Том 4

"Халкирское королевство"

Глава 4

"Неуверенность"

Часть 1

Лидер?.. Не может быть..

— И что же потребовалось от меня самому основателю Белой розы? Хочешь заполучить мою силу? — говорил я настороженно.

— Если ты имеешь ввиду меч, то забрать мы его никак не можем, ведь ты - единственный, кто может его использовать. Завербовать такого как ты в Белую розу также не представляется возможным, ведь геноцид явно не то, чем стал бы заниматься тот, кто ещё не успел пропитаться ненавистью.

Сразу отсёк все мои предположения.. Но что тогда? Разве он не наш враг? Что сильнейшему человеку могло понадобиться от такого непримечательного воина как я?

— Я лишь хотел сказать, что тебе не стоит считать меня своим врагом. Сейчас ваша главная цель - свергнуть местную власть, так? — продолжал Кохуру.

Что он хочет этим сказать? Неужели Белая роза добивается того же? И откуда ему вообще это известно?

— Я тоже не отказался бы сместить с трона этого зазнавшегося короля. Не окажешь мне небольшую услугу, одолжив отряду сопротивления силу, которую тебе подарил этот клинок?

Неужели он хотел встретиться со мной исключительно ради этого? Да быть того не может, здесь точно есть какой-то скрытый смысл..

— Вот ты где, Эндрю! — послышался издалека голос Юго. — Не стоит шляться здесь так поздно, мало ли что может случится.

Услышав приближение моего товарища, Кохуру тут же ушёл, не оставив после себя ни следа.

— Что-то случилось? — Удивился Юго, увидев моё выражение лица.

— Нет, всё в порядке.. Давай лучше пойдём домой.

— Ну ладно, как скажешь..

Он сказал, что я единственный, кто может использовать этот меч. Но почему? Чем же я так отличаюсь от остальных? Чёрт.. ещё одна проблема на мою голову. Что он имел ввиду, когда говорил всё это? Не может же быть так, что сам Кохуру встретился со мной лишь ради того, чтобы попросить помощи. Или, быть может, он просто опасается силы этого меча? Как всё запущенно..

Часть 2

От лица Джунко:

— Привет! — воскликнул Наэ, бегущий ко мне издалека.

В этот раз он был не один, рядом шли два ребёнка лет семи, мальчик и девочка. Никогда их не видела.. может, младшие брат и сестра? Всё-таки Наэ почти никогда о себе не рассказывает.

— Прости, совсем забыл, что надо ещё в детский сад заскочить. Отведу их домой, а потом уже сходим куда планировали, ладно?

— А.. да, конечно.

Рядом с ними он выглядит по-настоящему заботливым, хотя обычно напоминает скорее депрессивного одиночку.

— Эй, братик, а кто эта девушка? — спросил вдруг один из ребят.

— Меня зовут Джунко. Мы с твоим братом.. хорошие друзья, — быстро сказала я.

Внезапно девочка, что стояла слева, остановилась и протянула мне руку.

— Спасибо, что заботишься о нём! — воскликнула она.

— Обращайся, если и тебе понадобится помощь, — сказала я, улыбнувшись и пожав девочке руку.

Наконец, мы добрались до дома Наэ и, оставив детей там, вышли на улицу.

— Это твои брат и сестра, да? — поинтересовалась я.

— Они мои племянники.

— Племянники? Но ты ведь..

— Их родители работали учителями в местной школе, пока однажды на них не пожаловался отец одного из детей. Сама ведь знаешь, в наше время чтобы угодить в тюрьму хватает даже этого.

Родители Наэ погибли таким же образом, так что он лучше кого-либо понимает, каково это потерять близких из-за ужасной власти. Но что мы можем сделать? Всё, что нам остаётся, это работать, чтобы попытаться хоть кому-то подарить немного радости.

— Вот как.. Рядом с тобой эти дети выглядели счастливыми. Постарайся, чтобы так оставалось и впредь.

Наэ молча кивнул, после чего слегка улыбнулся и взял меня за руку. Она такая.. холодная..

— Пока со мной рядом ты, я точно не сдамся. Можешь не сомневаться, — сказал он уверенным голосом.

И я тоже должна продолжать. Сколько бы невзгод на меня не обрушилось, нельзя сдаваться. Рано или поздно этот кровавый режим наконец закончится и тогда мы все точно заживём счастливо. А пока это не случилось, я должна помогать не сдаваться тем, кому ещё тяжелее, чем мне, чтобы даже сейчас они могли найти в этой жизни что-нибудь радостное.

Часть 3

От лица Сатоши:

— Хочешь сказать, что редкий шанс спокойно провести тренировки, ты потратил на то, чтобы показать новенькому город? — суровым голосом говорил Сенши.

— Но это ведь важно, разве нет? Да и я, как мне кажется, должен был отдохнуть. Сколько можно уже тренироваться? — отвечал я, снова переводя взгляд на старый рисунок, где изображён я вместе с погибшими родителями.

— Неужели ты не понимаешь, что наш враг - целая страна? Что мы сможем сделать, если будем так безответственно подходить к делу? Ладно ещё новички, у которых есть близкие, не знающие о их принадлежности к сопротивлению, но ты ведь просто развлекался, впустую тратя своё свободное время, — продолжал лидер, не отводя от меня глаз.

— Послушай, брат, я ведь не по своей воле стал одним из вас. Разве не ты убедил меня это сделать?

В ответ я услышал лишь тишину.

— Нечего сказать, да? Чтож, я пошёл, — сказал я, положив наконец рисунок на место.

Были бы родители сейчас живы, наверняка придумали что-нибудь лучше, чем этот устаревший военный метод. И почему они должны были умереть, защищая его? Чёрт..

Покинув комнату, я стал возле двери, невольно ожидая, что брат скажет что-то после моего ухода, но, не услышав ничего кроме собственного дыхания, я всё же вернулся к себе. По пути мне встретился один из новичков. Кажется, его зовут Юго.

— Что случилось? Почему остановился? — удивился он.

И правда.. Чего это я вдруг встал, увидев его?

— Н-ничего, забудь, — ответил я, держа на себе вопросительные взгляды его напарницы.

Что это на меня нашло? Почему в голове вдруг промелькнула мысль поговорить с ним о том разговоре? И вовсе я не пытаюсь получить подтверждение своей правоты..

Вернувшись наконец в комнату, я вновь взял в руки портрет родителей и присел на кровать. Я продолжал смотреть на него ещё несколько минут, пока в дверь вдруг кто-то не постучал. Открыв её, я увидел перед собой Наэ с довольно грустным видом.

— Чего-то хотел? — весьма безразличным голосом спросил я.

Наэ ничего не ответил, а лишь молча вошёл в комнату, закрыл дверь и сел на кровать.

— Как думаешь, есть ли у нас шанс одолеть короля? — сказал вдруг он, устремившись взглядом на мою весьма дорогую книжную полку.

— Уж прости, но сейчас не самый подходящий момент для твоего нытья, — отвечал я, встав перед Наэ.

— Я слышал твой разговор с братом.

Что? Но когда? Неужели он был в кладовке, что находится рядом с комнатой Сенши? Но разве она не была закрыта?

— И что ты такого из него почерпнул, что аж решил наведаться ко мне? — продолжал я куда более серьёзным голосом.

— Ты ведь не хочешь быть воином, так? Чего же тогда продолжаешь сражаться на нашей стороне?Знаешь, мирная жизнь не так уж плоха. Так ещё и куда безопаснее, чем работа воина, которой ты сейчас занимаешься.

— Очень сомневаюсь, что хоть кому-то нравится это дело. Ты ведь такой же, разве нет? Тоже бы с радостью остался с Джунко и жил мирной жизнью, заботился бы о своих племяшках и всё было бы прекрасно, но ты всё равно стал воином, так почему же? Ты ведь, в отличие от брата, не был им ещё до основания сопротивления, я прав? — говорил я быстро, выражая все свои чувства что, на самом деле, для меня крайне редко.

— Мои родители погибли, а брат попал в тюрьму и всё из-за этого гиблого режима. Моё желание сражаться вполне оправданно, — отвечал Наэ. — Но что насчёт тебя? Почему не покинешь сопротивление и не заживёшь мирной жизнью?

— Потому что я не хочу, чтобы всё продолжалось так. Как я могу оставаться в стороне, когда вокруг происходит такое? Хоть мои родители и погибли ещё до смерти прошлого короля, но они всегда считали, что такой страна точно быть не должна. Я не хочу, чтобы всё оставалось именно так, но я также не хочу добиваться этого подобными методами. Разве нет другого способа, не подразумевающего под собой эту чёртову магию!?

Ещё с того самого момента, когда брат впервые заинтересовался идеей стать воином, я сразу его не поддержал. Как можно считать своим долгом убийство людей? Это же просто.. неправильно.

— Если так хочешь у меня погостить, делай что хочешь. Я пошёл.

Покинув комнату, я вновь, как и в прошлый раз, встал около двери, но в этот момент с совершенно другой целью. Может, я что-то неправильно понимаю? Может, на самом деле благородная цель оправдывает совершенно любые средства? Нет, я не могу ошибаться. В убийствах нет совершенно ничего благородного, и не важно, кто оказался на месте жертвы.

Часть 4

От лица Бекки:

— Прости, что отвлекаем, но не могла бы ты помочь нам с переносом коробок? — сказал вдруг черноволосый парень, состоящий в отряде сопротивления. — Один из ваших сказал, что я могу надеяться на твою помощь.

— А?.. Д-да, конечно, я помогу, — отвечала я, отрываясь от хорошей книги.

Последнее время, ещё с момента появления в деревне новичков из лабораторий Дзируо, я стала замечать, что следовать пути матери становится очень сложно. Не сказала бы, что это было очень просто раньше, но сейчас я.. как-то устала.

Закончив с коробками, я вновь вернулась к чтению книги, что нашла в местной библиотеке. Однако к тому моменту уже вечерело, а делать что-либо на здешних тёмных улицах просто не имело смысла. Вернувшись в убежище я, также, как и обычно, быстро легла спать, не заставляя себя заниматься чем-то ещё.

На следующий день:

— Эй, ты ведь поможешь нам, да? — говорил один из местных поваров, услышавший о моей вчерашней помощи.

— Конечно, нет проблем! — отвечала я с тем самым фальшивым энтузиазмом.

Так продолжалось на протяжении целой недели. Эндрю невольно разболтал, что я могла бы разок помочь с какой-нибудь работой, а затем слух о том, что есть девушка, которая никогда ни от чего не отказывается, быстро распространился среди простых работяг сопротивления. И, хоть я и не получала ничего взамен, но была совершенно не против такой помощи. Раз потренироваться мне не с кем, то почему бы не внести свой вклад в победу таким образом?

Несколько дней спустя:

— Спасибо за помощь! — в очередной раз благодарил меня один из работников.

— Обращайтесь, если потребуется что-то ещё, — отвечала я немного уставшим голосом.

В этот раз я провела у них полноценный рабочий день. Так устала, что сил сразу дойти до комнаты совсем не осталось, из-за чего я ненадолго опёрлась о стену возле кухни, чтобы передохнуть.

— Какая полезная девочка, да? — послышался голос одного из поваров.

— Дура она, конечно, та ещё, но я не жалуюсь. Хорошо, когда есть кем воспользоваться.

— Ну, тут не могу не согласится.

Вот так вы, значит, думаете, да?..

Вернувшись в комнату, я без сил грохнулась на кровать и, не пытаясь заснуть, молча смотрела в потолок, стараясь не нагружать себя мыслями о том, что недавно услышала, но это было бессмысленно.

Я всегда старалась быть доброй и отзывчивой ко всем вокруг. Я помогала безвозмездно, поддерживала в трудные моменты и верила, что мои добрые поступки не пропадут зря. Но с каждым днем я все больше осознаю, что моя доброта стала для многих лишь поводом для эксплуатации и использования.

Я вижу, как люди, которым я помогаю безоговорочно, обращаются ко мне только в трудные моменты, прося помощи и поддержки, не задумываясь о моих собственных чувствах и потребностях. Сколько бы я не пыталась заслужить чужое уважение и признание, я получаю лишь фальшивые улыбки в необходимый для них самих момент. Почему каждый раз, когда я о чём то просила ребят из деревни, у них всегда находились отговорки мне не помогать? Почему сейчас, отдав всю себя работе, я получаю такие слова?

Моя доброта не приносит ничего, кроме разочарования и обиды. Сколько можно быть доброй к бездушным людям, которые совершенно не ценят того, что я делаю? Как же это всё.. глупо.

Конец главы!