Всё своё детство я была очень сообразительным ребёнком для своих лет. Я умела читать, писать и без ошибочно разговаривать на своем языке. А родилась я в Корее, точнее в Сеуле. В свои пять лет я была замкнутым ребёнком, который только и делал, что читал или сидел в комнате. Моим родителям не было до меня никакого дела, так что меня за этим делом никто не трогал. Меня кормили, одевали и давали всё что я хочу, но взамен я не мешала взрослым, у которых я была не самым желанным ребёнком.

Но я стала сиротой в пять лет. Мои родители попали в автокатастрофу, а меня в тот же день отправили в приют, даже не сообщив почему. Родственники, видимо, не согласились меня брать, так что меня забрали именно туда. Я сразу поняла что осталась без родителей и понять мне это помог взгляд людей, которые пришли меня забрать в приют. Но я не плакала и даже была довольна что их больше нет рядом.

Притворившись что я ничего не понимаю, я отправилась вместе с ними, хотя осознавала что меня отправят совсем не в райское место. Жить вместе с двумя людьми, которые могли меня терпеть — не так уж и плохо, так что в приют я не очень то уж и хотела.

Хотя кто бы стал меня спрашивать?

Просидев в приюте десять дней и знатно намучавшись с другими детьми, которые меня обижали, ведь я была гораздо младше их, я сбежала оттуда ночью и начала скитаться по городу. Меня, что в принципе не удивительно, быстро поймали, но в тот же день я снова сбежала, не оставив и следа. Не знаю откуда я тогда это знала, но я быстро определяла кто где и незаметно прокрадывалась среди людей, оставаясь не замеченной. Но через некоторое время, меня снова ловили и возвращали обратно. А я снова и снова сбегала! И так продолжалось два года и за это время я провернула двадцать семь побегов, за что меня даже зауважали среди детей по страше.

Когда мне было семь, людям надоело меня ловить и как бы в последний раз предупредили, что я делаю себе же хуже и что за ещё один побег меня больше ловить и искать не будут, наплевывая при этом на законы. И я, разумеется, снова убежала оттуда в ту же ночь, не зацыклившись на сказанных словах взрослых, о том что мне не выжить одной.

В десять лет, после трех лет проведенных на улице, меня нашёл один полицейский и видимо, разузнав про мои побеги из своих источников информации, задался вопросом, как я в столь юном возрасте умудрялась так ловко убегать от людей. Он не стал меня возвращать, нет, он просто проявил интерес к моему «достижению». Он забрал меня к себе и я провела с ним под одной крышей семь лет.

Он был, скажем так, доблестным полицеским, который всегда поступал по совести. Он всегда всем помогал и не смотря ни на что, оставался честным и справедливым по отношению к людям. И этому он учил и меня, что хорошо отразилось на мне в будущем.

Но наши с ним отношения сразу же зашли в тупик. Он удочерил меня, но отношений родителя и дочери у нас не было. Он был полицеским и, возможно, мои умения побега впечатлили его, поэтому он меня и взял. Хотя, я тогда была больше склонна к тому, что он меня пожалел.

Я всё также была спокойной и безэмоциональной, если так можно сказать. Я избегала его, не желала разговаривать, но всегда слушалась и ни в чём не перечила. Он отправил меня в школу и на разные курсы борьбы, выживания на природе и гимнастики. А также научил стрелять из оружия.

Я уважала его и была благодарна ему за то что он обеспечил мне дом, но я его никогда не любила и не ценила. И его попытки сблизиться со мной я отвергала довольно грубыми способами: молчанием или прямолинейностью.

В один из вечеров к нему пришло письмо. У него в то время было два сына, которых он отправил служить в армию, чтобы по возвращению сделать из них полицейских, как он сам. Но в письме указали соболезнования об их смерти, и в ту ночь я была действительна удивлена поведением этого мужчины. Он заплакал, а потом взбесился и разломал всю мебель. Я тогда сидела на диване, недалеко от него, и наблюдала за ним со стороны.

Он взглянул на меня один раз, но ни слова мне не сказал и ушёл к себе в кабинет, пока я спокойно сидела и дочитывала свою книгу, а после ушла спать как ни в чём не бывало. Мне действительно никогда не было до него дела и та ночь не стала исключением.

На утро он скончался от передоза алкоголя, который пил всю ночь. Он переписал на меня всё своё имущество, как и дом и спился до смерти. Стоя в его кабинете и смотря на его труп на столе, я чувствовала отвращение к нему и к его поступку. Я просто пошла в школу и до вечера не возвращалась домой.

Его нашли знакомые и вызвали полицию и скорую. Причиной смерти было большое употребление алкоголя, но я то знала что он сам себя убил. Он знал что умрет, но всё равно продолжал пить, а значит хотел этого.

Состоялись его похороны, на которые я не пошла. Все посчитали это за горе и не трогали меня. Чему я была очень рада.

После этого я зажила в его доме и в будущем стала детективом и полицейским. Я нашла себе друзей и стала более позитивной и открытой. Я полностью позабыла о прошлом и стала жить с чистого листа. Но когда в один из ночей, я приспокойно легла спать, я оказалась в другом мире и стала старшей принцессой Обелии.