Алые словно кровь небеса.

«Что за...» — выругался я в голове, вылетев из портала и падая на выжженный, серый песок. Нет, постойте... Это не песок, это пепел.

«Олли, ты там живой?» — прокричал я, оглядываясь по сторонам, и отряхивая плащ. Ни Оливера, ни портала видно не было.

«Где я? Где этот пацан?» — Всё покрыто дымом, и я едва могу различить силуэт позади. Это тот самый храм, в который я заходил недавно. Он разрушен, и руины пылают огнём. Постепенно дым позади рассеивается, и я вижу будто песчаные дюны, сложенные из пепла.

Собравшись с силами я отворачиваюсь и делаю шаг вперед, прямо сквозь дым. Я почувствовал там что то секундой ранее.

Вынырнув из дыма, я вижу следующую, ужасающую картину: на фоне башни, точь в точь как сама башня греха, но всё же меньших размеров, в свете алых небес, стоит гигантская женщина с четырьмя руками. Она одета в прозрачные одежды танцовщиц востока, и взгляд её фиолетовых глаз устремлен ко мне, покуда длинные седые волосы развеваются на ветру.

Я уже видел эту женщину раньше. Это та дамочка, что приставала к Зааму в воспоминаниях Эдвина.

Окружающая аура так и кричит мне: «Беги». В каждой из четырёх её рук бушует угрожающее фиолетовое пламя, а на «поле боя» по обе стороны лежит ещё два огромных, обнаженных трупа женщин. Безжизненное лицо одной из них повернуто ко мне, и в нем я узнаю предательницу Кину.

«Она что, убила грех Алчности?» — едва успел подумать я, выхватывая клинок, и блокируя фиолетовый снаряд. Взрыв мигом развеивает дым, и на лице существа я вижу улыбку.

«Прости Олли, но кажется, у меня сейчас нет времени тебя искать» — мысленно обратился я к парню.

— Долго же ты сюда шел, малыш, — ухмыльнулась женщина, и её голос прогремел в воздухе, — посмотри на этих бедняжек, они не дождались тебя, и решили лично разобраться с моим любимым.

— Разве грехи могут убивать друг друга? — я мигом вошел в режим «святого», отчего мои физические способности значительно возросли, а страх испарился, будто его и не было.

— А почему нет? — с улыбкой ответила женщина, запуская в меня ещё несколько фиолетовых шаров, от которых я с лёгкостью уклонился, тут же бросившись в атаку.

«Странно. Она чересчур медленная...» — поймал я себя на мысли, пробегая мимо гигантской ноги существа, и перерезая сухожилия одним мощным ударом. Сквозь прозрачную ткань её одежд я вижу раны. Кажется, эти трое тут действительно сражались насмерть.

«Ах ты!» — злобно проскрипела женщина, пытаясь раздавить меня ногой, но я уже отскочил на безопасное расстояние.

— У меня ещё есть силы! — угрожающе прокричало божество, поднимая четыре руки к небу, и создавая в воздухе сразу сотни шаров.

«Не так быстро,» — прокричал я, активировав дамоклов меч.

Три взмаха клинком, и рассеченное пополам туловище, фонтанируя кровью разлетается в разные стороны.«Победа?» — я попытался отдышаться, после того, как потратил большую часть маны в три удара. Это было... безрассудно, как и всегда.

Внезапно, кровь в воздухе превращается в фиолетовый дым, и тело существа пропадает, окутав всю пустыню плотной дымкой.

Закрыв глаза, я сосредотачиваюсь на окружающей ауре, в попытке выцепить богиню. Я чувствую, что она всё ещё жива, и скрывается где то в тумане. Не понимаю, как она выжила, но с такими ранами далеко ей не уйти.

«Ах..» — звучит знакомый стон в моей голове. Что это за воспоминание? Дым наполняет легкие...

«Алан, согрей меня,» — раздается голос Луны в сознании. Взгляд начинает меркнуть, и воспоминания накатывают волнами. Тот день, когда мы с ней занялись сексом во временной петле, не должен был существовать. Почему мне показывают это? В этом не было любви, искренности или хотя бы удовольствия. Я даже не уверен, что она помнит это, а я... Мне нужно забыть те дни.

«Ах...» — яркие образы возникают перед глазами, атакуя разум. Едва оставаясь в сознании, я выпускаю из себя потоки ветра, на мгновение отталкивающие туман. Разум проясняется, и вместе с тем, дым медленно ползёт ко мне. В его очертаниях я вижу силуэт Луны... Вот она, медленно выходит ко мне, блеснув золотыми глазами. Ее серебристые волосы прикрывают обнаженную грудь, и фиолетовый туман очерчивает тело.

Это точно не она, но почему тогда я чувствую себя таким счастливым? Хочется обнять...

— Здравствуй, любимый, — произносит она, прикасаясь к моей щеке, и нежно заглядывая в глаза. Она даже пахнет, как Луна.

— Отойди, — с трудом отвечаю я, стискивая зубы. Меч выпадает из моей руки. Я уже не могу двигаться, да и похоже, не очень то хочу. Она задела меня за живое.

— Снова отвергаешь? — с шутливой обидой девушка надула щёки, — а я думала, что мы всё решили ещё там, на берегу. Те звёзды были прекрасны... — Луна мечтательно посмотрела на небо.

— Ты, не она, — процедил я сквозь зубы, но моя рука уже сама тянулась к её груди.

— О чём ты? — девушка взяла мою руку, положив себе на грудь, — чувствуешь? Это мое сердце, так громко стучит при виде тебя, — она невинно заглянула мне в глаза. Кажется, я сейчас сломаюсь. Эти губы манят... Все дни, я только и делал, что думал о ней. О беззаботных моментах, которые мы проведем вместе, когда всё это наконец закончится...

— Что беспокоит тебя? Поделись со мной. Я утешу тебя, как раньше. Стану твоей опорой и силой. Ведь этого ты всегда желал? Не быть одиноким, — нежно произнесла девушка, и наши губы сблизились, почти соприкоснувшись. Может быть... я имею право на такое счастье? Ведь настоящая Луна может и отвергнуть меня. Пускай я спас её, — это была лишь плата за услугу, и теперь мы квиты. Пускай я дал ей свои воспоминания, но вспомнит ли она свою любовь ко мне?

Вдруг, слова божества: «стану твоей опорой и силой» начали проноситься у меня в голове бесконечным циклом. Я начал вспоминать наши разговоры, и то, как Луна поддерживала меня в библиотеке. Лишь пара этих воспоминаний помогла мне ощутить всю ту фальшь, что исходила от божества. Где то в глубине души, вновь забурлила ярость, и оскорбленная гордость.

— Ах ты грязная сука! — грозно взревел я, отталкивая девушку.

— За что?! — Упав на пепел, она пораженно смотрела на меня, едва сдерживая слезы.

— Повторю ещё раз: ты — не она, — проскрипел я, выхватывая меч из пустоты, — знаешь что? Может быть мы с Луной знакомы не так хорошо, но одно ясно точно: она поддерживала меня, в первую очередь что бы я смог раскрыть свой собственный потенциал, а не использовать её. Я уже однажды провалился с этим, и больше такой ошибки не повторю. Может она теперь и не любит меня, — не важно. Мне нужна или настоящая Луна, или не нужен никто.

— Вот как... — девушка переменилась в лице, разочарованно отводя взгляд. Её образ постепенно изменялся, — что же, ты выбрал отличную спутницу жизни, — мрачно произнесла она, начав растворяться в тумане.

— На этот раз ты не сбежишь, — я в мгновение очутился подле богини, пронзив её горло мечом. Это зрелище болью отразилось в моей груди, ведь она ещё не до конца превратилась обратно.

— Всех, кто попытается имитировать образ Луны, ждет смерть, — прорычал я, вдавливая клинок всё глубже в шею богини.

— Хорошо, я признаю поражение, — произнесла женщина, хватаясь голыми руками за лезвия меча, — я повела себя глупо и самодовольно, недооценив вас. А впрочем... ты ведь не отпустишь меня? — она вдруг отвела взгляд в сторону, убирая окровавленные руки с клинка.

— Вот только... Прости малыш, но Заам размажет тебя, — мрачно произнесла она, будто и сама была этому не рада.

— Бессмысленно угрожать мне. Ты проиграла, и твоего Заама тут сейчас нет, — холодно ответил я, со всей силы надавливая на клинок, — а даже если бы и был... Не думаю, что он бы помог тебе. Ты наверное не знаешь, но он планировал затащить вас сюда как и Кина. Довольно грязный поступок, не так ли?

— Ты ничего не знаешь, — ответила девушка с осуждением глядя мне в глаза.

— Ну так расскажи мне. Разве не за этим я здесь?

— Хорошо, — девушка закрыла глаза, и под давлением меча послышался хруст её позвоночника.

*Взрыв* — и весь фиолетовый дым устремляется в одну точку, затягиваясь в тело, и вместе с тем, увлекая за собой мой разум.

***

И вновь, я лишь наблюдаю со стороны, пытаясь понять суть.

Девочка лет семи в богатом, но грязном, белом платье, осторожно пробегает по коридорам каменного подземелья. Её фиолетовые волосы мелькают в темноте, и подобный фиалкам взгляд что то отчаянно ищет. Останавливаясь рядом с подземной развилкой, она осторожно выглядывает из за угла, и бежит дальше.

Вдруг, из за очередного поворота появляется человек с мечом. Он начинает что то кричать, и девочка вытягивает руку в его сторону. Её глаза светятся, а губы беззвучно произносят слова.

Всего миг, и мужчина уже проходит мимо, будто зачарованный, не обращая на нее внимания. Это было подчинение разума? На ее руках нет символов...

Миновав еще несколько длинных коридоров, она останавливается перед железной дверью, замотанной цепями. В этом месте нет даже факелов, и видимо, сюда редко кто то приходит.

Приложив руку к двери, она вновь использует магию. Цепи звонко падают на землю одна за другой, и наконец, дверь отворяется.

Войдя внутрь, она видит в совсем крохотной каменной комнате мальчика, привязанного к стене цепями. Его тело замотано бинтами, и вокруг едва заметно теплится серая аура. Седые острые волосы, грубые черты лица... В нём я узнаю Заама.

Ощутив чужое присутствие, мальчик поднимает взгляд. Его левый глаз — алый, а правый — серый.

«Так это правда ты...» — шепчет девочка, прикасаясь к цепям, и выпуская ману. Гримаса боли искажает ее лицо, и на лбу проступает испарина. Наконец, барьер удерживающий Заама лопается, а вместе с ним цепи рассыпаются в прах. Парень падает прямо в объятия девочки.

— Что.. что ты делаешь? — холодно спрашивает её Заам, будто разочарованный случившимся.

— Спасаю тебя, дурак. Пошли отсюда, — она пытается взять его под руку, но он лишь отталкивает ее, твердо становясь на ноги.

— Не помню, что бы просил тебя лезть ко мне, — мрачно говорит мальчик, отряхиваясь от пыли.

— Да, я знаю... — печально улыбнувшись отвечает девочка.

— Как ты нашла меня?

— Долго искала...

— И зачем? — парень прошел мимо девушки, и остановился в дверном проеме, даже не поворачиваясь к ней.

— Ты приходил ко мне в видениях, каждый день, прежде чем я смогла выбраться из стазиса... Мы ведь с тобой похожи.

— Вздор. Ты ничего обо мне не знаешь, и уж тем более тебе не стоило освобождать меня из этой клетки, — мрачно произнес Заам.

— Знаю, и мне всё равно. Я не боюсь Осму, — решительно заявила девочка.

— Вот как? — в голосе Заама послышалось удивление, — как твоё имя?

— Я Холит. Можно мне пойти с тобой? — с надеждой спросила она.

Повисла мучительная пауза. Кажется, Заам хотел повернуться к девочке лицом, но передумал.

— Ты просто сумасшедшая, если решила выкрасть меня у отца. Возвращайся домой, и никогда больше сюда не приходи, если не хочешь умереть, — тихо ответил Заам, удаляясь в темноту.

На удивление, Холит не плакала, оставшись в одиночестве в темной комнате. Печально улыбнувшись, она тихо нырнула вслед за мальчиком.

***

Шагая по красному ковру, вдоль витражных стёкол древнего особняка, Заам смотрел на ночное небо, пробивающееся сквозь плотно растущие перед окном деревья. Людей в округе не было.

— Выходи. Мне уже надоело делать вид, что тебя нет, — мрачно произнес парень, посмотрев вперед, где коридор резко поворачивал.

Погодя несколько секунд, из за угла вынырнула Холит, остановившись на противоположном конце коридора.

— Что застыла? Пошли. Ты ведь не собираешься от меня отлипать, — мальчик прошел мимо Холит скрываясь за поворотом, и она улыбнувшись, последовала за ним.

— Ты знаешь, как отсюда выйти? — Заам разматывал бинты на руках, попутно заглядывая в пустые комнаты. Десятки богатых спален украшенных золотом мелькали в дверных проемах, будто мы попали в особняк древнего графа.

— Да, это совсем рядом, — Холит указала на двойную дверь в конце коридора.

— Тогда поторопимся, и покинем эти хоромы. Меня уже тошнит от здешних богатств, — раздражительно произнес Заам, хватаясь за ручку двери. Внезапно, в его глазах отразилось смятение. Позади послышались медленные, громкие шаги.

«Что такое? Разве ты не собирался сбежать? Так почему колеблешься? Маленький трус,» — прозвучал холодный голос, и в начале коридора возникла фигура мужчины, чем то напоминающая Като. Его черные волосы спадали на забинтованную грудь, и в руке лезвием блестела катана. На поясе черных джинсовых штанов висели отрубленные эльфийские уши. Насупив брови, он сверлил Заама темным, погасшим взглядом.

Повернувшись к мужчине лицом, мальчик застыл на месте. Его тело пробирала дрожь.

«Осма» — пораженно прошептал он.

— Что, неужели боишься собственного отца? Позор. Нужно было убить тебя тогда, вместе с твоей мамашей-шлюхой, — холодно произнес мечник, подойдя к парочке вплотную, и занося меч над головой.

— Знал бы ты, сколько от тебя было проблем. Если бы только не твоя грязная кровь... Правило бы приняло тебя. Ещё и этот его ангел-посланник... Раздражает. Пришлось убить и его, и всё из за того, что ты родился на свет. Осознаешь масштаб трагедии? — Осма ухмыльнулся, начав опускать клинок вниз.

«Не смейте так говорить про Заама!» — Холит заслонила мальчика, выкинув руку вперед. Кажется, она пыталась взять Осму под контроль. На мгновение в глазах мужчины промелькнуло удивление, но клинок это не остановило.

*Взрыв* — внезапно появившееся давление, и огромная аура негативной энергии едва не сбили с ног мой духовный аватар.

Это Заам, остановил клинок отца, зажав его между пальцев, прямо перед лицом у девушки.

— Эй, папаша. Что ты там сказал про мою мать? — взгляд Заама наполнился жестокостью и силой, — да, в одном ты прав: лучше бы она выбрала человека из клана Хокма, а не тебя. Жаль, что ты мой отец. В противном случае, я бы обязательно попытался убить тебя.

— Хах, вот как? Будет интересно посмотреть, — мечник спокойно улыбнулся.

— Пошли отсюда, — взяв девушку за руку, раздраженный Заам вышел из особняка, нырнув прямо в тенистый лес. Последним что увидела Холит, обернувшись назад, был злобно ухмыляющийся Осма, стоящий в дверях черного хода особняка.

«Ты ещё пожалеешь о своем выборе,» — прочла она его слова по губам, прежде чем парочка скрылась в лесах.

***

— Ты и правда безумная девка. Преградить дорогу моему отцу? Да он бы стер тебя в порошок, — Заам сел на поваленное дерево, с осуждением глядя на девочку.

— Я ведь говорила, что не боюсь его, — улыбнулась Холит.

— Правильно. Он не заслужил, чтобы его боялись. Только презирали, — Заам пнул ногой бревно.

— Может неприлично такое спрашивать но... Осма запер тебя в стазисе, потому что твоя мать из Хокмы? — обеспокоенно поинтересовалась Холит.

— Да. Он обратился к правилу людей, с просьбой дать мне «особенную силу» как было с ним. Хах, разве он не знает, в чём разница между нашими кланами? В придачу к этому, он просто терпеть не может Хокму, а ведь когда то об их дружбе слагали легенды. Завистливый, старый идиот, не способный даже нормально любить, — Заам перевел взгляд на свою окровавленную руку. На ладони медленно мерцали белые символы.

*тьфу* — мальчик сплюнул в сторону, сжимая пальцы в кулак, и поднимаясь с бревна.

— Мне не нужна магия их клана. За сотни лет стазиса я придумал множество вещей. Эти руки могут на много больше, — прорычал Заам, ударяя дерево, отчего то переломилось пополам.

— Ты чего, с ума сошел? — послышался голос из за дерева, и к ним на встречу вынырнуло двое мальчишек в простой, сельской одёжке, примерно возраста Заама. Первый, блондинчик, носил на поясе самый обычный меч. Второй, заросший бурыми волосами очкарик, прижимал к себе сумку с травами.

— Вы что, новенькие? Я вас раньше тут не видел, — поинтересовался блондин, подходя в упор к Зааму, — я Эдвин, а этот недотёпа — Байл.

— Заам, а она — Холит, — мрачно произнес парень, и Холит почему то покраснела.

— Чего это с ней? — Эдвин растерянно указал на девочку.

— Не обращай внимания. Лучше скажи мне: какой сейчас год?

— А? — Эдвин с Байлом растерянно переглянулись, — ну, допустим 580. А ты, что не знаешь? — Эдвин вопросительно поднял бровь.

— Знаю, просто хотел убедиться кое в чем. Пошли, — Заам взял Холит за руку, направляясь в противоположную сторону.

— Уже уходите? — разочарованно произнес Эдвин.

— А что, для нас есть предложение? — спросил Заам через плечо, замедляя шаг.

— Не то чтобы... Просто думал, может вам помощь нужна, — Эдвин улыбнулся почесывая затылок.

— Нужна, — перехватив инициативу, Холит потащила Заама обратно.

— Э.. ты чего делаешь... — нехотя сопротивлялся Заам. Остановившись в метре от Эдвина, он посмотрел на нелепо улыбающегося парнишку.

— Ладно, ваша взяла, — Заам закатил глаза протягивая руку, будто сдается в плен. Сбоку послышалось хихиканье Холит.

— Добро пожаловать в будущий отряд «нового поколения»! — победоносно произнес Эдвин, пожимая руку Заама. Ты мне сразу понравился, надеюсь мы сработаемся!

***

— Байл, ты случайно не видел нашего злыдня? — повзрослевшая Холит, лет четырнадцати, стояла на крыльце двухэтажного деревянного дома, глядя на пухлого паренька в серой магической робе. Тот читал книгу, сидя на траве в тени деревьев.

— Нет... — тихо ответил Байл, словно боялся разозлить девушку.

— Понятно. Опять придется его искать... — девушка спрыгнула с крыльца, удаляясь в лес.

***

Сквозь пение птиц скрывающихся в тенистых кронах леса, прорывался шум водопада. Вынырнув к подгорному озеру, окруженному лесом, Холит с печалью посмотрела на стоящего под водопадом парня. Тот с закрытыми глазами раз за разом повторял один удар.

— Опять тренируешься? — обратилась она к Зааму.

— О, старуха, — парень алым глазом посмотрел на девушку, не прекращая ударов.

— А сам то, молодой что ли? — надулась Холит.

— И то верно. Как обычно, пришла мешать?

— Просто беспокоилась. То что было вчера... Давай, ты больше не будешь так делать, — рука девушки вцепилась в край походного платья, и лицо помрачнело.

— Буду, если она снова ко мне полезет. Кто то должен был поставить эту рыжую на место, — Заам выдохнул, и его удар сотряс воздух.

— Я тебя прекрасно понимаю, но и ты пойми: она скорее всего как и мы, попадет в настоящее «новое поколение». Нам нельзя с ней враждовать. Пожалуйста, ради меня, не трогай её... — Холит с надеждой посмотрела на Заама. Их взгляд встретился.

— Плевать я хотел на это поколение, — раздраженно ответил парень, — был бы другой способ попасть на Висату, я бы уже ушел.

— Почему ты так холоден? Всё ведь было хорошо, — девушка ещё крепче вцепилась в край платья, с трудом сдерживая слезы.

— Прости, но это тебе знать не обязательно, — равнодушно ответил парень.

— Это из за отца да? — Холит отвернулась, намереваясь уйти.

— Мой ответ ничего не изменит. Я ведь предупреждал тебя ещё тогда. Со мной тебя не ждёт ничего хорошего, — Заам отвернулся.

— Да... до завтра, — тихо плача, девушка скрылась в лесу.

***

— Снова он? — Эдвин мрачно посмотрел на тихо плачущую девочку, что сидела под деревом.

— Я совсем его не понимаю... — тихо ответила Холит.

— И я тоже. Но всё же сдается мне, что он не плохой парень. Это ведь только в последнее время, он стал таким нелюдимым.

— Боюсь, он может сорваться на Кине... Она конечно сильная, но его не остановит, — печально произнесла Холит утирая слезы.

— Да уж, Эта Кина... — Эдвин покраснел и насупил брови, отводя взгляд.

— Между вами что то произошло? — удивленно спросила девушка.

— Мне кажется, она хочет поссорить меня с Флорой. Сегодня утром она опять ко мне приставала, и даже повалила на пол. А потом зашла Флора и... В общем, теперь мы не разговариваем.

— Вот как? Похоже на Кину. Надеюсь, у вас с Флорой всё будет в порядке. Мой тебе совет: держись от рыжей подальше. И спасибо за поддержку, — Холит благодарно посмотрела на Эдвина. Встав, она двинулась к древне виднеющейся меж деревьев.

— Держаться подальше? Постараюсь... — пробубнил себе под нос парень, задумчиво вглядываясь в пол.

***

«Встречайте! Перспективные новички! Церемония посвящения объявляется открытой!» — раздался крик глашатая.

На площади роскошного города, сильно напоминающего мне Тидас, собрались толпы людей. Их взгляды устремились к людям, что стояли на каменной платформе в центре. Это были всё те же члены «нового поколения», как в воспоминаниях Эдвина, но года на два моложе. Среди них было двое парней, которых я до этого в воспоминаниях почти не встречал. Видимо, это грехи уныния и лени.

«Командующим отряда, за особые заслуги, награждается Заам Мистрейдж» — выкрикнул мужчина в элегантных белых латах, передавая в руки Заама нечто вроде медали.

«Ого, не знал что бастарды в наше время пользуются спросом!» — послышалось из толпы.

«Это тот, который задушил собственную мать? Нам явно не стоит беспокоиться о будущем поколения, хаха.» — послышалось с другой стороны.

Мужчина в латах хотел было что то возразить толпе, но Заам остановил его рукой.

«Кто это сказал?!» — послышался раздраженный крик Холит позади Заама.

«Ну давай, поднимись сюда и скажи ему это в лицо!» — никак не унималась девушка.

— Холи, потише, — Заам остановил девушку, прикрыв ей рот пальцем.

— Но ведь они ничего не знают! — Холит едва не плакала от злости и обиды.

— Не важно. Всё равно им не хватит мозгов, чтобы что то понять, — мрачно ответил Заам, возвращаясь в строй.

***

Ночь. Шатёр.

— Что у них там опять случилось? — Пробубнил Заам, прижимая Холит к себе. Они вместе лежали на полу походного шатра, в окружении красных тканей.

«Забудь о ней,» — послышался голос Кины из соседнего шатра.

— Наверное опять ссорятся. Им бы определиться уже с чувствами... — Холит улыбнулась парню.

— Хах, чувства? Это ведь не так просто, как махать кулаками, — Заам задумчиво посмотрел на свою ладонь, сжимая пальцы в кулак.

— А мне кажется, что очень даже просто. Нужно только прислушиваться к сердцу, — она прижалась ухом к груди Заама, — вот ты кажется, влюблён.

— Да, и от того не легче, — сурово произнес Заам, глядя на краснеющую девушку.

— Холит, — обратился он к ней предельно серьезным тоном.

— Что то случилось? — девушка была немного обеспокоена столь резкой сменой его настроения.

— Еще нет, но я хотел бы заранее извиниться за то, что случится. Мне не стоило выживать тогда, — мужчина отрешенно посмотрел в сторону.

— О чем ты говоришь? Что должно случиться? — Холит кажется, не могла или не хотела принимать этих извинений.

— Мое завтрашнее желание, будет очень эгоистичным. Никому из вас оно не понравится, но другого выхода я не нашел. Разве что ты убьешь меня, — печально усмехнулся парень.

— Ну ну, не надо так. Вряд ли там что то уж настолько эгоистично-ужасное. Ты всё таки сильно настрадался за жизнь, — утешала его девушка.

— Если бы я только был сильнее... — впервые Холит видела, как Заам едва сдерживает слезы.

— Дорогой, тебе нужен отдых. Позволь себе поблажку.

— Моя главная поблажка это ты. Если бы не ты, я бы уже давно сошел с ума от ярости, — тихо произнес Заам.

— Эх, ты ведь такой только со мной да? Найти бы тебе друзей...

— Есть тут один чудик, но он кажется, совсем запутался. Я даже не могу поставить его на место. Так он мне теперь противен, — печально произнес Заам.

— Всё ещё злишься на Эдвина за тот случай? — Холит перевела взгляд на выход из шатра.

— Дело не только в этом. Он сильно изменился за последние годы, и эта Кина крутится всё ближе вокруг него. Я не узнаю в нем прошлого Эдвина. Он прогнил, — слова Заама гремели так, словно могли убить.

— Никогда не поздно дать человеку второй шанс, так ведь? Мы что нибудь придумаем, — Холит обняла мощный торс парня.

«Хотел бы я, чтоб у нас была возможность...» — пробубнил себе под нос Заам.

Это воспоминание было последним, что мне показали.

***

— Ну как, понравилось? — девушка появилась позади меня, в белой пустоте.

— Получается, что он сам предупреждал тебя о будущем происшествии? Я не понимаю... Он не совсем похож на грех ярости. Скорее на...

— Скорее на отчаянного, всеми брошенного мальчика, — перебила меня Холит.

— Да, с отцом ему не повезло. Но всё таки, это не повод душить приёмную мать, и заключать сотни душ в чистилище.

— Он её не душил, — наотрез выпалила Холит, — не знаю, кто на самом деле её убил и кто распустил слухи, но Заам не стал бы такого делать.

— А ты у него спрашивала?

— Конечно, но он всегда избегал этой темы. Я пыталась расследовать всё сама, но ничего так и не получилось.

— Понятно...

Повисла напряженная пауза.

— Слушай, Алан. У меня к тебе просьба. Согласишься, и я без колебаний пойду под меч, — Холит серьезно посмотрела мне в глаза.

— Я весь во внимании. Люблю, знаешь, помогать призракам перед смертью.

— В общем... — Холит посмотрела мне в глаза, — мы с тобой оба знаем, что значит любить, и что значит отдалиться от любимого человека. Я прошу у тебя только одного: если победишь Заама, передай ему, что я не злюсь, и всё знаю. У нас не было возможности встретиться, с того момента, как мы попали в чистилище. Его наверное, съедает совесть, — взгляд девушки был печален, она едва не плакала. Конечно же, я не мог ей отказать.

— Хорошо, я с удовольствием передам ему это. Честно говоря, теперь мне и самому интересно, зачем он всё это затеял.

— Спасибо, — девушка улыбнулась, утирая слезы, и растворяясь в пустоте. Как же сильно она изменилась с нашей первой встречи. Кажется, облик греха искажает человека до неузнаваемости. Иронично...

Открыв глаза, я ещё раз посмотрел на пустыню алого пепла. Всё по старому, и впереди еще два тела. Чувствую, как метка меняется. На ней больше не появляются новые символы. Вместо этого, первое кольцо на запястье начинает оплетать терновый узор, что уже есть вокруг креста. Что до меча, то он пока что не спешит меняться.

Посмотрев на небо, я заметил вдалеке нечто вроде шторма. Нужно собраться с силами на последний рывок. Оба греха и башня Заама прямо передо мной.