Том 2

"Предательство"

Глава 5

"Красная повязка"

Часть 1

На одной из множества небольших лесных полян мирно отдыхал Кили. Возможно, у него было рабочее время, но ничем полезным он не занимался. Красная повязка, как всегда, украшала его чёрное тело.

— Чёрт.

Оливер встретился с Кили.. На самом деле, это худшее из последствий, которые ожидали нас после начала дружбы с одним из представителей вражеской расы. И что же нам теперь делать?

— О.. так это вы. А я уж думал, что нам придётся драться.

— Эндрю, Юго, вы его знаете?

— Ввиду обстоятельств нам пришлось заключить с этим карлицем временный союз.

— Союз?..

Предвещая конфликт небывалых масштабов я отошёл в сторону, надеясь, что Юго сможет как-то выкрутиться.

— Простите что так вышло, командир отряда воинов запретной деревни. Мне так жаль, что я не смог убить его раньше и подвёл нашего великолепного лидера.

— Как ты разговариваешь со своим командиром? Неужели ты не знаешь, что сотрудничество с ними карается смертью?

А ведь он прав. Мы знали об этом правиле, но всё равно сдружились с ним. Хотя, Юго к нам с Бекки не относится. Всё таки он просто не смог победить Кили в бою, поэтому и оставил.

— Не стоит ссорится из-за меня. Я не представляю вам никакой угрозы, вся эта война мне не интересна. Или вы собираетесь опуститься до уровня дикарей, убивающих мирных жителей?

Мирных жителей?.. Решил соврать, значит.. Или может, Кили уже покинул пост командира?

— Не пытайся нас обмануть. Хоть я презираю нашего командующего, но желание убить тебя ещё сильнее, чем это презрение. Я знаю, что по силе ты не уступаешь даже Баори.

Громко сказано, но я бы так не думал. Скорее, Кили не уступает первой фазе сферообразного карлийца.

— Ладно. В любом случае, ты знал, что лес - военная территория. Если ты доложишь об этой встрече, у нас появятся проблемы.

Наконец, Оливер достал свой меч. Хотя, это был скорее не меч, а катана. Более лёгкая и длинная, с украшенной рукояткой. Если честно, я бы тоже хотел себе нечто подобное. Сражаться с катаной намного удобнее, чем с мечом.

— Я не дам тебе уйти живым.

Часть 2

— Я не убил тебя в прошлый раз, но сегодня ты уже не сможешь вернуться домой!

И вновь эта улыбка, полная злобы и ненависти. Сейчас он больше похож на маньяка, чем на человека, сражающегося во имя свободы.

— Чтож, видимо, выбора у меня нет.

Использовать катану или ножи в борьбе с карлийцем не очень удобно, отчего преимущество на его стороне, однако Юго очень сильный воин, а в команде с Оливером у них даже есть шансы. Тем не менее, я не желаю Кили смерти. Он хороший парень, родившийся не в том мире. Возможно, если бы человечество тех времен не допустило столь роковую ошибку, мы бы сейчас жили в мире и согласии.

Наблюдая за сражением трёх невероятно сильных воинов, я осознал, что пытаться встревать для меня просто бессмысленно. Я совсем на ином уровне. Даже разобрать их движения толком не могу. Единственное, что я понял, это то, что Кили не атаковал в ответ, но мастерски уклонялся ото всех ударов.

— А он силён..

Наконец, катана Оливера приблизилась к телу Кили, но не задела его. Это было близко.

— Что?

Вдруг, место, над которым пролетела катана, резко начало кровоточить и там образовалась незначительная рана. Похоже, он применил распределение маны. Навык, позволяющий нанести удар скоплением маны, содержащейся в оружии. Оливер сделал так, чтобы энергия, наполняющая его клинок, оказалась ниже, чем само оружие. Не ожидал, но у него получилось достать Кили довольно быстро.

— Ясно. Значит, ты используешь распределение маны.

Катана командира была сделана из особого материала и, к тому же, покрыта специальным ядом. Просто так исцелиться после такого удара не выйдет.

И всё же, разве нельзя было решить этот конфликт мирно? Кили уж точно не желает нам зла, а в этой бойне нет никакого смысла. Чёрт.. Как же я слаб, зачем я вообще захотел становится воином?

— Почему не бьёшь в ответ?

— У меня нет желания вредить вам.

— Почему? Мы же твои противники!

— Я поклялся, что никогда не убью человека. Да и без этой клятвы, я не хочу вас убивать.

— Ты так наивен! В этом жестоком мире нет места таким, как ты! Думал, прикинешься добреньким и мы сразу простим все грехи вашего народа? Даже не надейся! Ты.. Да вообще все вы.. Заслуживаете смерти!

Юго, видимо, много чего пережил, раз так ненавидит карлийцев. Но это неправильно.. Кили никак не относится к тем, кто убил его отца. Нельзя судить весь народ, по одному представителю. Так.. я думаю.

— Ты выглядишь смешно. Страдания ради страданий, это твоя цель? Хочешь отомстить мне за убитых товарищей? Но, скажи, как я отношусь к тем, кто отправил их на тот свет?

— В ваших мерзких телах течёт одна и та же, чёрная, омерзительная кровь!

— Вот значит, как.

С того раза Оливеру больше не удавалось ранить Кили снова. Возможно, этот бой и правда не имеет конца. Если честно, я даже этому рад.

— Знаешь, малец, у меня ведь тоже есть причины мстить тебе. Люди убили немало моих родных и близких. Если так подумать, сейчас я остался совсем один. Но, как ты уже заметил, я не пытаюсь отомстить случайному человеку за ошибки короля двухсотлетней давности. В этом ведь нет совсем никакого смысла.

— Такими темпами вам эту войну не выиграть.

— Мне недостаточно победить в войне, я собираюсь победить саму войну. Искоренив ненависть, я смогу достичь истинного мира, которого не смогли добиться наши короли.

Победить саму войну..?

— Конечно, ты можешь убить меня, тем самым ненадолго забыв о боли утраты, но это ли то, чего хотели твои погибшие близкие?

Юго на время остановился. Видимо, слова Кили всё-таки смогли достучаться до его сердца. Если честно, этот бой стал для меня спасением. Узнав о прошлом Лео и Юки, увидев жестокость Баори и прочих, я стал близок к тому, чтобы пробудить свою собственную ненависть. Я бы перестал чувствовать что-либо настоящее, причиняя боль другим. Хочу ли я становиться таким? Разве не лучше стерпеть эту боль, нежели становиться тем, кто её причиняет?

Часть 3

— Вы не сможете победить меня, разве не будет лучше остановить этот бой?

— Мы не можем.. правила деревни не позволяют нам.

— Правила!? ХАХАХАХАХАХА!...!... Какой же ты дурак! Всё думаешь о своих правилах, да?!

Почему Юго так относиться к командиру? Что такого произошло между ними?

Неожиданно, Оливер также прекратил свои попытки достать Кили. Его руки тряслись, а по лицу капал пот. Если так подумать, этот бой выглядел довольно нелепо. Человек, командующий последним оплотом человечества, не может попасть по карлийцу не больше 50 сантиметров ростом. Никто из них даже не использовал особых навыков.

— Чего ты так разволновался? И это представитель отряда лучших воинов человечества?

— Почему ты всё это говоришь?

— Хех.. забудь. Хотя тебе, Эндрю, лучше не лезть. Неправильно тебе высказываться, просидев весь бой в стороне.

Смотря со стороны, я мог лучше понять каждую сторону.

— Я отказываюсь сражаться. Победы нам уже не видать. Если этот карлиец так верен своим глупым идеалам, то сомневаюсь, что он нас выдаст.

— Но это же предательство!

— Простите меня, господин главнокомандующий, но я не считаю его убийство возможным. Моя жизнь ещё пригодится в другом месте. А если вы умрёте, Луис очень расстроится.

— Мы не можем так рисковать.

— Ох.. как жаль, что бездарный правитель против моего решения.

— Если продолжишь так обращаться со старшими, будешь наказан!

— Ладно-ладно. Хотя, сомневаюсь, что вам хватит духу меня наказать.

Видимо, бой окончен.

— Если ваша цель не заключается в убийстве мирных жителей, можете делать что хотите. Я не буду вам мешать.

Кили вернулся на своё место, а Оливер, подозвав меня и вернув катану на место, собрался уходить. Мы с командиром шли подле друг друга, а Юго плёлся в нескольких метрах от нас. Интересно, что такого произошло между этими двумя..

Часть 4

От лица Юго:

"Победить саму войну"?.. Вздор! Эта война не имеет конца. Разве мы можем простить карлийцам всё то, что они сделали с нашим народом? А даже если простим, кто пойдёт за нами? "Искоренив ненависть, я смогу достичь истинного мира"? Ты слишком много о себе возомнил, сопливый придурок! У этой бойни нет конца. Я просто не могу ошибаться.

От лица Оливера:

Возможно, я слишком легко поддаюсь влиянию, но, мне кажется, что в его словах есть смысл. Если бы обе стороны захотели мира, людям бы не пришлось страдать, а дети не отправлялись бы на войну. Даже если захватить власть и одержать победу, ненависть никуда не исчезнет. Если бы мы только могли.. Хотя, не мне же об этом судить. Я-то ни на что не годен. Называю себя командиром, а сам не могу одолеть даже такого как он. Ни один из подчинённых мне не доверяет, а всеми важными делами занимается Луис. Если вспомнить, я ведь всегда полагаюсь на него. Даже сейчас, узнав о предательстве, я первым делом рассказал обо всём Луису и просто выслушал его ответ. Называю свою дочь недостойной, а сам-то что.. Получил этот пост от отца и стал главным позором в истории деревни. Может, мне не стоит так переживать из-за этого? Я с самого детства был таким. Нет.. А ведь отец возлагал на меня большие надежды, но в итоге.. кем я стал? Ужасный отец, командир, да и человек я не самый лучший. Смог ли я кого-нибудь защитить, как обещал отцу? Лайза, Тоширо, Шигги... Я никого не защитил! И неудивительно, что Юго меня так ненавидит. Только из-за моей неосторожности погибли его брат и отец. А после этого, я ещё посмел причинить страдания Бекки, последнему дорогому человеку в его жизни. Разве такой как я, заслуживает быть командиром отряда воинов запретной деревни?

Когда я был ребёнком, отец вечно говорил мне, что я должен стать достойным воином и возглавить последний оплот человечества. Что карлийцы, ничтожные создания, способные лишь убивать, должны пасть от моей руки. Мать не любила все эти разговоры, но не собиралась перечить отцу. Я же не воспринимал его слова серьёзно, относился пренебрежительно ко всем, кто пытался бороться. Я считал, что мы можем продолжать мирно жить в деревне, выходя лишь за продовольствием и нам не нужно вести никакой войны. Я думал, что для нас в этой войне нет никакого смысла и будет лучше просто забыть о ней. Ведь война причиняет только лишние страдания. Так продолжалось до дня, когда моя мать умерла. Мама была достойным воином и часто тренировалась со мной, поэтому отец нередко ходил с ней на вылазки за провиантом. Конечно, безопасностью тут и не пахнет, но я думал, что раз они ни с кем не воюют, то всё будет хорошо. Очевидно, что я ошибался. В тот день, я очень ждал их возвращения, потому что хотел показать маме её портрет, нарисованный на листе бумаги. Тогда я сильно увлекался рисованием. Думал, что такое занятие намного интереснее, чем военная служба и к тренировкам относился пренебрежительно. В тот момент, когда я узнал о смерти матери, весь мой мир перевернулся. В день, когда я потерял мать, я впервые осознал, что война может сделать с людьми.

Несколько лет спустя все мои дни состояли из одних тренировок. Однако я не был наделён талантом и не добивался почти никаких успехов. Отец продолжал промывать мне мозги историями и о жестокости карлийцев и прочем, но я его уже не слушал. Ведь в день, когда мать умерла, я не заметил в его глазах и капли печали. Когда я плакал, он даже не попытался утешить меня. В то время я считал, что живу в окружении монстров. Но это, конечно, не сделало меня сильнее. Я только больше загонялся. Только и делал, что плакал где-нибудь за деревом.

Шли годы, со временем я начал понимать, что от судьбы лидера уже никак не отвертеться. Но я, в отличие от Бекки, совсем не ждал этого дня. Ответственность за жителей пугала меня не меньше, чем смерть в бою с карлийцем. Когда мне исполнилось 17 лет я впервые повстречал Лайзу, свою будущую жену. Она была выходцем из мирной деревушки, которая была сожжена за причастность к партизанской деятельности. Её улыбка пробудила во мне надежду на счастливую жизнь, но я, впрочем, как и всегда, заблуждался. 2 года спустя, во время одной из операций по освобождению жителей лагерей погиб мой отец. Именно тогда я стал командиром отряда. Это звание, по сути, означало полную власть в деревне, хотя сейчас помимо лидера отряда воинов, есть и лидер самой деревни, отвечающий за её экономическое развитие. После получения нового звания прошёл год, я женился на Лайзе и начал привыкать к новой должности. Но назвать меня хорошим лидером было нельзя. Всё, что я делал, это отправлял своих подчинённых на бессмысленные задания, в надежде оправдать ожидания толпы. Эта работа не была нужна мне, но никакого другого варианта прожить свою жизнь я не видел. Люди, жители деревни, видели во мне командира. Всё что я мог, это подчинится их решению.

Год спустя родилась Бекки. Она была прекрасным, добрым и понимающим ребёнком. Лайза не очень любила мою работу и была настоящей пацифисткой, поэтому учила Бекки не причинять никому боль. Я не понимал этого, ведь Бекки должна стать командиром и ей придётся убивать, но я, как и всегда, находился в полном неведении.

Однажды в нашей деревне появился Тоширо с двумя детьми. В то время, впрочем, как и сейчас, я без разбору принимал всех беженцев не думая о последствиях. Тоширо со своими детьми пришли из лагеря, остальные жители которого продолжали страдать. Этот факт не давал мне покоя, но первое время я и не думал о спасательной операции. Как такой как я мог что-то изменить? Такие мысли останавливали меня от действий.

Юго и Бекки успели сдружится, а Тоширо много чем помогал мне по работе. К тому моменту в деревне уже жил Луис, который со временем стал моим другом. Однако в то время я больше полагался на Тоширо, нежели на Луиса. Он и стал первым лидером деревни. Прошёл год и я отправился на операцию по спасению жителей лагеря, в котором жил Тоширо и его дети. К этому решению меня сподвигло ярое желание Юго спасти своих близких и я, убедив его отца, отправился на верную смерть. Тоширо погиб, а Юго возненавидел меня за то, что я не дал бой Дзируо. Эту потерю я переживал не очень тяжело, так как быстро нашёл ему замену в лице Луиса, а вот Юго изменился навсегда.

Несколько лет спустя погибла Лайза. Она была моим самым дорогим человеком и её смерть полностью изменила меня. С того дня моей первостепенной задачей стало вырастить из Бекки хорошего наследника. Я так и не признал себя достойным этого звания, поэтому хотел воспитать Бекки так, чтобы она превзошла меня. Однако её доброта мешала моим планам. Разве может лидер отряда воинов жалеть своих врагов? Я думал, что смерть матери и страдания её друзей пробудят в Бекки ненависть к карлийцам, но я ошибался. Она относилась к ним как к противникам, которых она уважала не меньше, чем союзников.

Из-за своей доброты Бекки казалась мне очень слабой. Я стал принижать её достижения, надеясь, что от этого она будет стараться ещё сильнее. Старался уделять ей меньше внимания, чтобы она быстрее повзрослела. Но был ли в этом смысл? Ведь, как оказалось, она с самого начала была сильнее меня. Всё это время я заблуждался.. причём во всём.

Достоин ли такой как я носить звание командира воинов? Конечно, нет. Но и выбора у меня тоже нет. Я просто не могу думать о таком, ведь если я продолжу, человечество ждут не самые лучшие времена.

Конец главы!