Месяц прошёл с тех пор, как настоящий ОмниСтар стал лидером Организации Героев. Его снова приняли не сразу, не единогласно, но приняли. А его брата-близнеца, самозванца, который годами носил его лицо и творил херню от его имени, он теперь ненавидел с такой силой, что эта ненависть прожигала стены.

ОмниСтар сидел за столом, перебирая бумаги отчёты, списки выживших, заявки на восстановление городов. Ручка скрипела, он ставил подпись за подписью, даже не вчитываясь. Когда дверь открылась, он поднял голову не сразу.

— О, привет, Орбан, — произнёс он, откладывая ручку и откидываясь на спинку кресла. Голос звучал почти буднично. — Чего пришёл?

Орбан вошёл медленно, оглядел кабинет, задержал взгляд на стенах. Точнее, на том, что от них осталось. В бетоне зияли глубокие дыры от ударов не пулевые, не осколочные, а именно кулаками пробитые. Следы гнева, который не находил другого выхода.

— Тебя так быстро приняли, — сказал Орбан, не оборачиваясь. — Люди тебя снова стали любить. А ведь они думали, что это всё ты делал. А не твой брат.

ОмниСтар невесело хмыкнул, отводя взгляд.

— Ты бы знал, как я стал ненавидеть брата.

Орбан наконец повернулся. Его глаза скользнули по дырам в стене.

— Я это хорошо вижу, ОмниСтар. — Он помолчал. — А, да... я зашёл, чтобы поговорить. Это точно хорошая идея была включать Стерлинга? Снова?

— Само собой, — ответил ОмниСтар без колебаний. — Робот стал умнее. Его теперь не взломать. Даже такие профессионалы, как Уэйн, не смогли бы. Я проверил. Трижды.

В этот момент воздух в углу комнаты пошёл рябью, и с тихим электрическим гулом материализовался Стерлинг. Его коричневое пальто было безупречно отглажено, лицо спокойно, как всегда.

— Я услышал, что меня кто-то тут упоминал, — произнёс он ровно, без тени улыбки. — И решил прийти.

Орбан смотрел на него долго, изучающе.

— Привет, Стерлинг. Раньше я вообще не думал, что ты — робот Грейт Америки.

Стерлинг чуть наклонил голову.

— Я хочу вам кое-что показать. И да... ОмниСтар, Орбан — вы очень сильно удивитесь.

Он развернулся и вышел из кабинета. ОмниСтар переглянулся с Орбаном, пожал плечами и встал. Они пошли за ним.

Коридор. Лифт. Стерлинг нажал кнопку самого нижнего этажа ту самую, которую месяц назад нажимал Техасик.

— Но ведь я там был, — нахмурился Орбан, когда двери закрылись. — Зачем снова туда?

— Этот этаж скрывает то, о чём ты даже не знал, — ответил Стерлинг, глядя прямо перед собой.

— Откуда ты это всё знаешь? — спросил ОмниСтар.

Стерлинг повернул к нему голову. В его глазах мелькнуло что-то почти человеческое.

— Просто кто-то решил не трогать мою память. И это ты.

Лифт остановился. Они вышли в холодный, сырой коридор. В камере, где раньше висел Орбан, до сих пор валялись обрывки цепей, разорванных голыми руками Техасика. Стерлинг прошёл мимо них, не взглянув, и остановился перед железной стеной. На первый взгляд сплошной металл. Но если присмотреться, в центре виднелось углубление. Маленькое. Квадратное. Размером с игральный кубик.

Стерлинг достал из кармана точно такой же кубик матовый, тяжёлый, неизвестного происхождения и вставил в паз. Стена дрогнула и с тихим шипением отошла в сторону, открывая проход.

Они пошли втроём по тёмному коридору, пока не упёрлись в ещё одну дверь массивную, старую, явно не открывавшуюся годами.

— Вот чёрт, — пробормотал Стерлинг, дёргая ручку. — Заклинило. Эй, ОмниСтар, выбей её.

ОмниСтар шагнул вперёд и одним ударом вынес дверь с петель. За ней открылось огромное помещение, залитое тусклым аварийным светом. В центре возвышалось нечто гигантский аппарат, опутанный проводами, с рядами кресел, мониторов и десятками контейнеров для хранения данных.

— Что это такое, Стерлинг? — спросил Орбан, запрокинув голову, чтобы разглядеть верхушку машины. — Почему оно такое огромное?

— Это Стиратель Памяти, — произнёс Стерлинг. — В нём стирают память людям. Если честно... лучше его уничтожить. Он слишком опасен. Особенно если кто-то из злодеев вторгнется в Пентагон и найдёт это.

— Ни одно живое существо не найдёт это, — возразил Орбан.

— Ошибаешься, — Стерлинг покачал головой. — Был такой случай. Один злодей нашёл. Безумец. Хотел, чтобы все стали тупыми и человечество откатилось к каменному веку. Его смогли остановить тогда. Но сам факт...

— Это было давно, — перебил ОмниСтар. — Охрана тогда была дерьмовой. А сейчас она очень хорошая. Никто даже не вторгнется в Пентагон, как идиот.

Некоторое время все трое молча смотрели на машину. Гул её работы наполнял помещение низким, почти неслышным вибрирующим звуком, от которого зудело в костях.

— Стерлинг, — заговорил наконец Орбан, — нам её уничтожить?

— Да. И лучше раз и навсегда. — Стерлинг сделал паузу. — А, да... чуть не забыл. Она ещё и память меняет. Не только стирает. Заменяет воспоминания. Полностью.

Орбан резко повернулся к нему.

— А вот тут, мне кажется, ты обманул.

— Знаешь такого супергероя, как Сокол? — спросил Стерлинг и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Его никогда не существовало. Всем людям просто изменили память. Все до единого считали, что он был. Что он работал вместе с Техасиком. Что он совершал подвиги. А его не было.

Тишина повисла в воздухе, тяжёлая и вязкая.

— В общем... ломайте её, — закончил Стерлинг.

ОмниСтар и Орбан двинулись к машине, готовые разнести её в клочья, когда Стерлинг вдруг вскинул руку.

— Погодите. Я должен проверить... не стёрли ли мне тоже память.

— Смысл? — ОмниСтар обернулся через плечо. — Ты же робот.

— Перед тем как меня включали, могли бы проверить, — Стерлинг уже подходил к консоли управления. Его пальцы забегали по клавишам. — У меня мозг искусственно выращенный в лаборатории. Но это не значит, что мне не сотрут память, как остальным. Я должен проверить. И убедиться.

Он набрал несколько команд, открыл логи последних использований, пролистал. Его лицо, обычно непроницаемое, медленно изменилось.

— Капитан Молния... — произнёс он, и в его голосе прозвучало что-то похожее на растерянность. — На самом деле мёртв. И я его не воскрешал. Все последние годы Капитана Молнии не было. Его только недавно кто-то заменил.

Пауза. Он уставился в экран, будто перечитывая одну и ту же строчку несколько раз.

— Вот чёрт... Меня наебали.

Тем временем Грэг шёл к себе домой. Вечерело. Улицы были почти пусты то ли из-за вируса, то ли просто люди боялись выходить. Из-за угла вынырнула знакомая фигура.

— Привет, Грэг! — Макс помахал рукой, широко улыбаясь. — Как дела?

Грэг не остановился, даже не замедлил шаг.

— О, привет. Дела у меня вообще не очень.

За последний месяц они с Максом сблизились. Тот оказался не просто богатым школьником с синдромом восьмиклассника он был нормальным. С ним можно было молчать, и это молчание не было неловким.

— А что такое? — Макс пристроился рядом, чуть запыхавшись. — Расскажи.

— Меня избил Техасик, — произнёс Грэг, не глядя на него. — И вообще, он меня бесил.

— Ну... — Макс замялся. — Ты в порядке же?

Грэг остановился. Резко. Так резко, что Макс по инерции сделал ещё два шага и только потом обернулся.

— Нихуя я не в порядке, — сказал Грэг. Голос его не дрожал, но в нём было что-то такое, от чего Максу стало не по себе. — Я потерял дядю. У меня умерли братья. Мой батя был хуй пойми где. Мою маму убили. Меня никто не видит. Я пятно. Ты же понимаешь это, Макс? Я просто ебанное ничтожество.

Макс молчал. Потому что нечего было сказать. Потому что всё, что он мог бы сказать, было бы пустым звуком.

— Надеюсь, в будущем всё будет хорошо, — выдавил он наконец.

Грэг ничего не ответил. Просто развернулся и пошёл дальше, оставив Макса стоять на пустой улице с открытым ртом.

Грэг был снова один. Он шёл и шёл, и когда до дома оставалось несколько кварталов, услышал шаги за спиной. Он не обернулся. Ему было всё равно, кто это. Бандит? Герой? Клон? Да похуй.

Шаги приблизились.

— Ты что, меня не понял? — бросил Грэг через плечо. — Я не хочу ни с кем говорить. Макс, иди своей дорогой, пожалуйста.

— А кто сказал, что я какой-то там Макс?

Голос был незнакомый. Не Макс. Грэг обернулся. Перед ним стоял Капитан Молния.

— Что тебе от меня нужно? — спросил Грэг без всякого выражения.

— Просто когда я бежал, я увидел, как ты говорил что-то этому... видимо, Максу, — произнёс Капитан Молния, чуть наклонив голову. — Мне стало жаль. Решил с тобой поговорить.

Грэг хмыкнул. Жаль. Слово резануло, но он не подал виду.

— Понятно. Но я даже удивлён, что герой, с которого я тоже фанател, решил со мной поговорить.

— Очень рад это слышать, — ответил Капитан Молния. — Жаль, что ты перестал быть моим фанатом и стал фанатеть от ОмниСтара. Хотя он просто клише.

— А как ты узнал, что я фанатом ОмниСтара был?

Повисла пауза. Всего на долю секунды, но Грэг заметил. Капитан Молния занервничал едва уловимо, но достаточно, чтобы тот, кто привык искать подвох, это почувствовал.

— Ну... ты ведь его старый псевдоним взял, — сказал он. — Который многие забыли. Я по этому понял. Ты же фанат его до мозга костей. Всё о нём, видимо, знаешь.

Грэг смотрел на него, не мигая.

— Для меня мой герой это мой брат. Никогда его не забуду. Да, он был неправильным в начале, смахивал на злодея. Но в итоге изменился. Быстро.

Капитан Молния кивнул медленно, понимающе.

— Я знаю, что с ним было. Ему изменили память. Случайно. Из-за этого он был злым. А потом стёрли всё плохое, и он снова стал добрым.

Грэг смотрел на него как на дебила. Но слова цеплялись. Что-то в них было. Какая-то правда, которую он не мог уловить, но чувствовал кожей.

— Что ещё можешь сказать? — спросил он, и его голос стал жёстче. — Видимо, ты много знаешь.

Капитан Молния занервничал снова. На этот раз заметно. Его пальцы сжались в кулак, потом разжались. Он сунул руку в карман.

— Ладно, — выдохнул он. — Была не была.

В его голосе появилась решимость та, что приходит, когда ты слишком долго тянешь и наконец решаешься. Он достал из кармана маленькую кнопку и нажал её. Ничего не изменилось. Никакого звука. Никакой вспышки. Но что-то в воздухе стало другим.

— На самом деле... — Он снял маску. Медленно. Под ней было лицо Грэга. То же лицо. Те же глаза. Тот же голос: — ...я Грэг. А ты клон.

Грэг открыл рот. Широко. Ноги подкосились, и он рухнул на колени прямо на асфальт.

— Ты вырос из пробирки в лаборатории, — продолжал Капитан Молния, и его голос голос Грэга звучал теперь спокойно, почти устало. — Ты был создан для того, чтобы я понял. Чтобы я осознал. Быть ли мне героем или нет.

Он сделал паузу, глядя на Грэга сверху вниз. В его взгляде не было ненависти. Только странная, почти отцовская грусть.

— Если тебе интересно, когда ты был создан... я скажу. После Войны Клонов ОмниСтара. Я очень сильно изменился тогда. Чуть ли не сошёл с ума. Ты должен был быть Гербертом, — он усмехнулся краешком губ. — Жаль, что амнезия спала у тебя. Ну, ничего не поделаешь.

— Ты врёшь! — закричал Грэг, и его голос сорвался на последнем слоге. — Это всё неправда!

Он рванул вперёд, замахиваясь, целясь в лицо в своё лицо. Но кулак рассёк пустоту. Капитан Молния стоял уже сзади. Бесшумно. Как всегда.

Он поднял аппарат, похожий на пистолет, и направил его в спину Грэга.

— Это всё правда. Ну что же... прощай, Герберт.

Выстрел. Беззвучный. Без вспышки. Клон прекратил своё существование его тело замерцало и исчезло, как будто его никогда не было. А все воспоминания, все мысли, всё, что он пережил — перетекло к настоящему Грэгу.

Капитан Молния теперь уже просто Грэг стоял на пустой улице, сжимая в руке разряженный аппарат.

— А теперь надо лишить себе сил, — пробормотал он, надевая маску обратно. — А то трудно будет объяснять им, почему я такой быстрый, как Капитан Молния.

Он развернулся и побежал не с суперскоростью, а просто быстро, как обычный человек, который очень спешит. К одному учёному. К тому самому, который мог помочь ему избавиться от того, что он украл.

Продолжение следует.