- Синклэр! Синклэр!

Мои глаза широко распахнулись из-за резкого голоса мужчины средних лет.

- Ты сошла с ума?

Я повернула голову на звук, но фигура неизвестного была нечёткой из-за яркого света.

- Я жива?

- Ты не можешь умереть от потери сознания!

- Ах... Я жива

Слезы, что лились, словно водопад, по моим щекам, собирались на кончике моего подбородка.

- Что на счёт детей?

- Они уже в пути, так что поторапливайся и приготовься.

- Спасибо. Я... Правда, спасибо вам.

Мужчина сообщил мне, что мои ученики были в безопасности и что я выживу. Я не могла разглядеть его сквозь навернувшиеся слезы, но я поблагодарила голос, который доставил эти новости.

"Бог, Будда, Аллах. Все боги мира, спасибо вам!"

***

Прежде чем я потеряла сознание, раздался взрыв.

Пока я показывала эксперименты с фейерверками ученикам второго года средней школы, сын директора играл со спичками, так что я выгнала его из лаборатории.

Затем тараканоподобный ребенок, совсем как его отец, спровоцировал несчастный случай, вместо того, чтобы обдумывать свое поведение.

Все началось с натрия в стакане. Натрий растворяется, когда входит в контакт с водой.

Я эвакуировала детей так быстро, как могла, и, после борьбы с ребенком, мне удалось отобрать у него стакан. Но у меня не оставалось времени. После того, как я увидела, что ребенок успешно ушел, я накрыла стакан своим телом и выполнила свои обязанности учителя на неполную ставку.

Вместе со звуком взрыва все мое тело содрогнулось, и я потеряла сознание.

Но я спасла детей и я выжила.

Я почувствовала облегчение.

***

Наконец, мое зрение вернулось в норму, и я смогла увидеть мир вокруг себя.

"А? Это случайно не рубин и сапфир? Боже мой, это что, бриллиант? Кроме того, украшения сделаны из золота"

Потолок был щедро украшен различными драгоценными камнями. Они ярко сияли, когда отражали солнечный свет.

"Что это за больница?"

Я лежала под углом, откинув голову на спинку стула. Я коснулась своей груди и живота, что накрывали стакан, и почувствовала что-то твердое.

"Я ранена? Они меня перебинтовали?"

Я аккуратно надавила на твердые места, чтобы проверить, будет ли мне больно, но я ничего не почувствовала.

"Как много обезболивающего они мне дали?"

Я опустила взгляд, чтобы проверить капельницу в руке, но там ничего не было. Просто худая, длинная бледная рука касалась передней стороны чистого белого платья, что было вышито золотой нитью под развевающимися кружевными рукавами.

"Боже. Что это за больничный халат?"

Вздрогнув, я закатала рукава и посмотрела на одежду. Боковая линия рукова, которая исходила от плеча, была украшена прозрачными драгоценными камнями, которые были похожи на бриллианты, что следуют за белой линией.

- Это сон?

Я ущипнула себя за внутреннюю сторону запястья.

- Ах! Это больно! Что здесь происходит?

Когда я попыталась сесть и разобраться в ситуации, неизвестная женщина, одетая в чёрно-белое платье, словно в костюм горничной, бросилась ко мне.

- Не двигайтесь.

Я понимала неизвестный язык, на котором она говорила, на удивление хорошо.

"Кто эти люди?"

Удивлённая, я оттолкнула их, как только они схватили меня за плечи и запястья. Но они были сильнее меня, и даже не сдвинулись с места. Напротив, они с силой толкнули меня на стул.

Я толкнула голень горничной, что стояла напротив меня, изо всех сил, когда она надавила на мое плечо.

- Ааа!

Она закричала и упала. Оперируя боевыми навыками, которые я выучила за последние три года, я оттолкнула руки других горничных и встала.

Затем, рыцари в золотых доспехах достали свои мечи и копья, преграждая мне путь. Я увидела свое отражение на сверкающих лезвиях.

Я была одета в яркое белое платье. Когда я двигалась, вслед за моими движениями шевелилось платье с обтягивающей талией и юбкой, что была шире, чем зонтик на летнем курорте.

"Это я?"

- Синклэр! Что ты делаешь?

Это был голос доктора, того человека, который сообщил мне, что дети в безопасности, совсем недавно. Я быстро обернулась.

Но это был не доктор. Передо мной стоял приятный на вид западный мужчина средних лет, похожий на Джорджа Клуни.

***

- Умри.

Кто-то душил меня. Я не могла дышать.

- Умри, Синклэр!

- Папа, пожалуйста, спаси меня!

Рука маленькой Синклэр, сухая, словно деревянная палочка для еды, и такая хрупкая, будто с лёгкостью могла сломаться, с тревогой держала руку, что душила её.

***

"Папа?"

Я была удивлена и пришла в себя. Чьи-то воспоминания заполняли мою голову.

"Почему я назвала его папой?"

Лицо мужчины среднего возраста было искажено, словно рулон мятой бумаги.

"Странное место. Странные люди. Кто они? И почему я здесь?"

Я попятилась от них, осматриваясь в поисках выхода отсюда.

Была видна мебель в стиле рококо, дорогая керамика и гобелен с изображением на нем рыцаря, сражающегося с монстром. Это был словно средневековый замок. Я заметила белую дверь, украшенную бронзой по четырем углам.

Для начала, мне нужно выжить, так что я побежала к двери.

- Поймайте ее!

Рыцари, стоявшие у окна, присоединились к попыткам меня поймать. Их металлические доспехи зазвенели.

"Какого это, быть пронизанной этими мечами? Правда ли кровь будет склизкой?"

Лишь мысли об этом заставляли меня содрогаться. Я едва увернулась от них и бросилась к двери.

Но именно в этот момент дверь открылась.

Я резко остановилась, когда рыцари с копьями ворвались в комнату.

Мужчина с черной шляпой, облаченный в свободную белую блузку, что находилась под черной униформой, зашёл и повысил голос.

- Его светлость, Молодой мастер Теодор Вонзейер, прибыл!

Когда глашатай отошёл в сторону, в комнату вошёл маленький, достовавший до бедра слуги, мальчик, одетый в белоснежную робу.

Он был худ, словно шампур, но его подбородок, направленный вверх, и прямая осанка придавали ему надменный вид. Такая поза и выражение лица хорошо сочетались с аккуратной, белоснежной робой, которая, тем не менее, не подходила его возрасту.

"Кто это?"

Ярко-малиновые глаза маленького мальчика мерцали, как светофор, в то время как я стояла высокая и испуганная.

- О? Мачеха захотела встретить Теодора?

Сверкающие красные глаза, смотревшие на меня, и преподнятые уголки его губ мне были знакомы.

Я наклонилась, чтобы лучше его рассмотреть. Он также осторожно изучал выражение моего лица.

Но в его глазах отражалась не я. Женщина с двойными веками моргала из-под белоснежной вуали. Она была красавицей с кошачьими глазами.

"Не может быть. Это я?"

Мне нужно было убедиться, что это лицо моё. Затем, женщина, отражавшаяся в красных глазах мальчика, закрыла один из ее больших сексуальных глаз.

Глаза мальчика широко распахнулись и выпучились, словно у готовой взорваться гранаты.

Но я была больше шокирована тем, что женщина в отражении повторяла все мои движения, чем реакцией мальчика.

Я подняла одну руку и помогала ею.

Милостивый господь, женщина в отражении зеркала помахала вслед за мной!

- Кьяяяя!

Я надула одну щёку, затем другую. Она сделала тоже самое.

"Это я!"

Осознание этого поразило меня, словно молния.

Лицо маленького мальчика стало красным. Он крепко закрыл свои глаза, надувная свои щёчки, словно рыба-фугу, и поднял указательные пальцы, чтобы закрыть свои уши.

"Почему он это делает?"

Это должно было быть странно для него, быть использованным в качестве зеркала.

- Приветствую вас, молодой господин Великого Герцогства, Теодор Вонзейер.

Мужчина средних лет взревел свои глубоким голосом и встал рядом со мной.

Только тогда Теодор вытащил пальцы из ушей, вежливо положил правую руку на левую сторону груди и слегка поклонился.

- Давно не виделись, лорд Михаэль Оуэн.

"Теодор Вонзейер? Не говорите мне, что это тот самый Теодор Вонзейер из новеллы "Я хотел тебя защитить, моя родственная душа". Дьявольский Теодор Вонзейер?"

- Хахаха

Я громко засмеялась. Люди вокруг меня мгновенно напряглись.

Лицо Михаэля потемнело.

- Что вы делаете? До свадебной церемонии почти не осталось времени, поторапливайтесь!

В то время, как он говорил, служанки схватили мои запястья и заставили меня встать.

- Я выхожу замуж?

- Да, Синклэр Вонзейер, будущая великая герцогиня. Вы выходите замуж.

Горничные ответили сухо, словно GPS-навигатор, и усадили меня обратно в на стул.

- Вам нужно закрыть глаза, чтобы мы смогли нанести макияж.

Я закрыла глаза, после слов главной служанки. Руки остальных были заняты, нанося мне макияж.

"Боже мой, я внутри книги? Более того, в качестве мачехи демона, Теодора Вонзейера".

Моя голова была готова расколоться на две половинки.

Поскольку серотонин сужал кровеносные сосуды в головном мозге, нейромедиатор простагландин слишком остро реагировал на синапс.

Я надавила на виски, чтобы остановить химический прилив.

Затем видение промелькнуло в моём сознании - чёрная тень человека в мире, охваченном ярко-красным пламенем.

***

- Теодор Вонзейер!

Он назвал императора по имени и был вторым в очереди на престол, молодой хозяин великого герцогства.

Он был демоном, что убил свою мачеху в десять лет, а затем и своего биологического отца шесть лет спустя.

В возрасте двадцати лет, Теодор стал королём демонов и возглавил демоническую армию с целью вторгнуться в империю и разрушить ее.

С каждым совершённым шагом, запах крови шлейфом следовал за ним, а копоть от соженных трупов затмевала солнце в небе.

В месте, где невозможно дышать и даже открыть глаза, только холодные красные зрачки Теодора сияли в мрачной атмосфере.

***

"Боже мой, я злая мачеха этого жестокого демона! Та самая мачеха, которая была разорвана на куски рукой Теодора, и которую сожгли, когда основные события только начались"

И затем.

Моё дыхание было чем-то заблокировано, и жар исходил от кончика моего носа.

"Что это?"

Я мысленно схватилась за свое трепещущее сердце и медленно открыла глаза.

Теодор смотрел на меня, поднеся указательный палец к моему носу, и его глаза сузились.

Ааа! Я забыла, как дышать! Я вздрогнула, и всё моё тело сжалось, когда мурашки побежали по коже. Я крепко зажмурилась.

- Герцогиня? Вы живы?

Маленький дьявол мрачно прошептал, приблизя свои влажные губы к моему носу. Каждый раз, когда он говорил, он растягивал последний слог, как будто пел. Его дьявольское дыхание впилось мне в нос.

- Ой!

Моё тело выгнулось назад, словно лук, а затем двинулось вперёд, и я столкнулась лбом с маленьким дьяволом.

- Ауч!

- Угх!

Стул опрокинулся назад.

Он уставился на меня своими дьявольскими глазами, горящими ярко-красным, будто солнце, взрывающееся при температуре 15 миллионов градусов Цельсия, и вздрогнул. Впрочем, как и я.