До дома мы добрались без происшествий. В академии судя по всему еще ни о чем не знают. По пути я пытался выкинуть из головы дурные мысли.

— Так что случилось? — Элли и Рей сидели с нами за одним столом. Я тут же рассказал им обо всём что произошло.

— Плохо, — мрачно проскрипел Рей, — и в академии тебе лучше не появляться. Иринарх мог запомнить твою ауру.

— Вряд ли, — воспротивился я, — ведь у меня после перерождения совсем другая аура. Но это всё ещё может быть опасно, так что я лучше и правда посижу дома.

— Постой. Что значит — другая аура? — задумалась Элли.

— Именно это и значит. Наверное она поменялась с изменением души. Всё таки я поглотил целых восемь грехов.

— Тогда как Луна узнала тебя неделю назад? Она почувствовала твою ауру с моста.

— Да, мне она показалась «знакомой», кивнула Лу, — и в комнате повисла тишина. Этот вопрос поставил меня в тупик. Действительно, как она меня узнала?

— Что ты делал в тот день на побережье? Если вообще там был, — спросил Рей.

— Хм, дай подумать... Я выполнял задание авантюристов, и пришел проверить контрабандный схрон.

— Ты не использовал ауру в тот день?

— Только один раз вошел в режим святого, когда Ренди выходил из подвала. Постойте, — я вдруг напрягся. Возможно ли что...

Встав из за стула, я вошел в режим святого.

— Моя аура изменилась?

— Да, теперь ты действительно похож на прошлого себя, — удивился Рей.

— Значит у меня действительно две ауры. Одна в режиме святого, а вторая обычная. Стоило догадаться еще в подвале. Парадоксально... Только как это возможно?

— Мне сейчас скорее интересно, в какой из них ты дрался с Ренди, и как много людей видели её раньше, — беспокойно спросила Луна.

— В святой, и почти никто её не видел до этого. Разве что учитель Лод и Фрей. Но второй никак не мог быть в академии, а с первым всё и так понятно. Это так же значит, что меня не раскроют, если я не использую её снова и если Ренди ничего не расскажет.

— А почему он вообще не должен рассказывать об этом? Он ведь точно заинтересован в том, что бы тебе навредить, — резонно заметила Элли, но она не знала всех деталей.

— Тут всё несколько сложнее. На сколько я могу судить по ауре, Ренди себя в тот момент не контролировал. Мой «Убийца богов» отреагировал на него, а значит очевидно, тут замешан бог. Вопрос только, какой из двух нам известных. Либо это бог марионеток, либо тот, что вызывает аномалии в городе.

— Очевидно бог марионеток. У него даже название подходящее. Да и если аномалии уже пробрались в академию... Это худший вариант из возможных, — Луна поставила передо мной черный чай.

— Я бы тоже так подумал, но бог марионеток находится в другом измерении, и судя по всему он там заперт. Либо директор выпустил его, либо он выбрался сам, и в оба эти варианта верится слабо. К тому же Нокт, мой одноклассник вынюхивающий секреты академии, пропал практически без следа, и мне пока придется делать вид, что этого не произошло, но в самом этот происшествии может быть замешан кто-то из богов.

— И всё же, ты не можешь отказаться от учебы в академии. Она дает слишком многое как в обществе, так и в плане знаний. Хотя на счет последнего в твоем случае я не уверен, — усмехнулся Рей.

— Конечно же не могу. Хотя завтрашний день всё же придется пропустить. В прошлый раз Иринарх на пару с белым чуть не убили меня в ложе дикого бога.

— Черный мечник сотрудничает с белым?! — Рей едва не выплюнул чай.

— Ага. Эдем в сговоре с правой рукой Доарда, и при этом они ведут фиктивную войну у всех на глазах. Тут либо Доард гений фиктивных войн и самостоятельно придумал «оппозицию», либо Иринарх его уже предал.

— Есть ещё и третий вариант, — Рей помрачнел, — Иринарх известен как гениальный стратег, а значит он может вести и тройную игру. Всё таки я сомневаюсь, что он действительно способен предать Доарда.

— Возможно. Ну, правды мы так или иначе, не узнаем, — я встал из за стола, — спасибо всем, что выслушали. До завтрашнего вечера я в городе не появлюсь, но не беспокойтесь, я буду в чистилище.

— Можно мне с тобой? — Луна с надеждой посмотрела мне в глаза. Я не мог ей отказать, если она так просит.

— Там будет негде спать, а ещё куча крестов... Ты уверена?

— Угу, — девушка решительно кивнула головой.

— Не уверен что ты сможешь пройти, но если сможешь, то без проблем.

«Эй меч, я могу взять её с собой?» — я обратился к клинку в голове, надеясь что после сегодняшнего его легкого безумия, он всё ещё будет в порядке.

«Можешь,» — согласился меч как ни в чем не бывало.

— Всё, добро. Идем прямо отсюда и прямо сейчас, — я призвал убийцу, и открыв синюю трещину в пространстве, скрылся внутри.

***

— Ого! И вот это мир мертвых? Тут слишком мило! — воскликнула Луна, стоя на краю башни Заама. Её белое платье миролюбиво развивалось на фоне голубого неба.

— Раньше тут было намного хуже, юная леди, — рядом с ней появился Эдвин, грех гордости, — благодарите своего возлюбленного за такой прекрасный вид.

— Но вы ведь тоже помогали? — улыбнулась она, — в последнем бою...

— Верно. Но если бы не стойкость духа и упорство Алана, ничего бы этого не произошло. Сдается мне, что этот человек может съесть даже сталь, если дать ему время.

— Можно проверить, — усмехнулся я, положив руку Эдвину на плечо, — давненько мы с тобой не виделись. Как поживает Флора?

— Она в полном порядке. Просто постеснялась выходить.

— А Кина? Мне все еще не дает покоя, что нечто подобное сидит внутри меня, — я серьезно посмотрел на Эдвина, но тот покачал головой.

— Кина сидит свернувшись калачиком с того момента, как была поглощена. Сначала мы пытались как то с ней говорить, но она не отвечает. Даже Холит не смогла вытянуть из неё слов.

— Ну и пусть сидит. Главное, что б не буянила, — я обнял Луну со спины, и поцеловал в щёку. Просто не смог удержаться.

— Ты.. чего? — слегка покраснела девушка.

— Смотри, — я указал пальцем на деревню, где сейчас звенел колокол, — это тот самый «приют потерянных», или как там его.

— Это где портал в башню? Ну яма.

— Угус. Мы с тобой туда обязательно наведаемся, как только я найду более надежный способ летать.

— Почему ты просто не можешь сделать так? — послышался голос Заама позади, и он вдруг появился прямо перед нами, левитируя перед краем башни.

— Потому что я еще не поглотил твои силы, а на свою левитацию мне мозгов не хватает, — пораженно улыбнулся я в ответ.

— И то верно. До моей силы тебе еще семь грехов преодолеть нужно.

— Думаешь, будешь последним? А вот мне кажется, что это будет Кина.

— Это не вопрос убеждений, парень. Это вопрос объема чистой силы. Ты должен поглощать грехов по мере возрастания нашей силы, ведь иначе твоя душа просто разорвется.

— Справедливо. А что вообще происходит с грехом после поглощения? — вдруг задумался я. Не значит ли это... что все они погибнут?

— Я без понятия. Логика в таких вопросах бессильна, прости уж, — развёл Заам руками, и потом добавил: — мы тренироваться будем? Или ты теперь тратишь всё своё время на эту девушку? — злобно усмехнулся он.

— Сейчас сам узнаешь, — отойдя от Луны в центр круглой арены на вершине башни, я стал в боевую рукопашную стойку. Посмотрим, сколько я простою сегодня.

***

Удар, удар, и ещё один удар. Хватаясь за горло, я падаю на четвереньки. Я всё ещё не вижу его движений. На сколько же слабым он был тогда, когда я едва смог его победить?!

— Прошло только 14 часов, а ты уже выдохся? В мое время бойцы сражались месяцами и годами напролёт, — мужчина уже приближался, разминая кулаки. Он не выглядел хоть сколько то уставшим. Каким образом я могу хотя бы дотронуться до него?

— Тут нет прогресса, — сурово произнес он, возвышаясь надо мной словно гора, и глядя мне в глаза чуть ли не звериным взглядом, — твои лимиты растут, но техника всё так же ужасна.

— Всё потому что я мечник, — попытался оправдаться я.

— Не верно, — очередной удар пришелся в спину, и я едва успел перекатиться, чуть не пожертвовав рукой, — твоя техника боя, это твой стиль мышления. Вне зависимости от того, каким оружием ты владеешь, ты должен побеждать. Ты должен находить выходы из любой ситуации и использовать любые методы, руководствуясь одной единственной стратегией.

— Но разве я не могу быть просто мечником мечником или магом? Разве есть стратегия боя на любой случай? — лёжа на спине я раскинул руки в разные стороны. Сил сопротивляться уже не было.

— Есть. Эта стратегия и называется «собственным боевым стилем». Ты сам выбираешь её, и чем более гибкой она будет, тем лучше. Любой выдающийся воин моего времени был способен сражаться даже лишившись меча, рук, или магии. А кто ты, без своего меча? — Заам вновь навис надо мной, словно солнце.

— Ты абсолютно точно прав, — ответил я немного погодя, — даже победив так много противников, и сразившись с богами, я всё ещё не знаю, кто я, и как хочу сражаться. Честно говоря, мне нравится всё: и магия, и боевые искусства, и искусство меча. Что же мне выбрать?

— Выбирай всё, — Заам злобно улыбнулся во весь рот, закрыв один глаз, словно хищник увидавший добычу.

— Но разве это эффективно? Человеку не под силу достичь высот в чём то, если он занимается сразу множеством дел, — пораженно произнес я.

— Это отговорка для слабых людей, не способных оценить ценность собственного времени, — серьезно ответил мне Заам, — они уделяют делу лишь немного своего внимания, и уже говорят что устали. Настоящий же воин планомерно изучает каждый прием 10.000 раз, поглощая столько опыта, сколько сможет.

— И не эффективнее быть лучшим в чём то одном? Ведь прикладывая все силы в одном направлении, у тебя будет больше шансов стать в этом лучшим.

— Это не эффективно для твоего выживания, — сказал как отрезал Заам.

— Почему? — удивился я, — ведь лучший мечник..

— Потому что ты до конца не понимаешь, что делает твой противник, если ты не изучил его стиль боя лично, — Заам отрешенно посмотрел вдаль, — изучение всего, это не только способ стать сильнее во всём. Это способ понять, что именно и как делает твой враг, пропустив это через себя. И даже когда твой враг будет ни на что не похож, в конечном счете ты сможешь увидеть в нём знакомые элементы, и сложив их, получить преимущество.

— А ты так умеешь?

— Нет, и потому я здесь, как и мой отец, — Заам мрачно посмотрел на красный глаз, возвышающийся в небесах, — отец был действительно лучшим мечником из рода людей, но презирал магию, и потому оказался запечатан в этом глазе. Точно так же и я, недооценил потенциал правила людей, и хитрость моих врагов. Ты не должен повторять моих ошибок, если действительно хочешь избавить этот мир от ужаса и несправедливости.

— К сожалению, я не смогу существовать, не совершая ошибок, — произнес я поднимаясь на ноги. От мрачного вида Заама мне и самому становилось грустно, — я ведь как и ты, всего лишь человек, а совершать ошибки и учиться на них, — наша сила.

— Алан прав, — откуда то из за спины появилась Луна, и бросилась меня обнимать, — к тому же Алан не один! У него есть я, и вы, и много других людей, готовых прийти на помощь, — Луна с мягкой улыбкой прижалась ко мне. Глядя на это, Заам кажется, был готов пустить слезу. Сейчас я ясно ощущал, как груз вины за всё произошедшее в чистилище, он взвалил на свои плечи.

— А я... — начал он, и вдруг появившийся из пустоты палец лёг на его губы, — ты тоже не один, так что быстро дуй сюда, — прозвучал успокаивающий голос Холит, и Заама буквально затянули в открывшуюся в пространстве дыру. Мы с Луной остались на вершине башни одни.

***

Уже наступила ночь, если так её можно назвать. В небе даже загорелись подобия звезд, которых раньше тут не было. Байл сказал мне, что это что-то вроде освободившихся после исчезновения грехов душ, что парят в небесах.

— Ты неплохо дрался, — Луна лежала у меня на коленях, пока я сидел на краю башни, свесив ноги в пустоту. Я уже говорил ей сегодня так не делать, но он не слушает...

— Скорее я просто выживал, как всегда, — тихо улыбнулся я в ответ, — если так подумать, то за всю свою жизнь в этом мире я так и не нашел своего стиля боя. Я всегда действую «как получится» и использую первое что придет в голову. В конечном счёте я просто дилетант.

— А вот я согласна с Заамом, — девушка больно ущипнула меня за нос, — твоим стилем боя может быть и всё это сразу. Ты достаточно способный, чтобы научиться сочетать такие вещи. Тем более что на твоей стороне лучшие из лучших, и я уверена, они помогут тебе научиться.

— Предлагаешь мне быть «Магом-мечником, что не против помахать кулаками?» — усмехнулся я.

— Ты это сам придумал? — судя по выражению лица, девушке не очень нравилось это название...

— Ага. Я хотел написать такой роман прошлой жизни, но мне не хватило воли чтобы его начать. Первый шаг всегда самый тяжелый в писательстве.

— Говоришь так, как будто всё таки писал, — девушка заподозрила неладное, и была права.

— Ну да, так и есть. Я писал детективы, но на фэнтези так и не решился, — я печально улыбнулся. Даже немного жаль, что полноценным писателем я не стал.

— А что такое это твоё «фэнтези?»

— Это выдуманные истории про персонажей в магических мирах.

— Ох... Жить без магии настолько тяжело, что вы стали придумывать такие истории? — рассмеялась Луна. Она даже не подозревает, на сколько верны её слова.

— Ну вот как то так. Там обычно случаются всякие фантастические вещи вроде тех, что происходят в моей жизни последний год-два.

— Может мы с тобой, тоже персонажи такого рассказа? — вдруг серьезно посмотрела на меня Луна, и через секунду начала смеяться ещё громче.

— Может и так, — без шутки ответил я, — но это на самом деле не важно. Мир в котором я сейчас живу для меня более чем реален. А кто там следит за мной, или создает мою историю... Какая к черту разница?

— Но разве тебе не интересно узнать, кто всё это создал?

— Интересно, но я бы хотел скорее узнать имя создателя, к которому я смогу прикоснуться рукой, нежели имя абстрактного смертельно больного существа, которое выдумало меня, потому что у него депрессия, и от него ушла девушка, — едва не вспылил я, начав размахивать руками в воздухе.

— Ого... Это ты реальный пример взял?

— Что то вроде того. Просто не могу себе представить иначе человека, запихнувшего так много боли в эту историю. Мне просто чтобы вот так сейчас поговорить с тобой, пришлось умереть дважды, если не трижды.

— Бедняжка, — Луна поцеловала меня в шею, — я тоже много раз думала: «за что всё это нам? Неужели мы не можем пожить спокойной жизнью, как обычные люди?» Но обстоятельства каждый раз говорят об обратном.

— И всё же мы тут с тобой, вместе, — я посмотрел на огни, горящие в ночной тьме деревни, — у нас сейчас с тобой самый непонятный период в жизни. Я честно говоря, вообще не понимаю, что делать дальше. Так много проблем, так много дел, так много людей с которыми нужно поговорить. Когда? Чувствую, словно даже с магией, проблемы из моей прошлой жизни настигают меня.

— Это потому что люди одинаковые в любом мире, — спокойно произнесла Луна, — потому ведь ты и взялся помогать нам в этом мире, верно? Мы так похожи на тех, с кем ты жил раньше...

— Порой я удивляюсь, как хорошо ты меня понимаешь, — я поцеловал девушку в лоб, и на несколько минут мы замолкли.

— Эй Лу, — я убрал пряди волос с её лица. Она уже медленно засыпала, — хочешь послушать о прошлой себе? Ты ведь говорила, что почти всё забыла.

— Хочу, — медленно кивнула она.

— Ну тогда, слушай...