Виктор проснулся ранним утром, чувствуя легкую слабость и боль в оставшейся части руки. Он еще не привык к тому, что у него больше нет левой руки, но каждый день учился справляться с этим. Лазарет был тихим местом, где можно было отдохнуть и залечить раны, но его мысли не давали ему покоя.

Каждый раз, когда София заходила в палату, он чувствовал нечто странное. Она была всегда рядом, поддерживала его, но Виктор начал замечать странности в её поведении. Она слишком хорошо знала о структуре и планах "Чёрного Флага", что иногда вызывало у него подозрения.

— Доброе утро, Вик, — сказала София, входя в палату с завтраком. — Как ты себя чувствуешь?

— Привет, — ответил Виктор, натянув улыбку. — Спасибо, что заботишься обо мне. Уже лучше.

София села рядом с ним, улыбнувшись в ответ.

— Это моя работа, — ответила она. — Мы все должны поддерживать друг друга.

Виктор кивнул, но в голове продолжали крутиться вопросы. Он пытался вспомнить все детали, связанные с её действиями. Её знания о "Чёрном Флаге" действительно казались слишком подробными. Но он знал, что сейчас не время для паранойи.

— София, — начал он, решив задать вопрос напрямую. — Как ты узнала столько о "Чёрном Флаге"? Ты всегда кажешься на шаг впереди.

София немного напряглась, но быстро взяла себя в руки.

— Я много лет работала в разведке, — ответила она спокойно. — Мы всегда собираем информацию, анализируем данные. И иногда просто нужно доверять своей интуиции.

— Понимаю, — сказал Виктор, пытаясь не выдавать своих сомнений. — Просто иногда это выглядит так, будто ты знаешь больше, чем остальные.

— Мы все делаем свою работу, Виктор, — ответила София с легкой улыбкой. — Главное - помнить, ради чего мы это делаем. Ради справедливости и мира.

Виктор кивнул, ощущая, как подозрения начинают ослабевать. София всегда была рядом, всегда поддерживала его и команду. Может быть, он просто слишком нервничал после всех пережитых событий.

— Ты права, — согласился он, расслабляясь. — Спасибо за поддержку, София.

Она улыбнулась и коснулась его руки.

— Отдыхай, Виктор, — сказала она мягко. — Тебе нужно набраться сил для предстоящих заданий.

Когда София вышла из палаты, Виктор снова погрузился в свои мысли. Он пытался сосредоточиться на выздоровлении, зная, что впереди еще много работы. Но мысли о Софии и её знаниях все еще иногда мелькали в его голове.

— Может быть, я действительно слишком подозрителен, — пробормотал он себе под нос, закрывая глаза и пытаясь уснуть.

Дни в лазарете текли медленно. Виктор чувствовал, как его тело постепенно восстанавливается, но фантомные боли не давали покоя. Эти боли были хуже физической раны, невыносимо острые и мучительные.

Каждый раз, когда он закрывал глаза, он возвращался к тому моменту, когда потерял руку. Он снова ощущал, как его пальцы крепко сжимают гранату. Это чувство было настолько реальным, что ему казалось, будто рука все еще на месте, но вот только боль сдавленной гранаты, которая не существовала, приносила невыносимое страдание.

— Сука, — прошептал Виктор, с трудом подавляя крик боли. Он попытался расслабиться, но фантомная рука, словно охваченная судорогой, продолжала сжимать воображаемую гранату.

Он протянул руку к тумбочке, где лежали обезболивающие таблетки. Ему приходилось принимать их каждый час, иначе боль становилась невыносимой. Он быстро проглотил очередную таблетку, надеясь, что она подействует быстрее.

— Так не может продолжаться, — пробормотал он себе под нос, чувствуя, как боль постепенно утихает.

София часто навещала его, принося новости и поддерживая его морально. Они с Марком была единственными, кто знал о его фантомных болях и ужасах, которые он переживал каждую ночь.

— Доброй ночи, — сказала она, входя в палату с небольшой улыбкой. — Как ты себя чувствуешь сегодня?

— Здраствуй, — ответил Виктор, натянуто улыбнувшись. — Лучше, чем вчера. Но фантомные боли не дают покоя.

София кивнула с пониманием, сев рядом с его кроватью.

— Это нормально, — мягко сказала она. — Многие люди, потерявшие конечности, испытывают фантомные боли. Но ты справишься, я верю в это.

— Спасибо, — пробормотал Виктор. — Но это так сложно. Каждый раз, когда я закрываю глаза, я снова чувствую эту ебаную гранату в руке.

— Может быть, со временем это пройдет, — предложила София. — Главное - не терять надежды и продолжать бороться.

— Я стараюсь, — ответил Виктор, пытаясь улыбнуться. — Просто иногда это кажется невозможным.

София взяла его руку, крепко сжав её.

— Ты сильный, Виктор, — сказала она. — Ты справился с таким количеством испытаний. И ты справишься с этим. Мы вместе пройдем через все это.

Виктор кивнул, чувствуя, как слова Софии придают ему силы. Он знал, что впереди еще много работы и испытаний, но он был готов продолжать борьбу.

— Спасибо, София, — сказал он, чувствуя облегчение. — Ты всегда поддерживаешь меня.

— Мы команда, — ответила она с улыбкой. — И всегда будем поддерживать друг друга.

Каждый день Виктор продолжал восстанавливаться, несмотря на мучительные фантомные боли. Он научился справляться с ними, хотя это и было нелегко. Обезболивающие таблетки стали его верными спутниками, и он знал, что без них не сможет функционировать.

Но постепенно он начал привыкать к новому состоянию. Он тренировался, укреплял своё тело и дух, готовясь к предстоящим задачам. Виктор понимал, что путь к выздоровлению будет долгим и трудным, но он был готов преодолеть любые преграды ради справедливости и ради памяти о погибших друзьях.

Каждую ночь, лежа в своей койке, он вспоминал жертв этой войны. Он знал, что они хотели бы, чтобы он продолжал бороться, и это давало ему силы.

— Я справлюсь, — тихо шептал Виктор, закрывая глаза и чувствуя, как боль постепенно утихает. — Ради них, ради всех нас.

И хотя фантомные боли продолжали преследовать его, Виктор знал, что он найдет способ справиться с ними. Ведь он был бойцом, и ничто не могло его остановить.