Том 5

"Пророчество"

Глава 18

"Что такое "Надежда"?"

Часть 1

От лица Шерми:

Яркий солнечный свет вместе с потоком ветра, развевающим колосья ржи, стали нашими единственными спутниками в тот давний день. Ни единой души не было вокруг и лишь изредка пробегающие по заросшему полю грызуны разбавляли наше тихое одиночество. И в эти моменты я продолжала молча следовать за Кохуру, ненароком поглядывая на его стремительно уходившую вперёд спину. Это был тот, кто спас меня. Тот, кто подарил мне надежду и единственный, кто пошёл на то, чтобы протянуть руку помощи. Если подумать об это сегодня, то человек — это вовсе не то, что я видела в нём. Кохуру был настоящим богом, который пришёл, откликнувшись на мои молитвы. В голове не было и намёка на иной, отличный от оплаты через служение путь, но сейчас, когда с того дня прошло так много лет... не малое успело во мне изменится. В том числе... и появились они.

— Г-господин Кохуру, скажите, — я закусила губу, не зная с чего начать. — Зачем... почему вы тогда спасли именно меня?...

Ответ не последовал сразу, поначалу он лишь остановился, не сделав при этом ни единого лишнего движения. Я и сама не знала зачем задала этот вопрос: пыталась найти причину необъяснимому или искала маяк, по свету которого мне нужно следовать до конца жизни? Не думаю, что смогу вспомнить это сейчас, но... разве это имеет какое-то значение?

— Я хочу собрать тех, у кого не осталось никого.. чтобы вы смогли найти друг в друге семью, — сказал он нарочито пафосным тоном, который я тогда, очевидно, совершенно не уловила. — Если бы я не пришёл вы ведь остались бы одни навсегда, верно?

— "Вы"?... — слегка дрогнув от удивления, спросила я, пока голос всё сильнее тонул в робком шёпоте, но в то же время и с невероятно большим восхищением. — Вы уже спасали кого-то кроме меня?

— Нет, ты пока первая, но мы этим точно займёмся. Вместе с тобой будем искать семью, понимаешь? — продолжал он, намеренно делая свой голос теплее с каждой секундой. — Такую, которая никогда не предаст.. и такую, которая останется до самого конца.. Я хочу сделать весь мир таким, чтобы в нём могла жить любая, даже такая странная, как у нас, семья. Построить мир, в котором у каждого будет надежда. Мир, где такие как ты или Эмили не будут обречены на страдания. Ты ведь поможешь мне с этим, Шерми? Поможешь сделать так, чтобы боль, которую ты испытала, больше никогда не повторилась?

В тот момент я инстинктивно остановилась, не в силах сделать больше ни единого шага. Каждое его слово, каждая интонация и отголосок его речи.. всё это стало моей путеводной звездой. "Построить мир, где каждый будет счастлив".. звучит как сказка, не правда ли? Настоящий рай.. которому на нашей земле, к сожалению, никогда не найдётся места. Но я старалась не думать об этом, ведь зачем грустить, когда столько разных людей становятся для тебя друзьями? Мне оставалось лишь.. последовать за его наивной мечтой, сделав её своим единственным смыслом.

— К.. конечно! — воскликнула наконец я.

***

— А тебя, значит, зовут Шерми, да? — с явно заметным безразличием в голосе произнёс мальчишка, поправив свои удивительно белоснежные волосы.

— Да, так и есть. А ты Эксири. Я запомнила. — отвечала я сдержанно, привыкшая к манере общения Кохуру. Но пальцы в это время непроизвольно сжали край плаща, в то время как сердце кричало: "Они здесь! Моя первая.. первая настоящая семья!"

— Понятненько.. А ты умеешь драться, Шерми? — поинтересовалась вдруг девочка примерно того же возраста, стоявшая возле него.

— Конечно! Господин Кохуру помогает мне с тренировками, так что, наверное, я могу называть себя сильной, — выпалила я намного увереннее, случайно выдав им свою настоящую радость.

Те ребята не оказались последними.. пришедший к нам после Тоби, затем Изао, Лео и Юки, а после.. а после и Эндрю, ставший первым, кого я по-настоящему попыталась понять, образовали то, что мне и пообещал Кохуру. Но можно ли назвать эту семью.. настоящей?

— Ты что и правда называешь его господином? — всё сильнее поражалась мне Рика, скривив лицо в неподдельном удивлении. — Это же ненормально! Ты что.. рабыня? Мы с Эксири вот вообще ни от кого не зависим.. ну, почти..

Но в этой погоне за счастьем, за новым будущем и спасением мира.. я совсем забыла себя. Ни один из новых товарищей так и не стал мне семьёй. Каждый из них был таким же сломленным ребёнком, как и я. Какое им дело до той, кто думает лишь о том, как бы воплотить мечту "господина", ставшего для неё всем? Да даже я сама.. я никогда не пыталась всерьёз сблизиться с кем-то, охваченная лишь мечтой Кохуру.

— Да, она права! Это.. странно. Даже очень, — добавил свой вклад в слова подруги Эксири.

У них уже были свои миры, в которых они нашли защиту от своей боли. Не столь важно, помогало это им или нет.. давало ли настоящее успокоение.. ключевое в этом всём именно то, что они не нуждались во мне. Не было ничего, что сказало мне: "Помоги, а иначе он точно умрёт!". И я просто молчала.. смотрела на всех вокруг, думая только о нём, о его мечте и о том.. как я ему благодарна. Пока вдруг.. мне не встретился тот.. кому действительно нужна была помощь. Такой же молча молящий о ней, как и я, человек.. тот единственный, кто не просто показал, что в этом мире есть тот, кто сможет меня понять, но и позволил впервые найти в этом мире себя.

— Короче, странная ты какая-то, Шерми.. Пойдём, Эксири, — закончили они наконец, отправившись куда-то, куда я не могла заглянуть.

И тогда я наконец поняла.. Нашла ответ на вопрос, что такое "дружба", "семья", о которых постоянно твердил Кохуру. Но в то же время столкнулась и с тяжестью собственного выбора.. Получив право свободы.. я впервые встретилась с её настоящей ценой.

***

"Я верю тебе.".. Одни лишь эти сказанные им слова отдавались в голове с невероятной силой. Он верит.. верит не в идеологию Кохуру, не в наш план, а в.. меня. Такова цена.. свободы, да? Когда каждый сделанный выбор давит сильнее любого магического удара.. Но если.. заплатив этой болью, я смогу получить то, чего всегда была лишена.. то об этом выборе я точно не буду сожалеть.

Наконец, отпустив всё это время сжатый изо всех сил край плаща, я впервые за долгое время посмотрела прямо ему в глаза. В глаза человеку, пережившему столько боли, что лучше было бы умереть.. но в то же время нашедшему в себе силы мне что-то сказать.

— Прости, не стоило мне обрекать на это тебя одного, — неуверенным, но не лишённым решимости голосом произнесла я. — Ты сможешь сейчас продолжить расследование?

— Да, думаю.. смогу, — отвечал Эндрю с уже привычным ему безразличием.

И вот, спустя целую бурю безумия, я наконец ступила на землю родной деревни, которая больше не причиняла боль, сделав ещё один шаг в сторону того самого озера. Но сейчас я здесь не для того, чтобы умереть.. а за ответами, которые спасут множество тысяч жизней.

Часть 2

Уже спустя пару мгновений мы трое оказались посреди небольшой пещеры, переполненной густым, почти полностью лишившим нас дара зрения, туманом. Каждое неосторожное движение могло привести к падению в холодную, лишённую власти законов физики воду. Стоило мне лишь раз увидеть это место вновь, как в голове тут же щёлкнуло — я не ошиблась.

— Послушайте, Ш-шерми.. — явно поражённый увиденным произнёс Геншу. — Как вы узнали про это место? Я, конечно, не лучший знаток маны, но.. здесь давление почти то же, что и тогда.. в момент превращения Шена. Это не совсем кундалини, но и не обычная мана.. больше похоже.. на него, — и он поднял свою руку, направив прямо на Эндрю, едва сдерживая дрожь. — Я не знаю кто вы такие и не буду сейчас пытаться что-то понять, но.. эта мана.. очень похожа на вашу.

Страх Геншу, каким бы сильным он ни был, всё ещё сдерживался незапятнанным научным интересом и.. возможно, отчаянным желанием разгадать тайну смерти родителей. Нам действительно повезло с союзником.

— Мы называем её "божественной маной", — добавил вдруг Эндрю, осознанно отойдя в сторону чтобы, наверное, успокоить Геншу. — Наш лидер считает, что её подарил нам сам бог. Хочешь сказать.. силу этого озера тоже можно считать божественной?

Услышав его слова я на секунду дрогнула, поражённая этой честностью, но тут же отпрянула, сосредоточившись на главной задаче. Если кундалини имеет связь с маной озера.. мы приблизимся не только к предотвращению пророчества, но и к разгадке тайны самой "божественной маны" и её создателя.. Как бы я не относилась к Кохуру сейчас.. наследник определённо не тот, кого стоит оставлять в живых.

— Вы ведь совсем ничего не знаете об источнике кундалини, верно? — подчеркнула я, стараясь отыскать любую зацепку, которая могла бы нам помочь. — И я, и Изао считаем, что её происхождение связано с божествами. И если кундалини, мана озера и её "божественная" версия так похожи..

— Божествами? О чём вы вообще.. говорите? — всё больше поражённый продолжал он. — Эта "божественная мана".. Благодаря ней вам удалось так легко расправиться с сотней солдат на границе?

— В старых книгах, которые мы нашли в этой деревне, были упоминания бога, которому поклонялись люди, — всё с большей серьёзностью отвечал Эндрю. — В Карлийской империи и Халкирском королевстве почти никаких следов не осталось. Думаю, для вашего народа они имели особое значение.

— Хочешь сказать.. это сам бог запретил нам пользоваться кундалини.. и он создал пророчество? — проявляя невиданную заинтересованность сказал Геншу.

— Возможно. Но оба божества уже давно мертвы, так что пророчество вряд ли может быть исполнено по-настоящему, — говорил Эндрю. — Однако.. я совершенно не понимаю одного. Если вмешательства высших сил уже быть не может.. кто изменил действие кундалини на арксеев?

— Похоже.. мы столкнулись с непростой задачей. Некоторых вещей я всё ещё не понимаю, но.. надеюсь по ходу расследования вы мне всё объясните, — загоревшись идеей изучения ещё сильнее закончил наконец Геншу. — Давайте уже приступать.

Процесс начался крайне стремительно, но с каждым часом, проведённым в узких стенах пещеры, перспективы становились всё менее радующим. Мы пытались понять состав местной воды, изучить влияние маны на разные объекты, найти хоть что-то, что могло бы помочь избавиться от её влияния, но всё тщетно. С каждой пролитой каплей пота, с каждым новым "открытием" мы только лучше осознавали бессмысленность наших стараний. Узнать удалось лишь то, о чём мы и до этого догадывались: мана озера и кундалини действительно почти идентичны. Но это так ни к чему и не приводило, пока не случилось то, что привлекло к себе всё моё внимание.

— Геншу, постой! — воскликнула вдруг я. — Не двигайся.

Его мана, прежде неотличимая от обычных арксеев, сейчас была смешанной, переполненной чем-то странным, но в то же время знакомым. Однако у стоявшего рядом с ним Эндрю никаких изменений не было, его идеально чистая божественная мана осталась такой же, какой и была до нашего приезда сюда. А ведь и в тот день, когда мы отправились сюда с Кохуру у него тоже ничего не изменилось.. неужели дело действительно в ней? Носители божественной маны имеют иммунитет? Но что делать если мы ошибёмся? Если причина в чём-то другом?

— Эндрю, скажи, ты чувствуешь какие-то изменения в моей мане? — осторожно спросила я, с немалым волнением ожидая ответа.

— Не знаю.. наверное, нет. Ничего не изменилось, — тут же ответил он.

— Значит, дело не в том, что ты человек! — воскликнула я с торжеством, найдя наконец первую важную ниточку. — Моя мана, хоть и не такая, как у тебя, до конца, но получена от силы этого озера. По идее от нахождения здесь её должно было стать больше.. но нет. Выходит, унаследовав силу от матери, я получила более чистую, близкую к божественной, ману? Если это так, то я больше не вижу никаких других связей.. Только то, что у носителей открытой Кохуру силы.. есть иммунитет.

— Значит, даже если весь город заполниться кундалини, вы всё ещё сможете продолжить оставаться там, не имея никаких последствий? — поинтересовался взволнованный Геншу.

— Да, — твёрдо ответил Эндрю.

На привычном, но всё же слегка подавленном лице Геншу тут же появились проблески той самой профессиональной улыбки, переполненной верой в нашу победу. Столько часов, проведённых здесь, столько самых разных попыток борьбы.. и мы наконец пришли к первому имеющему смысл ответу. Однако даже этого может оказаться недостаточно. Мы всё ещё не знаем всей правды, а без неё предотвратить пророчество не получится. Впрочем, сейчас, добившись такого успеха, лучше всего будет наконец отдохнуть.

— Время уже позднее, — с едва заметной улыбкой сказала я. — Думаю, нам всем бы не помешало поспать. Может, в заброшенных домах деревни найдётся какое-нибудь удобное место?

Остальные лишь молча кивнули, явно уставшие после столь тяжёлого дня. Особенно это было заметно по Эндрю, мешки под глазами которого с каждым днём становились всё больше. Неторопливо выйдя к деревне, я отыскала взглядом несколько наиболее непримечательных домов, после чего, заведя туда остальных, устроилась на первом попавшемся месте. За эту поездку мы и правда многого сумели достичь, как и потерять.. Но сейчас.. остаётся лишь надеяться, что нам удастся использовать эти знания вовремя.

Часть 3

Но, несмотря на всю важность восстановления сил, заснуть мне так и не удалось. Мысли о вчерашнем дне, волнение о будущем и множество новых теорий так переполнили голову, что даже попытки погрузится в сон казались смешными. И вот, совсем отбросив эту идею, я осторожно поднялась с кровати и, заметив в окне знакомую фигуру, вышла из дома.

Холодный, но уже ставший привычным ночной ветер безустанно колышет высокую, заполнившую всё вокруг траву. Ландшафт вокруг кажется удивительно ровным и лишь один небольшой холмик можно было заметить среди этих бескрайних равнин. Эндрю, сидевший на нём, совсем меня не замечал. Даже когда я подошла ближе, его взгляд остался прикован к прекрасной, окрашенной огромной трещиной луне. Место это отдавалось в памяти не самыми приятными сценами, но я решительно отбрасывала их из головы, изо всех сил стараясь снова отречься от прошлого.

— Тоже не спиться сегодня, да? — тихо произнесла я, боясь его напугать, но, как оказалось, совершенно напрасно: Эндрю заметил моё присутствие уже давно. — Тебе бы точно не помешало набраться сил.

— Разве я могу спать сейчас? — пробормотал он чуть ли не шёпотом, так и не повернувшись в мою сторону. — А что насчёт тебя? Разве так просто заснуть после того, что случилось вчера?

— Да.. ты прав, — немного замявшись сказала я.

После моих слов на некоторое время воцарилась тишина, прерываемая лишь привычным шумом ветра.

— Отдав всего себя важному делу.. мне удалось на какое-то время забыть обо всём, что причиняло боль.. Но ведь это совсем ненадолго, да? — сбивчивым, неуверенным голосом говорил Эндрю, будто этот простой шаг стоил ему немалых усилий. — Спасибо, Шерми..

Эти слова, такие обыденные для любого другого, в наших мирах имели особое значение. Услышав их, я на секунду замерла, не зная, что стоит ответить, даже если и понимала, что что-то должна сказать.

— За что ты меня благодаришь? — привычно серьёзным тоном произнесла я, осторожно подойдя ближе. — Это ведь я приказала тебе..

— Скажи мне, Шерми.. — слегка дрогнув начал вдруг он. — Есть ли что-то, ради чего ты готова.. даже пожертвовать собственной жизнью? Что-то, что стало не просто смыслом.. а чем-то, что дарит надежду?

— Надежду?.. — сильно удивившись его словам пробормотала я. — Если честно.. я не знаю. Ещё недавно я не задумываясь назвала бы Кохуру, но сейчас..

— Вот как.. Видимо, в этом мы стали похожи. Я, кажется, никогда не рассказывал тебе о своём прошлом, да? Я свою надежду.. уже давно потерял. Так желал уберечь, защитить, но в конечном итоге.. не сделал ради неё ничего, молча стоя и смотря, как она умирает, оправдывая себя тем, что делаю это ради спасения мира. Я долго думал о том, что уже давно пережил. О мире, о жизни и о том, почему я оказался здесь, но совсем ни к чему не пришёл. Надежда.. что это вообще такое? Скажи мне, Шерми.. Что такое.. "надежда"? В мире, который полностью состоит из боли.. где не успеешь и оглянуться, как всё твоё счастье исчезнет, став лишь ещё одной причиной страданий.. может ли в таком мире человек, потерявший всё.. найти её вновь? — говорил Эндрю сбивчивым, напряжённым голосом.

Его волосы, безмолвно развевавшиеся на ветру, так и не позволили увидеть прятавшееся за ними лицо. Я.. должна что-то сказать.. ответить тому, кто позволил мне впервые понять себя.. но голос просто застрял. Как бы я не старалась, как бы не храбрилась и не радовалась удаче всего несколько часов назад.. во мне не было того, что позволило бы его понять. Ведь я.. никогда не имела того, что могла потерять. Мне казалось, что лишь я та, кто может ему помочь, что это мой долг и.. но сейчас, когда настал тот самый момент.. осталась одна тишина.

— Я.. не могу говорить наверняка, но.. — руки вдруг задрожали, всё сильнее доказывая моё бессилие, однако голос, как бы тяжело это ни было, всё равно вырывался наружу. — Если ты.. по-настоящему этого захочешь.. надежду можно найти всегда. Даже если кажется, что всё потеряно.. что уже никогда не наступит счастье.. достаточно.. достаточно просто верить. И тогда, пока ты ещё не сдался.. может быть, всё ещё не потеряно до конца. По крайней мере, мне так кажется.

Слова, некогда спасшие меня от смерти, сейчас звучали по-настоящему глупо, совершенно неспособные что-либо изменить. Да и.. верю ли в них сейчас я? Сколько бы не убеждала себя, сколько бы не следовала за Кохуру, поглощённая этой бессмысленной верой.. я так и не смогла найти то счастье, о котором он говорил.

— Достаточно.. просто верить? — с заметным трудом произнёс Эндрю, изо всех сил сжав кулак на правой руке.

Но я могла лишь молча кивнуть, прекрасно понимая, что он, скорее всего, даже не заметит этот жест.

— Хватит.. хватит нести этот бред!! — воскликнул наконец он, впервые сорвавшись с места и посмотрев на меня. — Ты хоть сама веришь в то, что сейчас говоришь? Вера.. простая вера, по твоему, может помочь? Никакая.. никакая вера ни тебя, ни меня не спасёт! Я в этом.. уже достаточно убедился. Верил, верил и верил.. как же долго я продолжал в это верить! И что дальше? Где моя надежда, скажи? Правильно.. её нет. НЕТ ЕЁ!! И никогда не будет. Потому что.. есть те, кто уже не смог её уберечь. И после этого.. им её уже не вернуть.

Немного успокоившись, он снова присел на холм, направив взгляд на луну, которая, казалось, была единственным, что не желало нам смерти в этом ужасном мире.

— Знаешь, в детстве во мне никогда не видели человека. Я был лишь инструментом для исполнения чужой мести. Я страдал, ненавидел мир и свою роль в нём, пока в один момент.. получив ранение в битве.. я не потерял память. Мне удалось забыть всё, всю боль, всю поглотившую меня ненависть. А затем.. я повстречал её. Девушку, которая оказалась точно такой же. Носившей в себе навязанный образ, который стал единственным, что в ней могли разглядеть остальные. Даже не помня почему.. я понимал её. И этим она меня спасла. Сумела стать для меня надеждой, которой я всегда был лишён. И даже вернув память я.. получил шанс на счастливую жизнь. Шанс, от которого не было толку. Ведь я.. я не смог её защитить.. даже не смог узнать её настоящую! Как я.. как я вообще могу снова обрести надежду?.. Я стольких убил, столькими пожертвовал, бросил товарищей, думая, что смогу что-нибудь изменить.. А когда.. когда я узнал, что ты тоже страдаешь от чувства вины.. знаешь.. знаешь, что я подумал? Мне показалось, что это просто прекрасно, что ты страдаешь также, как и я! Я был рад, что наконец нашёлся кто-то, кто сможет меня понять! Именно поэтому я не держал на тебя обиды. Именно поэтому я так быстро сдружился с девчонкой, которую презирал за наивность и доброту. Всё точно также, как и тогда.. Те же чувства, та же радость за чужую боль, понимаешь? Я.. всегда был ничтожеством. Как родился им.. так и остался до самого конца. И после этого.. ты хочешь сказать, что какая-то вера.. позволит мне заслужить надежду? Даже сейчас, после всего того, что я натворил.. я позволяю себе нагружать своей эгоистичной болью другого, — с каждой секундой его речь становилась всё более сбивчивой, пока с глаз наконец не полились слёзы. — Я так.. больше не могу. Мне хотелось.. хотелось всегда быть с тобой.. быть с той единственной, кто может меня понять.. может разделить мою боль и позволить хоть на секунду почувствовать себя нужным.. Но я.. никогда не позволю себе всерьёз просить тебя о такой невыполнимой услуге. Ведь.. даже если бы ты согласилась.. я бы себя.. уже никогда не простил.

Когда Эндрю наконец закончил, вокруг повисла отвратительная тишина. Его боль, гнев и отчаяние.. всё это он доверил мне. Сердце снова забилось с бешеной силой, пока я продолжала лишь молча смотреть на него, но внутри.. впервые за долгое время теплилась надежда. Если он смог рассказать, то.. возможно.. у нас ещё есть шанс.

— Я.. не говорю, что если просто верить, то счастье придёт само.. — начала наконец я, впервые за долго время отдавшись не правилам или долгу, а самой себе. Настоящей себе.. той, кого успела совсем потерять на всём этом долгом пути. — Но ведь если сдаться, то его точно не будет! Я всю свою жизнь прожила в ожидании.. убедила себя, что если просто верить, то счастье придёт само, но.. даже спустя столько лет я, кажется, так ничего и не обрела. До того дня, когда сделала первый шаг.. Возможно, тебе действительно есть за что себя ненавидеть, но.. посмотри на меня! Я отдала столько ужасных приказов, убив стольких людей.. и всё это ради цели, которую я даже не могу осознать. Но даже я.. сделав свой шаг.. смогла отыскать надежду.

— Не обманывайся!! — отчаянно отрицая воскликнул Эндрю, снова поднявшись на ноги. — В этом мире нет никакой надежды! Для меня в нём осталась только заслуженная боль, страдание и отчаяние.. И я никогда не стану достоин чего-то подобного.. никогда..

— И ты хочешь с этим просто смириться? — продолжила я, впервые поверив в слова, которые говорю. — Я понимаю.. могу понять какого это, когда на тебе лежит невероятная тяжесть вины. И жизнь с ней действительно невыносима. Но даже так.. разве этот проклятый мир заслуживает того, чтобы присвоить себе надежды других людей?! Вспомни ради чего мы старались! Какой бы наивной и глупой ни была эта мысль.. мы бились ради того, чтобы у каждого человека оставалась надежда. Разве ты.. тот, кто сделал ради неё больше всех.. не заслуживает иметь её хоть немного?

— Бред!! Мы.. никогда не добьёмся этой бредовой цели!! Каждая смерть бессмысленна.. А я.. грешник, который заслуживает только смерти..

— Ошибаешься. Забыл, чем мы сейчас занимаемся? Мы спасём этот город.. Подарим его жителям надежду, которой они могут быть лишены. А затем.. спасём и весь твой народ. Создадим мир.. где у каждого будет надежда.

— Это невозможно! Кто-то всегда будет страдать.. Не существует мира, где все будут счастливы!

— Зато может существовать мир.. где каждый имеет шанс на счастье. И если не сдаваться, если бороться за него до конца.. он сможет его получить. И ради такого мира.. я и буду продолжать идти вперёд. Или ты думаешь, что он его не достоин?

И вновь уже привычная тишина воцарилась вокруг. Но для меня это было нечто большее, это был знак, что мне удалось заставить его засомневаться. Конечно, мои слова могли быть излишне пафосными и наивными, но.. разве не такой должна быть надежда? Верить в лучшее будущее, даже когда кажется, что его уже и не может быть.

— Скажи, Шерми.. — сказал наконец Эндрю, прервав долгую тишину. Голос его стал куда спокойнее, но с ещё большим сомнением и неуверенностью, чем прежде. — Разве.. этот мир заслуживает того, чтобы ради его надежд.. мы.. делали это всё? Когда я был ребёнком.. мне всегда казалось, что Карлийская империя — это ошибочный путь, которым никогда не пойдут другие. Мне хотелось верить, что если нам удастся одолеть её, то все страдания прекратятся. Но ведь.. это совсем не так, верно? Как бы я не обманывал себя, что одолев фальшивого бога, мы сможем легко привести всех к миру, но.. за столько путешествий и посещённых стран.. не было ещё ни одной, где её жители могли бы жить в мире, независимо от того, имеет ли к ней какое-то отношение этот проклятый "бог". И даже те, где я не был.. разве фазиксы не ведут войну с Империей уже более 60 лет? А эльфы, которые уже век не могут определиться с властью, постоянно погружая страну в анархию и коррупцию? Разве это вообще... разве нам стоит отнимать столько жизней.. если.. чтобы мы ни делали.. на земле просто не может быть мира? Разве смерть учителя изменит что-то для учеников, уже перенявших от него всё? А если так.. как всего несколько человек могут изменить целый мир? Это бессмысленно. Мир.. Мир настанет только тогда, когда на земле не останется ни одного человека. — каждое его слово вырывалось с ещё большим усилием, чем предыдущее, будто вся его суть боролась с этими мыслями. Но как бы она не старалась.. отбросить сомнения уже было невозможно.

Где-то вдалеке послышалось стрекотание сверчков, в то время как лунный свет освещал наши лица, словно прожектор на сцене театра, совершенно лишённой зрителей.

— Возможно, что-то из этого действительно так, но.. — хотела было начать я, но подобно Эндрю, каждое слово требовало огромных усилий. Однако.. какой бы слабой я ни была.. в этот раз даже мне удалось найти силы. — Но ты.. всё равно ошибаешься. Мы.. и карлийцы, и фазиксы, да и все остальные.. Все мы воевали так столько, сколько себя помним. Это правда. Война стала чем-то привычным, а насилие превратилось в обыденность. Но если посмотреть на мир не так глобально.. разве каждый на свете рад такому устою? Их не так мало.. тех, кто хочет изменений. И многие из них не начинают бороться лишь потому, что думают, что они такие одни. Кто-то боится последствий, кто-то просто не уверен, что это стоит того.. Но разве это повод сдаваться?

— Но что ты сделаешь с остальными?.. — едва слышно пробормотал Эндрю.

— Люди.. способны меняться. Ни Эксири, ни Тоби или кто-то другой.. никто из нас не остался тем же в конце своего пути. Так может.. может и остальные тоже смогут измениться?

— Изменится? — переспросил он, посмотрев на меня с нескрываемым удивлением. — Не думаю, что это возможно. Ты ведь и сама понимаешь.. для людей собственная жизнь и интересы всегда важнее всего остального. Согласись, ведь каждый.. каждый всегда поступал из собственных желаний, травм и проблем.. даже я.. каждый мой добрый поступок.. это не более чем попытка заставить себя во что-то поверить. Люди думают только о себе. Нет ни малейшего шанса, что это возможно.. нет..

— Мы.. не обязаны начинать с чего-то масштабного. Можно сначала изменить небольшую деревню, затем город, округ.. небольшую страну. Нет ничего такого, чего нельзя достичь.. есть лишь разница в усилиях, которые мы должны для этого приложить.. — продолжала я, не оставляя своих отчаянных попыток.

— Мы не можем воскресить умерших, сколько бы усилий ради этого ни приложили, — твёрдо ответил он.

— Но изменить мир возможно! Каждое новое поколение.. да, возможно пройдёт немало столетий, но если продолжать до конца, то мы можем построить мир, в котором каждый захочет жить, — закончила наконец я.

Эндрю не сразу нашёл слов, чтобы ответить. Какое-то время он просто молча стоял, смотря на меня, освещаемый светом "разбитой" луны.

— Я уже.. ни во что не верю, — ответил он, перед этим глубоко вздохнув в попытке успокоится. — Но.. есть что-то странное в твоих словах. Будто это действительно так.. и мир можно так легко изменить. Но.. я всё равно.. больше ни во что не поверю. Но и не могу просто взять и повернуться назад. Я как будто в ловушке.. из которой нет выхода. У меня уже не осталось сил бороться с ужасом и отвратительность ни этого мира, ни самого себя.. но в то же время.. я не хочу просто принимать это всё. Не хочу, чтобы для меня это становилось нормой. Не хочу.. чтобы те, кто мне дорог, погибли зазря.. А может.. может однажды я и поверю в то, что ты мне сказала сейчас. Мне бы.. очень хотелось в это поверить, — закончил наконец он, обессиленно упав на холодную землю, покрытую невысоким слоем травы.

— Много кто в этом мире.. чувствует себя также, Эндрю, — вновь направив взор на уже ставшую обыденностью, но от того не менее необычную луну, ответила я. — И.. быть может, если убедить отчаявшихся поверить в то, что не всё потеряно.. мы сможем.. чего-нибудь добиться. Конечно, случится это не на нашем веку, но.. поверь мне, люди способны меняться.

— Да.. хотя бы в это я, наверное, способен поверить, — уже почти холодно и отстранённо сказал он.

Часть 4

От лица Эндрю:

Холодный ветер, прежде нисколько не волновавший меня, всё же проявил себя. Лёгкая дрожь пробежала по телу, окончательно убивая желание оставаться здесь. Наконец, глубоко вздохнув, я осторожно встал и, окинув взглядом равнины вокруг, направился в сторону дома.

— Я всё-таки попробую заснуть, — холодно сказал я, стараясь отбросить навязчивые мысли в сторону. — Завтра тяжёлый день.

— Да.. ты прав, — коротко ответила Шерми.

Несколько мгновений спустя мы окончательно разошлись. В то время как я со скрипом открывал старую деревянную дверь дома, Шерми всё ещё продолжала стоять возле холма, смотря на потрескавшуюся луну. Голову окутал клубок из обрывков нашего разговора, вопросы роились, так и не находя ответа. С каждой секундой я всё меньше верил, что смогу сегодня заснуть. Впрочем, не смотря на это, я всё же лёг в постель, стараясь не разбудить всё ещё мирно спящего Геншу. Закрыв глаза, я невольно вспомнинал старые дни, проведённые в запретной деревне. Возможно, именно тогда я был действительно счастлив.. Но нынешняя реальность не давала поблажек, а потому грезить о возвращении чего-то подобного я попросту не имел права. И наконец, погружаясь в эти привычные мысли, мир начал уходить, в то время как я медленно погружался в сон.

Сквозь пелену сна пробивался звук.. тонкий, захлёбывающийся плач ребёнка. Воздух вокруг был влажным и тяжелым, пах гарью и тухлым мясом. Туман лип к лицу, не давая рассмотреть, что происходит вокруг. Но стоило ему на секунду отступить, как прежде расплывчатая картинка складывалась в нечто ужасающее. Это был город.. Экогори, полностью заполненный густым, непроглядным туманом. Десятки тварей, ничем не отличных от Шена, бродили по городу выискивая себе новую жертву. Со всех сторон то и дело слышались крики и звук хлюпающей плоти. И тот самый плач.. вопль, такой знакомый и такой тяжёлый, что хотелось умереть. Девочка с длинными, до плеч, каштановыми волосами, которая ещё недавно счастливо жила вместе с семьёй в деревне, пока не оказалась втянута в "спасение мира" от божества, отчаянно рыдала посреди какого-то магазина. И тут, когда паника только начала отступать, всё вновь поплыло, не оставляя после себя никаких следов, кроме осознания катастрофы, которую мы не сумели предотвратить.

— ЭФФИ!! — имя вырвалось хриплым, отчаянным криком. Я вскочил с кровати в холодном поту, жадно глотая воздух, пока сердце колотилось так быстро, что, казалось, остановится.

Геншу вздрогнул от моего крика и отшатнулся. Судя по взгляду, он не спал уже какое-то время, взволнованно поглядывая на мою кровать.

— Т-ты чего? — сказал он слегка дрожащим голосом. — Приснилось что ли?

На секунду я потерял способность говорить. В голове друг за другом всплывали воспоминания.. кровавая площадь.. Эксири.. и я, хладнокровно убивший отца. В тот момент, я видел будущее.. Будущее, которое показал мне сон. Значит ли это.. что и сейчас тоже? Или это просто ночной кошмар? Нет.. я не могу позволить себе сидеть здесь, пока город не опустеет полностью. Даже если не могу быть в этом уверен.

— У нас.. больше нет времени подтверждать наши теории, — холодно высказал я. — Мы возвращаемся, прямо сейчас.

— Но.. подождите, вы уверены? Чего это вдруг? Разве мы не должны.. — засомневался вдруг Геншу, продолжая метаться из стороны в сторону.

Шерми поначалу ничего не ответила, лишь молча смотрела на меня, выказывая то-ли интерес, то-ли понимание, этого я понять не смог, и лишь некоторое время спустя, успокоив паникующего Геншу, спокойно сказала:

— Хорошо.

Я спрыгнул с кровати, едва не запутавшись в одеяле, наспех накинул одежду и даже не завязал шнурки — это не имеет никакого значения. Оставалось только броситься к повозке изо всех сил, молясь, что мы ещё можем успеть. На пороге я задержался лишь на миг, вновь встретив взгляд Шерми. Спасибо, что не задаёшь много вопросов. Ты говорила верить, не оставлять надежду.. Но способен ли я поверить, что смогу избежать будущего, которое уже однажды не смог предотвратить?

По прошествии нескольких минут повозка тронулась с места, держа курс на город, которому, боюсь, предстоит пережить нечто куда более страшное, чем даже мы способны себе представить.

Конец главы.