Острое копьё сверкнуло в лунном свете,отражая холодный блеск метала. В ту же секунду Силуэт — со всей силой метнул копьё в сторону Харуми с оглушительным грохотом в землю вонзилось копьё, оставив глубокую воронку, откуда в стороны разлетелись сгустки пыли и камней.

Увернувшись Харуми подумал — как быстро..... Если бы я хоть на миг замешкался...

Не успел прийти в себя после молниеносной атаки, как вдруг из-под клубов дыма появился огромный кулак, стремительно направившийся к Харуми. Успел заблокировать удар лезвием катаны, вонзив его в мышечную ткань кисти Силуэта. Харуми ощутил, как его ноги задрожали.

Силуэт перенёс весь вес тела на правое плечо, и под давлением массы ,ноги вместе с телом Харуми скользили по песчаному грунту назад.

Что за сила? Он вообще человек? — подумал Харуми. — Если я буду дальше блокировать атаку, он меня раздавит… Думай, Харуми… Думай…

Кровь медленно стекала с лезвия катаны вниз по рукояти к рукам Харуми.

Кровь?! Харуми взглянул на лезвия меча — вариантов у меня не много....

Харуми сжал деревянную рукоять катаны — кровь Силуэта, стекающая по лезвию, впиталась в дерево и окрасила рукоять в тёмно-красный цвет.

Слегка присев, Харуми резко подпрыгнул вверх. На мгновение он ощутил, что давление тела силуэта ослабло. Изогнувшись дугой, словно полумесяц, он почувствовал, как время будто остановилось, а лунные лучи скользнули по его изогнутому телу. В следующий миг Харуми резко вывернулся вперёд и, навалился всей массой на лезвие катаны.

Вариантов у меня мало… — пронеслось в голове. — Я должен перехитрить его… Да! Вот он момент: моё тело скользит под давлением, но как только моя левая нога цепляет камушки под ногами, сила давления на миллисекунду разрывается. Я должен поймать этот миг...

А-ааааа!! — скрипя сквозь стиснутые зубы, хрипел Харуми, сжимая со всей силы окровавленную деревянную рукоять катаны, разогревшуюся от напряжения и тепла ладонь.

Кровы впитавшейся обжигает ладони...больно... но я должен продолжать давить дальше!

Лезвия прошло сквозь все плече Силуэту затронув щеку.

Ище чуть-чуть и я разрежу ему башку на двое давай! ДАВАЙ!! ХАРУМИ!!!

Силуэт резко взмахнул левой рукой, ударив по правому плечу. Эхо треска костей и мерзкого хруста рвущихся мышц разлетелось по округе. В тот же миг вырвал правую часть руки вместе с Харуми швырнул в сторону.

Едва живой , со сломанными конечностями и кровоточащими ранами, потерявший сознание лежал на полу Харуми.

Силуэт издал оглушительный рёв, его мощь была такова велика, что ближайшее здание задрожало от вибрации и начало рушиться. Тьма, клубившаяся над ним, рассеялась. Оторванная часть руки стремительно регенерировала, покрываясь грубой кожей и чёрными волосами. На конце выросли длинные, изогнутые когти,по зади постепенно вырастал огромный хвост как у ящерицы.

— Вы не устали?.. — спросила стеснительно девочка. — Давайте я пойду сама...

— Не волнуйся, всё хорошо, — спокойным голосом ответил Курусими.

— Агр-р-р! — раздался громкий рёв по тёмному лесу. Спящие птицы в безумии взлетели от испуга.

Что это за устрашающий рёв? Что аж земля дрожит!... — с испугом подумал Курусими.

— Держись покрепче, — произнёс Курусими.

— Угу... — ответила девочка, понимая всю надвигающуюся ситуацию.

Бегя по тропинке, Курусими обдумывал: Что же там происходит? Надеюсь, ты жив, Харуми... Господи... правильно ли я всё делаю?.. Помоги... укажи путь...

Два глаза слились воедино, образовав один огромный алый глаз. Силуэт растворился, открыв свой истинный облик, скрывавшийся во тьме.

Демон рванулся в сторону Харуми. Но у того уже не было сил подняться. Он закрыл глаза, приготовившись к смерти, как вдруг из ниоткуда раздался крик:

— Стой! Остановись! –отдышавшись хрипло, выкрикнул Курусими.

— Что ты такое? Почему ты всё это делаешь?!

Старик... ты идиот? Пытаешься разговаривать с этим чудовищем... Как жаль, что я больше его не увижу. Впервые за столь долгое время мне снова захотелось стать сильнее... как тогда...

— Отец! Мама... Я не смог её спасти... — в ответ лишь пустое, безжизненное молчание. — Отец... ты меня слышишь?..

Миямори, отец Харуми, известный своим мастерством владения копьём и несгибаемой волей к справедливости, ушёл молча. Он не сказал сыну ни слова.

Спустя неделю...

— Я принёс тебе обед, отец... Ты уже неделю не выходишь из дома. Среди восставших распространяются разные слухи...

Харуми постоял немного, но отец ничего ему не ответил. Он даже не повернул головы в его сторону.

Развернувшись, Харуми пошёл по коридору, обдумывая: Он уже неделю сидит так... Не разговаривает, не спит, в туалет даже не ходит... Смотрит в одну точку...

Слёзы стекали по щекам Харуми. — Хлюп, хлюп... — втягивая сопли, тихо говорил мальчик:

— Если бы я был сильнее... хоть чуть-чуть... я бы спас матушку. И с отцом не случилось бы того, что...

Вдруг из ниоткуда раздался резкий мужской голос:

— Харуми! Как он? Всё ещё сидит?

— Да... мистер Асума... — уныло ответил Харуми.

— Плохи дела... Без Миямори нам не выиграть это восстание. Многие уже сдались в плен... Нас осталось меньше сотни. Ещё чуть-чуть — и всех нас здесь перебьют...

— Кхм... кхм... — прокашлялся Харуми. Очнувшись, он открыл глаза и почувствовал, как холодные капли дождя омывали его лицо.

— Как же всё болит... — прошептал он. — Курусими!?

Приподняв едва голову, Харуми увидел: перед Курусими стоял огромный демон — величиной с дом. Из-под его кожи стремительно прорвались крылья. Взмахнув ими, демон поднялся ввысь и громовым голосом произнёс:

— Мы ещё встретимся... Но выживет только один из нас.

— Постой! — выкрикнул Курусими, но демон улетел, не обращая внимания.

Харуми опустил голову и закрыл глаза. Словно прошло лишь мгновение... Когда он открыл их вновь, перед ним была деревянная крыша дома. Он поднялся, огляделся — за окном было утро. Его руки, ноги и всё тело были перевязаны. Рядом стояла миска с чистой водой, в которой лежали окровавленные повязки.

Хромая, Харуми вышел на улицу — и перед ним открылась ужасающая картина:

Несколько десятков деревянных крестов возвышались над свежими земляными холмиками. Подойдя ближе, он увидел аккуратно разложенные цветы...

— Харуми! — раздался громкий мужской голос.

Повернувшись, он увидел Курусими с ведром в руках и девочку, несущую удочку.

— Ты очнулся! — радостно произнёс Курусими, бегом устремляясь к нему. — Тебе нельзя вставать, раны ещё не зажили.

— Курусими... Сколько дней я был без сознания? — спросил Харуми.

— Три, — коротко ответил Курусими.

— Три?.. — с удивлением повторил Харуми.

Курусими продолжил:

— Мы очень переживали. Юна обрабатывала твои раны день и ночь... Ты потерял слишком много крови.

— Спасибо... — Харуми едва не упал от истощения, но Курусими успел его подхватить.

— Твоё тело ище слабо. Пойдём, присядем.

Курусими разжёг костёр и принялся жарить рыбу. Рядом, облокотившись о стену дома, лежал Харуми. Юна же спала внутри.

— Все эти кресты... твоих рук дело? — спросил Харуми, устремив взгляд в сторону кладбища.

— Пока ты был без сознания, мы с Юной решили похоронить тех, кого нашли, — тихо ответил Курусими. — Лучше холодная земля, чем тело растасканное крысами...

В воздухе зависла тишина, только трескали в костре догорающие ветки.

— Что тогда произошло с тем демоном? Почему он улетел? — удивлённо спросил Харуми.

— Ты не помнишь? — посмотрел на него Курусими.

— Я очнулся когда он улетел... Больше ничего не помню, всё какими-то обрывками.

Курусими, уставившись в огонь, заговорил:

— Я спросил у него, для чего он всё это делает и что он такое. Но чудовище лишь повернулось ко мне и резко бросилось вперёд. Я крикнул Юми, чтобы она спасалась, но она не убежала, а обняла меня сзади. Я не знаю почему... но в тот миг я выставил перед собой правую руку.

Демон остановился, а потом сказал:

— Хы... так ты избранный? И такой жалкий...

— Избранный!? Что ты несёшь?!

— Ты ничего не знаешь... не удивительно. Я скажу тебе одно: забудь прошлую жизнь, всё, что было до этого. Твои глаза больше ничего не значат. Теперь ты новая тварь. Тварь пострашнее демона...

— Что ты имеешь в виду?!

— Скоро ты всё сам узнаешь...

— Безумие... Какие твои планы, Курусими? Ты же не собираешься просто так сидеть здесь? Спросил Харуми.

— Да... Юна. У неё жив отец. Я должен вернуть её к нему.

— Ты знаешь, где он находится?

— Юна сказала, что её отец служит в армии и сейчас находится возле Себуи.

— Себуи?! — Харуми резко двинулся вперёд.

— Да. А что такое? — с удивлением посмотрел на него Курусими.

— Сейчас там идёт ужасная, кровавая война между двумя кланами.