Я лежал на чём-то колючем. Тесная тёмная комнатка была удостоена лишь одного маленького окошка, через которое пробивался тоненький луч, освещавший две кровати, набитые, по-видимому, сеном, которое вредительски впивалось в тех, кто решался здесь отдохнуть. Я попробовал повернуться и застонал от боли в затекшей шее. Тогда, чтобы не мучиться понапрасну, медленными движениями размял шею, сел и стал оглядывать находящееся рядом с собой убранство. В первый момент я решил, что это – камера или какой-то подвал, в котором меня просто на просто заперли, но, разглядев грубо сколоченную деревянную дверь без замка, немного расслабился. Встав с кровати и потянувшись вверх, что заставило позвонки щёлкнуть, я сделал пару шагов и нащупал пальцами ручку двери, которая была приоткрыта.

Пройдя по короткому тёмному коридору, я вновь попал в главный зал церкви. К этому моменту свечи уже прогорели и ряды деревянных лавок, которыми было уставлено помещение, теперь освещались яркими лучами утреннего солнца, пробивавшегося сквозь вытянутые окна. В самом конце зала обычное окно собой заменял витраж. Отдельные разноцветные кусочки складывались в грубые фигуры людей, а именно мужчины, облачённого в тёмно-красное одеяние, женщины в длинном чёрном платье и ребёнка в голубой рубахе. На голове мужчины, а судя по светлой бороде это всё-таки был мужчина, аккуратно сидела корона с алым, синим и зелёным камнями, у женщины же на голове вырисовывался серебряный обруч с голубыми камнями. Свет без особого труда пробивался сквозь витраж, отбрасывая разноцветные тени на пол комнаты.

Немного постояв в задумчивости и оглядевшись, я дал глазам привыкнуть к яркому свету залы, контрастирующему с темнотой коморки, где мне довелось провести эту ночь, пока наконец не разглядел фигуру, сидевшую на задних рядах лавок. Это был стройный мужчина лет тридцати с гаком, отличавшийся пышными рыжими усами и короткой бородкой. Он смотрел куда-то в пол и задумчиво вертел в руках закрытый шлем с двумя прорезями для глаз и множеством отверстий для дыхания, на котором, к счастью, не было видно никаких крыльев. На моём новом знакомом была широкая тканная рубаха красного цвета, надетая поверх металлического нагрудника, из-под которого выступала кольчуга. На поясе виднелись ножны. Само же лицо мужчины с одной стороны было худым, но имело прямые черты и выглядело весьма аристократичный. Увидев меня, он добро улыбнулся и помахал рукой.  Я помахала в ответ. Положив шлем на лавку рядом с круглым металлически щитом, имевшим пару внушительных вмятин, он встал и направился ко мне. Видимо вот, кто уложил меня в той каморке.

— Здравствуй юноша. — Обратился он громким бодрым голосом, подойдя чуть ближе. — Вижу ты наконец очнулся.

— Здрасьте. А вы кто? — Настороженно спросил я.

Чуть отведя правую ногу назад и приложив руку к груди, незнакомец произнёс:

— Моё имя – Годрик фон Лихтен. А с кем я имею честь говорить?

Рука в толстой кожаной перчатке подалась вперёд.

— Сергей. — Признался я, осторожно пожимая галантно поданную руку. — А вы не могли бы подсказать, где мы сейчас находимся, не беря в расчёт церковь и деревню?

— На Королевском тракте. — Озадаченно ответил рыцарь.

— Ясно. —Произнес я, растягивая слово чуть дольше, чем следовало бы и начал медленно отходить назад.

— А что же столь юный эльф делает один в столь забытом богами месте? — Восстановив бодрость речи спросил усатый рыцарь.

Не могу сказать точно, что конкретно вывело меня из себя. Может это было одним из последствий плохого сна, может всему веной суммарный груз странностей, которые свалились мне на голову в самый неподходящий момент, а может меня взбесила попытка втянуть меня в эту игру в “рыцарей и драконов”. Да, наверное, всё вместе. В конце концов я уже вторые сутки был чёрт знает где, а единственные встреченные мною люди оказались какими-то психами.

— Эльф? Какой я к чёрту эльф? Вы в своём уме? — Сорвался я. — Что вы двое тут устроили? Сначала вывезли в лес, потом чуть не задушили, а теперь это! Я не знаю кто вы и зачем втянули меня в свои идиотские игры ролевиков, но это уже ни в какие рамки! Я терпеть это я не собираюсь! Немедленно отвезите меня в город, или я за себя не ручаюсь! Понятно? — Выпалил я, истратив весь воздух, скопившийся в легких.

— Я не совсем понимаю… — Начал было рыцарь.

— А что тут непонятного? — Бесцеремонно перебил его я. — Как раз тебе всё должно быть кристально ясно. Хватит строить из себя непонятно кого и уж тем более не надо ещё и меня записывать в сказочные твари! Сами хотите этим заниматься – да ради бога, но простых людей то не впутывайте.

— Но у тебя же уши? — Толи с удивлением, толи отходя от моей вспышки гнева спросил усатый рыцарь.

— Конечно уши… — Собирался я продолжить свою тираду, но тут же осёкся.

В этот миг весь мир замер. Как объяснить то чувство, когда дотрагиваешься до собственного уха, так же, как тысячи, нет, десятки тысяч раз до этого, а пальцы касаются его неестественно большого и заостренного аналога? Будто нечто тяжелое падает на шею, и, чтобы сохранить равновесие, приходится сгибаться в три погибели, прижимая голову к деревянному полу. А какая тишина стоит в голове! Ни тебе голосов, ни мыслей, только стук крови и глухие отзвуки сапог спешащего к тебе незнакомца. Голова кружится. Ты пытаешься встать на ноги, но те предательски подкашиваются. Чужие руки подхватывают тебя под плечи и усаживают на лавку. Сквозь туман в твоём сознании доносится какой-то далёкий будто бы прозрачный голос:

― …парень… Ты в порядке? Понимаешь, что я тебе говорю? ― Спросил он, несколько раз щёлкнув пальцами перед моим лицом.

― Да, да. ― Едва слышно ответил я, вжимаясь в спинку лавки.

―  Что это с тобой? ― Поинтересовался усатый рыцарь.

— Всё хорошо… — Ответил я, продолжая ощупывать свои уши.

На них не было ни хирургических швов, ни каких-то синтетических насадок. Я чувствовал касания подушечек пальцев абсолютно одинакова как у мочек, так и на самых кончиках неестественно длинных хрящевых отростков. Всё-таки это были мои уши, настоящие, обтянутые живой кожей. Осознание этого помогло быстрее успокоиться. Дыхание нормализовалось, а мелкая дрожь перестала бить по всему телу. Теперь моя реальность, если и не перевернулась с ног на голову, то как минимум сильно накренилась, правда не ясно в какую именно сторону. Вопросов к странным незнакомцам стало гораздо больше, но хотя бы с первым из них я определился без особых проблем.

— А у вас случайно не найдётся чего-нибудь поесть? — Наконец спросил я.

Уже через несколько минут я сидел напротив своего необычного собеседника, извлекая из маленького кожаного мешочка смесь из орехов, каких-то семян, изюма и вероятно высохшей петрушки. Смесь была сухой, но вполне съедобной, пусть и не слишком приятной на вкус. Перемалывая зубами орехи и ощупывая одно из ушей я изо всех сил пытался вспомнить что привело к моему перемещению в лес. Теперь вспомнились и события предыдущего вечера. Вспомнилась станция метро «Площадь Революции», немой свет электрических ламп и абсолютно пустые перроны. Я начал перебирать все предметы и всех людей, которых я мог бы увидеть тогда. Сознанию нужно было за что-то ухватиться и мне это наконец удалось. Станция не была совсем пуста, нас было шестеро. Все мы были в белых пропитанных потом рубашках и черных брюках.

Чуть ли не бегом мы двигались по эскалатору, опьянённые ароматом спящей столицы. Спустившись на станцию, каждый первым делом на удачу потёр нос бронзовой собаки, невозмутимо сидящей возле своего недвижимого хозяина. Я никогда не верил в приметы, но, когда тебе предстоит поступление в университет ты начинаешь быть суеверен. В трудный момент жизни многие готовы пойти на что угодно, лишь бы с грехом пополам пройти сквозь будущее, не сорвав резьбу. Затем мы ждали поезд, обмениваясь шутками, рассказами о случаях из жизни и планами на будущее. Это был прекрасный вечер для выпускного…

Внезапно из правого тоннеля вместо поезда выскочила тень. Это был человек полутораметрового роста с длинной запутанной седой бородой, которая непременно начала бы путаться у него под ногами, если бы была чуть длиннее. Старик был одет в пеструю желтую мантию, носатые сапоги, а на голове носил что-то вроде чалмы. Весьма необычный наряд для столичного метро. Лишь выйдя на свет он всего за один короткий прыжок оказался на перроне. Мы даже не успели сделать и шага в его сторону, как из тьмы выскочил ещё один, но на этот раз уже высокий и более тёмный силуэт в плаще. В его руках блеснуло что-то металлическое и через несколько мгновений вонзилось в спину старика.

В ту же секунду наша группа рванулась к нападающему. Когда мы подбежали к концу перрона фигура в чёрном плаще уже стояла над стариком и пыталась выхватить из его жилистых оливковых рук какую-то сумку. Четверо парней, опьянённых праведным гневом, накинулись на вора. Тонкий высокий парень в очках – Максим и невысокая худенькая девушка с длинными косичками – Соня остались на месте, набирая номер полиции. Мы же, четверо молодых парней, не вдумывались в происходящее просто стали хватать противника за ноги, шею, пытаясь скрутить ему руки и одновременно с этим били ногами в бока и рёбра. Вдалеке тем временем стал слышится гул электрички. Мы пытались скрутить преступника, но тот без особого труда вырвался из захвата, полоснув кисть Косте и уколов плечо Егору, после чего спрыгнул обратно на рельсы. Из тоннеля тем временем начал бить сконцентрированный электрический свет. В тот миг незадачливый убийца повернул голову к источнику жуткого грохота.

Раздался скрип тормозов и лёгкий треск костей, а поезд медленно затормозил. Всё, что произошло дальше, в моей памяти слилось воедино, превратилось в пёстрый калейдоскоп, набор картинок из старой, потемневшей от времени коллекции открыток. На них была и скорая, и многочисленные сотрудники правоохранительных органов, и отделение милиции вместе с маленьким затемнённым кабинетом, куда по очереди заводили пострадавших для допроса. Вот только в общей суматохе никто почему-то не заинтересовался тем, куда делся небольшой тканный мешок, которой так отчаянна защищал пенсионер в странной одежде…

— О чём задумался? — прервал мои размышления Годрик.

— Да так…  — Отстранённо ответил я.

— Упасть в обморок конечно может каждый, даже храбрейший и достойнейший из смертных, но при мне ты успел сделать это уже дважды. — Годрик слегка усмехнулся.

— Я просто на секунду потерял самообладание… — Начал было я, но тут же осёкся и продолжил уже более спокойным тоном. — Спасибо, что помогли и извините что накричал. Это было очень грубо с моей стороны. — Неловко извинился я.

— Я не держу на тебя зла. — Спокойно произнёс рыцарь. — Любой может потерять над собой контроль, особенно если по пятам за ним идёт опытный следопыт.

— Вы его видели? — Спросил я, уставившись на рыцаря.

— Мы с ним побеседовали. — Отстранённо ответил тот. — Много зим прошло с тех пор, как мне доводилось говорить с таким человеком, как он.

— И кто же он такой? — С интересом спросил я.

— Вурдалак. — Ответил Годрик.

— Вурдалак? — Переспросил я.

—    Вурдалак. — Абсолютно серьёзно ответил он.

Я снова пощупал себя за ухо, после чего спросил:

— А с чего вы это взяли?

— Во, первых такие доспехи, что были надеты на нём, носят лишь упыри и вурдалаки, что бродят по этим краям, да и в церковь войти он так и не решился, хотя очень хотел до тебя добраться. — Ответил Годрик.

— Мда, а ещё он загорелся на солнце. — Смотря мимо рыцаря произнёс я. — Он пытался меня схватить дальше по дороге, а я сорвал с него шлем. Вспыхнул как сухая спичка.

— Теперь понятно его недоброе отношения к тебе и то, откуда у него такие раны. — Хмыкнув сказал рыцарь.

— Как он сейчас? — Спросил я.

— Как для человека – не очень хорошо. — Ответил Годрик. — Пол лица в ожогах и брови сгорели, но на таких как он всё заживает как на собаке, или даже быстрее.

— А что же он вам всё-таки сказал? — Вернулся я к старой теме.

— Много чего. Например, что он идёт по следу вора, похитившего один из магических артефактов его повелителя. Даже обещал денежное вознаграждение и свою вечную благодарность за помощь в поимке преступника...

— Но я ничего не крал да у меня и нет никаких «артефактов». — Попытался было возразить я.

— Очень не рекомендую мне лгать, парнишка. — Ответил рыцарь, извлекая из поясной сумки мой телефон. — Твоё счастье, что он искал какой-то металлический шар, а не магическое зеркало. Меня интересует другое. — Продолжил Годрик, возвращая мне мобильник. — Как так вышло, что ты здесь оказался? Ваши так далеко на север не заходят, если ты конечно с островов, а не из-за горного хребта.

— Да я и сам до конца не уверен… — Ответил я, буравя взглядом тёмную мозаику экрана. Сквозь решетку трещин на меня смотрело привычное мне лицо.

Рыцари, вампиры, мои уши, а теперь ещё и какие-то артефакты вместе с магией. Всё свалилось в кучу, как в плохом кино, но у меня не было ни страха перед всем этими, ни небывалого интереса, лишь лёгкое раздражение, возникавшее где-то в дальнем углу сознание. Конечно я не дурак и не слепец, и понимаю, что уши за ночь сами по себе так не увеличиваются, а люди – не загораются от обыкновенных солнечных лучей, но принять такое объяснение – просто не мог, не хотел. Для меня это было чем-то недостойным и малодушным, а спорить со своим внутренним я, я не привык.

— Послушай. — Произнёс рыцарь, кладя тяжёлую ладонь мне на плечо. — Я не смогу помочь с тем, что тебя терзает, если ты ничего не объяснишь, а твой друг в тёмных доспехах отступать явно не собирается и будет покорно ждать хоть до следующей зимы. — Тот покосился в сторону закрытых дверей церкви.

Оторвав глаза от экрана, я медленно провёл взглядом по блестящему металлическому нагруднику, кольчужному воротнику, пышным рыжим усам и остановился лишь на ожидающих ответа карих глазах. Я не хотел ничего отвечать, мне было по-настоящему противно от мыслей об предстоящем разговоре, но и молчать было нельзя. Как бы странно ни выглядела эта ситуация, как бы мне ни хотелось провалиться под землю прямо на этом самом месте от того, что меня в неё втянули, вернее от того, что я сам втянул себя в неё, вот только теперь вылезти из этого капкана и разобраться в произошедшем без чужой помощи для меня и правда было попросту невозможно. Быть может стоит им подыграть, хотя бы по началу, а как выберусь из леса – видно будет. Всё-таки эти двое – точно не единственные, кто живёт в этих краях.

— Хорошо… — Выдавил из себя я. —Я расскажу всё как было от начала и до конца, только не делайте поспешных выводов. Ладно?

— Клянусь честью. — Пообещал Годрик, убирая руку с плеча и присаживаясь рядом.

— Если говорить по существу, то со мной приключилась одна странная история… Я сам до конца не понимаю, как так получилось, но ещё сегодня, вернее вчера утром я был у себя дома, а потом очнулся уже в лесу…

— И где же твой дом? — Спросил рыцарь, повязывая опустевший мешочек из-под ореховой смеси на пояс.

— В Москве. — Ответил я не успев обдумать вырвавшиеся слова. Какая Москва? Может я и не на Земле уже.

— Где? — Недоумевающе спросил рыцарь.

— Ну город такой есть, но он очень далеко отсюда. — Поспешно объяснил я.

— И как же ты очутился здесь? — Вновь повторил свой вопрос Годрик.

— Несколько дней назад мне и моим друзьям попался в руки вот такой золотой шар. — Я развел ладони примерно на двадцать сантиметров. — Гладкий и ровный со множеством линий и спиралевидных узоров на поверхности. Я никогда ничего подобного не видел. Мы собрались у меня дома и разумеется начали его осматривать и ощупывать. В определённый момент линии на нём начали светится голубым светом, а потом. Потом я очнулся уже здесь.

— А как этот шар «Шар» попал к вам руки? — Недоверчиво спросил Годрик.

— Этого я и сам не знаю. Один мой друг принёс его, а как шар попал к нему – не имею представления. — Соврал я.

Не хотелось признаваться, что именно в мою голову пришла эта идиотская идея: «Сохраню у себя, а потом верну владельцу…» Вот только возвращать клад вскоре уже было некому. Не каждый молодой и здоровый человек сможет пережить такое ранение, а у человека далеко запенсионного возраста продержаться до приезда врачей шансов почти и не было. Да и исповедоваться своему новому знакомому я опасался.

— Ясно. — Сухо ответил усатый рыцарь, перекрестив тонкие пальцы у подбородка.

— Когда я очнулся за мной начал погоню этот самый “рыцарь”. — Я кивнул в сторону двери. — Он хотел что-то у меня забрать. Наверное, этим чем-то и был этот самый шар. Если честно, то я просто не представляю где нахожусь, о вашем “Королевском тракте” мне слышать никогда не приходилось. Вероятно, даже если вы скажете, в какой стране и на каком континенте мы находимся, то делу это не поможет. — Пожимая собственные уши закончил я.

— Хм. А твоих товарищей рядом не оказалось? — Спросил Годрик.

— Я осмотрел местность вокруг, но никого не нашёл. А вы тут никого не видели? — Спросил в ответ я.

— К несчастью нет. — Покачал головой Годрик. — Видимо к вам в руки попал какой-то старенький артефакт для телепортации. Вы случайно активировали его и вас разбросало куда попало. Хорошо, что ещё на части не порвало, а то мне всякие истории приходилось слышать.

— Допустим. — Произнёс я. — Если это так, то можно их как-то разыскать?

— Может быть, но для этого тебе нужен опытный маг и сам артефакт. — Ответил Годрик.

— Но ни того, ни другого у меня нет. — Констатировал я, уже даже не удивляясь тому, что сам серьёзно разговариваю о вампирах, магах и магических артефактах.

— Верно. — Согласился Годрик. — В любом случае у тебя нет того, что нужно сэру Галтрону.

— Может удастся ему это объяснить? — Предположил я.

— Объяснить то удастся, и он может даже нам поверит, но живыми вряд ли отпустит. — Ответил рыжий рыцарь.

— Это ещё почему? — Удивлённо спросил я.

— Уже забыл о своём проступке? — Приподняв одну бровь спросил Годрик. — Прошлым вечером он вообще мало походил на человека, скорее уж на переполненного яростью зверя. К счастью моему красноречию удалось его слегка успокоить, но даже не надейся, что он забудет о своей обиде.

— Ну да, нехорошо получилось. — Пробормотал я, почесав затылок. — И что же мне теперь делать? — Обратился я скорее не к своему собеседнику, а к опустевшему церковному залу.

— Лично у меня имеется лишь один вариант. — Будто ждав этого вопроса изначально ответил Годрик. — Тут неподалёку есть небольшой городок, хотя его лучше назвать большой деревней. Если мы до туда доберёмся, то считай спаслись. Вурдалак дальше не пойдёт. — Закончил рыцарь, вставая на ноги и начиная идти в направлении входной двери, не забыв прихватить щит и шлем. Я тоже вскочил и поспешил за ним.

— Вы меня туда отведете? — Спросил я.

— Ну не оставлять же тебя на растерзание вурдалакам. ― Усмехнувшись ответил Годрик. ― Это было бы совсем не по-рыцарски.

— А мы успеем добраться до туда до темноты?

— Ну конечно, я ведь сюда не пешком добрался. У меня есть лошадь. — Гордо заявил рыцарь.

Отперев массивные церковные двери, я вновь вышел на свежий воздух, который одновременно пьянил и кружил голову после застоявшегося запаха заброшенных помещений. Освящённая солнцем деревня уже не производила такого жуткого впечатления, как прошлым вечером. Покинутые избы теперь навивали лишь воспоминания о многочисленных книгах, где бравые сталкеры, в наше время уже почти вымершие, находили в точно таких же пустующих домах странные артефакты, заряженные радиацией, излучением и энергией невероятной силы. Правда частенько их рвали на части новые хозяева этих домов, так что исследовать старые избушки особого желания не возникало.

Наконец пройдя по опустевшей деревне, мы приблизились к грубо сколоченному сараю, чьи стены были обильно покрыты зелёной лозой. Его двери оказались распахнуты настежь, а кусок толстой верёвки, совсем недавно удерживавший лошадь, безвольно качался, гонимый сквозняком.

— Глупец. —Скрепя зубами процедил Годрик, прижавшись спиной к стене здания. — Какой же я глупец…

— Он украл лошадь? — Спросил я, уже зная ответ на свой вопрос.

— Как видишь… надо было её загнать в церковь. — Ответил Годрик.

— И что же нам теперь делать?

Рыцарь сделал глубокий, бесконечно длинный вдох.

— Соберём вещи и выдвинемся в дорогу. — Произнес он на выдохе.

— Разве мы успеем дойти до города до темноты? — Спросил я.

— Не успеем, но что нам остаётся? — Ответил вопросом на вопрос Годрик.

— Может переждем ночь здесь, а завтра с первыми лучами…

— Не вариант. — Отрезал уже осевший на землю рыцарь. — За ночь вампир может ещё что-нибудь учудить. Например, поджечь церковь или ещё чего похуже. С фантазией у них редко бывают проблемы.

— А вы сможете его победить, когда он нас нагонит? ― Спросил я.

— Победить? Как? У нас нет осиновых кольев, а из серебра только с два десятка монет. Я вряд ли смогу превзойти его в фехтовании, да и если получится, то таким мечом я его даже не поцарапаю, не говоря уже о том, что он с ног до головы закован в латы…

— А если взять святую воду? В церкви она точно должна быть. — Предложил я.

— Это как мёртвому припарка. Убить не убьёт, а лишь разозлит. Она могла бы его временно отпугнуть, если бы он так целеустремленно за нами не охотился. Нам не одолеть этого врага и не сбежать от него. Спрятаться тоже не выйдет…

Я осел у стены рядом с рыцарем. Мы обо молчали. Я думал, что бы сказать. А рыцарь, судя по его лицу, думал о том же. Наконец меня осенила до неприличия простая, но гениальная мысль. Внезапно отчаянье сменило ощущение мощи и непоколебимой внутренней силы, пришедшее из неведомого мне измерения.

— А вот у вампира лошадь есть. — Возможно слишком громко, но уверенно произнёс я.

Годрик повернул голову и бросил на меня удивлённый взгляд.

— К чему ты клонишь? — Осторожно спросил рыцарь.

— Если у нас нет лошади, то можно забрать её у того, у кого она есть.