает! Нечего вам быть такими вредными, — продолжала она, празднуя победу так, словно добилась признания самого императора, а не мелкого робо-прислужника.

— Мы должны быть самостоятельными, — серьёзно отвечал Хосе. — Даже если мы все приближённые господина Ораэлиса, это не значит, что мы должны во всём зависеть от него. Имея деньги, я всегда могу купить всё необходимое у жителей «иного мира», не беспокоясь о том, сможет ли Золотой город нас обеспечить. Твой отец, торгующий с империей, тоже это понимает.

— Вот поэтому у тебя и нет клиентов, — с задором и гордостью продолжала Луна. — Никто не хочет перенимать повадки жителей «иного мира». Деньги — зло, которое делает нас скупыми! Верно, Пако?

Робот, видимо, уже привыкший к странностям своей хозяйки, всё так же весело прыгал, подтверждая её слова.

— Какие вы всё-таки дружные, — с теплотой отметил Хосе. — Никогда бы не подумал, что машину и человека могут связывать такие крепкие узы. Надеюсь, никто не помешает вашему счастью…

— Вот как… — озадаченно прошептала Луна, явно не ожидая от собеседника такой реакции.

— Ладно, так и быть, поставлю тебе эти пластины. Но с тебя потом причитается. Если вдруг захочу изучить внутренности Пако… ты ведь мне не откажешь? — отвечал он с милой, совсем не подходящей его внешности, улыбкой.

— Что?! Конечно нет! Не дам я тебе ставить на нём никакие опыты! — воскликнула она, отскочив в сторону в наигранном ужасе.

— Да шучу я, шучу, — прошептал Хосе, пока глаза его на мгновение словно смотрели сквозь Луну, в какую-то свою пустоту. Впрочем, не прошло и секунды, как эта странность сменилась его привычной улыбкой. — Ладно, давай своего друга сюда. Поставлю ему свои новые пластины: больше не нужно будет каждую неделю бегать ко мне для зарядки.

Луна тут же протянула своего робота, невинно улыбнувшись Хосе в ответ. На миг могло показаться, что это был настоящий рай, построенный богом. Однако я знал, к чему это всё приведёт, а множество вопросов всё ещё оставались в голове: кто такой Ораэлис, о котором они говорят? Один из богов-основателей, о которых рассказывал Эксири? Или кто-то другой? Полагаю, совсем скоро я смогу это узнать.

***

— Спасибо тебе, мастер Хосе! — прокричала Луна на прощание, всё ещё держа на руках любимого робота. — Я обязательно вам как-нибудь отплачу!

После этих слов она наконец покинула здание, вновь направившись в сторону центральной площади. Пако молча топал рядом с ней, радостно виляя своим механическим корпусом.

— Ну, чем займёмся теперь? — совершенно спокойно спросила Луна, будто её собеседник действительно мог что-то ответить. — Хмм... может...

Не успела она что-либо предложить, как из-за угла к ней вдруг подбежал парень, одетый в похожую — с той же золотой обводкой — одежду. Его лицо выдавало молодость и неопытность, однако суровость взгляда перевешивала все недостатки.

— Госпожа Луна! — он почти задыхался, когда подбежал. — Что вы... что вы здесь делаете? Почему не предупредили господина Ареса о том, что ушли?

— А... ну, папа, знаешь, он всегда такой занятой... не хотела его отвлекать, — переживая, кажется, ещё сильнее своего собеседника, бормотала она.

— Неужели опять ходили в ту мастерскую? — раздражённым тоном произнёс парень. — Чего ж вас так тянет туда, госпожа? Чем наши мастера не могут удовлетворить ваши желания?

— Да не в этом дело... просто они, как бы сказать... слишком мрачные? Наверное... — наигранно улыбнувшись в конце, сказала она, словно уже сотню раз пожалев, что попалась сейчас этому человеку.

— Впрочем, это совершенно не важно, — резко оборвал её он. — Вы ведь помните, что завтра настанет время экзамена, верно? Господин Арес очень беспокоится, ведь вы совсем не готовитесь, несмотря на то, что ваш отец видит в вас будущего наследника.

После последнего слова, Луна вдруг дрогнула, после чего сердито нахмурилась, невольно бросив взгляд в сторону Пако.

— Кажется, вы забыли спросить об этом меня... — выпалила она наконец.

— Пожалуйста, хватит! Мы ведь обсуждали это уже тысячу раз! — всё никак не заканчивал свою тираду парень, совсем не обращая внимания на робота у ног девушки.

— Знаешь, Айри, тебе бы эта роль подошла куда больше, — сказала вдруг Луна, посмотрев на него с ехидной усмешкой. — Ты ведь у нас весь такой правильный... и даже с людьми из "иного мира" умеешь договориться...

— Не неси чепухи! Не только твой отец, но и господин Ораэлис уже выбрали тебя, — ответил он с нарочитой серьёзностью. — А теперь... ты пойдёшь в дворцовую библиотеку и будешь учиться до тех пор, пока не напишешь экзамен на отлично!

— Чт.. Что!? — воскликнула она, испуганно отскочив в сторону. — Б-бежим, Пако!

Однако прежде чем ей удалось это сделать, Айри успел схватить её за руку, предотвратив любые попытки побега. Вслед за этим, не дожидаясь никакой ответной реакции, он силой потащил Луну в сторону дворца, минуя множество озадаченных лиц вокруг. Девушка активно брыкалась, но её детских сил оказалось явно недостаточно против своего, как на миг показалось мне в тот момент, злейшего врага.

— Тебя совсем не волнует, что подумают люди вокруг, да? — сердито выдавила она.

— Это не имеет значения. Самое главное — чтобы вы стали достойной преемницей Господина Ареса, — твердил он всё с тем же тоном. — Если продолжите вести себя так и дальше, то божественных глаз вам не видать.

— И где тут какая-то связь?! — воскликнула она, с явным недовольством смотря на Айри. — Мне казалось, сила глаз всегда пробуждается случайно.

— Не случайно, её нам дарит наш бог — Ораэлис, — монотонно, словно сам не до конца верил в сказанные слова, говорил он. — А сейчас ты пойдёшь учиться, потому что ни ты, ни я не хотим подвести Ареса, поняла?

— Да... — обиженно прошептала она.

Наконец, окончательно смирившись с поражением, Луна таки утихла, спокойно дожидаясь пока её дотащат в нужную точку. Мирно наблюдавший за происходящим робот всё ещё двигался следом, пока мир вокруг продолжал свою вполне нормальную жизнь. А я мог лишь молча наблюдать, как они уходят — маленькая наследница, её робот и слуга, который слишком серьёзен для своих лет. И в голову всё чаще лезла мысль — что же могло такого случится, что разрушило это место, убив всех, кто только здесь жил? Впрочем, именно ради этого я здесь и оказался. Раскрыть тайну, которая привела к гибели Золотого города.

Часть 2

От лица Лео:

Место, по которому мы с Юки шли, представляло собой самый обыкновенный туннель, с покрытыми металлической защитой стенами и изредка встречающимися фонарями. Большинство из них уже давно вышли из строя, но некоторые, с характерным шипением, всё ещё могли освещать нам путь. Альберт не спеша шёл впереди нас, время от времени без слов объясняя правильное направление у редких развилок. И лишь его едва слышные шаги выбивались из монотонного шума ламп.

— Вам сюда, — спокойно указал он, пропустив нас вперёд.

Наконец, долгая дорога почти подошла к концу, представив перед нами последнюю часть туннеля. Все пройденные развилки остались позади, и, подумав об этом, я невольно бросил взгляд в сторону Юки, которой этот путь дался сложнее всего. Она тяжело дышала, прижав ладонь к забинтованной ране. В эти моменты я на секунду забывал обо всём, что творилось снаружи, но быстро возвращал себя в норму, напоминая о том, что спасение города — это именно то, чего она хочет на самом деле. Однако, сколько бы я ни старался, молчаливая ходьба в бесконечном туннеле неизбежно наводила меня на очередной поток мыслей, которого я так хотел избежать. Множество разных выводов приходили ко мне, но ни один из них так и не находил отклика, который позволил бы воплотить его в жизнь. Что же я теперь... вообще должен делать?

— Больше здесь не будет развилок, — продолжал холодно объяснять лидер культа. — Продолжайте идти прямо и сможете выйти к правительственному зданию. Удачи.

Его голос, монотонный и безразличный, совсем не подходил человеку, который должен вести за собой других. Однако... тот ли я человек, что имеет право его осуждать?

— Что вы планируете делать теперь? — произнесла Юки, сделав небольшой шаг в сторону Альберта.

— Не знаю, — коротко ответил он. — Теперь, когда пророчество исполнено, у меня больше не осталось цели.

Юки ненадолго застыла, не зная, что стоит сказать, но, посмотрев на меня, тут же набралась решимости. Этот её жест, кажется, мог быть не более чем привычкой, оставшейся с давних пор, но сейчас я, почему-то, находил в нём что-то действительно важное.

— Но ваши товарищи нуждаются в вас, — удивительно серьёзным тоном продолжала она. — Вы не должны бросать их сейчас. Вспомните, как они беспокоились, когда вы сказали, что больше не видите смысла в жизни. К тому же... я уверена, пророчество ещё можно остановить. Мы спасём столько людей, сколько возможно. Просто ждите.

— Вот как... — едва слышно пробормотал он. — Вы действительно в это верите?

— Да, — решительно улыбнувшись, произнесла Юки. — И не просто верим, мы сделаем всё возможное, чтобы воплотить эту веру в жизнь.

Услышав эти слова, Альберт неторопливо окинул взглядом коридор вокруг, в том числе и его конец, до которого нам ещё предстоит добраться. В эти мгновения вид его, казалось, преобразился, словно что-то очень тяжёлое наконец отпустило его душу.

— Если у вас тоже есть мана бога, то, возможно, вера здесь... — он на секунду запнулся, не решаясь произнести то, что противоречило бы всей его пройденной жизни. — Вера, и правда, может не обмануть. Спасибо. Ну... я уже пойду.

— До свидания, — коротко сказала Юки.

Наконец, быстро попрощавшись со мной взглядом, он медленно повернулся и зашагал прочь. Уже скоро его силуэт скрылся из виду, оставив после себя лишь лёгкое чувство грусти. Думая об этом, я невольно задаюсь вопросом: почему вдруг меня стали волновать подобные мелочи? Неужели дело лишь в том, что я впервые позволил себе отказаться от маски?

— Как думаешь, он сможет пережить катастрофу? — спросила вдруг Юки, вновь посмотрев на меня. — Я хочу верить, что мы сможем защитить всех, но... В нашем мире такая вера считается глупостью, да?

— Юки... — прошептал я, совсем не зная, что должен сказать.

— Мы должны сделать всё возможное, чтобы спасти столько людей, сколько возможно, — продолжала она, бросив короткий взгляд себе под ноги. — Помнишь, я когда-то спросила тебя... "Что значит быть человеком?"... Тогда ты сказал, что наша суть в том, что мы способны помогать другим безвозмездно, несмотря на то, как иррационально это могло бы быть. Но сейчас... После двух лет путешествий, я наконец поняла. Мы ведь... ничем не отличаемся. Ни от карлийцев, ни от арксеев или кого-то ещё. Кто бы что не говорил, мы все одинаковы. Так что же тогда... значит быть человеком?

С каждым новым словом её голос становился всё тише, пока на глазах медленно появлялись слёзы. Я мог объяснить, почему она говорит об этом сейчас, мог понять, что она хочет услышать, но... что же могу ей сказать именно я? Найти ответ на вопрос "что значит быть человеком"? Именно об этом я спрашивал Эндрю в тот день, про это говорил с Луисом в ночь нашей последней встречи... Но почему именно эта загадка была так важна для меня, что преследовала аж на протяжении всей моей жизни?

"Ну... Эти люди и без нас голодали, но всё равно поделились едой. Помогать другим, не получая при этом никакой выгоды... Думаю, это присуще только нам." — мой собственный голос отозвался из давних воспоминаний, напомнив о том самом дне, когда я дал свой ответ. Да... именно так я считал... вернее, заставил себя считать всю свою жизнь. Только люди способны на добро, только мы можем назваться "хорошими", в то время как все остальные... самое настоящее "зло".

— Думаю... ответ на этот вопрос кроется в чём-то другом, — начал я сбивчивым, неуверенным голосом, пока мысли всё ещё роились в голове, ища настоящую истину.

Но, увидев другую жизнь, иные взгляды и чужие миры, я начал осознавать, что жил лишь в замке иллюзий, который с каждым днём трескался всё сильнее. Я старался латать его, отчаянно надеясь сохранить построенный мною ад, потому что боялся пустоты, что останется после него. Но даже тогда, всё ещё живя там, я подсознательно понимал, что заблуждался. Потому и думал о том... какой же ответ всё-таки правильный. Ведь найдя его... я бы смог заполучить нечто, что способно заполнить ту пустоту, которой я так боялся.

— Чём-то другом? — удивлялась Юки, всё ещё не сводя с меня своих больших глаз. — Что ты думаешь об этом теперь?

В голове пролетали сотни самых разных сцен, что накопились за нашу совместную жизнь. Но, как бы я не пытался уверить себя в обратном... почти никогда, за все эти долгие годы, я не был с Юки полностью искренен. Однако сейчас всё иначе — я больше не буду прятаться и убегать.

— "Что значит быть человеком"... — я начал удивительно, совсем неестественно робко для моей привычной холодности. Но, вновь прокрутив в памяти всё то, что нам довелось пережить, я таки пересилил себя, уверившись наконец в сказанных мною словах. — Мне кажется, тебе стоит подойти к этому с другой стороны. Попробуй ответить... Что значит быть тобой? Что значит быть Юки? Если нет никакой разницы между расами, а среди людей никогда не найти того, кто будет твоей точной копией... разве можно нам говорить, что в мире действительно есть точное определение того, что мы можем назвать человечностью? Каждый из нас найдёт ответ для себя. Что значит быть человеком — то же, что и значит быть собой.

— Что значит... быть собой? — повторила она, невольно бросив взгляд на свои ладони.

Шипение газа внутри фонарей осталось единственным, что разрывало тишину, образовавшуюся после её слов. Юки молча смотрела на меня, не отворачиваясь ни на миг, словно этот разговор и правда был самым важным, что ей довелось пережить.

— Честно говоря, я уже очень давно думаю об этом. В последний раз я лишь решил, что не смог найти свой ответ. Но сейчас, смотря на тебя и на мир, который мы повидали, думаю, я кое-что понял. Возможно, мне давно стоило это понять, — на секунду я заколебался, не решаясь заходить так далеко, но её удивлённый и в то же время тёплый взгляд тут же отбросил мои сомнения. — Ты знаешь — раньше я стремился лишь к геноциду. Поглощённый отчаянием от пережитого кошмара, я верил, что если истребить тех, кто причиняет нам боль, то все будут счастливы. Но теперь, когда мы зашли так далеко, узнали правду об истоках этой войны, я подумал... возможно, есть и другой путь? Такой, где не обязательно убивать детей, знавших о преступлениях империи лишь по едва ли правдивым слухам. Способность не принимать настоящее, бороться ради желаемого будущего, даже если понимаешь, что это глупо. Несмотря на свою роль в преступной организации, ты всё равно хочешь придти к результату, когда как можно меньше людей будут вынуждены страдать. Для меня именно это и значит быть человеком. И я бы хотел... чтобы именно это означало быть Лео.

— Да... ты прав, — тихо сказала она, пока по её щеке одиноко стекала слеза. — Если честно... я всегда винила себя в том, что не смогла спасти Рея, Бекки и многих других, но теперь... Теперь я больше не буду той слабой и неуверенной Юки, которую ты знал раньше. Это так странно и непривычно, но... я верю, что и у тебя всё получится. Давай пойдём по этому пути, даже если будет невероятно сложно. Вместе, — аккуратно вытерев лицо рукавом, Юки вдруг улыбнулась. Эта яркая, искренняя улыбка... То, за что я боролся в лаборатории и то, что потерял, совершив тот самый выбор. — Я так рада, что ты мне открылся, Лео. Мне казалось, что ничего не способно пробить твою скорлупу.

Услышав последнее слово, я на миг застыл, невольно отведя взгляд в сторону. Только сейчас в голову влетело осознание того, сколько всего я наговорил. Хотя, каким бы странным ни было это чувство, я, почему-то... был даже рад тому, что сделал это. Ведь впервые за долгие годы Юки узнала меня настоящего.

— Скорлупу? — цинично повторил я. — Кхм... Нельзя забывать, что город погряз в ужасном тумане. Мы должны спешить, Эндрю и остальные наверняка уже в городе.

В ответ на мои с трудом выдавленные слова, Юки молча кивнула и, видимо, решив проигнорировать столь редкую картину моего смущения, просто продолжила идти дальше. Однако улыбка, всё ещё не исчезавшая с её лица, оставалась прекрасным напоминанием, что сегодня я, возможно, наконец смог сделать правильный выбор.

— Кстати, как там твоя рука?

— Я в порядке. Спасибо, что помог с этим тогда.

— Не за что, можешь обращаться когда захочешь, — робко пробормотал я в ответ.

Покинув лабораторию вместе с Юки много лет назад, первым, о чём я подумал, была свобода. Однако я лишь убедил себя в этом, прожив всю жизнь в цепях собственных заблуждений. Но сейчас, даже после стольких страданий, я наконец могу сказать это по-настоящему. Отныне и впредь... это будет свобода.

Часть 3

От лица Луиса:

— Вы говорили, что премьер-министр придёт через двадцать минут, но прошло уже больше получаса, — раздражительным тоном произнёс Юго.

Двое молодых дипломатов сидели напротив нас, пока на их лицах красовались уже ставшие чем-то привычным фальшивые улыбки. Вишнёвый запах ароматизатора вместе с множеством уникальных картин и дорогой мебели создавали ложное ощущение важного места. На деле же мы попали лишь в ловушку времени, в которой, видимо, останемся ещё очень надолго.

— Пожалуйста, подождите ещё немного, — нарочито вежливо произнёс один из них.

Юго, находившийся возле меня, уже порядком разозлился, стиснув кулаки в попытках себя сдержать. Однако Тоширо, напротив, продолжал сидеть молча, изредка бросая озадаченный взгляд на дверь, из которой, он, видимо, хотел наконец увидеть министра. Я же не разделял эмоций ни кого из них. Наблюдая за вечно тянущимся разговором, в голове всё сильнее застревала мысль о бессмысленности наших надежд. Впрочем, родилась она далеко не сейчас.

— Вы уверены, что он вообще придёт? — агрессивным тоном поинтересовался Юго.

— Похоже, у них возникли небольшие проблемы, — ладони дипломата заметно тряслись, а сам он то и дело поглядывал в сторону той самой двери.

С момента завершения миссии в Халкирском королевстве прошло уже около года. Однако... за всё это время мы так ничего и не добились. Сколько бы операций не проводилось, сила карлийского короля оставалась непреодолимой. Честно говоря, я всё чаще сомневаюсь в том, что даже с поддержкой всех стран мира у нас появится шанс.

Невольно посмотрев в сторону больших панорамных окон за собой, я вновь обратил внимание на невероятно густой туман, заполонивший, казалось, все улицы города. Дипломаты пытались объяснить это резкой сменой погодных условий, но их волнение и чувство странной маны оттуда всё сильнее пробуждало во мне ощущение серьёзной опасности.

Невероятный грохот врезался в уши, на прежде чистом, крепком стекле внезапно словно из ниоткуда образовалась трещина. Не успел я что-либо осознать, как здание вдруг начало заметно дрожать, ваза, что стояла на столе между нами, вдруг полетела вниз, с громким треском разбившись на мелкие осколки. Двое дипломатов тут же вскочили со своих мест, напряжённо осматриваясь вокруг.

— Что.. что это было? Землетрясение? — бормотал один из них.

— Я пойду проверю, — холодно сказал я, тут же встав с места и направившись к выходу.

— Уверен, что это будет безопасно? — остановил меня Тоширо, тоже поднявшись с места.

Глаза его, словно смотревшие не на меня, а куда-то в пустоту, в этот раз казались гораздо серьёзнее, чем при нашей последней операции.

— Я справлюсь. Лучше возьми на себя безопасность Юго и этих двоих, — едва заметно улыбнувшись произнёс я.

Не став спорить, Тоширо посмотрел на сына, который, судя по раздражённому взгляду, был не очень рад тому, как я попросил его защищать. Наконец, отбросив все ненужные мысли, я направился в сторону лестницы, и, спустившись вниз со второго этажа, быстро подбежал к главной двери. Однако, стоило мне это сделать, как по коже пробежал холодок, а тело оцепенело от животного ужаса. За готовой разбиться в любую секунду стеклянной дверью виднелось чудовище, чьё тело уходило в небо так далеко, что отсюда его даже нельзя было разглядеть. Казалось, формой оно напоминало человека, но само существо полностью состояло из сотен и тысяч мелких тварей, каждая из которых выглядела идентично остальным. Пустые глазницы, левая рука, оборванная на уровне локтя, бледная кожа и отвратительная пасть, открытая в истошном крике. Все как один цеплялись друг за друга, сливаясь в единое целое. Казалось, что смерть подступила ближе, чем когда либо прежде. Однако адреналин ударил в голову почти сразу, напомнив измученному мозгу о тысяче битв, что мне уже довелось пережить. Сколько страданий и смертей я уже видел... нет смысла пугаться поражения, нужно лишь уничтожить очередную угрозу.

Выбив дверь, я тут же выбежал наружу, окунувшись в густой, непроглядный туман. В эту же секунду странное, до боли знакомое чувство поселилось в груди, доставая из памяти давние воспоминания. Эта дрянь... словно списана с божественной маны Лео.

Бросив короткий взгляд наверх, я быстро разглядел верхнюю часть чудовища. Оказалось, что его форма полностью копирует тела мелких ублюдков — те же пустые глазницы, та же оборванная рука... Наверняка для них это что-то значит, но что? Почему монстры принимают именно такую форму? И откуда они вообще взялись?

Эта странная мана появилась уже довольно давно, но чудовища нарисовались только сейчас. Такой факт наталкивает на мысль, что источником всех проблем является именно она. В таком случае, полагаю, мне точно не стоит вдыхать. Однако продержаться дольше нескольких тяжёлых минут было далеко за рамками моих сил, время текло быстро, не оставляя времени даже на размышления.

Сконцентрировав часть маны у ног, я обволок себя небольшим магическим щитом, уже привычным мне по старым боям. В следующее же мгновение прямо подо мной прогремел оглушительный взрыв, остаточная волна отбросила меня в небо, без труда расколов созданный мною барьер. Однако его влияния оказалось достаточно, чтобы защитить хозяина от значительных повреждений.

Оказавшись на одном уровне с головой чудища, я тут же направил в него несколько мощнейших лучей пылающего света, проделав в его теле немало кровавых дыр. Мелкие монстры, которых мне удалось задеть, завыли от боли, в то время как во всех остальных, казалось, виднелась холодная ярость. Издав омерзительный вопль сотен тварей, чудовище рассекая воздух, бросило на меня свою огромную правую руку. Не медля ни секунды, я сразу создал свой фирменный световой меч, вонзив его в приближающееся месиво. И затем, использовав его как опору, запрыгнул прямо наверх, получив наконец настоящий шанс.

— Ты совершил ошибку, позволив мне забраться сюда, — с надменной улыбкой произнёс я. — Теперь больше нет смысла беспокоится о разнице в наших размерах...

Не теряя времени, я сразу бросился прямо к его голове, попутно разрубая лица мелких чудовищ, что один за другим вылезали наружу, пытаясь меня остановить. Их безумные вопли врезались в уши, не давая сосредоточится, а вонь, которая чувствовалась даже без прямого дыхания, в очередной раз подтверждала их отвратную сущность. Создав несколько едва заметных карлийцев-камикадзе, я бросил их вниз, с грохотом подорвав ещё с десяток мелкий тварей на его туловище. Пробежав до конца и оказавшись прямо у его головы, одним резким движением я вонзил в неё свой руку, оставив переполненный энергией сгусток света. Только сделав это, я мигом отпрыгнул в сторону, проводя в голове отсчёт последних секунд жизни своего врага. И вот, когда цифра ноль наконец прозвучала внутри, оглушительный взрыв прогремел позади меня, безумным взрывом разорвав всё вокруг на куски.

Приземлившись на землю, я сразу забежал назад и, совсем позабыв о случившемся, принялся жадно глотать долгожданный воздух.

— Чёрт... едва сдержался, — пробормотал я себе под нос. — Ещё бы секунда и точно стал бы одним из них.

В следующую секунду туша чудовища с грохотом упала на землю, придавив собой ещё с десяток бродивших внизу тварей. Однако для остальных это не имело никакого значения. Потеряв коллективную силу, выжившие существа просто разошлись по сторонам, готовые в любую секунду вновь обрести свой единый разум. Впрочем, их уничтожение явно не под моей ответственностью, а значит и переживать об этом смысла нет.

Отбросив все ненужные мысли в сторону, я сделал шаг в сторону той самой лестницы, ведущей наверх. Не в лучшее время, однако, мы сюда заявились...

От лица Лео:

Наконец, длинный туннель подошёл к своему концу, открыв перед нами небольшой железный люк, ведущий прямо в здание правительства. Поверхность его была покрыта ржавчиной и множеством разных царапин, но, несмотря на весь этот старинный вид, открыть проход удалось без проблем. Поднявшись по металлической лестнице, мы оказались в какой-то маленькой комнате, своим видом напоминавшей кладовку. Это было явно оставленное богом место: повсюду разбросан всякий ненужный хлам, пыль и грязь мешала дышать, а в углах можно было заметить прорастающую плесень.

— Пойдём, — решительно произнесла Юки, отворив дверь за меня.

Однако, стоило мне только выйти за ней, как странное, неприятное чувство тут же распространилось по телу. Будто что-то старое и ужасно знакомое появилось рядом со мной, намереваясь придушить в любую секунду. Сделав ещё один осторожный шаг, я обернулся по сторонам, надеясь увидеть хоть кого-то, но... никого не было.

— Думаю, нам нужно идти на второй этаж, — сказал я, ища взглядом лестницу. — Больше здесь ничего нет.

Услышав меня, Юки сразу указала на большую двойную дверь, прятавшуюся всего в нескольких метрах от нас. Пройдя дальше, я надеялся, что странное предчувствие наконец оставит меня, но на деле оно стало только сильнее, постоянно напоминая о себе. Каждый шаг давался с невероятным трудом, рука невольно сжала ткань плаща Белой розы, а мысли с каждой секундой отходили всё дальше от заветной разгадки пророчества. Наконец, добравшись до самой вершины, я осторожно прошёл в главную комнату, принявшись осматриваться вокруг. И вдруг... перед моими глазами оказалось то, что я хотел видеть меньше всего. Биение собственного сердца въедалось в голову, тело просто отказывалось двигаться, беспомощно застыв прямо в дверном проёме.

Узнать их оказалось совсем не сложно. Мои бывшие товарищи, Юго и его отец, которого прежде я видел только на фотографиях, а между ними... человек, которого я называл учителем, тот, кто подарил нам с Юки шанс на счастливую жизнь, и последний, кого я видел перед тем, как уйти в Белую розу. Это был...

— Луис, — выдавил я наконец.

Конец главы.