Том 4

Халкирское королевство

Глава 8

Встреча

Часть 1

На созванном в связи с похищением Бекки собрании сопротивление пришло к общему мнению, что её пропажа - дело рук EX. Единственная причина такого поступка, которая пришла к нам в голову, это предложение всем людям сдаться и вернуться к себе на родину. Возможно, враги до сих пор не устроили нападение, хотя им точно известно местоположение убежища, ведь Бекки была похищена именно отсюда, потому что боятся вступать в бой с сильнейшими человеческими воинами, потому и хотят более мирным путём выпроводить нас из страны. Очевидно, что как только мы уйдём, сопротивлению придёт конец. Вероятно, было бы правильно покинуть это укрытие и засесть в другом месте, о котором ещё не знает враг, но в нашей ситуации сделать это в столь ограниченный срок будет крайне сложно, так как ни подготовленного убежища, ни ресурсов, которые могли бы помочь, у нас нет. Короче говоря, ситуация просто безвыходная. Что бы мы не делали, это убежище скорее всего будет атаковано. И раз так, первое, что приходит на ум, это попытаться всё же освободить Бекки и дать решающий бой врагу, но можем ли мы это сделать? Абсолютное большинство участников собрания высказалось против того, чтобы рисковать и пытаться спасти не самого полезного воина. И это после всего того, что она сделала для сопротивления и абсолютно чужого для себя города? Хотя, с другой стороны, я точно такой же. Даже после всех тех моментов, проведённых вместе, я сомневаюсь, что могу посвятить себя её спасению. Мне даже представить сложно насколько силён наш враг. Сражаясь с богом я не имею права действовать основываясь на собственных желаниях. После недавних событий Харуко может в любой момент покинуть город и тогда найти её будет почти невозможно. Сейчас я обязан думать только об этом, ведь только мне под силу изменить то, что неподвластно больше никому.

По окончании собрания я, не слушая никого, вышел прогуляться в город. Поначалу у меня не было каких-то конкретных желаний, но некоторое время спустя, прогнувшись под давлением всех недавних событий, я всё же решил ненадолго наведаться в бар. В этот раз, в отличие от прошлого, никто не пытался выпроводить меня, основываясь на недостаточном возрасте. Возможно, это такая особенность города.

— Что будете пить, сэр? — спросил халкирец за барной стойкой.

— Виски, пожалуйста, — ответил я подавленным голосом.

— Вот, держите, — произнёс он, поставив передо мной бокал с напитком янтарного цвета.

Наконец, я впервые попробовал алкоголь. Спирт быстро обжёг язык, но последовавший за ним цитрусовый вкус, смешанный с карамельно-ванильными и древесными нотками быстро его перебил. В момент я почувствовал такое облегчение, какого не чувствовал ещё никогда. Все проблемы вдруг показались мне незначительными, а враги - слабыми и беспомощными. Однако это чувство быстро сменилось тревогой и ощущением собственной вины от того, что пока все остальные стараются ради нашей победы, я трачу своё время и деньги, распивая выпивку в местном баре. В этот момент мне тут же захотелось уйти, но в помещение внезапно вошёл Луис. Честно говоря, мне плевать, что он может подумать, но оправдываться перед ним мне сейчас точно не хочется. Стараясь отвести взгляд в сторону, я вдруг заметил, что справа от меня сидит человек. Женщина лет сорока с короткими, примерно до плеч, серебристыми волосами и бирюзовыми глазами. Одета она была на удивление бедно, хотя мигрировать в такую страну способны только богатые семьи.

— Всё же решился выпить, да? — сказал вдруг подошедший со спины Луис.

— Это явно не ваше дело, командир, — спокойно ответил я, не спуская глаз с той самой женщины.

Людей, живущих в этом городе, крайне мало. Если правильно с ней заговорить, место жительства Харуко можно узнать уже сейчас.

— Человек, да? — тихо произнёс Луис, также направив свой взгляд на неё.

Но как сделать это, не вызвав подозрений?

Не успел я придумать план действий, как вдруг Луис, не обращая внимания на меня, сам подошёл к женщине, первым начав разговор.

— Не удостоите ли вы меня чести узнать ваше имя? — сказал он, определённо заинтересовавшись другим человеком в этих краях.

— Имя?.. Меня зовут Хитори. Хитори Ганбу.

Услышав её слова Луис вдруг замолчал, будто растерял саму способность говорить. Его удивление можно было заметить даже смотря со стороны, хотя прежде подобного не происходило даже в прямом разговоре. Что происходит? Неужели он уже знал её прежде?

От лица Луиса:

Хитори..? Я бы ещё поверил в то, что это совпадение, будь у неё другая фамилия или характерные черты, но.. неужели это и правда она? Но каким образом? Разве Хитори Ганбу не погибла в том сражении 27 лет назад?

Часть 2

От лица Луиса:

Я родился в концлагере, созданном с целью воспитать из людей отличных рабочих, способных за минимальную плату продвигать вперёд карлийскую экономику. Не скажу, что такое тогда появилось впервые, но особый прирост подобных мест начался именно с моего детства. Но это, собственно, не так уж и важно. Куда большее значение имеет то, что именно там я и встретился с ней. Возможно, первым человеком, которым я всерьёз дорожил.

В то время я был далеко не лучшим ребёнком. Вечно ленился, тем самым доставляя проблемы близким, считал себя выше всех прочих, хвастаясь "особыми" способностями к математике. Я искренне верил, что однажды карлийцы заметят меня, позволив наконец выбраться с этого ущербного места. Каждый день там я задавался вопросом: "Почему именно я продолжаю жить здесь? Почему на моём месте не оказался кто-то другой?" Причиной той особой ненависти к собственной жизни послужил режим, выстроенный карлийцами в нашем лагере. Единственным способом выйти наружу был пропуск, получить который считалось практически невозможной задачей. И так, день за днём, я продолжал прожигать жизнь в пределах лагеря, вечно мечтая наконец увидеть, что именно находится за его пределами. Впрочем, мне ни разу не доводилось по-настоящему напрягаться что бы что-либо изменить. Я продолжал верить, что для меня нет смысла отдавать всего себя ради достижения цели, ведь вместо этого она исполнится сама собой. Тогда я и правда считал себя.. особенным.

Спустя 9 лет после моего рождения родителей казнили за неподчинение карлийским приказам. Когда я оказался в лагере, одна семья решила приютить меня, сжалившись над бедным ребёнком. Однако помимо меня у них была и родная дочь. Хитори.. во время нашей первой встречи она показалась мне чересчур покладистой, но с каждым днём, продолжая смотреть на неё всё больше, я стал замечать в ней ещё одну особую черту - несгибаемую волю. Однажды, по прошествии очередного рабочего дня, который я, не изменяя традициям, почти полностью пропустил, у нас завязался довольно интересный диалог.

— Опять не работаешь? Чем ты занимаешься всё то время, что остальные проводят в поле? — поинтересовалась вдруг она.

— Я занимаюсь математикой, — твёрдо ответил я.

— Математикой?.. Но разве у нас есть книги, с которыми можно учится? Да и бумаги у нас тоже нет.. Что уж говорить о чернилах.

— Единственный учебник мне подарил отец, после чего один из карлийцев добродушно разрешил оставить его в качестве памяти. Ну а большего мне и не надо.. Вместо бумаги можно использовать землю, а вместо чернил - какую-нибудь заострённую палку. Если учебник закончится, ничто не мешает мне придумать новые задания, основываясь на тех, что уже есть. Вы можете продолжать заниматься здесь тем, чем вы занимаетесь, ведя себя подобно скоту, но я таким не останусь. Вот увидишь.. однажды они заметят мой талант и я вырвусь отсюда.. на свободу.

Не знаю, почему вдруг сказал ей всё это. Возможно, дело в том, что я давно ни с кем не разговаривал, а может.. просто устал от осуждающих взглядов ото всех вокруг. Осознав наконец, сколько лишнего наговорил, я стал готовится к прежним насмешкам, которые частенько выслушивал ещё при жизни родителей, но в ответ Хитори лишь слегка улыбнулась.

— Никогда бы не подумала, что ты можешь быть таким разговорчивым, — удивлялась она. — Хочешь вырваться на свободу, да? Каждый из нас этого хочет..

В этот момент я вдруг ощутил себя так, будто рядом со мной был кто-то, кому я могу доверить все свои мысли. Прежде я почти ни с кем не общался, потому даже такая реакция показалась мне чем-то особенным.

— До того как попасть сюда я жил в таком же лагере, что и этот, за тем исключениям, что людям там разрешалось хранить личные вещи. Я никогда не видел.. каков на самом деле мир снаружи, потому и сделаю всё, чтобы его увидеть. Просто работая здесь мне ничего не добиться, но если уверить карлийцев в том, что я могу быть полезным не только в поле, моя жизнь может кардинально изменится, — говорил я твёрдо и уверенно, будто единственное, чего я хотел - впечатлить наивную девчонку.

Конечно, эти слова нельзя назвать истиной, но, по крайней мере, таковой они были для меня. Тогда я просто не понимал, что все мои наивные мечты осуществить ни чуть не легче, чем возглавить карлийское войско будучи простым человеком.

— Ты совсем не похож на остальных.. Никогда бы не подумала, что среди нас найдётся такой человек, — поражалась Хитори, смотря на меня заворожёнными глазами.

С того дня мы стали друзьями. С момента смерти родителей не было никого, кто решил бы меня поддержать, отчего я считал нашу встречу чем-то удивительным. Настолько удивительным, что ради неё я даже стал приходить в поля, чтобы Хитори не пришлось трудится больше нормы. Так прошли следующие два года. Несколько дней в неделю я занимался с книгой отца, в то время как в остальные помогал подруге с работой. Каждый вечер мы проводили за разговорами на самые различные темы, но самой частой среди них было, конечно же, обсуждение внешнего мира. Желание увидеть, что находится там, за пределами лагеря, пылало во мне до сих пор. Однако тот способ, которым я пытался её достичь, оказался совершенно бездейственным. Впрочем, это и неудивительно. Та книга, которую я считал уникальной, была обычным учебником, по которому обучались студенты. Таких как я в столице и других крупных городах целые тысячи, если даже не больше. Да и сама книга со временем становилась всё бесполезнее. Хоть она и собрала в себе множество знаний, изучив их мне больше было некуда двигаться. А карлийцы, услышав о подобных стремлениях, лишь рассмеялись, послав меня дальше работать в поле. Одна лишь Хитори продолжала верить в меня, но и это не могло продолжаться вечно. Настал момент, когда даже я осознал всю бессмысленность собственных действий. "Зачем стараться, если в конце пути меня всё равно будет ждать крах?" - думал я тогда. Мысли эти даже сейчас мне кажутся совершенно верными. Идея выбиться в люди, воспользовавшись отцовским учебником, изначально была провальной. И тогда я решил, что раз другого выхода нет, мне не остаётся ничего, кроме как тихо прожить остаток жизни вместе с дорогим мне человеком. Так я думал до того момента, пока не настал тот день, когда Хитори вдруг появилась передо мной, держа в руках целых два пропуска.

— Догадываешься что это? — говорила она радостным голосом.

— Неужели..

— Верно! Ты даже представить себе не можешь, как тяжело было их достать!

Мне потребовалась целая минута, чтобы отойти от шока, вызванного её словами.

— Пойдём! Посмотрим мир за пределами лагеря.. вдвоём! — воскликнула Хитори, взяв меня за руку.

В тот миг я не мог поверить своим глазам. "Спустя столько потраченных в пустую усилий и времени, мне всё же удастся увидеть то, о чём я мечтал долгие годы и всё это благодаря той, кто всю жизнь проработала в поле.. И почему я вообще думал, что обладаю чем-то уникальным?.." - думалось мне тогда

Наконец, мимолётная грусть спала и мы, хоть и временно, но всё же вышли на свободу. Первое время вокруг не было ничего удивительного, но чем дальше от лагеря мы уходили, тем больше интересных животных и растений попадалось на нашем пути. Каждый раз, видя что-то особенное, я окликал Хитори, искренне поражаясь чему-то настолько обыденному для свободных людей. Пройдя ещё дальше, мы увидели перед собой реку.

— Смотри, Хитори! Огромный, безудержный водный поток, не прекращающий своё движение ни смотря ни на что. Какие бы события ни произошли вокруг, она не остановится, пока полностью не исчезнет. Это ли не прекрасно? — продолжал поражаться я.

Со временем ночь становилась всё ближе, пока звёзды окончательно не застелили небо, украсив своим присутствием и без того безупречный пейзаж. И вот, когда всего того, что мы увидели, мне наконец оказалось достаточно, я увидел небольшой мост, возвышающийся над рекой.

— Иди за мной! Я тебе сейчас такое покажу! — воскликнула вдруг Хитори, побежав к нему.

Когда мы стали на середину моста, устремив взгляд в сторону луны, перед нами открылось невероятное зрелище. Кажется, карлийцы называют это "фейерверком". Множество разноцветных огней то и дело разлетались в разные стороны, создавая впечатление, будто я попал в сказку. И только в тот момент я ощутил, с каким прекрасным человеком мне довелось познакомится. Ну а после.. сам не знаю почему, мой взгляд вдруг сместился с фейерверка на неё.. Хитори всегда казалась мне особенной, но в тот момент я ощутил нечто иное. Можно ли сказать, что это любовь? Не знаю. Ведь уже как тридцать лет я никогда не испытывал подобного чувства. Тогда я был простым ребёнком, совершенно не готовым к тому, что меня ждёт впереди. Наивным ребёнком, который просто хотел быть с той, кому был готов доверить всего себя.

Конец главы!