Я вбежал и обнял её.

– Равиэль.

Несчетное количество слов вертелось у меня на языке. Я бы мог сказать «прости». Мне жаль, что я оставил тебе неизгладимую рану. Мне правда жаль. Я бы мог сказать «благодарю». Спасибо, что поверила мне. Спасибо, что ждала меня. А главное, спасибо, что любишь меня. Что любишь кого-то вроде меня.

Но слова, которые я действительно хочу сказать – это не извинения и не благодарности. Ведь это был не первый раз, когда я просил прощения, и далеко не первый раз, когда я был ей благодарен.

Прямо сейчас, когда мы снова встретились, я не хотел ни извиняться, ни благодарить.

«Я хочу сказать то, чего не говорил до сих пор».

Я хочу сказать слова, которые могу посвятить только ей. Я хочу собственными словами сказать то, что смогу сказать только один раз в жизни, в первый и последний раз. Я хочу посвятить все свое время ей. Да, поэтому так и сделаю…

– Давай поженимся.

Равиэль медленно кивнула.

– У меня было много имен. Я получила имя Серебряной Лилии от Его Величества Императора, титул герцогини Иванси – от Империи. Но мое имя – Равиэль – всегда будет только для тебя.

И мы поцеловались.

***

Мы проснулись на рассвете. За окнами – сумрак. Я услышал дыхание и повернул голову. Равиэль молча смотрела на меня. Я тоже взглянул на нее, а затем мы взялись за руки. Ее холодные пальцы обхватили мои. Она была такой прекрасной. Мы разделяли дыхание, наши руки переплелись, мы касались лбами.

– Равиэль, ты настоящий гений.

Светало, и в этот предрассветный час каждая встреча была тайной, а любой шепот – сладостными словами. Влюбленные встречают вместе рассвет.

– Это было потрясающе, – прошептал я. – Использовать травму, чтобы вернуть меня, чтобы передать мне воспоминания… Это было действительно потрясающе. Я бы никогда не додумался до такого.

– Для тебя чужая боль священна, – рука Равиэль коснулась мочки моего уха. – Ты тоже молодец. Как ты смог убедить башню? Для большинства созвездий башня подобна божественному и неприкосновенному распорядителю. Хоть ты и мастак на сладкие речи, думаю, это было непросто.

– Да. Собственно, я плохо помню, все смутно и похоже на сон. Наверное, после встречи с высшими чинами башни память затуманивается.

– Но это не отменяет того факта, что ты добился успеха. А мой возлюбленный довольно способный.

– А моя возлюбленная – гений.

– Не могу этого отрицать.

Мы коснулись лбами. Мы могли вечно любоваться и восторгаться друг другом. В наших словах не было ни преувеличения, ни блефа. И это не могло меня не радовать.

– Когда мы поженимся?

– Ты куда-то торопишься?

– А ты струсила?

Равиэль рассмеялась, и от этого у меня закружилась голова. Ее смех, как статическое электричество, пробежал по моему позвоночнику прямо в голову. Никакая музыка не была так прекрасна, как ее смех.

– В первую очередь нужно расторгнуть договоренность о браке с принцем.

– Ах, точно… – Равиэль кивнула. – Мы же с ним обручены. В такой ситуации с юридической точки зрения мне будет весьма затруднительно выйти за тебя замуж.

– Ну, неплохо связать себя узами законного брака, но это ведь необязательно. Почему бы не провести небольшую церемонию только для нас двоих?

– Нет, для меня это важно, – Равиэль погладила меня по щеке. – В таком уж мире я живу, и я предана Империи. Мой мир и моя страна должны признать мой брак. Даже если ты здесь по происхождению простолюдин, ты – мой возлюбленный. И люди Империи должны благословить нас.

– Но разве не слишком самонадеянно надеяться на такую реакцию людей?

– Ничего, Гон Джа, – Равиэль была спокойна. – Жители Империи, что откажутся нас благословить, умрут от моей руки.

Она такая привлекательная. Кажется, я снова влюбился, и хочу продолжать влюбляться и дальше.

– Хорошо, проведем свадьбу в твоем мире. Но тогда у меня есть условие.

– Какое?

– Даже если ты разорвешь помолвку с наследным принцем, тебя не должны оскорблять. Я не смогу простить тех, кто ничего о тебе не знает, но будет сплетничать.

Если кто-то покажет на мою возлюбленную пальцем – я сломаю ему руку. Если кто-то будет сплетничать о ней – я отрежу ему язык. Если кто-то несправедливо обвинит ее – я убью его. Это не шутка. Я отправлю их в ад.

– Для всех должно быть очевидно, что ваша помолвка отменилась по его вине.

– То есть, мне нужно оскорбить престолонаследника Империи? Мне, герцогине Иванси?

– Да.

– Легко.

И уже в следующее мгновение мы целовались. Жизнь стала ярче.

– У тебя есть план?

– Конечно. Ты меня не знаешь, что ли? Каждый раз, когда Его Высочество наследный принц тайно встречается с Золотой Сливой, в ящике стола в библиотеке появляется документ. Все бумаги, что там хранятся, исписаны сотнями слов. В них есть алиби и свидетели. Если дело дойдет до суда, то я его определенно выиграю.

Она такая очаровательная. Кажется, я снова влюбился, и хочу продолжать влюбляться и дальше.

– Конечно, не обязательно обращаться в суд. Императорская семья не хотела бы, чтобы это обсуждалось. Мне просто нужно принести письменные свидетельства и попросить Императора об аудиенции.

– Когда ты планируешь посетить Императорский дворец?

– Как можно скорее, – Равиэль смахнула челку с моих глаз. – Гон Джа, когда ты женишься на мне, ты станешь герцогом-супругом Иванси. Ты получишь титул непосредственно от Императорской семьи. И тогда я стану твоей женой.

Мое сердце забилось быстрее.

– Я официально назову тебя герцогом-супругом*, а ты меня – своей женой. Ты не против?

– Это ведь классовое общество. Главой семьи Иванси будешь ты, а я во всех отношениях останусь «пришлым». Не беспокойся, в Империи действуют законы Империи, но я не обращаю на них внимания.

– Значит, все нормально. Так что давай попробуем. Назови меня своей женой.

– Что такое? Тебе стыдно? Да, тебе стыдно. А я думала, что это только я буду стесняться. Давай я подам тебе пример, – Равиэль улыбнулась. – Герцог-супруг.

Я попытался сглотнуть, но липкая слюна стала комом в горле. Я медленно попытался открыть рот, но ничего не вышло. Я просто беззвучно шлепал губами.

– Ж-жена.

Равиэль моргнула. Воцарилась тишина. Красные глаза моей возлюбленной смотрят на меня, но взгляд отчего-то острый.

– Гон Джа.

– Да?

– Назови меня так еще раз.

– Жена?

– Еще раз.

Хорошо.

– Моя жена?

Ресницы Равиэль трепетали. Плечи едва заметно вздрогнули.

«Что значит эта реакция?»

Сначала я не понимал, почему у Равиэль такое бесстрастное лицо, но потом сообразил. А вдруг… Нет, не поверю.

– Равиэль, ты сейчас стесняешься?

– Д-да, – ответила она. – Это с ума сойти как мило. Мой мужчина…

Ее застенчивость в мгновение ока заразила и меня. С ума сойти. Мое лицо покраснело, а во рту пересохло. Тем не менее я смог быстро отвернуться. Сейчас наилучший момент, чтобы ответить ей тем же, сказать, что она самая прекрасная в мире, но я был не в состоянии. Мне хотелось умереть со стыда. Вместо этого я пошел на компромисс:

– Жена.

В любви нет места соревнованию. В этой игре нет победителя и проигравшего. И как я раньше этого не понимал?

– Муж.

– Жена.

– Муж.

– Жена!

– Муж…

– Я люблю тебя.

– Люблю…

– Моя жена.

– Мой муж.

Мы все продолжали и продолжали. А когда пришли в себя, рассвет превратился в утро.

– Охренеть… – пробормотал Королевский Меч, отворачиваясь спиной ко мне.

Этой позой он предоставлял нам двоим личное пространство.

– Вашу мать, два сапога пара. Пара придурков. Засранец мелкий, я тебя звал, когда ты невменяемым стал, и что я получаю? А? Да ты, не сказав мне и простого «спасибо», начал миловаться со своей возлюбленной! Ну не кошмар ли, господа?! Ты меня изжить вздумал? Эй!

Системное сообщение [Блестяшка передает слова утешения Королевскому Мечу.]

– Ах, Блестяшка! У меня никого не осталось, кроме тебя!

Призрак и меч создали загадочный дружеский альянс.

«Вы меня смущаете, но я вам очень благодарен».

Теперь я хочу побыть со своей возлюбленной еще немного.

***

Я снова вспомнил о цели этого этапа – предотвратить апокалипсис. И первопричиной разрушения этого мира был артефакт моей жены: осколок Священного Меча и загаданное желание.

– Другими словами, если я заберу осколок Священного Меча, то опасность, что нависла над этим миром в виде демонов, исчезнет.

Но это была не единственная причина разрушения мира.

– Апостол «Коровы, что следует за разрушением». Апостол «Боевого коня вечных равнин». Апостол «Бессмертного счастливого проповедника».

В последний день существа из внешних миров спустились сквозь трещину в разорванном небе. Я отчетливо помню вторжение апостолов, которых послали другие созвездия.

– Очевидно, они придут снова.

Я могу сказать только, что сообщение о зачистке локации сейчас не появится.

– Моя жена стала половиной созвездия, проткнув свое сердце осколком Священного Меча.

Говорят, что созвездие является представителем мира. Барьером, что защищает этот мир. Другими словами, эта история была о том, что в мире есть половинный щит. Но теперь моя жена не проткнула свое сердце Священным Мечом. Следовательно, она не была пробуждена как созвездие. Получается, сейчас в этом мире вообще не было созвездия.

– Свадебная церемония состоится через месяц.

– Но в этот момент пройдет только десять дней с тех пор, как я вселюсь в это тело.

– Так и есть. Я сделала это нарочно.

Мы назначили дату свадьбы на день, когда первоначально этот мир должен был быть разрушен. Конец этого мира станет нашей отправной точкой. Браво!

– Это будет довольно затруднительно. Но если все пройдет гладко, то через месяц можно будет сыграть свадьбу.

– Допустим. А что нужно сделать, чтобы все прошло гладко?

– Сначала нужно расторгнуть помолвку с наследным принцем. После я должна унаследовать титул отца, – Равиэль сказала это как само собой разумеющиеся факты. – Мне будет затруднительно выйти за тебя замуж, если я буду оставаться в статусе дочери. Юридически очень запутанная процедура. К тому же в светском обществе поднимется большая шумиха из-за помолвки с простолюдином. Это слишком докучает. Я бы предпочла стать главой и принять тебя в семью в качестве герцога-супруга. Я стану главой семьи и смогу сделать все, что душе угодно.

– Эм… – я онемел. – Равиэль, у меня еще осталось много воспоминаний дворецкого, и разве не тяжело преемнику стать главой семьи? Тем более в семье Иванси. В благородной и великой семье Иванси. А ты хочешь унаследовать титул главы…

– Да, пожалуй, это было бы сложно, если бы я не была Равиэль Иванси, – спокойно ответила она. – Но я – Равиэль Иванси.

Она такая прелестная. Кажется, я снова влюбился, и хочу продолжать влюбляться и дальше.

– Вассалы семьи уже присягнули на верность мне. У меня также есть военная мощь. Если мой отец не хочет потерять свою власть, единственный выход для него – бежать к Императору и слезно его молить, – Равиэль отложила в сторону стопку документов. – У меня достаточно доказательств, подтверждающих прелюбодеяния принца. Его Величество – человек, способный позаботиться о соответствующих мерах. Естественно, он будет защищать достоинство Императорской семьи вместо того, чтобы исполнять моральные обязательства по отношению к моему отцу, у которого нет реальной власти.

– Равиэль, мне кажется, это похоже на превышение полномочий. Разве… разве ты не собираешься угрожать Императору, используя его слабость?

– Муж, – Равиэль серьезно посмотрела на меня.

Чтобы привыкнуть к новому титулу, мы намеренно называли друг друга «мужем» и «женой», даже когда оставались наедине.

– Да, жена моя?

– У тебя есть работа в башне, но не в этом мире. Я понимаю, что ты можешь не вернуться в нашу Империю, но не я. Ты должен понимать, что я не могу отказаться от титула аристократа.

Пока я это слушал, я подумал, что похож на мужа, работающего на чужбине…

– Но будут такие моменты, когда тебе нужно будет присутствовать вместе со мной, например, торжества по случаю Нового Года. Герцог-супруг не является политической фигурой, ты станешь Луной Иванси, и тебя будут почитать как благороднейшего супруга, после Императрицы. В какой-то степени нужно быть искушенным в политике.

Понятно. Значит, так.

– Верность Его Величеству Императору и угрозы в сторону Императорской семьи могут сосуществовать. То, что моя жена станет главой Иванси, не принесёт ущерба Империи. Наоборот, это удача, что такой способный аристократ станет во главе семьи.

– Мой муж понимает меня с полуслова. Он такой способный, умный и привлекательный.

– Естественно. Ведь я – мужчина Равиэль.

– Я люблю тебя.

– А я люблю тебя.

И уже в следующее мгновение мы целовались. Жизнь стала ярче.

Лицо призрака все белело и белело.

– Ну кто, кто сказал, что этому придурку нужно научиться любить? Кто свел этого пацана с ума, сказав про любовь? Какого хрена он вообще влюбился? Я был бы счастлив, если бы он никогда не любил…

Системное сообщение [Блестяшка с прискорбием указывает на Королевский Меч.]

– Меня избил до смерти птенчик. Я…

А потом мы занялись важными делами, чтобы устроить счастливый финал… нет, свадьбу.