И я сожалею, что не верю

Доказательствам, которые вижу,

Что у меня есть надежда.

Это эволюция,

Лишь эволюция.

(KoRn — Evolution)

Последние двое суток, пожалуй, стали чуть ли не самыми напряженными для сталкерского союза. Одно только открытое столкновение с врагом чего стоило — надо сказать, несмотря на то, что победа в этой кровавой бане осталась за сталкерами, ее вполне можно было поименовать Пирровой. Немало защитников Ростка погибло во время атаки Черного Дозора. Еще больше бойцов были ранены — хорошо, что хотя бы эту проблему можно было решить при помощи артефактов. Но что было еще хуже, многие сталкеры пребывали в подавленном состоянии. Бороться с пораженческими настроениями было трудно — в конце концов, именно бой на Ростке прекрасно показал, кто есть кто.

Профессионалы против сброда.

И теперь сталкеры знали, что их главный враг по способностям переплюнет любого контролера. Что предводитель дозоровцев — чудовище, которое не по зубам простым смертным.

Но крепли и иные настроения, в огонь которых подбросили дровишек дерзкие вылазки наемников Синдиката. Теперь некуда было бежать, а враги теснили со всех сторон. Но, как известно, загнанный в угол зверь становится опаснее.

Корсар, несший дежурство на наблюдательной вышке, вглядывался в подернутую туманом даль. Уже смеркалось, и воздух заметно похолодел. Были тихо, только откуда-то издалека доносился лай слепых собак. Этот вечер казался спокойным и мирным.

Но долговец прекрасно знал, как обманчива эта тишина. Еще вчера он сражался за свою жизнь плечом к плечу с другими бойцами. Еще вчера они встретились с врагом лицом к лицу. Погиб Штык, командир и верный товарищ, и эта утрата казалась Корсару особенно тяжелой. Когда боец услышал об этом, он сперва не поверил. Как же так?..

Корсар не сдержал горькой усмешки. В этом бою старуха с косой собрала щедрый урожай. Долговец еще не смирился с тем фактом, что многих людей, которых он знал, больше не было. Кто-то из них были ему друзьями, кого-то он лишь пару раз видел — а теперь все они были мертвы. У них не было даже могил — после атаки на Росток у союзников не было времени на то, чтобы хоронить погибших. Все, что они могли сделать для павших соратников — сжечь их тела, чтобы они не остались гнить и не достались падальщикам. Избавились и от трупов дозоровцев — просто безо всяких церемоний сволокли их в овраг чуть в стороне от Ростка, облили бензином и подожгли. Никому не хотелось по возвращении соседствовать с разлагающимися трупами.

Корсар медленно вдохнул. Ему казалось, будто он все еще чувствует запах сгорающей плоти, и что это вовсе не туман, а жирный черный дым окутал окрестности. Когда сталкеры покидали Росток, погребальные костры все еще горели…

«И что дальше? Нас просто дожмут?»

Долговец уже знал, что лидеры задумывали нанести удар по обосновавшимся в Мертвом Городе наемникам. Но хватит ли у потрепанного сталкерского союза сил на это? Да, их еще много, но пока что многие деморализованы. Но, с другой стороны, и предводители не похожи на идиотов — это давало надежду на то, что они знали, что делали.

«Ладно… Остается только ждать».

Не знающий, чем занять себя, чтобы приглушить невеселые мысли, Алекс бесцельно бродил по территории базы. До его смены оставалось еще предостаточно времени, а пока что заняться было ровным счетом нечем. По-хорошему, полагалось отдыхать перед ночным дежурством, но события этого дня не давали Алексу расслабиться и вздремнуть.

Кто натравил этих вояк на Мерсера? И почему единственный уцелевший боец считает Алекса виновным в похищении его дочери?

«Ладно, надеюсь, он станет разговорчивей».

Алекс остановился возле старых железнодорожных путей. Когда-то по ним сюда доставляли грузы, но теперь рельсы покрылись ржавчиной и заросли травой так, что не было видно шпал, а туннель, проложенный под холмом, давно уже обрушился — возможно, еще даже до второй катастрофы.

— Алекс! — оклик вырвал мутанта из раздумий. Мерсер обернулся — и увидел направляющегося к нему Стрелка.

«Кажется, они с Воробьем и Даной хотели попробовать разговорить того вояку».

— Ну, как? — спросил друга мутант. — Что-нибудь узнали?

Стрелок развел руками.

— Почти ничего — кроме того, что этот Хеллер ни сном, ни духом об Эндрю Роке.

— Зараза, — протянул Алекс недовольно. — А могла бы быть ниточка, потянув за которую, мы бы распутали весь этот клубок.

— Тогда все было бы слишком просто, — возразил друг. Немного помолчав, он добавил: — Этот Кросс… Неужели ты не заметил в нем ничего подозрительного, когда увидел его впервые?

— Мне тогда было немного… не до того, — Мерсер отвел взгляд, отгоняя неприятные воспоминания. Он едва не погиб в той схватке. — Это трудно передать словами.

Стрелок некоторое время пристально смотрел на мутанта, а затем неожиданно предложил:

— А ты не рассказывай. Покажи.

— Чего?! — вытаращил глаза ошарашенный Алекс. Сталкер же, ничуть не смутившись, уточнил:

— Ведь ты же рассказывал, как та мутантка смогла передать тебе часть своих воспоминаний? Может быть, ты тоже так можешь?

— Ты рехнулся? — Мерсер почувствовал, как против воли у него задергался глаз. Одно дело, когда спятившая мутантка позволила другому мутанту увидеть часть своей памяти, и совсем другое — попытка лишенного большей части способностей Алекса передать воспоминание простому смертному.

— Возможно, — друг вновь пожал печами. — Попробовать-то можно.

Алекс устало вздохнул.

— Ты в курсе, что ты безрассудный кретин? — и внимательно взглянул на Стрелка, надеясь увидеть понимание. — Ты вообще понимаешь, что даже если получится, ты можешь склеить ласты? Или, что еще хуже, стать, как кадавры?

— Если не проверю, не узнаю, — похоже, сталкер твердо решил заставить Алекса поэкспериментировать с его способностями, добровольно вызывавшись исполнить роль лабораторной крысы для этого. А что за время знакомства с этим человеком Мерсер отлично усвоил — так это то, что если Стрелку что-то взбрело в голову, переубедить его не выйдет. — Хватит жевать сопли, мутаген. Если эта штука работает, она может оказаться очень полезной. Дерзай.

Алекс глубоко вздохнул.

— Если что — я не виноват, — предупредил мутант и коснулся пальцами лба товарища, одновременно с этим воскрешая в памяти первую встречу с Парией.

Вспышка раскаленной добела боли пронзила виски, а затем отступила, явив взору полутемное помещение, стены и пол которого покрывал толстый слой пульсирующей красноватой органики. Единственными источниками освещения были пролом в заросшем все той же дрянью потолке на месте разрушенной шахты лифта, да какие-то фосфоресцирующие желтоватые образования, выступающие из живых стен.

Игорь вновь, как тогда, во время видения на ЧАЭС, смотрел на происходящее глазами Алекса. Он был лишь наблюдателем, но видел все, можно сказать, от первого лица.

Алекс собирал небольшие образцы покрывавших стены ткани и слизи, складывая их в какие-то емкости. Опасности рядом заметно не было, и мутант торопился поскорее покончить с не слишком приятной работенкой, пока в это место не принесло кого-нибудь из его многочисленных врагов — от агрессивных, но тупых тварей до военных, на стороне которых имелись столь серьезные аргументы, как, например, вертолеты и бронетехника.

Алекс торопился и несколько подрастерял бдительность. И потому прозвучавший откуда-то сверху голос с явной насмешкой застал его врасплох:

— Тебя трудно было найти, Мерсер.

Стремительно обернувшись, мутант увидел бойца в форме Черного Дозора без шлема, на лебедке спускавшегося через пролом в потолке.

Несмотря на осторожность, появление этого странного солдата стало для Алекса неожиданностью, и тот даже не атаковал новоявленного врага сразу. Дозоровец же, оказавшись стоящим на относительно твердом полу, отцепил от пояса шокер.

— Я давно ждал этого, — произнес он угрожающе низким тоном.

Стрелок поморгал, потряс головой, возвращаясь к реальности. Чья-то рука встряхнула его за плечо.

— Эй, ты как? — послышался голос Алекса. Игорь еще раз моргнул и увидел встревожено на него смотревшего мутанта.

— Полный порядок, — сталкер вновь помотал головой, окончательно выныривая из воспоминаний боевого товарища, в которых тот сражался в логове зараженных с капитаном Робертом Кроссом. Который, надо сказать, не раскрыл своей нечеловеческой сущности, а выкинул подлый трюк, вколов Алексу что-то убийственное. — Как ты сразу не догадался, что этот сукин сын не человек?

— Не приглядывался, — пожал плечами Мерсер. — А ничего из ряда вон выходящего он тогда не демонстрировал — кроме того, что оказался слишком осведомлен и поразительно живуч.

— Не только, — нахмурившись, возразил Стрелок. — Ты видел, чем он был вооружен тогда?

Алекс удивленно воззрился на сталкера, еще не совсем понимая, о чем тот говорил. Хотя, учитывая сложившиеся тогда обстоятельства и угрозу медленной и мучительной смерти из-за дряни, которую вколол ему тогда Кросс, Мерсеру было не до размышлений о личности слишком ловкого бойца. Тогда главным было понять, что с ним сделали, и избавиться от развившейся в месте укола паразитической опухоли…

— У него был шокер, — ответил, наконец, мутант, — и…

— Гранатомет, — закончил за него друг. — Пристегнутый к руке. Насколько я знаю, эта дура весит под тридцать килограмм, а то и больше. А он стрелял из гранатомета с одной руки, причем так, будто тот ничего не весил. Будь Кросс в экзоскелете, его еще можно было бы посчитать человеком. Но на нем не было никаких усилителей.

— Черт… — с досадой произнес Алекс. — Я не придал тогда этому значения. С другой стороны, у меня тогда были и другие проблемы, поэтому некогда было рассматривать этого засранца и думать о том, с чего он такой живучий, не говоря уже о его вооружении.

— Бывает, — дипломатично ответил сталкер. — Кстати, неплохо ты полетал с пятьдесят первого этажа.

— Чего?! — опешил Алекс. Откуда товарищ мог узнать о совсем другом эпизоде из его жизни? Стрелок в ответ только развел руками, но все же свое мнение высказал:

— Похоже, ты случайно передал мне еще одно воспоминание. Скорее, даже обрывок воспоминания, но почему-то я знал, что это за место и какой именно этаж. Но вот сами обстоятельства я не уловил.

— И что же ты увидел? — осведомился Алекс, продолжая раздумывать, как оно вообще так получилось и не навредил ли он случайно упрямому другу-экспериментатору.

— Как бы тебе сказать?..

Шокированный и не до конца пришедший в себя Алекс смотрел вниз через пролом в стене, вслед хрупкой и изможденной на вид рыжеволосой женщине, только что разрушившей стену и сбежавшей из здания. Он не сразу отреагировал на подозрительные звуки за спиной, и когда мутант, наконец, обернулся, было уже поздно.

В какой-то паре метров от него замерла тварь размером, пожалуй, с медведя, но при этом в своих пропорциях имевшая отдаленное сходство с переборщившим со стероидами человеком. Покрывающая ее тело серо-розовая кожа блестела от слизи. Мощные лапы бестии были оснащены огромными когтями, пасть, не прикрытая губами и щеками, ощерилась острыми коническими зубами. Маленькие глазки горели слепым желанием убивать.

За спиной твари поднимались с пола ее собратья, судя по всему, выбравшиеся из-под покрывшей пол и стены биомассы, образовывавшей что-то вроде коконов. И этих монстров было никак не меньше десятка.

Алекс не успел отреагировать. Стремительный рывок твари, удар когтистой лапы — и Мерсер не сразу понял, что оказался выброшен в пролом и теперь летит вниз с высоты пятьдесят первого этажа.

— Да… — выслушав, какую именно часть его воспоминаний увидел Стрелок, протянул Алекс. — Сейчас я бы не пережил подобного. Хотя и тогда приятного было мало.

— Что это были за твари? — поинтересовался сталкер. — Должен признаться, они меня впечатлили. И, как я понял, это стайные хищники?

— Не совсем. Это охотники, так их назвали. Судя по всему, прежде они были людьми, — Мерсер припомнил многочисленные столкновения с этими бестиями. — Иногда они действительно сбивались в стаи, и их возглавляли вожаки — твари размером с микроавтобус. Последние особенно опасны — очень живучи и очень сильны.

Стрелок некоторое время смотрел куда-то в сторону ближайшей вышки, после чего серьезно проговорил:

— Надеюсь, нам не придется с ними столкнуться. Хотя, учитывая тот зверинец на ЧАЭС и бестию, которую мы несколько раз встречали, я не был бы в этом столь уверен. Может, они и уступают той черной зверюге, но для нас разница невелика. Ее собратья хотя бы не бродят стаями.

— Остается надеяться на это, — Алекса передернуло, стоило ему представить стаю черных бестий. Нет, ее и одной хватало за глаза. — Кстати, Рэгланд на Янтаре? Или на запасной базе «Чистого неба»? Я не видел его среди пришедших с Болот.

— Потому что небовцы проводили его к одному человеку, дом которого — возможно, самое безопасное место в Зоне. И там его умения пригодятся больше — ведь док не боец.

— Подожди, — остановил Мерсер Стрелка, догадываясь, о ком тот говорит. — Ты говоришь… неужели про Болотного Доктора?

Мутант слышал об этом человеке — одной из легенд Зоны. Можно было бы отнестись к рассказам о живущем на верхних Болотах отшельнике-эскулапе, не боящемся Зоны и умеющем лечить если уж не все, то многое, просто как к сталкерским байкам — если бы «темные» не говорили о нем всерьез.

— Да, — Игорь улыбнулся уголками губ. — Мы с Клыком и Призраком хорошо его знаем. Собственно, Клык это небовцам и насоветовал. Так что можешь не беспокоиться. Дом Доктора, повторюсь, самое безопасное место в Зоне. Даже выбросы обходят его стороной — не говоря уже о том, что дозоровцам его никогда не найти. А вот нам здесь предстоит борьба за выживание.

Ожидая ответа, Джеймс Хеллер нервничал. А будет ли он вообще, этот ответ? И есть ли кого спасать?

При этой мысли мужчину словно окатили ледяной водой. Нет, такого не могло случиться. Его дочь жива, и если он не будет в это верить, то лишится рассудка. Поэтому он должен гнать прочь подобные мысли — если Хеллер поддастся страху, то точно не сможет спасти Майю. А этого он никак не может допустить.

Морпех вновь метнул взгляд на экран КПК, но ответа не было. А ведь это был единственный способ понять, кто именно лгал Джеймсу.

«Черт, да ответьте же, гребаные засранцы!»

Из-за окна доносился многоголосый гомон. Лагерь сталкеров жил своей жизнью. Этим людям не было дела до Джеймса Хеллера и его дочери — разве что только до информации, которой, по их мнению, владел морпех. Они лишь хотели жить, и мужчина не мог осуждать их за это.

Джеймс признался себе в том, что окончательно запутался. Он не знал, кому верить, но из услышанных с улицы обрывков разговоров он мог сделать некоторые выводы о сложившейся в Зоне обстановке.

Итак, Черный Дозор крепко прижал сталкеров. Те, чтобы выжить, спешно прекратили межфракционную грызню и объединились. Дозоровцы вынудили сталкеров покинуть Росток, и это явно было серьезным ударом по новоиспеченным союзникам — руины завода были настоящей крепостью. Теперь этой крепости не было. Пока что сталкеры обосновались здесь, на базе группировки «Свобода». Но и в этом месте они не были в безопасности — не стоило забывать о группировке «Монолит», чьи земли начинались совсем рядом, лишь чуть севернее базы. К тому же, с запада наносили удар за ударом наемники, может, и не причиняя особо серьезного урона, но здорово играя на нервах.

Наемники… Они тоже были впутаны в этот конфликт. И они вполне могли попытаться устроить весь этот спектакль с попыткой натравить Джеймса и его команду на Мерсера. Ведь Зевс, как ни крути, мог быть серьезным козырем в рукаве у сталкеров.

«Проклятье! А ведь это похоже на правду».

Но выводы делать было все еще рано, и Хеллер вновь напомнил себе об этом. Все скажет ответ на его послание… если он, конечно, придет.

Но КПК молчал. Сперва Джеймс подумал о том, что, возможно, ответ не проходит из-за проблем с сигналом, но быстро убедился в том, что с сетью все было в порядке.

«А может, это у них проблемы с сетью?»

Или же они просто уже знают о том, что произошло. Вряд ли у Синдиката нет здесь своих осведомителей. А если так, что теперь Джеймс им не нужен. А зачем? Ведь теперь он не может принести пользу этой продажной братии.

Но если так… Значит, Майя находится в смертельной опасности.

Пытаясь хотя бы немного отвлечься от тягостных мыслей, Джеймс поднялся на ноги и подошел к окошку.

Смеркалось. Небо, сегодня такое ясное, приобрело сизо-сиреневый цвет. На нем уже появились пока еще бледные точки звезд, словно драгоценное шитье на благородном бархате. И лишь на западе, куда выходило окно этой темницы, по темнеющему небосклону разлился красно-оранжевый огонь заката.

Закат… Во все времена он вдохновлял художников и поэтов. Здесь же закат был каким-то особенным, не таким, как на Большой Земле — возможно, из-за воздушных аномалий, играющих со светом заходящего солнца, словно невидимые линзы. Даже Джеймс, человек, далекий ото всей этой чепухи, не мог не признать того, что это зрелище в самом деле завораживало.

Вот только обстановка в этих местах, как правило, не располагала к любованию. Ночь в Зоне была наиболее опасным временем суток. Даже в полевых лагерях военных или на крупных сталкерских стоянках за пределами укрепленных и хорошо охраняемых баз ночью было не до спокойного отдыха. Обычно удавалось лишь забыться беспокойным сном — и то ненадолго, до того, как придет очередная смена.

От попыток думать о чем угодно, кроме возможной страшной участи Майи, Хеллера отвлек скрип засова. Дверь вновь открылась, впуская нежданного визитера — рослого худощавого сталкера в плаще с капюшоном поверх комбинезона. На вид незнакомцу было за тридцать. Карие глаза смотрели пристально, с оценивающим прищуром. Оружия при сталкере не было — точнее, его не было на виду.

— Слушай, — заговорил он безо всякого вступления, но Джеймсу показалось, что в голосе незнакомца явно звучало сожаление, — что бы ты ни думал о нашей братии, мне жаль, что так вышло с твоим отрядом.

— Ты говоришь так, будто имеешь к этому какое-то отношение, — с горькой иронией откликнулся морпех, окидывая сталкера изучающим взглядом.

— Представь себе, имею. Я был одним из тех четверых, которых ты и твои ребята пытались преследовать и из-за которых в итоге влипли по полной программе. Понимаю, что ты желаешь перегрызть нам за это глотки, — на лице сталкера промелькнула тень застарелой боли. — Прекрасно понимаю — я чувствовал бы то же самое. Но попробуй взглянуть на ту ситуацию с нашей стороны, — предложил он. — Ваше нападение застигло нас врасплох, и мы лишь пытались спасти свои шкуры. Мы бросились бежать через аномалии вовсе не для того, чтобы заманить вас в ловушку, поверь. Или хотя бы попытайся поверить. Мы просто думали, что вы туда не сунетесь, и нам удастся уйти. Вот и все.

Джеймс удивленно вскинул брови. Выходит, он разговаривал сейчас с одним из товарищей Мерсера. Вот только то, что говорил этот боец, более чем походило на правду. И он был прав — злиться Хеллер мог только на себя и свою глупость.

— Я уже понял это, — ответил, наконец, морпех. — Тогда я поддался эмоциям. Сейчас я понимаю, что у того, что произошло, один виновник — это я сам.

— Не ты, — качнул головой собеседник. — Тот, кто ввел тебя в заблуждение.

— Откуда ты это… — начал было Джеймс, но сталкер не дал ему договорить:

— От верблюда, — видимо, заметив на лице Хеллера замешательство, он махнул рукой. — Не обращай внимания, это просто присказка. На самом деле, это несложно было понять из того, что ты наговорил Алексу про твою дочку. Нет, мы не имеем никакого отношения к ее похищению.

— Тогда откуда ты уверен в том, что ее похитили?

На лице сталкера не дрогнул ни один мускул.

— Мегабайт, техник — ты ведь его уже видел, верно? — стал свидетелем похищения. Вмешаться он, понятное дело, не мог.

Джеймс не ответил, раздумывая над словами собеседника. Сказал он правду — или же солгал? Знать этого наверняка Хеллер не мог. Впрочем, и ответ, который он ждал, если он все-таки придет, может оказаться обманом. Так как же быть? И кому верить?

«Они спасли меня, несмотря на то, что я для них враг. При желании они могли бы попытаться выбить из меня интересующую их информацию — есть способы, от которых заговорит кто угодно. Но они не стали этого делать — во всяком случае, пока что. Не забрали ничего, кроме оружия. Черт… надеюсь, я не совершаю самую большую глупость в своей жизни».

— Кто ты такой? — мужчина взглянул на сталкера. Тот отступил на полшага назад.

— О, прошу прощения, — в его голосе прозвучали язвительные нотки. — Я совсем забыл о манерах. Я — Змей из группировки «Свобода». Впрочем, учитывая нынешнее положение дел, принадлежность к какой-либо фракции не играет роли, не считая кланы, не входящие в наш союз. Ну, а как зовут тебя, я знаю. Не делай такое лицо — про тебя нам рассказала Дана Мерсер.

— Змей? — переспросил Джеймс. — А нормальное имя?

— Осталось за Периметром, — свободовец неопределенно пожал плечами, но слова прозвучали жестко. — Здесь мое имя — Змей. Попрошу это запомнить.

— Ладно, Змей — так Змей, — Хеллер выставил перед собой руки в примирительном жесте. — Давно ты знаешь Алекса Мерсера?

Змей несколько секунд молчал — и Джеймс многое бы отдал, чтобы достоверно знать, сочиняет ли свободовец правдоподобную легенду или вспоминает в деталях то, что происходило на самом деле.

— Я познакомился с Алексом, Стрелком и Воробьем примерно год назад, плюс-минус несколько дней. Тогда я попался, как салага, в подземельях Агропрома, но, к счастью, смог отыскать достаточно надежное убежище. Немного позже в него же занесло и эту троицу — они сматывались от военных. Там же выяснилось, что у нас есть общие знакомые, которые поручились за них. Пришлось объединиться, чтобы выбраться с Агропрома, ну а дальше обстоятельства сложились так, что нам пришлось сотрудничать.

Это вновь звучало очень правдоподобно. Если же сталкер лгал, он так или иначе мог себя выдать.

— Ты знаешь, как Мерсер попал в Зону? — спросил Джеймс, выжидающе глядя на Змея. Тот медленно кивнул.

— Да, знаю. Точнее, сперва слышал от Шрама — они обнаружили нашего мутагена после выброса между Кордоном и Болотами. Причем вовремя обнаружили — Алекс едва справлялся со снорками. Он не мог понять, как у нас очутился. Потом понял. С его слов я знаю, что он пытался предотвратить взрыв атомной бомбы в Нью-Йорке, и, прикрепив ее к вертолету, вынес в океан. Вернуться он не успел, вертолет почти настигла ударная волна. Но за миг до этого Алекс успел заметить синюю вспышку. Аномалия «Телепорт», — пояснил свободовец. — Они иногда соединяют Зону со внешним миром. И, знаешь, я не могу опровергнуть этого — по той простой причине, что ребята Шрама встретили Алекса на следующее утро после взрыва в заливе… как его… В общем, рядом с Нью-Йорком. Сам сверял.

И снова — либо Змей умел врать, либо говорил правду. И Джеймс невольно поймал себя на мысли о том, что ему хотелось бы верить словам сталкера.

— Это ведь ваша команда отключила Выжигатель Мозгов год назад? — поинтересовался Хеллер, полагая, что совпадения тут вряд ли возможны. Змей прошелся из угла в угол и вновь обернулся к собеседнику.

— Да, и прошли дальше, потому что военные подняли шумиху и технику. Нам пришлось отступать к Припяти, а далее нам отрезали все пути к отступлению на юг — нам осталось лишь рвануть в центр. Знаешь, приятель, центр Зоны — редкостное дерьмо бронтозавра. Тем более, учитывая, что этот засранец Рок запустил в Зону свои ручонки — первым, что мы увидели на ЧАЭС, были вертолеты, обстреливающие выпрыгивающих из-под земли огромных червей. Алекс их как-то тогда назвал, но я забыл.

— Гидры? — подсказал морпех.

— Точно, гидры, — кивнул Змей. — Ты видел этих тварей?

— Да, когда участвовал в зачистках в Красной Зоне, — Хеллер нахмурился. — И множество прочего дерьма. Откуда они здесь?

Свободовец как-то виновато развел руками.

— Мы не знаем. Возможно, к этому делу причастен доктор Рок, который, судя по всему, спутался с О-Сознанием.

— Осознание? — переспросил Джеймс.

— О-Сознание, — раздельно произнес Змей. — Судя по всему, расшифровывается как-то вроде «объединенного сознания» или какой-то петрушки в этом роде. Самозваные «хозяева Зоны». Рок — ученый ГЕНТЕК, который снюхался с ними. Увы, мы почти ничего не знаем про Рока, эта сволочь шифруется так, что иные шпионы умрут от зависти. Судя по тому, что ублюдки из О-Сознания спустили на нас какую-то зверушку, когда мы отказались с ними сотрудничать, все-таки здесь пахнет заражением из Красной Зоны.

— И как же выглядела эта зверушка? — без особого любопытства поинтересовался морпех.

— Как очень уродливая трехметровая лысая горилла с костяными наростами по всему телу. Алекс говорил, что никогда таких не видел.

Хеллер кивнул, узнавая бестию по описанию.

— Джаггернаут.

— Кто? — воззрился на него сталкер.

— Джаггернаут, — повторил Джеймс. — Они появились во время второй вспышки. Как они притащили его туда? Хотя… Появился же откуда-то голиаф на АЭС.

— Подожди, что? — переспросил Змей. Пришлось объяснять.

— Голиаф — гигантская тварь. Та, которую я видел на ЧАЭС, была метров десять в высоту. В Красной Зоне встречаются и крупнее.

Свободовец вопросительно изогнул бровь.

— И что ты делал на ЧАЭС?

— Участвовал в операции «Монолит». Знаешь, почему она провалилась? — Хеллер внимательно посмотрел на собеседника. — Станция оказалась ловушкой. Но голиаф был единственной тварью из Красной Зоны, которую я там видел. В основном нападали орды местных бестий, но они действовали так, будто ими кто-то управлял. К тому же, мы наткнулись на ожесточенное сопротивление монолитовских фанатиков. Мясорубка длилась несколько суток, но в итоге силы Объединенного Контингента были отброшены от АЭС. Знаешь, сталкер, — проговорил Джеймс негромко, — я не могу принять одного. Моя команда выжила в том аду. До этого мы прошли Красную Зону. А теперь какая-то паршивая аномалия отбросила нас в Мертвый Лес, и все мои ребята погибли.

При этих словах Джеймс словно сам кромсал ножом свою душу. Потеря боевых товарищей — свежие раны в душе, разверзшиеся кровавыми полосами поверх едва зарубцевавшейся раны от потери жены. Лишь мысли о дочери не давали Хеллеру пасть духом. Но боль в душе не становилась ни на йоту слабее.

— Иногда лучше рассказать, чем сжигать себя изнутри, — произнес Змей в пространство ровным тоном, и морпех кивнул.

— Пожалуй, в этом ты прав.

В следующие минуты он рассказал свободовцу о злоключениях своей команды и гибели товарищей. Если бы кто-нибудь несколько дней назад сказал Джеймсу, что тут будет беседовать по душам с одним из друзей Мерсера, этот кто-то без сомнения получил бы по наглой морде. Но сейчас мужчина рассказывал, и от этого действительно становилось как-то легче.

— Не могу только понять одного, — проговорил он под конец. — Контролер подчинил себе Нила, заставил его застрелить Моргана, а потом сжег ему разум. Но на меня эта тварь повлиять так и не смогла. И я хочу знать: почему? Почему я, а не ребята?

Змей возвел глаза к потолку, явно что-то прикидывая в уме, а затем велел:

— Покажи тот артефакт, который остался после смерти твоего бойца в аномалии.

Хеллер сперва удивился, но затем достал из подсумка теплую на ощупь сферу, внутри которой кружился святящийся туман. Память о жертве Билла Майерса.

— Вот он.

— Все ясно, — свободовец аккуратно постучал пальцем по гладкой, словно стеклянной, поверхности артефакта. — Это «Туман» — за последний год это название прижилось. Очень редкая штука. Она защищает от любого ментального воздействия. Мы с «Туманами» в свое время добрались до Выжигателя Мозгов. Это артефакт тебя защитил.

— Артефакт… — эхом откликнулся Джеймс. Значит, вот почему контролер не сумел навредить ему. Билл Майерс дважды спас жизнь Хеллера. Более того — второй раз он защитил боевого товарища с того света.

«Билл, дружище. Спасибо».

— Когда-то я тоже потерял свою команду, — медленно произнес Змей. Он остался абсолютно спокоен, но что-то в его голосе говорило о том, что эта тема явно причиняла свободовцу боль. — До войны группировок под моим началом было восемь ребят. Отличные бойцы, с которыми можно было идти хоть к черту в пасть. И отличные друзья, — он умолк.

— И что произошло? — раз уж свободовец начал исповедь, не стоило обрывать ее на полуслове — по крайней мере, Джеймс желал разговорить собеседника. В конце концов, он же выложил сталкеру историю о своих злоключениях.

— Предательство, — просто ответил Змей. — Точнее, удар в спину. До войны группировок мы поддерживали нейтралитет с… — он замялся. — С одной группировкой, в общем. А потом шарахнул выброс, из-за которого карта Зоны здорово изменилась. Какие-то территории открылись, другие, наоборот, отрезало от мира полями аномалий или заключило в так называемые пространственные «пузыри». И из-за новых земель между фракциями началась война. Тогда «Свобода» еще держала Темную Долину. Моя команда стояла на южном блокпосту, откуда дорога ведет через Темную Лощину на Кордон. И вот от одного отряда той группировки, возглавляемого лично их лидером, пришла просьба о помощи: дескать, нарвались на мутантов. Рядом, в каком-то километре от нас, мы даже пальбу слышали. Я отправил ребят на помощь, а сам связался со своими, вызвал еще народ на блокпост. Сам ждать остался. И через несколько минут услышал снова звуки перестрелки — только теперь и мои ребята палили. Не помню уже, почему я тогда заподозрил неладное, но мешкать не стал — винтовку в охапку, и к тому месту. Но подошел осторожно, отключив наладонник и заложив крюк. Пока добрался, стрельба уже прекратилась, — он замолчал и глубоко вздохнул. — В общем, эти ублюдки заманили нас в ловушку. Когда мои ребята подошли, они всех их перестреляли и смылись. Но след оставили — я двинул за ними. Хотел главаря их подстрелить, но так вышло, что только зацепил гада — попал в кисть правой руки. Конечно, тоже приятного мало, но меня заметили. Хорошо еще, что голос разума тогда все-таки перевесил, и я свалил оттуда. Потом мы эту продажную братию славно взгрели, хотя и они нас проредить успели. Вот только их главарь спрятался. А жаль… многое бы отдал, чтобы собственноручно вышибить ему мозги.

«Что-то это напоминает…»

Внезапная догадка вспыхнула в мозгу. Змей не сказал, с какой группировкой воевала «Свобода», но назвал ненавистного врага «продажной братией», и явно не подбирал в этом случае слова. У главаря этой фракции, судя по словам сталкера, должна быть искалечена кисть правой руки. Все сходилось.

— Ты знаешь, как выглядел этот главарь?

— Как-как… Две руки, две ноги, посередине — сволочь, — свободовец скривился. — Обыкновенно выглядел, разве что горбоносый. Ладно, — он направился к выходу. — С тобой, конечно, интересно было поговорить, но мне еще вахту нести, а я даже пожрать не успел. Бывай. Тебе ужин тоже притащат, не волнуйся. Не взыщи, но тебя на всякий случай до утра под замком подержат — все-таки мы и так на военном положении, не хочется, чтобы тут кто-нибудь что-то учудил, — и вышел из помещения, закрыв за собой дверь.

Джеймс еще несколько секунд смотрел ему вслед. Все действительно сходилось. Человек, которому жаждал отомстить за убитых соратников Змей, идеально попадал под описание Душмана. И сейчас Хеллер, вопреки осторожности, чувствовал, что готов поверить сталкерам.

Выйдя из здания, в котором держали под замком морпеха, Змей направился к импровизированной столовой под открытым небом — перед дежурством определенно стоило бы подкрепиться.

Джеймс Хеллер, по мнению Змея, оказался вполне себе нормальным человеком. А что подозрителен ко всей их братии — так это вполне естественно. Жаль только, что в разговоре с ним Змею пришлось разбередить старую рану — воспоминания о гибели товарищей не спешили стираться из памяти, а пламя гнева и жажда мести не собирались затихать.

«Душман, сука, надеюсь, когда мы нагрянем на вашу гребаную базу, ты будешь там. Ты должен мне восемь жизней, тварь».

Добравшись до «столовой», свободовец был вырван из сумрачных мыслей необыкновенным оживлением здесь в это время: собравшиеся поужинать кольцом обступили трех человек, уплетающих за обе щеки кашу. При этом один из них, темноволосый мужчина лет тридцати, переносицу которого пересекал шрам, еще и успевал что-то говорить. Змей пригляделся внимательнее. Все трое одеты в укрепленные комбинезоны СЕВА со знаками отличия научной миссии в Зоне. Судя по всему, охранники с Янтаря.

Свободовец, работая локтями, пробился в первый ряд.

— …напали на нас возле комплекса. Перебили всех, от ученых до сопровождающих. Мы успели смыться, — рассказывал охранник со шрамом. Он говорил с заметным акцентом. — К счастью, на дозоровцев напали снорки, а мы этим воспользовались. Так что теперь эти маньяки в военной форме нападают на всех. Мы случайно нашли тропу в аномальном поле, но тут выбор небольшой — или смерть в аномалии, или пристрелят.

— Вот козлы, — присвистнул кто-то, кажется, Манул.

— Черти в погонах, — добавил кто-то другой.

— И вы решили прибиться к нам? — осведомился Змей.

— Ну, — кивнул один из охранников, молодой растрепанный блондин. — Вы хоть что-то сделать пытаетесь. Я Руслан, а это, — он кивнул на невысокого русоволосого мужика лет сорока на вид, — Петр Саныч. А Флейтист правду говорит — так и было, мужики, мы еле ноги оттуда унесли.

— Ну, а тебя, — свободовец обернулся к парню со шрамом, — как величать?

— Дэниэл Дитрих, — представился тот. — Но, если угодно, можете называть меня Флейтистом. Это мой позывной.

Змей прищурил глаза.

— Не тот ли ты Дэниэл Дитрих, который помог Дане Мерсер спастись от наемников?

— О, — Флейтист слегка удивленно улыбнулся. — Я вижу, вы обо мне уже знаете. Да, это был я. Увы, теперь я заперт здесь — после того, как Черный Дозор, похоже, объявил войну всему живому в Зоне.

Змей, хмыкнув, достал фляжку и протянул ее Дитриху.

— Тогда за знакомство, Флейтист. Я Змей, а остальные сами представятся.

— О, да, я знаю этот русский обычай, — Дэниэл взял фляжку и свинтил крышку. — «За знакомство», «за встречу» и так далее, ладно, я буду привыкать, — и сделал большой глоток.

— Осторожнее! — запоздало предупредил его свободовец, но Флейтист уже закашлялся, едва не уронив фляжку, и свободной рукой утер заслезившиеся глаза.

— Ни хрьена себье!.. — выдохнул охранник. Акцент в его голосе стал еще заметнее.

— Зато проверку прошел! — съязвил Манул. — Теперь мы знаем, что ты не иностранный шпион!

Змей не стал задерживаться. Быстро расправившись с ужином, он отправился за оружием — скоро придет его смена.

Прибытие охранников из научного лагеря наталкивало на самые невеселые мысли. Похоже, теперь Черный Дозор атаковал любых людей в Зоне. Наверняка они знают, как вывернуться и не пойти в полном составе под трибунал за все это. А значит, все это очень плохо. А учитывая их предводителя-псионика, все было еще хуже.

«Да уж, вляпались по самые помидоры. Черт бы их всех побрал».

Несмотря на напряжение и крутящиеся в мозгу бесконечные вопросы, через пару часов после ухода Змея Джеймса все-таки сморил сон. Однако покемарить не удалось — из беспокойного сна мужчину вырвал зуммер КПК. Кто-то желал связаться с ним по голосовой связи.

Сонный Хеллер ответил, даже не взглянув, кто пытается до него достучаться — и услышал голос Хамелеона, наемника, несколько раз выполнявшего роль проводника для его ныне погибшего отряда.

— Джеймс Хеллер, вы меня слышите? — его тон был крайне напряженным. — Ответьте.

— Я на связи, — ответил морпех, зевнув.

— Вам повезло, что вы додумались связаться именно со мной… Времени мало, меня могут застукать, поэтому слушайте внимательно и не перебивайте: это я отправил вам видео и фотографии. Ваша дочь жива, но она в заложниках у Душмана. Последнему уже известно, что вы в плену у сталкеров. Постарайтесь влиться в их ряды, иначе вы станете просто ненужны Синдикату, и ваша дочь погибнет. Если Душман свяжется с вами и попытается шантажировать — соглашайтесь на все условия и тяните время. Вы поняли?

— Чего? — Хеллер опешил. Подобного он, конечно, ждал, но сейчас совершенно не понимал мотивации Хамелеона. Тот словно пытался его… предупредить?

— Понимаю, вы удивлены, — терпеливо ответил наемник. — Со своей стороны я постараюсь как можно дольше защитить вашу дочь. Поверьте, мне эта ситуация совершенно не доставляет удовольствия.

— Почему ты мне помогаешь? — прорычал Джеймс. — Ты же наемник. Какая тебе от этого выгода?

— Скажем так, — послышался смешок, — я работаю на два лагеря. Не стал бы, не спутайся Синдикат с «Монолитом» и этим сучим потрохом Эндрю Роком. Последний желает получить голову Зевса на блюдечке. Чем тот так насолил Року, я не знаю, вроде бы, здорово мешает его делишкам, но именно потому вас натравили на Мерсера и его товарищей. Вы запомнили, что я вам сказал?

— Да, — Джеймс кивнул, словно забыв о том, что собеседник его не видел.

— Тогда — до связи. Помните, я не смогу тянуть время вечно. Вам придется действовать.

Хеллер сжал КПК в ладони так, что, казалось, еще миг — и техника захрустит и развалится на части. Морпех узнал, что Майя жива — но находится в смертельной опасности. Алекс Мерсер не был виновен — его подставил Душман, или «Монолит», или таинственный Эндрю Рок. Или все они сразу. Наемники использовали команду Джеймса для сведения своих счетов.

Рок… Кажется, эту фамилию упоминал в разговоре Змей. И это все совсем не походило на цепочку совпадений.

«Черт… Разобраться бы в этом дерьме».

До самого утра Джеймс Хеллер не смог сомкнуть глаз.

Утро, Мертвый Город

Лидер Синдиката нетерпеливо барабанил по обшарпанной столешнице пальцами здоровой руки. Опять пропал сигнал, из-за чего не представлялось возможным связаться с Хеллером. Наблюдатель из СНС видел, как морпеха захватили в плен сталкеры. Более того, он, судя по всему, остался без команды.

Но Душман не возглавил бы Синдикат, не знай он как следует местное население. Несмотря на то, что все факты буквально кричали о том, что Хеллер был теперь бесполезен, наемник выжидал. Сталкеры — бесхребетные тюфяки, скорее всего, они выпустят бойца, предложив ему вступить в их ряды. И в этом и крылась главная выгода: так Хеллер мог незаметно подобраться к Мерсеру и убить его.

Только прежняя легенда теперь вряд ли сработает. Что ж, придется пойти, что называется, напролом, выложив морпеху все, как есть — и это будет лучшим мотиватором. И ради этого пока что можно оставить его дочь в живых — ровно до того, как Хеллер выполнит задание Синдиката.

У Душмана были причины для раздражения: вчера он узнал, что теперь подчиняется Харону и его фанатикам. Увы, вырваться из этой связки уже не представлялось возможным, так что оставалось только стиснуть зубы и терпеть. Или выместить злость на ком-то еще, и малявка вместе с ученой казались идеальными кандидатками для этого. Обеим оставалось жить недолго — как только Хеллер убьет Мерсера или окончательно докажет свою бесполезность, и его дочь, и доктор Роузби умрут.

Был и еще один повод для тотально мерзкого настроения: вчера же на базу доставили пять массивных контейнеров с толстыми стенками, один из которых превосходил остальные по размерам. Харон непрозрачно намекнул, что наемникам лучше стоит держаться от них подальше: что бы ни было там внутри, непонятного вида панели управления на стенах контейнеров и толстые металлические стенки явно были сделаны не для красоты.

Единственная радость — Харон отчалил с небольшим отрядом в неизвестном направлении, но твердо намеревался вернуться через сутки. Хотя бы день без этой постной рожи — уже хорошая новость.

«Чтоб ты влетел в «Карусель», чертов сектант!»

Внезапно значок на экране КПК изменился, показывая наличие сигнала.

База «Свободы»

Когда за дверью вновь послышались приближающиеся шаги, Джеймс вскочил с пола. Сейчас он был бы рад любому визитеру — тому, кому можно было бы рассказать то, что он узнал, кого можно было бы попросить о помощи.

Увидев на пороге Алекса Мерсера, Хеллер на некоторое время лишился дара речи. Главным образом потому, что не знал, что сказать человеку, которого он обвинял в преступлениях, которых тот не совершал, и который спас ему жизнь.

Но первым заговорил Мерсер.

— Последняя проверка, — Зевс неожиданно улыбнулся. — Если ты не попытаешься меня придушить, тебя выпустят отсюда.

— Мерсер, — выговорил, наконец, Джеймс, — я должен принести тебе извинения. Я приписывал тебе кучу дерьма, в образовании которой ты не был виновен. А ты спас мне жизнь.

Алекс облегченно выдохнул.

— Ну, наконец-то. Я рад, что ты понял, что тебя использовали в темную. Ты знаешь, кто за этим стоял?

— Знаю. Синдикат, — название организации наемников прозвучало, как грязное ругательство. — «Монолит». И какой-то Эндрю Рок. Но натравили меня на твою компанию именно Душман — главарь Синдиката, — и его прихвостни. И это еще не все. Он показал мне фотографию Саркофага, обросшего биомассой.

— Черт… — пораженно выдохнул Мерсер. — Этот Рок зашел слишком далеко — а мы почти ничего о нем не знаем. Расскажи все, что знаешь, — не потребовал, а, скорее, попросил мутант. — Сейчас любая информация может помочь.

Хеллер собрался было ответить, но его опередил зуммер КПК. Мужчина взглянул на экран — снова голосовая связь. Жестом велев мутанту молчать, Джеймс ответил — в свете последних событий игнорировать попытки связаться с ним не стоило.

— Хеллер, — послышался голос главаря наемников, который морпех прежде слышал всего один раз, но уже ненавидел всей душой, — у меня нет времени на долгие разговоры. Где вы находитесь?

Вспомнив советы Хамелеона, Джеймс честно признался:

— На базе сталкеров.

— Как пленник?

Мерсер, слышащий разговор, поймав взгляд Хеллера, покачал головой. Надеясь, что намек он понял верно, мужчина возразил:

— Скорее, как гость.

— Оружие при вас? — в голосе Душмана — явные раздражение и нетерпение. Мерсер закивал.

— Да, — подтвердил Джеймс. — При мне.

— Алекс Мерсер находится на базе?

Еще один утвердительный кивок.

— Да.

— А теперь послушайте, что я скажу, — и без того ненавистный голос показался еще отвратительнее. — Ваша дочь не у Мерсера. Она находится в моем укрытии. Хотите получить ее обратно, целую и невредимую — убейте Алекса Мерсера. Даю вам три дня. Не сделаете этого — и ваша дочь умрет.

Связь прервалась — главарь наемников не стал дожидаться ответа. Джеймс глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Все произошло именно так, как предупреждал Хамелеон — Душман перешел к банальному, но действенному шантажу.

— Ублюдки… — тихо произнес Алекс, и его голос, прозвучав в воцарившейся после окончания звонка тишине, показался неожиданно громким.

— Дерьмо! — со злостью выпалил Джеймс, глядя на КПК так, будто это он был виноват во всем. — Дерьмо!!! — повторил морпех еще более эмоционально, а затем проговорил тихо: — Проклятье… Что мне теперь делать?..

— Может, я и не вовремя, — начал Алекс, — но я предлагаю тебе присоединиться к нам. Мы собираемся как следует взгреть этих продажных выродков из Синдиката — причем в ближайшие дни. Тогда у тебя будет хоть какой-то шанс добраться до них и спасти твою дочку. Я думаю, с последним пунктом тебе многие постараются помочь. Люди здесь в большинстве своем душевные. Что скажешь?

Хеллер посмотрел Мерсеру в глаза.

— У меня нет иных вариантов, — твердо проговорил он. — Я с вами.

Два часа спустя

После завтрака всех обитателей базы согнали на раздолбанный плац, перед которым возвышалась гора каких-то обломков, словно постапокалиптическая трибуна. Все уже знали, что их ждет штурм базы наемников. И вот теперь они знали, когда именно это случится: вечером следующего дня.

В это время, согласно данным, добытым разведчиками, и познаниям «темных», должны были взбеситься зомби, что лишит бойцов Синдиката свободы маневра. Сталкеров же должны будут защитить от агрессивных мертвяков «сборки» из копеечных артефактов, обладающие только одним полезным свойством: зомби игнорировали их носителей. Более подробный инструктаж с разделением на группы должен был состояться следующим утром, пока же оговаривались основные детали авантюрного плана.

Действовать надо было быстро и скрытно, не выдавать себя раньше времени — это поможет сохранить жизни. Если все удастся, одному из главных врагов сталкерского союза будет нанесен сокрушительный удар, от которого Синдикат оправится нескоро. Единственная проблема — для претворения плана в жизнь понадобятся все силы, которыми располагали сталкеры. А значит, базу придется оставить без защиты. Но иного выхода не было.

Нельзя было не заметить положительных изменений: безвыходное положение породило вполне естественную злость — ту, что дает силы идти вперед и побеждает страх. И эта злость успешно брала верх над пораженческими настроениями. Союзникам нечего было терять — противники не пощадят их в любом случае, бежать некуда. Оставалось лишь драться насмерть, забрав с собой как можно больше ненавистных врагов.

— Вот что, — громко, во всеуслышание заявил Змей, — Душмана, трехпалого ублюдка, не трогать. Он мой.

— Эй, Змей, не увлекался бы ты, — предупредил его Квазар. — Много кто хочет ему голову снять.

— Я все сказал, — отрезал свободовец и пошел прочь с места сбора.

— Эй, куда? — окликнул его кто-то. — А ну, вернись, мелодрамщик хренов!

Вместо ответа Змей, не замедлив шага, показал оппонентам через плечо средний палец.

— Как он у вас в группировке вообще ужился? — между делом поинтересовался у Лукаша Воронин. — Смутьян и вольнодумец даже по вашим меркам.

Лидер «Свободы» пожал плечами в ответ.

— Проводник и боец он, каких поискать. Белке в глаз за километр попадет. В артефактах шарит не хуже иных «темных», да и народ построить умеет. Ну, а вольнодумство на этом фоне спускаем ему на тормозах — учитывая все положительные качества, в этом плане можно и уважить характеру.

— Стой! — преградил дорогу Змею Джеймс. — Значит, ты решил убить Душмана единолично?

— Имеешь что-то против? — Змей ответил бывшему морпеху ледяным взглядом.

— Да, — отрезал Хеллер. — Мой счет к этому ублюдку не меньше твоего. Я тоже хочу перерезать ему глотку. Придется делиться.

Свободовец растянул губы в своей фирменной хищной улыбке.

— Значит, договорились, — подытожил он.

Мертвый Город

Доктор Маргарет Роузби не собиралась сидеть, сложа руки.

Пусть она была ученой, а не бойцом, сдаваться женщина не желала. Она слышала обрывки разговоров наемников — и ее знания языка хватало для того, чтобы понять, что в живых ее и Майю не оставят. Причем в лучшем случае они проживут еще несколько дней.

И это категорически не устраивало Маргарет. Женщина боялась не столько за себя, сколько за девочку, за которую несла ответственность с тех пор, как ученую в принудительном порядке к ней приставили.

«Должна же быть возможность сбежать отсюда!»

Верно. Не бывает ситуации, из которой нет выхода. Иногда он просто неочевиден. Они выберутся отсюда. Точка.

Сейчас Маргарет не думала о том, что за пределами базы — Зона, не говоря уже о просто незнакомой местности. Что, в конце концов, на базе много вооруженных наемников, а мертвецы в поселке как раз начали дичать. Главным было спастись отсюда, потому что в этом месте Маргарет и Майю в любом случае ждала смерть, а там, по ту сторону стен, был, хоть и призрачный, но все же шанс на спасение.

И именно этот шанс, или даже иллюзия шанса, придал ученой решимости. Она готова была действовать.

Хамелеон, стараясь не попадаться на глаза собратьям по группировке, прошел в часть базы, где держали под замком заложниц. Его слова о том, что он постарается протянуть для них время, не были пустым звуком — Хамелеон готов был спасти ученую и девочку, хотя бы для того, чтобы вставить палки в колеса Душману, Харону и их гребаному хозяину доктору Року.

«Выкусите».

Как по заказу, в коридоре в этот момент никого не было — да и поблизости тоже, всех гораздо больше волновали взбунтовавшиеся мертвецы, с которыми следовало держать ухо востро, да подозрительные контейнеры. Да и зачем охранять? Все равно заложницы никуда не сбегут. Им даже еду не носили — оставили запас воды и сухпайков. Чего бегать лишний раз?

И все это было чертовски на руку Хамелеону. Подойдя к толстой старой двери, он осмотрелся по сторонам, а затем вытащил из кармана связку ключей.

Чего уж точно не ожидал наемник, так это удара табуреткой, который незамедлительно последовал, стоило бойцу войти в помещение. К счастью, он успел вовремя среагировать, перехватить импровизированное оружие и вырвать его из рук нападавшего. Точнее, нападавшей — стулом на него замахивалась худощавая женщина средних лет, пленница-ученая.

— Тихо! — зашипел наемник, прислонив палец к губам. — Не поднимайте шум, иначе мы все трое погибнем. Я вам не враг.

Из-за спины женщины выглянула испуганная темнокожая девочка. Должно быть, обе уже мысленно попрощались с жизнями.

— Я вам не верю, — нахмурилась ученая, затравленно глядя на Хамелеона. Тот развел руками:

— У вас нет выбора. Но я хотя бы попытаюсь выиграть для вас время. Идите за мной, здесь не место для объяснений.

Он вышел из комнаты. Через несколько секунд он услышал а спиной шаги — все-таки пленницы решили последовать за ним. Вряд ли они ему доверились — скорее всего, они не верят уже никому, тем более, человеку в форме Синдиката. Но ученая и девочка все-таки пошли на контакт, что не могло не радовать.

— Не вздумайте бежать, — предупредил Хамелеон. — Вас убьют.

Подождав, пока заложницы выйдут за ним в коридор, он вновь запер дверь теперь уже пустого помещения, после чего, поманив за собой доктора Роузби и Майю Хеллер, направился в тупик, в котором имелась большая ржавая решетка, закрывающая вентиляционную шахту.

— Классика жанра, — хмыкнул наемник, достав отвертку. — Соблюдайте тишину. Я бы не продержался здесь, работая против Синдиката, если бы не обеспечил себе подобных лазеек.

Хамелеон выкрутил всего один шуруп и поднял решетку, словно большую дверцу для кошек — в свое время он успел сделать скрытые петли, замаскированные снаружи.

— Лезьте внутрь, — кивнул боец. — Попадете в самое безопасное на этой базе место для вас. По крайней мере, пока что.

Несколько секунд все же пришлось потратить на препирательства и убеждения, после чего ученая полезла в вентиляцию первой. За ней последовала Майя. Покинувший коридор последним наемник закрыл изнутри решетку.

Через несколько минут ползанья по узкой темной шахте впереди послышался тихий шепот доктора Роузби:

— Здесь еще одна решетка.

— У нижнего края есть шпингалеты, — так же едва слышно ответил Хамелеон. — Решетка открывается наружу, — послышался скрежет. — Тише, ради всего святого!

Вскоре все трое стояли в небольшом подвальном помещении с внушительной, хоть и обшарпанной, дверью, старым столом и ноутбуком в окружении сложной электроники.

— Ключи от этого помещения есть только у меня, — пояснил Хамелеон. — Остальные почем зря сюда не суются, тем более — без меня. Кроме того… — он подошел к большому шкафу с кодовым замком, набрал пятизначный код — и дверца открылась.

Внутри лежали папки с документами, флэшки и микросхемы, но добраться до задней стенки шкафа было легко. Наемник надавил на нее ладонью — и она повернулась на петлях. За ней находилось еще одно небольшое помещение без окон.

— Сюда, — кивнул наемник. — Еду и воду я принес заранее. И соблюдайте тишину. Вот вам для того, чтобы быть в курсе событий, — он протянул ученой свой запасной КПК. — Судя по всему, здесь намечается заварушка.

В этот раз пленницы не стали спорить и пролезли в потайное помещение.

— Что нам делать? — тихо спросила доктор Роузби.

— Ждать, — ответил Хамелеон, закрыв потайную дверцу.

База «Свободы», ближе к вечеру

Алекс понятия не имел, зачем предводители вызвали его в штаб, тем более, зачем Шрам велел притащить тот контейнер, который мутант получил от Ноя, казалось бы, целую вечность назад. И вот теперь он, чувствуя себя здесь совершенно лишним, слушал, как лидеры их союза планируют дальнейшие действия.

— Нам понадобятся все силы, которыми мы на данный момент располагаем, верно? — уточнил Шрам.

— Верно, — подтвердил Воронин. — Базу придется покинуть, потому что большой гарнизон здесь оставить мы не можем, а маленький отряд не удержит базу в случае атаки Черного Дозора.

— И мы имеем все шансы, вернувшись, обнаружить, что база занята врагом, — продолжил наемник. Лидер «Долга» внимательно на него посмотрел:

— Я тоже думал об этом. Но, насколько я знаю тебя, Шрам, ты бы не поднял эту тему, если бы не имел плана на этот случай. Что ты задумал?

Шрам выдержал небольшую паузу и медленно произнес:

— Я предлагаю отступить в Лиманск.

После этих слов в штабе повисла тишина.

— В Лиманск?! — Лукаш вытаращился на наемника так, словно у того на лбу внезапно выросли рога. — Ты спятил? Это же территория «Монолита»!

— «Монолит» не контролирует город, — покачал головой Шрам. — Судя по информации, которую я пару дней назад получил от Ноя, фанатики организовали лишь небольшой аванпост в северной части Лиманска.

— Даже если так, насколько мне известно, в город еще надо попасть — на подходах к нему много пространственных аномалий. Не знаю, как туда попали сектанты или этот Ной, но идти туда, не зная пути — слишком рискованное предприятие, — с сомнением в голосе проговорил Ставрогин.

— Ты верно заметил — не зная пути. Но у нас есть то, что поможет в этом случае. Алекс, — Шрам жестом велел «темному» подойти, — давай сюда контейнер.

Мутант, пожав плечами, подошел, положив на столешницу то, что таскал по Зоне без цели вот уже много дней. Шрам, подвинув контейнер к себе, щелкнул замками и откинул крышку.

Алекс, не в силах обуздать любопытства, заглянул в контейнер.

Внутри лежала угольно-черная сфера размером чуть больше теннисного мяча. На гладкой, словно стекло или отполированный камень, поверхности выступали друзы прозрачных кристаллов. Казалось, воздух рядом с артефактом едва заметно вибрировал.

— «Компас»! — изумленно констатировал Лукаш, глядя на артефакт. — Но откуда?

«Компас». Алекс слышал об этом воистину легендарном артефакте. Никто не знал, какая аномалия создает его, и встречался он крайне редко, но главным было то, что он помогал найти выход из любой пространственной аномалии, за что и получил свое название. Наверно, с ним можно было и попытать удачи…

— Мне передал его Ной через Алекса. Изначально он нужен был для другой цели, но сейчас он гораздо нужнее. Итак, — Шрам пристально посмотрел на остальных предводителей, — что вы скажете?

— Аномальные фронты слабеют, — заметил Ставрогин. — Здесь нас скоро смогут уничтожить с воздуха. В Лиманске же мы могли бы укрыться — Черному Дозору просто не хватит огневой мощи, чтобы разбомбить весь город. И они не станут этого делать — масштабные бомбежки в Зоне вряд ли закончатся чем-то хорошим для самих агрессоров. Я поддерживаю план Шрама.

— Похоже, у нас действительно нет выбора, — проворчал Лукаш. — Если аномалии в воздухе исчезнут, здесь нам конец.

— Осталось лишь выжить в бою с Синдикатом, — подытожил Воронин.

— Держи, — Манул протянул Джеймсу LR-300. — Подойдет? У нас осталось несколько после одной из атак монолитовцев.

— Вполне, — Хеллер оглядел винтовку, проверил ее и остался вполне доволен.

— Отлично. Так, что у нас еще? Ага, боеприпасы. Так, бери вот это и вот это. Пистолет у тебя свой. Ножи сам выберешь.

На базе началась подготовка к завтрашнему походу. Проверялось оружие, раздавались боеприпасы, медикаменты и снаряжение, силы сталкеров разделялись на отряды и на группы. Каждый из отрядов получал свою задачу. Всем раздали «сборки», которые должны были обезопасить бойцов от зомби. Карты с отметками уже были сброшены на ПДА.

Несмотря на это, суеты в лагере не было, зато отчетливо чувствовалось разлитое в воздухе напряжение. Бойцы готовились к, возможно, последней в их жизни схватке. Но страха больше не было. Была лишь решимость обреченных.

— Погоди-ка, — к Хеллеру подошел Змей. — Возьми-ка еще и это. И не разбей их!

Обернувшись к свободовцу, Джеймс увидел, что тот протягивает ему две запечатанные пробирки. В одной посверкивали электрические разряды, в другой словно сгустился туман.

— Что это? — спросил бывший морпех, взяв пробирки. Они оказались теплыми на ощупь.

— «Сборки», — пояснил сталкер. — Аномальные гранаты. Или, проще говоря, аномалия в банке. Разобьешь пробирку — и аномалия высвободится. В качестве оружия очень эффективно.

— Оригинально, — мужчина осторожно завернул пробирки в ветошь и спрятал в свой рюкзак. — Я заметил, что Зона весьма изобретательна в плане убийств. В Красной Зоне все было проще — просто смерть со всех сторон. Это было страшно, но понятно и даже предсказуемо. А здесь тебя может сожрать гребаное дерево в лесу.

— Это в Красной Зоне, насколько можно судить о ней по информации, которая доходит до нас, действует принцип «сдохни, а то умрешь!», — хмыкнул Змей, — а у нас здесь — «сорок тысяч способов подохнуть», прямо как в одной песне поется. Зато выжить гораздо проще, если пользоваться глазами, ушами и мозгами по назначению. И не забывай, — напомнил свободовец, — не вздумай грохнуть Душмана в одиночку и лишить меня возможности воздать ему по заслугам.

На следующий день, к западу от Мертвого Города, аванпост «Монолита»

— Обстановка? — осведомился Харон, разглядывая явившихся разведчиков. Одного из них все еще не было.

— Черный Дозор стягивает силы к Армейским складам, — докладывал один из них. — Поскольку аномальные фронты постепенно исчезают, в скором времени дозоровцы смогут произвести атаку на базу сталкеров с воздуха. После этого они могут атаковать Мертвый Город.

Это было плохо. С другой стороны… Для тех, кто вздумает атаковать расположенную там базу подчиненных Рока, уже приготовлен убойный сюрприз. Впрочем, если в возможной атаке на поселок будет участвовать сам Пария, этот сюрприз его точно не остановит.

Отложив размышления об этом на потом, Харон вернулся к делам насущным.

— Что предпринимают сталкеры?

— Явно готовятся к обороне. Похоже, пытаются удержать Склады, — ответил другой разведчик.

На экране КПК Харона высветился дружественный огонек — возвращался последний разведчик. Пока что его скрывала от собратьев по группировке стена леса, но скоро он будет здесь, на заброшенной заправке, ставшей лагерем «Монолита».

КПК пиликнул, сообщая о принятом сообщении. Рации в этом районе почему-то передавали исключительно помехи, и потому приходилось пользоваться сетью. Харон взглянул на экран — припозднившийся разведчик запрашивал разрешения пройти. Лидер «Монолита» отправил подтверждение и подал знак бойцам.

Вот среди деревьев появилась человеческая фигура в форме «Монолита». Он шел быстрым шагом, винтовка висела у него за спиной. Но стоило ему приблизиться к заправке, как подал голос переносной вирусный детектор, который Харон носил при себе с тех пор, как Хозяева Зоны начали проявлять интерес к Красной Зоне. Цвет лампочки на приборе сменился с зеленого на желтый.

«Проклятье!»

Среди его подчиненных зараженных не было. А теперь вернувшийся разведчик отметился вирусным детектором как носитель вируса. Харону не пришлось долго ломать голову над тем, что это означает.

Пара жестов — и бойцы взяли принявшего облик разведчика мутанта на прицел. Их разделяло не больше десятка метров.

— Ни шагу, — произнес Харон.

Разведчик остановился. Лидер «Монолита» взмахнул рукой — и бойцы открыли огонь, практически изрешетив «разведчика».

Но он не упал.

Мутант пошатнулся, его тело оплели сетью черно-багровые жгуты. Когда через пару секунд они словно втянулись обратно, облик пришельца изменился — вместо монолитовского разведчика перед ними стоял рослый человек в форме Черного Дозора.

Детектор уже беспрерывно пищал, лампочка горела красным. Но Харон смотрел не на него, а на незваного гостя. Не узнать это отрешенное лицо он не мог. И железный самоконтроль монолитовца дал сбой.

— Ты же мертв, — сорвалось с его языка.

— Можешь так думать, если тебе от этого станет легче, — съязвил стоявший в нескольких метрах от него Тенебрис. Тот, кто должен был умереть год назад. Но он был здесь и на созданный Зоной фантом не походил. Харон видел, как свежие пулевые ранения затягиваются буквально на глазах. — В любом случае, я пришел за тобой.

Одновременно с этими словами руки Тенебриса оплели все те же жгуты, и на глазах монолитовцев пальцы их бывшего собрата трансформировались в полуметровые острейшие лезвия.

«Значит, он стал таким же, как Зевс. Пария решил создать себе помощника?»

Впрочем, сейчас было не до раздумий. Но и у Харона имелся козырь в рукаве.

— Удачи, — ровным тоном ответил лидер «Монолита», молниеносным движением выхватив из кармана пульт и вдавив кнопку. Из здания заправки послышался металлический лязг, а за ним последовал низкий рык. Пара секунд — и в дверном проеме появилось крупное черное существо.

Создавая Гончую, Хозяева позаботились о многом. На нее не реагировали вирусные датчики. Она не трогала монолитовцев — и теперь избрала своей целью единственное присутствующее рядом живое существо, которое не было запрещено атаковать.

И Гончая незамедлительно атаковала Тенебриса.

— Отряд, выдвигаемся! — пользуясь тому, что противнику теперь было не до него, скомандовал Харон. — Дуб, Изотоп, остаетесь следить за обстановкой!

Когда сражаются титаны, простым смертным лучше держаться подальше.

Тенебрис был готов ко многому. Но точно не к этому. И вот теперь отдаленно похожая на химеру черная бестия явно рассматривала его в качестве своего обеда, с чем сам дозоровец категорически не был согласен.

Кем бы ни являлась эта тварь, она явно была опаснее многих мутантов, с которыми Тенебрису доводилось встречаться. Явно не стоило ее недооценивать.

Когда бестия прыгнула, бывший монолитовец отскочил в сторону, и тело зверя пронеслось мимо. Послышался разочарованный рык монстра, страшные когти которого взрыли почву вместо того, чтобы сбить с ног предполагаемую жертву. Мгновенно развернувшись, тварь вновь атаковала.

Тенебрису вновь пришлось уворачиваться — желания знакомиться с внушительными когтями и мощными челюстями у него не было. Дальнейшее напоминало стремительную пляску со смертью. Очередной уход в сторону — и в этот миг в плечо дозоровца ударила пуля, едва не сбив его с ног. Пройди она навылет, и мутант бы, максимум, пошатнулся, но кто-то очень меткий угодил в кость. Зашипев не хуже змеи, Тенебрис вскинул голову — и увидел на крыше заправки бойца «Монолита».

Эта заминка едва не стоила Тенебрису жизни. Сильный удар сбил его с ног. Бестия придавила противника к земле, стараясь лишить его возможности сопротивляться. Она уже могла бы расправиться с бывшим монолитовцем, но не спешила с этим, словно растягивая удовольствие.

Тенебрис с трудом перехватил тварь за горло левой рукой, стараясь удержать ее на расстоянии. Но когти не пробили шкуру клыкастой смерти. Кое-как высвободив вторую руку, мутант полоснул когтями по брюху твари, но вновь лишь оставил неглубокие порезы. Увы, из такого положения невозможно было нанести достаточно сильный, чтобы пробить брюшную стенку, удар.

— Да что ты такое?! — прошипел дозоровец.

А затем он, словно в замедленной съемке, увидел, как из тела твари выходят такие знакомые жгуты биомассы. Бестия способна поглощать?! Более того, похоже, она намеривалась поглотить его.

«Черта с два!»

У мутанта оставался последний шанс, и он намеривался им воспользоваться. Пока бестия продолжала тянуть время, щупальца биомассы пробежали по телу бывшего монолитовца, а затем… затем оно словно взорвалось изнутри — из него вышло больше десятка толстых длинных шипов, искалечив тварь и отбросив ее в сторону.

Шипы втянулись, и Тенебрис, тяжело дыша, поднялся на ноги. Эта атака сильно его измотала, но своего он добился — бестия, израненная и почти разорванная пополам, лежала в нескольких шагах от дозоровца.

Вот только она не собиралась подыхать — более того, стремительно регенерировала!

— Знаешь… А ну тебя на хрен, — проговорил Тенебрис, а затем сорвался с места. Люди неспособны передвигаться с такой скоростью, но бывший монолитовец вот уже год не являлся человеком.

Преследовать Харона не имело смысла — Тенебрис даже не знал, в каком направлении тот успел уйти. Сейчас куда важнее было предупредить командование о ручной зверушке монолитовцев.

Харон боялся.

Ему стыдно было это признать, но теперь он боялся Тенебриса. И для этого были причины. Предатель и раньше был великолепным бойцом — но теперь он заполучил такую силу, что у лидера «Монолита» попросту не было шансов выжить в схватке с ним.

В этот раз Харона спасло стечение обстоятельств — Гончая, повинуясь ментальному приказу Хозяев Зоны, пришла в лагерь монолитовцев, где должна была дожидаться транспортировки в Красную Зону, где ее создали. Но вмешательство ставшего мутантом Тенебриса внесло свои коррективы в планы, и Эндрю Рок этому точно не обрадуется. Харону теперь придется отчитываться об этом инциденте и лишь надеяться на то, что бывший гентековец примет во внимание сопутствующие обстоятельства. В противном случае головы полетят в прямом и переносном смысле.

Пока же следовало добраться до Мертвого Города — и надеяться на то, что Гончая сожрет предателя.

Раны Гончей уже затянулись, но на смену боли пришел зверский голод. Ей необходима была биомасса — и совсем рядом бестия видела ее источник. Двое людей в здании заправки.

Какое значение имеет то, что хозяин не позволял трогать их?

Никакого. Из приоткрытой пасти Гончей вырвался низкий рык. Контроль над ее волей словно ослабел — и теперь она собиралась утолить голод двумя монолитовскими бойцами.

Вечер, Мертвый Город

К вечеру поднялся сильный ветер, небо затянули рваные тучи. Накрапывал мелкий дождь — даже не дождь, морось, размазавшая очертания деревьев и зданий.

Наверно, сейчас никто в Зоне не знал, как когда-то назывался поселок городского типа, ныне прозванный Мертвым Городом. Кто-то говорил, что до катастрофы в восемьдесят шестом году населенный пункт гордо именовался Свободный Путь, но другие считали, что это выдумка.

Так или иначе, но нынешнее название подходило ему куда как больше. Во-первых, как еще назвать город-призрак, слепо пялящийся в небо черными провалами окон, словно пустыми глазницами? Во-вторых, по неизвестной причине в поселок со всей Зоны стекались зомби.

Нет, по пустынным улицам разгуливали вовсе не кадавры, лишившиеся разума и личности, но при этом вполне живые. Это место, словно магнит, притягивало к себе оживших мертвецов — отвратительных разлагающихся тварей, уже слабо напоминающих людей, которыми они когда-то являлись.

И вот сейчас мертвецы словно сорвались с цепи — шарахались по территории поселка, иногда нападая друг на друга. Улицы Мертвого Города больше всего напоминали кадры из фильмов про зомби-апокалипсис.

— Похоже, «сборки» работают, — тихо заметил Алекс. — Они нас не видят.

— Не сглазь, — шикнул на него Макс. — Ну, шевелитесь!

Отряд медленно двигался через переулки. Целью была панельная шестиэтажка, самое высокое здание в поселке, к тому же, стоящая на возвышенности. Отряд снайперов к началу штурма должен был занять господствующую высоту так, чтобы наемники ничего не заметили. И главной составляющей этого плана был Алекс Мерсер.

Главный расчет был на то, что детекторы жизненных форм не отличали человека от зомби. Поэтому сталкеры, занимая позиции в зданиях, медленно, чтобы не выдать себя, передвигались небольшими группами, держась неплотно. Еще один отряд должен был проникнуть на базу наемников через коллекторы — разведчики выяснили, что туннели практически не охраняются из-за обжившего их аномального растения, родственника дерева-кукловода, но по виду напоминающего бахрому из корней. Это растение так же выделяло газ, но, в отличие от воздействия дерева-кукловода, он не усыплял жертву, а убивал ее меньше, чем за минуту, при этом дезориентируя. Потому бойцам, отправившимся под землю, пришлось найти костюмы с замкнутым циклом дыхания.

— Здесь, — шепнул Змей, когда отряд добрался до узкого проулка между стеной шестиэтажки и бетоным забором. — Алекс, давай.

Мерсер кивнул, и, перекинув через плечо моток троса, отрастил когти. Его задачей было незаметно подняться на крышу и убить находившихся там бойцов Синдиката, не привлекая при этом лишнего внимания.

Для восхождения отряд выбрал глухую стену с торца здания — ее не было видно из контролируемой наемниками части города. Благо, как раз со стороны этой стены находился гаражный кооператив, в котором не было никого, кроме зомби.

Алекс надеялся, что находящиеся наверху бойцы Синдиката не услышат скрежет когтей по бетону — или не обратят на него внимания. В конце концов, по улицам слонялись толпы хрипящих и мычащих ходячих трупов, которые рвали на части и пожирали своих же собратьев, скребли стены зданий и закрытые двери. Зрелище было весьма отталкивающим, как и запах — казалось, весь город провонял смрадом разложения, и, не будь у Мерсера за плечами трех недель в зараженном Нью-Йорке и года сталкерства, его наверняка бы стошнило.

«Мерзость».

Добравшись до верха, мутант сперва прислушался, а затем осторожно подтянулся на руках и заглянул через бортик крыши.

То ли наемники не ждали, что кто-то может на них напасть, то ли считали, что этого достаточно для контроля над городом, но крышу охраняли всего два бойца. Более того, оба они стояли к Алексу спиной.

«Вот идиоты».

Все же, скорее всего, Синдикат просто не предполагал, что кто-то нагрянет к ним с недружественным визитом, да еще во время активности зомби. И это стало роковой ошибкой бойцов.

Алекс вновь скрылся за бортиком и нарочито громко скребнул по нему когтями. Расчет оказался верен.

— Слышал? — встрепенулся один из наемников.

— Это зомбаки внизу, — ответил второй. — Успокойся.

— А по-моему, надо проверить, — не унимался первый.

— Охота — иди проверяй. А я останусь на месте и буду смотреть, куда приказано. Чего ты ожидаешь увидеть в гаражах?

Послышались шаги. Алекс, боясь выдать себя, задержал дыхание, глядя вверх, ожидая с минуты на минуту увидеть врага.

И увидел — через несколько секунд на фоне неба появилась фигура наемника, заглянувшего через край крыши. Раньше, чем он успел издать хоть какой-то звук, когти Мерсера пронзили его насквозь. Рывок — и его тело отправилось в полет по направлению к земле. Все произошло в какие-то доли секунды — боец не успел даже закричать.

— Эй, что там?.. — похоже, второй наемник в это время смотрел в другую сторону и не заметил произошедшего. Зато сразу понял, что его напарник куда-то исчез с крыши. Наемник подбежал к месту, где прятался Алекс, и повторил судьбу своего товарища — разве что его Алекс сбрасывать вниз не стал.

Вернув рукам нормальный вид и перебравшись через бортик, Мерсер первым делом сломал наемнику шею, а затем уже привычно коснулся его головы. Информация, полученная из воспоминаний бойца, весьма ободряла: Синдикат действительно не ждал нападения и во время периода агрессивности зомби здорово ослабил бдительность. Но было и то, что совсем не радовало: на базе присутствовал отряд «Монолита».

Алекс, приняв облик наемника, осмотрелся, но, похоже, нападение осталось незамеченным на других точках. На всякий случай просмотрел последние записи на ПДА покойника — нет, никто не спешил поднимать тревогу. Да и никаких световых и прочих сигналов видно не было.

Пока что все шло по плану. Закрепив трос и проверив узел, мутант скинул свободный конец вниз. Оставалось надеяться, что у других отрядов все тоже шло по плану

Под землей

Бывшая канализация Мертвого Города представляла собой весьма сюрреалистическое зрелище. Стены покрывала бахрома из каких-то корнеподобных отростков, беспрерывно шевелящихся. Под ногами хлюпала какая-то жижа, и Джеймс не вполне был уверен в том, что это просто вода или грязь. Забрало шлема и встроенный прибор ночного видения — фонари решили не использовать — скрадывали цвета, делая все это еще больше похожим на иллюстрацию к какому-нибудь ужастику. Часто попадались останки, похожие на человеческие — должно быть, зомби время от времени проваливались в туннель через люки и становились жертвами хищного растения, которому, видимо, было все равно, чем питаться, живыми существами или мертвечиной.

Ничего опасного, не считая растительности, отряд пока что на своем пути не встретил. Джеймс жадно прислушивался, готовый услышать хлопки выстрелов. В определенное время снайперы должны будут открыть огонь, и это послужит общим сигналом к атаке. Оставалось надеяться, что они успеют вовремя добраться до базы наемников.

Благо, Новиков расстарался и нашел старый план канализации поселка. Сверив его с картой самого Мертвого Города, сталкеры прочертили маршрут, который должен был привести основные силы к базе наемников.

На развилке туннелей они столкнулись с двумя наемниками — к счастью, их удалось отправить к праотцам раньше, чем те успели пострелять, тем самым подняв тревогу.

— Придурки, — негромко фыркнул Воробей. — Всего два охранника?

— Должно быть, они решили не тратить фильтры, — предположил Шрам, возглавлявший отряд. — Растение в туннеле — само по себе отличная защита.

Вскоре они добрались до люка, ведущего наверх. Теперь оставалось дождаться сигнала.

И через несколько минут он прозвучал — даже сквозь толщу земли донеслись звуки перестрелки.

— Слышите? — спросил Воробей. — Похоже, наши приступили.

Наверху

Змей не смог сдержать злорадной ухмылки, вышибая мозги очередному наемнику. Для него эти «солдаты удачи» являлись давними ненавистными врагами, и свободовец видел в них лишь цели, которые необходимо было уничтожить. Наемники уже заметили нападение и теперь отстреливались, но к этому времени многие бойцы на крышах уже были убиты. Атака сталкерского союза застала Синдикат врасплох.

Пока снайперы занимались наемниками на крышах, остальные отряды выдвинулись по направлению к базе СНС. У сталкеров было преимущество помимо внезапности — зомби игнорировали их, в то время как наемников, появись они на улицах, немедленно бы атаковали.

Скоро можно будет спуститься вниз — и Змей от души надеялся, что главаря наемников не прикончат без его непосредственного участия.

«Ничего, сволочь горбоносая, скоро посчитаемся».

— Что это? — услышав приглушенные звуки стрельбы, вскинула голову задремавшая было Майя. — Там стреляют?

Маргарет прислушалась.

— Похоже, что да, — кивнула женщина. — Тот наемник что-то говорил о возможном нападении. Остается лишь надеяться, что те, кто напал на базу, не собираются нас убивать.

В этот момент потайная дверца открылась, и в помещение заглянул вытащивший их из тюрьмы, чтобы запереть здесь, наемник.

— За мной, быстрее! — тоном, требующим беспрекословного подчинения, произнес он. — Базу атакуют сталкеры. Если удастся переправить вас к ним, у вас будет шанс выбраться из этого кошмара.

— Откуда такая уверенность? — с подозрением взглянула на него Маргарет. Но наемник неожиданно улыбнулся краешком губ:

— Потому что среди них отец Майи.

— Отряд, рассредоточиться! — приказал Квазар. Его бойцы захватили второй этаж здания как раз напротив базы Синдиката, и теперь от цели их отделяли только заполненная зомби улица и запертые ворота. — Занять позиции! Гранатомет сюда!

База наемников — несколько примыкающих друг к другу строений, обнесенных по периметру бетонной стеной, — прежде могла бы показаться неприступной крепостью. Но не теперь — учитывая, что сейчас обстоятельства складывались в сторону сталкеров.

«Не сглазить бы», — невольно подумал Квазар.

На отряд под командованием Квазара возлагалась немаловажная задача. Старые железные ворота базы наемников, в данный момент закрытые, не были особо прочными, и служили, главным образом, для защиты базы от зомби. На улице под стенами логова Синдиката, привлеченная шумом, собралась огромная толпа ходячих мертвецов. Если снести ворота, вся эта толпа попрет на территорию базы, тем самым посеяв хаос.

Отряд Квазара прикрывали несколько групп бойцов, занявших позиции на крыше того же дома и в соседних зданиях — они отвлекали огонь наемников на себя. Тянуть время не стоило.

Корсар с реактивным гранатометом в руках замер возле одного из окон, ожидая команды.

— Приготовься, — кивнул ему Квазар. — Все — огонь!

Бойцы тут же открыли огонь по засевшим на противоположной стороне улицы врагам. Это был отвлекающий маневр — оттянуть на себя огонь противника, чтобы те не успели вовремя обратить внимание на гранатометчика.

Рикошет ударил в стену совсем рядом с Квазаром, выбитая бетонная крошка оцарапала щеку долговца. Один из бойцов упал замертво возле своего окна с пулей в голове. Еще один скорчился, прижимая окровавленную ладонь к правому боку. Квазар словно видел все это в замедленной съемке, а звуки как будто перестали существовать. Еще одна пуля прорезала воздух совсем рядом. Но боец не мог отойти от окна, как и весь его отряд. У них есть задание, от которого, возможно, зависит исход всего боя, и они обязаны его выполнить. Других вариантов нет.

Обернувшись к Корсару, Квазар приказал:

— Сейчас!

Тот вскинул свое убийственное оружие, появляясь в окне. Несколько секунд — и на улице прогремел взрыв.

Квазар мельком глянул в сторону входа на базу — и не смог сдержать чувства торжества: створки ворот были смяты и сорваны с петель, и на территорию логова Синдиката уже лезли мертвецы. Часть внимания наемников уже поглотила новая проблема, чем не преминули воспользоваться сталкеры, усилив огонь по вражеским позициям.

— Так вам, ублюдки! — выкрикнул кто-то из бойцов, и в душе Квазар был полностью с ним солидарен.

Наемник рухнул на пол, сраженный выстрелом, рядом с трупами двух своих товарищей, и Джеймс перезарядил оружие. Этих троих он и Воробей отправили на адскую сковороду в считанные секунды, застав их врасплох: похоже, отбивающие нападение снаружи бойцы Синдиката не ожидали, что враг разгуливает уже внутри базы, попав в подвал одного из зданий через канализацию. Вот только теперь нужно было еще найти выход наверх.

Где-то здесь, в этом комплексе, была Майя.

Хеллер и Воробей осмотрели помещение — но, увы, оно оказалось тупиковым.

— Думаю, надо вернуться к остальным, — предложил молодой сталкер. Джеймс кивнул.

Выбравшись из коллектора, отряд избавился от шлемов, вроде тех, что носили ученые. Защищали они все равно неважно, и, к тому же, здорово ограничивали обзор. А это было совсем некстати.

Джеймс и сталкер, проверявшие боковое ответвление, вернулись в основной коридор. Там их ждал остальной отряд.

— Ну? — осведомился Шрам.

— Тупик, — Воробей развел руками.

— Значит, нам дальше.

В конце концов, коридор привел «диверсантов» к лестнице, ведущей наверх. На первом этаже они сразу же наткнулись на пятерых «солдат удачи». Бой вышел коротким, к тому же, оружием сталкеров была внезапность. С их стороны получили легкие ранения два бойца, но и наемников удалось уничтожить. Они не ждали, что отряд сталкеров появится из подвала за их спинами. Может, в какой-то мере это и было подло, но сейчас было не до благородных размышлений. Разгром Синдиката был, без преувеличения, вопросом жизни и смерти.

Выглянув в маленькое зарешеченное окно, Воробей сообщил, что во двор уже ворвались два или три отряда, пользуясь тем, что наемники вынуждены были отвлечься на зомби.

— Отлично, — кивнул Шрам. — Большая часть наемников сейчас во дворе и на крышах. Разд… — он не договорил: запертые изнутри двери вышибло мощным ударом — Хеллер явно расслышал характерный звук сработавшего «Трамплина». Аномальная граната?

— Здесь свои! — крикнул Воробей. — Не вздумайте палить!

— Леха, ты, что ли? — послышался с той стороны голос Змея. Пыль уже улеглась, и теперь Хеллер мог разглядеть союзников снаружи. Рукотворная аномалия сработала еще раз и исчезла, после чего группа из шести человек присоединилась к отряду Шрама. Среди них были Алекс, Дана и Стрелок.

— Вы прорвались, — со вздохом облегчения констатировал Мерсер, хлопнув Воробья по плечу. Тот улыбнулся:

— Вы, я вижу, тоже. Ну что, зададим жару этим ублюдкам?

— Иначе зачем мы сюда пришли? — глаза Стрелка горели боевым азартом. — Погнали!

— Они уже в здании, — ровный тон Харона резко контрастировал с напряженной обстановкой.

— Я это знаю, — Душман едва сдержался, чтобы не выругаться. Все летело к чертям из-за его недогляда. Но разве можно было ожидать, что этот сброд способен провернуть такое?

— О, я рад, что ты в курсе, — язвительно заметил лидер монолитовцев, после чего приказал одному из своих бойцов: — Выпускайте.

— Но… — Душман сразу сообразил, кого имел в виду монолитовец. Те контейнеры… какие бы твари не сидели внутри, они явно опасны и для обороняющихся. — Черт бы тебя драл, Харон! Ты решил вбить в крышку нашего гроба последний гвоздь? Эти твои твари первым делом сожрут нас!

— Это не мои проблемы, — голос Харона был градусов на пять выше абсолютного нуля. — Не забывай, здесь я командую. И, в конце концов, это ты позволил сталкерам громить базу, — и вновь обернулся к своим подчиненным: — Выпускайте.

Прорвавшись на второй этаж главного здания комплекса, расширившийся отряд Шрама пробился к окнам над главным входом в комплекс, отбросив от них наемников. Одной проблемой меньше — теперь огонь по атакующим с этой точки прекратился.

«Теперь вы уже не такие самоуверенные, а, засранцы?»

Алекс окинул взглядом поле боя. Сейчас силы врага сосредоточились, главным образом, на крышах, но это не значит, что в здании не осталось наемников. Скорее всего, их тут еще предостаточно. Но пока что нужно было прикрыть прорывающиеся на территорию базы Синдиката отряды, а уже потом можно будет приступать к зачистке.

Затрещала рация — с началом штурма сталкеры стали использовать связь, опасаясь делать это раньше — переговоры могли поймать наемники, и весь план полетел бы псевдособаке под хвост.

— Всем соблюдать осторожность, — судя по голосу, говорил Петренко. — Возле ворот «Детонатор».

«Детонатор»… Страшная аномалия. Алексу несколько раз доводилось видеть ее, но не в действии. Однако о том, какую угрозу несла коварная ловушка, он прекрасно знал. Оставалось надеяться, что в пылу боя никто не влетит в нее, забыв об аномалиях. «Детонатор» опасен и на расстоянии — радиус его действия превышает размер самой ловушки почти вдвое.

«Черт! А если в нее забредет зомби?!»

Эта опасность была вполне реальной — тупой мертвяк просто неспособен заметить и обойти опасное место.

— Что за «Детонатор»? — между делом поинтересовался Хеллер, выцеливая кого-то во дворе.

— Гравитационная аномалия, — пояснил Змей. — Не слышал? Рвет жертву и всех, кто оказался рядом, на части. Справа! Наемники в окнах!

Да, бойцы СНС не теряли времени зря — несколько наемников заняли позиции в двухэтажном строении справа от главного здания. Впрочем, сталкеры их тоже заметили.

Сосредоточившись на наемниках, Алекс не сразу понял, что за крупное серовато-розовое существо выскочило вдруг из прохода между зданиями. Издав такой знакомый рык, оно бросилось на людей, в считанные секунды растерзав двух чистонебовцев, после чего задрало окровавленную морду вверх. Взгляд маленьких глазок остановился на занявших позиции у окон бойцах.

«Нет! Только не здесь, не сейчас!»

— Охотник… — выдавил Алекс, глядя на чудовище.

Манул сперва даже не сообразил, что именно произошло метрах в двадцати от него. Только что бойцы вели перестрелку с наемниками в окнах и на крышах, а теперь вдруг послышались крики, беспорядочная стрельба и свирепое рычание. Свободовец не сразу понял, что это появилось во дворе — и только потом разглядел тварь размером с химеру, покрытую голой склизкой шкурой. И эта тварь на его глазах разорвала какого-то вольного сталкера пополам. Манул не успел даже вскинуть оружие — одним прыжком монстр перескочил ограду комплекса, и теперь его рычание слышалось на улице.

«Что это, мать его?!»

А вот еще одна точно такая же бестия одним ударом лапы отшвырнула в сторону зомби, словно футбольный мяч, и… взбежала по стене двухэтажки, запрыгнув в одно из окон, из которых вели огонь наемники. Бойня продолжилась уже там — откуда бы ни взялись эти существа, похоже, им было абсолютно все равно, кого атаковать. Сверху кто-то кричал, призывая дробить монстрам суставы. Ага, легко сказать — только попробуй-ка попади в колени или локти бешено носящейся бестии!

Откуда взялись эти гадины?! За все время, проведенное в Зоне, Манул не то, что не сталкивался — даже никогда не слышал о подобном. Но кем бы ни были чудовища, они явно не слабее химер. И ничуть не менее опасны.

Рычание послышалось сверху. Подняв голову, Манул невольно сглотнул: на крыше главного здания замерла еще одна зверюга. Размерами она, похоже, превосходила остальных бестий втрое, а то и вчетверо, кожа ее имела серый цвет, а глаз, кажется, не было вовсе. И это порождение ночных кошмаров задрало морду к небу и испустило громовой рык.

На крышах справа и слева показались еще два урода помельче. А серый исполин прыгнул вниз.

Когда в окне прямо перед Алексом внезапно появилась морда охотника, парень и сам не понял, как у него вышло среагировать мгновенно. Правую руку он трансформировал в «клинок» сразу же, как только заметил бестий — и вот теперь, увидев врага прямо перед собой, он рефлекторно нанес удар. «Клинок» снес голову охотника, и агонизирующая туша рухнула вниз.

— Ловко ты его! — присвистнул Воробей, но Алекс только покачал головой:

— Случайность. С остальными не выйдет так легко.

Джеймс, нужно отдать ему должное, среагировал быстро — все-таки у него за плечами были бои с подобными тварями, и он знал, что делать. Высунувшись в «свое» окно, бывший морпех заорал во всю глотку:

— Стреляйте им по суставам! Потом разносите бошки!

Беспорядочная стрельба послышалась и наверху — видимо, охотников было больше двух, и они не видели разницы между сталкерами и наемниками — и те, и другие были для них лишь ходячими кусками мяса. А затем где-то на крыше послышался грозный рык, и… вниз спрыгнуло огромное серое чудовище. Оно напоминало охотника, но было куда как мощнее, глаза отсутствовали, зато имелся второй рот на макушке.

— Черт! Это вожак! — крикнул Алекс, глядя на то, как монстр рвет на части без разбору зомби и замешкавшихся бойцов. Четверо долговцев, которыми, как заметил Мерсер, командовал полковник Петренко, поливали тварь огнем, но без толку. Стремительный рывок — и тварь раскидала бойцов в стороны, будто кегли. Петренко почти в упор выпустил короткую очередь, и правая передняя лапа твари подогнулась — кажется, пули повредили сустав.

Но за эту нанесенную чудовищному противнику рану полковник жестоко поплатился. Миг — и челюсти вожака с мерзким хрустом сомкнулись на теле долговца, отхватив голову вместе с шеей и частью грудной клетки.

Если не убить этого монстра, он перебьет всех, кто здесь находился.

— Займитесь остальными! — обернулся к товарищам Мерсер. — Я попытаюсь убить вожака.

— Алекс, нет! — рванулась вперед Дана, но поздно — Алекс, перемахнув через подоконник, спрыгнул вниз.

— Змей! — к свободовцу подбежал Стрелок. — Дай мне «сборку»! Если мы искалечим этой твари лапы, сможем ее убить!

— Держи! — Змей протянул другу пробирку. — Это должно сработать, — откуда-то из коридоров за спинами сталкеров послышалось уже знакомое рычание. — Один в здании!

Отряд мгновенно занял круговую оборону.

— Я помогу Алексу! — Игорь дернулся было в направление окна, но вовремя заметил, что его маневр почти повторила Дана.

— Я тоже, — заявила девушка. — Не хочу сидеть и смотреть, как вас убивают.

Она боялась, ее голос дрожал, но взгляд горел решимостью. Стрелок вновь невольно восхитился готовностью этой еще в недавнем прошлом простой обывательницы, несмотря ни на что, рискнуть жизнью ради близкого человека.

На миг Игорь представил, как эту самоотверженную девушку терзают охотники — и тряхнул головой, отгоняя этот образ. Нет, он не допустит этого.

— Нет, — он сжал плечо Даны, удержав ее, и взглянул ей в глаза. — Не надо. Лучше прикрой нас огнем отсюда. И… береги себя.

— Не вздумайте умереть, — тихо ответила Дана. — Вы оба.

Стрелок ободряюще кивнул девушке и последовал за Алексом.

Змей зло улыбнулся.

— Мы так и будем стоять здесь, или займемся ублюдком, который бегает по зданию?

— Макс, Шелест, Дана, остаетесь здесь со мной — займемся тварями на улице, — приказал Шрам. — Остальные — убейте зверюгу в здании, пока она не явилась сюда. Змей, ты за старшего.

— Есть, командир, — свободовец шутовски козырнул.

— А-аа, черт с вами со всеми! — воскликнул Воробей и, к полной неожиданности остальных, тоже спрыгнул вниз.

Оказавшись внизу, Леха Воробей быстро осмотрелся. Людей во дворе почти не осталось — видимо, заметив тварей, бойцы попытались укрыться в зданиях. Зато зомби налезло предостаточно. Вот один из мертвецов, неуклюже присев на корточки, ухватил полусгнившими руками чьи-то разбросанные по потрескавшемуся асфальту кишки и принялся запихивать их в рот. Два других, опустившись на четвереньки, жрали изуродованный труп наемника, смачно чавкая.

— Нежить чертова… — не без отвращения протянул молодой сталкер.

Но сейчас были и куда более серьезные проблемы — например, целых два охотника, вновь спрыгнувших на двор — и, кажется, собиравшихся напасть на Алекса и Стрелка, отвлекавших на себя вожака.

Если твари нападут, у друзей Воробья не останется шансов на победу.

Нужно было срочно что-то делать, но что? Что он, Воробей, мог противопоставить этим бестиям, которых видел впервые? У него даже не было «сборок», как у Змея. Единственное, что он мог — стать закуской для охотников, выиграв таким образом несколько секунд.

«Нет уж, черта с два!»

Нет, молодой сталкер не собирался становиться жертвой этих чудовищ. В конце концов, хоть они сильные, быстрые, смертоносные и живучие, но, по сути, животные — причем тупые животные! У них не было человеческого разума, способного к оценке, анализу и изобретательности.

«Думай, мать твою!»

Хотя на самом деле с момента экстренного спуска со второго этажа во двор не прошло и пяти секунд, Воробью казалось, будто прошла целая вечность. Ему казалось, что он что-то упускает, только вот что?

Он вновь подумал о «сборках» — аномалия наверняка смогла бы нанести охотникам серьезные увечья…

«Точно! Аномалия!»

Воробей совсем забыл про «Детонатор»! Вон он — слева от ворот на лишенном асфальта пятачке серебрилось пятно неправильной формы. Только по счастливой случайности туда еще не влез какой-нибудь ходячий мертвец.

Стремглав кинувшись к аномалии, Воробей встал за ней и, вскинув автомат, выстрелил в одного из охотников. Пули попали в бок, и, похоже, не нанесли твари вреда, но разозлили. Охотник испустил низкий рык.

— Эй, ты! — крикнул сталкер. — Иди сюда, гребаная ошибка природы!

На его окрик обернулся и второй охотник — а затем оба монстра бросились к Воробью.

Парень предусмотрительно отбежал назад — как раз за миг до того, как бежавший первым монстр влетел в «Детонатор». Послышался громкий щелчок, и тело бестии взорвалось. В стороны разлетелись кровь и мелкий фарш из мяса, костей и внутренностей.

Второго охотника зацепило разошедшейся за пределы аномалии волной. Прилично зацепило — оторвало левую переднюю лапу, сильно искалечило правую, разорвало живот, выворотив внутренности, и, судя по неподвижности задних конечностей, перебило позвоночник. Однако охотник был еще жив.

Обогнув «Детонатор», Воробей подбежал к бестии и выпустил ей в череп остаток магазина. Перезарядив автомат, он продолжил стрелять до тех пор, пока об башки охотника не осталось только кровавое месиво.

— Ну что, съели, суки? — риторически поинтересовался молодой сталкер для острастки, опуская автомат.

Но через миг снова вскинул его, оборачиваясь к друзьям, сражающимся с огромным охотником.

Вожак уже нацелился было на отступающий в здание справа отряд сталкеров под командованием Квазара, когда в его заднюю конечность не слишком глубоко, но весьма болезненно впился «хлыст», заставив мигом пересмотреть приоритеты и обернуться к Алексу.

Мутант поспешил втянуть «хлыст» и заменить его на «клинок», отрастив на левой руке когти. Зверюга могла бы сократить разделявшее ее и Мерсера расстояние одним прыжком, но вместо этого неспешно двинулась к парню. Или не могла? Алекс заметил, что бестия припадает на правую переднюю лапу — ту самую, что успел повредить перед смертью храбрый полковник Петренко. Что ж, Мерсер постарается, чтобы жертва долговца оказалась не напрасной.

А вот дальше все пошло совсем не так, как планировал Алекс. По левую руку от него появился Стрелок — и бросился к вожаку охотников, сжимая что-то в руке.

— Стой! — крикнул мутант. — Он тебя сожрет, придурок!

Но куда там! Оказавшись в нескольких метрах от твари, сталкер швырнул в нее предмет, который держал в руке. Предмет оказался пробиркой — она разбилась точно под брюхом твари. А затем послышался хлопок сработавшего трамплина, и гигантского охотника аж подбросило. Рукотворная аномалия разрядилась еще раз. Монстр неуклюже плюхнулся на асфальт, но тут же поднялся — правда, как заметил Алекс, с немалым трудом. Должно быть, гравитационная аномалия все же нанесла бестии серьезные травмы.

— Алекс, я его отвлеку! — обернувшись к другу, скороговоркой скомандовал Стрелок. — А ты бей!

Времени на раздумья не было. Мерсер видел, как Стрелок, отбежав в сторону, выпустил в вожака короткую очередь.

— Эй, я здесь! Давай, гребаная скотина, иди к папочке!

Глухо зарычав, вожак двинулся в его сторону, но получалось это у него далеко не так ловко, как в начале боя.

Не теряя ни секунды, Алекс, подбежав к монстру сзади, рубанул по левой задней лапе, рассекая сухожилие. Конечность подогнулась, и Алекс неожиданно для самого себя ловко вскарабкался на спину твари.

— Эй! — Стрелок вновь выстрелил, стараясь не задеть товарища. Сейчас или никогда!

Алекс вонзил когти в плоть твари так глубоко, как смог — это поможет ему удержаться. А затем мутант, не мешкая, обрушил «клинок» на шею вожака.

Бестия взвыла и дернулась, но Мерсер держался крепко. Еще два удара — и в ране уже можно разглядеть разрубленный позвоночник — однако охотник не спешил падать замертво.

«Точно, у него же два позвоночника!»

Следующие несколько секунд оказались для Алекса настоящим испытанием на прочность. «Темный» вцепился в зверюгу мертвой хваткой и продолжал наносить удар за ударом. Вожак ревел и изо всех сил старался скинуть мутанта, но, к счастью для Мерсера, из-за травм это у бестии выходило плохо, а перекатиться она не додумалась, хотя парню и так приходилось непросто. Еще удар! Тварь наконец-то перестала бороться и безвольно обмякла — видимо, Алекс наконец-то повредил второй позвоночник.

Когда безобразная башка, наконец, оказалась отделена от тела, мутант облегченно выдохнул и спрыгнул с обезглавленной туши.

— Еще два готовы! — услышал мутант голос Воробья.

— Чертовы психи! — этот голос, дрожащий и полный ужаса, принадлежал Дане. — Только попробуйте еще раз устроить такое!

Харон оглянулся на базу в последний раз. Он слышал крики, рычание и стрельбу. Ему не было дела до того, кто победит — в любом случае, сейчас бойцам обеих сторон есть, чем заняться. И в разорении базы виноват лишь Душман, проворонивший проникновение в поселок сил врага.

«Идиот».

Скорее всего, база в Мертвом Городе теперь окажется потеряна. Но это уже не так важно, ведь план Хозяев вот-вот перейдет к следующей стадии, на которой это место уже не будет играть никакой роли. А Душман… Что ж, в их рядах нет места самонадеянным идиотам.

— Уходим, — кивнул Харон своим людям. Задерживаться среди смертников он не собирался.

Душман пребывал в состоянии, близком к отчаянию. Мало того, что он проворонил врагов под носом, так еще и этот чертов Харон приказал выпустить тварей, которые кидались на все, что шевелится — и их жертвами стали не только сталкеры, но и немало бойцов СНС.

Бой в комплексе все еще продолжался — это можно было понять по звукам. Но лидер Синдиката уже знал, чем он закончится.

При оборудовании базы он позаботился и о том, чтобы в случае захвата комплекса устроить агрессору последний убийственный сюрприз. На базе имелась система самоуничтожения — и теперь настал момент привести ее в действие.

Серия мощных взрывов уничтожит все — и здания, и тварей, и сталкеров. Сам же он успеет покинуть базу через оставленную как раз на этот случай лазейку.

Когда тварь вылетела на бойцов из ответвления коридора, Змей успел только вскинуть винтовку… потому что большего и не понадобилось.

Джеймс Хеллер вновь не сплоховал — по пути он успел достать из рюкзака одну из выданных ему свободовцем еще на Армейских складах «сборку», и сейчас метнул ее в морду охотника. Бестия клацнула пастью, на зубах хрустнуло стекло, и…

— Назад!!! — рявкнул Змей, и сталкеры не стали пренебрегать его советом. Охотник издал панический вопль, а затем верхнюю часть его тела словно вывернуло наизнанку, спрессовало в тугой комок и разорвало, щедро окатив бойцов кровью вперемежку с ошметками мяса и внутренностей.

— Тварь уничтожена, — доложил один из сталкеров по рации.

Алекс не мог сдержать улыбки, видя, что во дворе он и его друзья одержали победу. Но справились ли бойцы с последней тварью?..

Словно только сейчас он услышал, что внутри зданий вовсю шла перестрелка. Сражаясь с охотниками, мутант совсем забыл о наемниках.

«Черт…»

Затрещала рация.

— Все твари уничтожены, — послышался голос Шрама. — Продолжить зачистку.

Услышав это, Мерсер облегченно выдохнул. По крайней мере, одной проблемой стало меньше. Обернувшись к окнам, он кивнул на двухэтажку и крикнул:

— Я туда! — и бросился в здание.

В самом здании бой почти завершился. Алекс быстро отыскал Квазара — тот разбивал отряд на группы.

— Разделиться и обыскать каждый метр! Нельзя упустить главаря!

Вышло так, что Мерсеру пришлось составить компанию долговцу при обыске подвала — благо, эта его часть была не слишком обширной.

Внизу оказалось на удивление тихо — только сверху доносились звуки боя. Здесь же словно и не было никого, зато была хорошая акустика. Потому, дойдя до перекрестка коридоров, долговец и мутант сразу услышали шаги минимум трех человек. Мерсер и Квазар вскинули автоматы — но оказалось, что зря: из-за поворота вышли наемник без маски или шлема — на вид он был чуть старше самого Алекса, — и женщина средних лет, ведущая за руку темнокожую девочку.

Алекс и Квазар сразу же взяли на мушку наемника.

— Ни шагу, — предупредил долговец. Боец Синдиката поднял руки, показывая, что не собирается вступать в бой.

— Стойте! — шагнула вперед женщина. — Он не враг!

Приглядевшись, Алекс узнал ее, пусть та и сильно исхудала и осунулась.

— Мэг? — удивленно спросил он, опуская оружие. Перед ним стояла Маргарет Роузби, его бывшая коллега. Как она здесь оказалась? — Откуда ты здесь?

— Алекс? — в свою очередь удивилась та. — Могу задать тебе тот же вопрос. Что касается меня, то я была в заложниках у Эндрю Рока — помнишь его? — и теперь меня перевели сюда вместе с Майей.

Мерсер перевел взгляд на девочку — та смотрела на него и Квазара со страхом.

— Не бойся, — тихо произнес Алекс, улыбнувшись малышке. — Я друг твоего папы и пришел тебя спасти.

Конечно, пока что Мерсер еще не мог именовать Джеймса другом, но не стоило рассказывать все это испуганной девочке. В том, что перед ним дочка Хеллера, парень не сомневался — таких совпадений быть не могло.

— А он? — Майя ткнула пальцем в долговца.

— Я тоже друг, — неожиданно ответил по-английски Квазар, после чего перевел взгляд на наемника. — А ты кто такой?

— Тот, кому не по душе дела Душмана с Роком и монолитовцами, — ответил тот. — Можете звать меня Хамелеон. Время поговорить у вас будет позже. Пока что лучше выбирайтесь наверх и уводите их, — он кивнул на Маргарет и Майю. — А моя работа выполнена.

Не говоря больше не слова, он развернулся и зашагал обратно по коридору, из которого пришел.

— Он прав, — Квазар нахмурился. — Давайте выбираться отсюда.

Вернувшись к лестнице, Алекс, Квазар и бывшие заложницы наемников остановились, прислушиваясь.

Маргарет шагнула вперед, оказавшись как раз за спиной Алекса, когда позади послышался хлопок.

Мерсер резко обернулся — но только для того, чтобы поймать падающую женщину. Бросив взгляд в коридор, он заметил человеческий силуэт на перекрестке коридоров. Единственное, что можно было сказать — он был одет не в форму наемника.

Квазар среагировал мгновенно, вскинув автомат. Короткая очередь, прогремевшая в замкнутом пространстве почти оглушительно громко, заставила нападавшего отпрянуть за угол.

— Мэг! — Алекс сжал плечи бывшей коллеги. На губах несчастной пузырилась кровь, глаза смотрели куда-то мимо Мерсера. Судорожный вздох — и Маргарет Роузби не стало.

— Тетя Мэгги! — Майя, всхлипнув, сжала тонкими пальчиками ладонь женщины.

— Алекс, — не оборачиваясь, бросил долговец, — бери девочку и выбирайся. Я прикрою.

Мерсер кивнул и, аккуратно уложив тело Маргарет на пол, закрыл погибшей глаза. Поднявшись на ноги, он протянул Майе руку.

— Пойдем, малышка. Я отведу тебя к папе.

Квазар прав — сейчас не время скорбеть. Выбраться и выжить — вот главная задача. У него еще будет время вспомнить погибших сегодня.

— А как же тетя Мэгги? — девочка смотрела на мутанта полными слез глазами. Алекс опустил голову.

— Боюсь, мы уже ничего не сможем сделать. Ну же, пойдем.

— Говорили, что наверху чудовища, — Майя шмыгнула носом.

— Не бойся. Я смогу тебя защитить.

— Да убирайтесь уже, — процедил сквозь зубы Квазар. — Не хватало еще, чтобы этот ублюдок перестрелял нас всех.

Змею повезло — именно они с Джеймсом обнаружили Душмана.

Но чего свободовец точно не ожидал — так это застать свое давнего врага в полной электроники комнате, колдующим над пультом.

— Стой! — сталкер навел на лидера наемников дуло винтовки.

Главарь Синдиката медленно обернулся.

— Змей, — он неприятно улыбнулся. — И Джеймс Хеллер. Какая встреча.

— Бла-бла-бла, — свободовец демонстративно закатил глаза. — Давай-ка сразу пропустим весь обмен любезностями и перемотаем к той части, где мы тебя убиваем.

Однако Душман оставался спокоен, словно двое вооруженных людей, пришедших по его душу, нисколько его не волновали.

— В любом случае, вы опоздали. Я запустил систему уничтожения базы, — он криво улыбнулся, глядя, как изменились выражения лиц свободовца и бывшего морпеха. — Если вы и убьете меня, надолго вы меня не переживете. Через минуту комплекс взлетит на воздух, и вы вместе с ним. Не ожидали?

— Нет, — Змей опустил винтовку. — Но ты блефуешь. Ты ведь не успел запустить систему, верно? Слишком ты боишься за свою шкуру. И у нас тоже есть козырь в рукаве.

Одновременно с этими словами Змей кивнул Джеймсу — и тот, выхватив из кармана разгрузки вторую «сборку», бросил ее в пульт.

Душман едва успел отскочить в сторону, но Змей заметил, как его лицо исказили страх и гнев.

Послышался сухой треск — и высвобожденная из пробирки «Электра» превратила пульт в груду оплавленного и искореженного металла и пластика. Запахло горелой пластмассой, помещение заволокло сизым дымом.

Душман едва успел вскочить на ноги, когда Змей, вновь вскинув винтовку, произвел выстрел с дистанции в несколько шагов, поставив точку в затянувшейся погоне.

Квазар ждал. Неизвестный убийца больше ничем не проявлял себя, но это не значило, что, повернувшись к коридору спиной, долговец не получит пулю. Нет, не стоило спешить.

Когда из-за угла вновь показался агрессор, Квазар опоздал лишь на мгновение: за миг до выстрела враг что-то в него швырнул. А в следующим миг по глазам ударил слепящий свет.

Ослепленный нестерпимо яркой вспышкой, часто моргая, долговец выстрелил наугад, но вряд ли успешно. Зато нападавший оказался более удачлив: зрение едва начало восстанавливаться, когда левый бок бойца пронзила боль. Еще миг — и сильный удар в плечо опрокинул его на землю.

Судя по звуку, агрессор подбежал к поверженному противнику и пинком отбросил в сторону его автомат.

— Какое разочарование, — с издевкой произнес враг. — Я надеялся, что ты окажешься достойным противником.

И Квазар узнал этот голос.

— Флейтист… — с ненавистью процедил он сквозь зубы. — Ты, чертов предатель!..

В темноте послышался тихий смех.

— Предатель? Неверная формулировка. Я никогда не был вашим союзником. И теперь тебе придется отправиться со мной — мое начальство желает пообщаться с тобой лично.